Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Положение малого бизнеса в Петербурге


Программу ведет Татьяна Валович. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Александр Дядин. Гость студии - заместитель председателя Петербургского регионального отделения общероссийской общественной организации малого и среднего бизнеса «Опора России» Александр Мишин.



Татьяна Валович: Представители малого бизнеса Петербурга и Ленинградской области готовят обращение в Конституционный суд, а президенту России, губернаторам Петербурга и Ленинградской области направлено обращение с требованием остановить уничтожение предприятий малого бизнеса. Рассказывает корреспондент Радио Свобода Александр Дядин.



Александр Дядин : Только в Петербурге за последний год количество малых предприятий сократилось практически в два раза. Руководствуясь тезисами безопасности населения и борьбы с терроризмом у станций метро, на остановках общественного транспорта исчезли многочисленные ларьки, закрылись маленькие магазины. В то же время в городе и области, как грибы, растут сетевые супермаркеты, строятся крупные торговые комплексы. Предприниматель Олег Тарасов считает, что нередко и средства массовой информации создают атмосферу, устраивающую именно крупных предпринимателей.



Олег Тарасов : Оказывается, существует такое мнение, что малый бизнес должен быть в скором времени уничтожен, что придет средний и крупный бизнес, сетевые маркеты огромные, которые практически вытеснят индивидуального предпринимателя. Малый бизнес по своей социальной роли питает народную массу именно на местах, в жилых кварталах, в деревнях, в селах. Мы продаем услуги и товары людям малообеспеченным. Поэтому удар пришелся на добросовестных индивидуальных предпринимателей.



Александр Дядин : Каждый год власти ведут разговоры об упрощении различных процедур для малых предпринимателей. Реально же открыть и удержать свое дело становится все сложнее. Только за последнее время введены новые кадастровые оценки по земле, многократно возросли арендные ставки, в разы вырос вмененный налог. Особое возмущение у предпринимателей вызвало введение с 1 июля 2006 года 102-го закона, который практически запретил малым предпринимателям заниматься продажей алкогольной продукции, а значит на получение от нее доход. Говорит предприниматель Надежда Деркач.



Надежда Деркач : В алкогольном законе существуют ограничения площади не менее 50 квадратных метров. В сельской местности там может быть магазинчик на 30 квадратных метров, который обеспечивает две деревни. Если ему не дать права торговать алкоголем, безопасность нашего населения просто сводится к нулю. Активизировались бабки, запрет на ночную торговлю уже дал свои плоды.



Александр Дядин : Сейчас готовится обращение в Конституционный суд о соответствии законов, ограничивающих права бизнесменов действующей Конституции. Члены Ассоциации малого бизнеса считают, что малые предприниматели должны иметь права не меньшие, чем у владельцев крупных компаний. Иначе страну, в которой разные группы людей в одних и тех же обстоятельствах имеют разные права, нельзя называть демократической.



Татьяна Валович: На прошлой неделе в Москве прошел бизнес-форум «Экономика суверенной демократии. Как России расти быстрее». Так вот в представленном на этом форуме докладе сказано, что в России до сих пор не создан полноценный общенациональный рынок с необходимым уровнем конкуренции и частной инициативой. В России 12 субъектов малого и среднего бизнеса. В США таковых более 60, а в Китае – 40 процентов. На рынке доминируют сырьевые монополистические структуры, сохраняется феодальная система, при которой в каждом субъекте Федерации региональные власти устанавливают свои правила игры.


О правилах игры для малого бизнеса в Петербурге мы и поговорим сегодня с заместителем председателя Петербургского регионального отделения общероссийской общественной организации малого и среднего бизнеса «Опора России» Александром Мишиным.


Александр Александрович, доброе утро.



Александр Мишин: Здравствуйте.



Татьяна Валович: Александр Александрович, все сегодня подводят итоги саммита «большой восьмерки». Это большое событие в Петербурге. Для предприятий малого бизнеса каковы, как вы думаете, итоги саммита «большой восьмерки»?



Александр Мишин: Но я думаю, что особо на судьбах малого бизнеса проведение саммита не скажется.



Татьяна Валович: А убытки?



Александр Мишин: Во время подготовки к данному мероприятию было ограничено передвижение транспорта по улицам города, часть магазинов, особенно в центре, были закрыты. О возмещении убытков никто не говорит.



Татьяна Валович: Я знаю, что на Московском проспекте мне пришлось столкнуться с таким, что даже в подземных переходах, которые не прилегают к метрополитену, были закрыты все существующие там небольшие магазины, которые хоть как-то обеспечивали горожан самым необходимым – овощи и хлеб. На три дня они просто были опечатаны. Такой небольшой магазинчик, как вы считаете, за один день, сколько убытков понес, не работая? А не работали они три дня точно.



Александр Мишин: Я точные цифры затрудняюсь сказать, потому что у каждого магазина своя выручка, своя прибыль. Но, я думаю, что ощутимый урон понесли. В то же время супермаркеты продолжали работать. Никто их не опечатывал, так что снабжение населения каким-то образом продолжалось. Проблемы малых предпринимателей – это проблемы малых предпринимателей.



Татьяна Валович: Еще такой интересный факт. По официальным данным на 1 апреля 2006 года в Петербурге осуществляют свою деятельность 169,9 тысяч субъектов малого бизнеса, в том числе 122 тысячи малых предприятий и более 47 тысяч предпринимателей без образования юридического лица. Это по официальным данным. А если смотреть какие-то другие публикации, исследования, то цифры получаются несколько заниженными. Почему официальные данные занижены? Кому это выгодно занижать? Наверное, было бы выгоднее рапортовать властям города, что у нас гораздо больше людей, занятых в малом бизнесе.



Александр Мишин: На самом деле, постоянно рапортовалось о неуклонном росте количества субъектов малого предпринимательства. Несмотря на то, что наша организация неоднократно указывала, что число предпринимателей сокращается, на всех официальных уровнях говорилось о росте. И вот только недавно со стыдом признали, что сократилось не менее чем на треть. Правда, был сделан вывод, что это в связи с тем, что раньше предприятия не ликвидировались. Сейчас они тоже не ликвидируются, сейчас псевдорост числа малых предприятий связан со 102-м законом о необходимости перерегистрации индивидуалов в ООО.



Татьяна Валович: Очень много нареканий вызывает как раз именно этот закон. В связи с чем и хотят обращаться в Конституционный суд. Насколько дорога перерегистрация для предприятия без образования юридического лица в юридическое лицо?



Александр Мишин: Собственно, тут трудно учесть все будущие расходы, связанные с этой перерегистрацией и продолжением деятельности по реализации алкоголя. Но я думаю, что тут речь идет даже не о десятках, а о сотнях тысячах рублей. Это не сама перерегистрация, а именно все, что с ней связано.



Татьяна Валович: То есть это удорожание и получение лицензии, которую одобрили, по-моему, до 100 тысяч, которые теперь нужно платить? А также уставный капитал, который требуется для юрлица (там повысили с 10 тысяч до 500 тысяч, то есть в 50 раз)?



Александр Мишин: В городе стоимость лицензии с 1 июля – 100 тысяч рублей на три года, в области – 75 тысяч. Но, на наш взгляд, данное положение противоречит федеральному законодательству. Мы будем инициировать судебные процессы по приведению в соответствие. Взимание таких денег с предпринимателя, мы считаем, что это незаконно. Также как и с уставным капиталом. В области руководствовались Гражданским кодексом и оставили 10 тысяч рублей, в городе сделали 500.



Татьяна Валович: Почему такая вилка?



Александр Мишин: А почему такая вилка? Потому что так захотелось.



Татьяна Валович: Только этим и объясняется, или есть какие-то экономически обоснованные цифры?



Александр Мишин: А экономические обоснования лежат… Цифр, экономически обоснованных, нет. А обоснования лежат в том, что идет активное лоббирование интересов крупного бизнеса. Например, сеть магазинов супермаркетов любая также будет должна иметь 500 тысяч рублей уставного капитала на все магазины и заплатить 100 тысяч рублей за лицензию.



Татьяна Валович: На мой взгляд, как обыкновенного потребителя, такие сетевые супермаркеты не очень-то и составляют конкуренцию малому предпринимателю. Потому что, например, если я закупаю на большое количество дней что-то, я поеду в этот супермаркет. Но далеко он находится. Это еще одна крупная проблема в Петербурге. А вот элементарно то, что мне нужно каждый день! Чтобы мне ехать за литром молока или буханкой хлеба в супермаркет и отстаивать там очередь, я, конечно, не поеду. Я пойду к тому, кто у меня рядом. Я знаю того предпринимателя, знаю, что он мне честно скажет, потому что он хочет удержаться и удержать свой бизнес. Поэтому, я думаю, что такие нарекания, может быть, это просто общая неграмотная политика городских властей по отношению к малому бизнесу, к регулированию тех правил игры, по которым они существуют?



Александр Мишин: В отношении грамотности политики у нас давно вызывают большие сомнения действия городской власти. Потому что, несмотря на ряд принятых законов, затрагивающих экономическую деятельность малого бизнеса, практически ни по одному нет какого-нибудь более или менее достоверного экономического обоснования, несмотря на то, что это прописано в Налоговом кодексе. Есть туманные заверения в том, что у нас все есть. Но вот этих расчетов и обоснований не видел никто. Что называется, люди бьют себя в грудь и кричат, что все у них есть.



Татьяна Валович: И не надо нас учить, как делать.



Александр Мишин: Да.



Татьяна Валович: Та ситуация с торговыми павильонами на остановках. В минувшую пятницу была, с одной стороны, поставлена точка, вынесен Уставным судом Петербурга окончательный вердикт, но, с другой стороны, появилась какая-то надежда у малых предпринимателей, или это не так? Как вы считаете, там все-таки нашли какое-то несоответствие между постановлением, которое принимало Законодательное собрание, и тем, которое, в конце концов, подписала губернатор города?



Александр Мишин: Дело в том, что решение Уставного суда в принципе было призвано узаконить существующее положение. Согласно данному решению, проблема предоставления альтернативных мест и компенсации как таковой, то есть самые важные вещи, которые волновали предпринимателей, они как бы уходят чуть ли в некуда. Вроде как правительство города никому и ничем не обязано. Ведь не зря в прошлом году, когда мнение Уставного суда стало склоняться не в ту сторону, как хотелось городской власти, был взят тайм-аут. Долго не могли собрать консенсус, а потом поменяли больше половины Уставного суда.



Татьяна Валович: Который в нынешнем составе…



Александр Мишин: Нынешний состав Уставного суда с честью справился с поставленной властью задачей.



Татьяна Валович: Александр Александрович, как бы вы охарактеризовали те болевые точки, которые существуют на сегодняшний день в Петербурге? С чем они связаны?



Александр Мишин: На сегодняшний день самая болевая точка - это вопросы повышения арендной платы и выкупа арендуемых помещений самими предпринимателями.



Татьяна Валович: Кстати, на днях должна вступить в силу новая редакция закона о методике определения арендной платы. По словам председателя петербургского комитета по управлению имуществом Игоря Метельского, основная цель изменения этого закона - помочь малому бизнесу. В чем помощь-то будет выражаться?



Александр Мишин: Помощь в том, чтобы до конца 2008 года увеличить арендную плату за эти помещения в 5-8 раз. И уже с начала года рассылаются уведомления предпринимателям о том, что поквартально на какую сумму у них увеличивается арендная плата. Я задавал вопрос господину Метельскому на заседании комиссии в ЗАКСе, "почему вы делаете такие вещи, когда малый бизнес просто не в состоянии будет оплачивать данное помещение". Он говорит: "Скажите спасибо, что мы это сделали не сразу, а постепенно".



Татьяна Валович: То есть помощь вот в этом, наверное.



Александр Мишин: Помощь в этом, да.



Татьяна Валович: Там существует такая строка, по-моему, если я не ошибаюсь, если вносишь авансом, то можешь получить какие-то все-таки скидки по аренде.



Александр Мишин: Была инициатива господина Белоусова, депутата Законодательного собрания, у него было две инициативы по внесению изменений в методику расчета арендной платы, первое - по исключению аккредитованных компаний при оценке стоимости аренды, это, с одной стороны, хорошо. Но, с другой стороны, там было сформулировано так, что непонятно, что за этим последует. Ему было предложено как бы сформулировать более точно. И вторая поправка касалась именно возможности авансовых платежей. На сегодняшний день они в методике есть. Но, по имеющейся у меня информации, вроде бы как эту поправку новая редакция убирает.



Татьяна Валович: То есть даже так. У нас есть вопрос от слушателя. Пожалуйста.



Слушатель: Здравствуйте. Александр Добрый. По улице Седова практически убрали все ларьки, в которых торговали в основном алкогольной продукцией известного качества. Содержали и торговали в них кавказцы, там же они ходили в туалет, этими же руками выдавали продукцию (скольких людей потравили). Когда их убрали, сразу стало легче дышать. Если вы защищаете их, то нам ваша помощь не нужна.



Татьяна Валович: Пожалуйста, Александр Александрович, кого же вы защищаете?



Александр Мишин: Мы защищаем добросовестных предпринимателей.



Татьяна Валович: А совсем не тех, кто торгует контрафактом.



Александр Мишин: Относительно таких заявлений. Хотелось бы иметь какую-то статистическую и объективную базу для того, чтобы говорить такие вещи в эфире. Если есть случаи торговли контрафактной продукцией, на это есть правоохранительные органы, которые обязаны осуществлять контроль за тем, что творится.



Татьяна Валович: Безусловно, разные есть предприниматели, разные есть представители малого бизнеса, это, как в любой сфере, хоть в крупном бизнесе, хоть в любом другом, какой мы ни возьмем, есть честные и есть нечестные на руку. Но получается так, что борьба, скажем, с нерадивыми предпринимателями бьет-то как раз не по ним, они почему-то все время выживают, выплывают где-то в другом месте, а те, которые стараются честным образом работать, получается, что они в убытке.



Александр Мишин: Они не просто в убытке, они зачастую не в состоянии осуществлять свою деятельность, потому что они добросовестные и исполняют законы.



Татьяна Валович: То есть государство само толкает всех предпринимателей куда-то опять в тень, куда-то опять в подворотню. И что тогда будет?



Александр Мишин: Не так государство, потому что законы, в общем-то, более-менее приличные. Может быть, не совсем хорошие, но приличные. А контроль за их исполнением... То есть их туда толкают контролирующие органы, которые чаще всего ничего не контролируют, а просто наживаются на мелких нарушениях, которые присуще во время любой работы.



Татьяна Валович: Вот интересная информация, кстати, появилась в связи с тем законом, который вступил в силу с 1 июля, 102-й закон, что доля контрафактного алкоголя в России в результате всех предпринимаемых мер по борьбе с этим с контрафактом нисколько не уменьшилась, а наоборот, выросла с начала 2006 года примерно на 10-12 процентов. Как можно тогда, в какой плоскости бороться, чтобы не навредить?



Александр Мишин: Просто нужно принимать продуманные законы.



Татьяна Валович: Вы сами сказали, что законы продуманные, с одной стороны. Но работают ли они? Как они применяются?



Александр Мишин: Во-первых, они не работают. Скажем, не все законы продуманные. 102-й закон - это как раз тот случай, когда не совсем продуманные законы. То есть, исключены индивидуальные предприниматели из этой сферы деятельности по определению, предоставлена возможность различными ограничениями, поскольку у нас никто не борется с нелегальной торговлей. То есть будет расцветать, как в 80-е годы, во время горбачевского наступления на спиртное, торговали все, кому не лень, в квартирах, в цыганских поселках, в такси, в переходах. То есть ничего не решается, там полностью отсутствует контроль за качеством алкоголя.



Татьяна Валович: Между прочим, правительство Петербурга в конце июня одобрило план мероприятий по государственной поддержке малого бизнеса. Вы с этим планом знакомы?



Александр Мишин: Этот план нуждается в детальном анализе, но реального развития и поддержки малого бизнеса там можно с трудом просмотреть. Скорее всего, это очередная акция бумажного типа, которая ни к какому улучшению развития малого бизнеса не приведет.



Татьяна Валович: А как же все заявления, что будет облегчение, скажем, получить кредит, будут договоры именно под гарантии городского правительства с банками, чтобы какие-то преференции малому бизнесу опять же предоставлялись? Или это все по-прежнему остается на бумаге?



Александр Мишин: В прошлом году это было заявлено о программе кредитования, 30 процентов страховой суммы гарантировал город. Но для того, чтобы получить эти 30 процентов, нужно было собрать массу подтверждений, и в результате программа была благополучно провалена. Что будет в этом году, я не берусь судить, потому что на сегодняшний день она не работает, потому что принята, утверждена только сейчас. Есть какое-то соглашение уже с "Внешторгбанком", а не со "Сбербанком" России, и будет ли работать эта программа и на каких условиях, я, в общем-то, очень сильно сомневаюсь.



Татьяна Валович: Вы сказали, что одна из острых точек - это аренда. Что еще?



Александр Мишин: Выкуп помещений. То есть реально не более 15 процентов арендаторов могут выкупить те помещения, которые они арендуют.



Татьяна Валович: В связи с тем, что они очень дороги?



Александр Мишин: Нет, в связи с тем, что существует определенная система выкупа, и малым предпринимателям тягаться с крупными, если помещение представляет какой-то интерес, нет никакой возможности. То есть зачастую эти помещения выкупаются какими-то посредническими фирмами, которые в дальнейшем их либо перепродают, либо сдают уже сами в аренду. То есть убирается бизнес, который там существовал, и предприниматель, который туда вложил большие деньги, время и силы, поскольку он не в состоянии получить компенсацию за эти улучшения, потихоньку уходит, на готовое приходит другой, которому все равно, что там будет.



Татьяна Валович: У нас есть дозвонившийся. Пожалуйста, мы слушаем ваш вопрос.



Слушатель: Добрый день. Я пенсионер, живу в советской "хрущебе", получаю советскую пенсию, но хуже и то, и другое, гораздо хуже. Мебель, все прочее - все советское. И вроде бы меня призывают голосовать за новые веяния, новый капитализм. Каким образом я могу в него вписаться, с помощью малого бизнеса? С чего мне начинать?



Татьяна Валович: Это, наверное, вопрос... Как открыть свое дело? Насколько тяжело сейчас?



Александр Мишин: Реально становится с каждым годом открыть тяжелее, потому что существует множество преград, множество несанкционированных или полусанкционированных платежей для того, чтобы открыть. Формально то, что существует на бумаге, да, открыть просто: ты подаешь заявление, тебя регистрируют в налоговой инспекции.



Татьяна Валович: Но как всегда теория с практикой не соответствуют.



Александр Мишин: Но для того, чтобы начинать деятельность, нужно получить деньги, нужно где-то найти помещение, нужно его отремонтировать, нужны деньги на оборотные средства, на что-то. В производство не пускают практически никого. То есть, если найдется какое-то ноу-хау, свежая идея и возможность, что этот рынок как бы не занят, ну, есть такая возможность. А то, что существует традиционно не требующая больших начальных капиталовложений торговля мелкорозничная в разных ее видах, то она не то, что не развивается, она умирает.



Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателя. Добрый день.



Слушатель: Добрый день. Я работал предпринимателем в пригороде Ленинграде, в ларьке, но сам с удовольствием работал бы в другом месте. Во-первых, назовите мне хоть один ларек на остановке, где есть умывальник. У нас Санэпидемстанция потребовала, я потом умывальник поставил, но воды конечно у нас там не было. Мне очень нравятся крупные магазины. В ларьке, в котором я работал, я добросовестно относился, у меня было много покупателей, очередь всегда была, прибыл, но в силу различных обстоятельств я забросил. Поэтому я горячий противник ларьков, я за то, чтобы в сфере производства развивался малый бизнес.


И второй вопрос. Мы все, предприниматели, ездили на своих машинах и сейчас ездим, создаем пробки, каждый за своим товаром. Мы ездим на один рынок. Например, я ездил на "Северный", там все ларьки покупали одно и то же. Нельзя ли сделать один муниципальный или частный грузовик, чтобы он возил нас, спрашивал наши пожелания. Зачем каждый ездит по городу, создает сумятицу? Ужас какой-то!



Татьяна Валович: Я бы хотела заметить, что в первую очередь мы говорим сейчас не о ларьках. У всех остался еще какой-то ларечный менталитет. Мы говорим о тех возможностях, может быть, это не ларек, может быть, это какое-то маленькое помещение, встроенное куда-то или еще что-то, созданное и оборудованное в соответствии со всеми нормами. Насколько это тяжело и насколько это нужно, это другой вопрос.


Что касается второго вопроса, это тогда организация уже сетевая такая получается. Кстати, сейчас городское правительство задумало, как раз расправившись с такими небольшими торговыми павильонами, и сказало, что будет создавать магазины шаговой доступности, о чем давно мечтают петербуржцы, особенно живущие в центре города. Потому что в центре города никакой большой супермаркет не построить, нужно ехать куда-то на окраину, а все продуктовые магазины - молочные, овощные, мясные - давно ликвидированы. Поэтому я, услышав эту программу, подумала, наконец-то, подумало о горожанах наше правительство. Как вы считаете, эти магазины шаговой доступности, эта идея, насколько она воплотима сейчас в городе? Что для этого нужно сделать?



Александр Мишин: Идея на самом деле не новая, она актуальна. Магазины шаговой доступности уже существуют, может быть не в самом центре, не на Невском проспекте, потому что оттуда просто более финансово способными сферами деятельности продуктовые магазины выдавлены. Потому что электроника, еще что-то, они в состоянии платить большую аренду, что не может делать продуктовый магазин, ограниченный наценкой.


Как это будет происходить на самом деле, я не могу сказать. Потому что в квалификационных правилах, которые в проекте, есть большая вероятность, что это опять будут сети. Потому что, скажем, в спальных районах под магазинами шаговой доступности, в общем-то, подразумеваются сети. Предоставление этих мест будет на усмотрении чиновников правительства, в первую очередь комитета экономического развития.



Татьяна Валович: А разве это не будет какой-то конкурс?



Александр Мишин: Будет происходить квалификационный отбор.



Татьяна Валович: Что это такое?



Александр Мишин: То есть люди, подающие заявки, будут рассматриваться какой-то комиссией.



Татьяна Валович: Все-таки какой-то конкурс предполагается?



Александр Мишин: Какие-то конкурсы у нас все время сейчас проходят. Как это происходит, это другой вопрос.



Татьяна Валович: А где же возьмут помещения для этих магазинов шаговой доступности?



Александр Мишин: Если это касается крупных сетевых, то будут строить на земельных участках.



Татьяна Валович: Я так предполагаю, что это как раз должны быть или какие-то первые шаги, но это можно в новостройках, где уже запланировано, что первый этаж не жилой. А в центре города сейчас везде только в подвалах открываются магазины, что не очень хорошо. Я, например, живу на первом этаже, я бы очень не хотела, чтобы подо мной был продуктовый магазин.



Александр Мишин: Идут разговоры о том, что будут предоставляться первые этажи жилых зданий, но кому и на каких условиях, это пока не совсем понятно. Так же существуют, скажем, сетевые магазины, типа "Дикси", которые располагаются в маленьких магазинчиках, а не в больших помещениях.



Татьяна Валович: Но это тоже сеть, это не один частный предприниматель.



Александр Мишин: Это тоже сеть.



Татьяна Валович: В результате того, что, в общем-то, эти торговые павильоны были в основном уже ликвидированы, мы уже говорили о том, что этот закон, который подписал губернатор и утвердил уставной суд, не предполагает никаких компенсаций. А вот если бы была какая-то страховка у предпринимателя, как со страховыми правилами обстоит дело. Я могу застраховать свое дело на такие форс-мажорные обстоятельства или страховщики сейчас к малым предпринимателям не относятся с распростертыми объятиями?



Александр Мишин: На самом деле это то же самое, что и с банками. То есть предоставление каких-то финансовых средств малому бизнесу, в общем-то, это, скорее, теория, чем практика. То же и со страховкой. То есть проще работать с крупными, имеющими солидную кредитную историю, чем страховать мелких.



Татьяна Валович: Что это за общегородская торговая перепись, которая должна начаться, причем добровольная, были публикации в средствах массовой информации? Не знаете, что за этим стоит и для чего это делается?



Александр Мишин: Я могу только предполагать, поскольку на сегодняшний день объективной картины структуры малого предпринимательства в городе нет, как таковой. То есть, нет никакого мониторинга, несмотря на то, что третий год об этом разговоры ведутся. Даже налоговая инспекция, которая в состоянии представить эти данные, не хочет делать лишнюю работу, несмотря на предполагаемое финансирование. Им проще оптом суммы от налогов по разным системам показывать. Структура предпринимательства - это тайна за семью печатями на сегодняшний день.



Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателей. Пожалуйста.



Слушатель: Здравствуйте. Я живу на Светлановском проспекте уже 30 лет. В это время минули разные эпохи, но у нас, кроме "Северного" рынка и некоторых ларьков, никаких магазинов не открылось. Зато было два магазина медтехники, огромных магазина. Нельзя пройти возле дома, посмотреть какие-то промышленные товары, нельзя, допустим, хороший супермаркет. Один магазин открыт был, универсам, и все. Но тоже ведь надо смотреть, где что открывается. Строятся новые дома и тоже в них такие мелкие, дублирующие друг друга маленькие магазинчики. Спасибо.



Татьяна Валович: Вот это иллюстрация того, что происходит в Петербурге. То есть никакой грамотной политики в сфере открытия различных магазинов, которые требуются горожанам, видимо, не ведется. Александр Александрович, вы-то со своей стороны какие предложения делаете чиновникам, чтобы быть услышанными, насколько вас слышат?



Александр Мишин: В последнее время чиновники вообще кроме себя слышать не хотят никого, и любые инициативы отметаются почти изначально. Мы пытаемся участвовать в обсуждении каких-то вопросов, скажем, по аренде, по выкупу, по магазинам шаговой доступности, по другим вопросам. Но что из этого получится - большой вопрос. Потому что исполнительная власть жестко проводит свою линию. То есть голос наш ниже совещательного. Желательно лучше вообще со всем соглашаться и не возражать даже.



Татьяна Валович: То есть то, что вас не слышат чиновники местного уровня, подтолкнуло вас к тому, чтобы написать обращение к президенту России. Как вы думаете, вообще обратит внимание на ваше послание господин президент? Опять челобитную царю-батюшке, чтобы о проблеме заговорили?



Александр Мишин: Дело в том, что на самом деле, если брать три структуры властные - федеральную власть, городскую и областную, скажем, все-таки областная власть более внимательно относится к судьбам предпринимателей, потому что, если уйдет почти единственный предприниматель, то кто будет снабжать сельских жителей продуктами, которые не растут на огородах.



Татьяна Валович: Социальный бунт налицо.



Александр Мишин: Да. В городе на это внимания на обращают, а с федеральной стороны... То есть там сложно сказать. Почему-то даже в последнее время поручения президента в качестве внесения в закон о приватизации государственного муниципального имущества, они почему-то либо трансформируются, либо затягиваются на неопределенные сроки и никаких решений не принимается. Я думаю, что, может быть, в какой-то мере наши обращения будут услышаны. То есть условия предпринимательской деятельности, можно сделать вывод, которые сейчас формируют власть, все меньше соответствуют принципам свободы, предпринимательства и рыночных отношений.


Спасибо большое, Александр Александрович.



XS
SM
MD
LG