Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Польше обнародуют поименный список агентов коммунистических спецслужб


Программу ведет Александр Гостев. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода в Праге Ефим Фиштейн и в Варшаве Алексей Дзиковицкий.



Александр Гостев: Польский парламент принял новый, более строгий закон о люстрации, согласно которому существенно расширяется круг государственных должностей, требующих в качестве предварительного условия специальной выписки их архивов министерства внутренних дел, подтверждающей, что соискатель никогда не сотрудничал с органами госбезопасности коммунистической Польши.



Ефим Фиштейн: Уже через три месяца после вступления в силу нового закона о люстрации Институт национальной памяти Польши, государственный орган, в котором хранятся архивы коммунистических спецслужб, обязан будет обнародовать поименный список всех имеющихся в архивах агентов тайных служб Польской народной республики. Процесс очищения польского общества от остатков коммунистического прошлого, таким образом, вышел не новый, более высокий виток. Послушаем сначала сообщение нашего варшавского корреспондента Алексея Дзиковицкого.



Алексей Дзиковицкий: В Сейме, где нынче доминируют правые, проблем с принятие нового законодательства не было - против выступили только депутаты-посткоммунисты, которых в парламенте около 10%. По их словам, поляки, чьи фамилии окажутся в архивах, попросту не будут иметь возможности защищаться - нарушается принцип презумпции невиновности.


Кроме того, значительно расширяется перечень должностей, при поступлении на которые нужно будет заполнять так называемое люстрационное заявление - теперь это должны будут делать, среди прочих, также представители органов самоуправления, дипломаты, преподаватели вузов, журналисты, нотариусы.


Левые в парламенте, а также некоторые представители духовенства недовольны тем, что в этом списке нет священников, ведь в последнее время Польшу потрясли сразу несколько скандалов, связанных с сотрудничеством авторитетных ксендзов с коммунистическими властями.



Йоанна Сынышын: Более 70% поляков хотят знать, кто из священников был агентом. А информации такой нет. Одни говорят, что 30% ксендзов сотрудничали со спецслужбами, доносили, другие, что 10%. Священников очень активно вербовали .



Алексей Дзиковицкий: Заявляет депутат Сейма от Союза левых демократов Йоанна Сынышын.


Между тем, представители коалиции заявляют, что в Польше наконец-то восторжествует справедливость - имена доносчиков должны быть общеизвестны.



Пшэмыслав Миськевич: Разговоры о том, что многие агенты сейчас имеют семьи, для них, для их жен, детей, это будет удар, здесь просто неуместны. Когда нас допрашивали, сажали в тюрьмы, наши жены что, не страдали? Многие из них до сих пор не смогли вылечить нервы.



Алексей Дзиковицкий: Г оворит Пшэмыслав Миськевич, один из активистов демократического движения в 80-е годы.


По закону, работодатель получает право разорвать трудовое соглашение с работником, если факт его сотрудничества в прошлом с коммунистическими спецслужбами будет официально подтвержден.



Аркадиуш Мулярчык: Если работодатель решит, что его сотрудник в прошлом вредил людям, то у него появляется реальный рычаг чтобы такого человека уволить с работы.



Алексей Дзиковицкий: Г оворит Аркадиуш Мулярчык из правящей партии «Право и справедливость».


В общем, практически все бывшие активисты демократического подполья в ПНР довольны тем, что фамилии агентов будут наконец опубликованы. Сожалеют только об одном - что случается это так поздно, через столько лет после падения коммунистического режима.



Ефим Фиштейн: В деле преодоления коммунистического наследия Польша начинала позднее других стран региона. Это объясняется тем, что в ней довольно долгое время у власти оставались прямые политические наследники компартии. Чехия, к примеру, приняла закон о люстрации первой, еще 15 лет назад, за что в те годы многими подверглась беспощадной критике. Но, накопив уже приличный опыт претворения закона в жизнь, многие чешские демократы сожалеют только об одном - о том, что закон этот оказался слишком "дырявым" и позволил изворотливым сексотам обойти его. Как воспринимает шаг польских властей первый разработчик чешского закона о люстрации, в прошлом один из вождей студенческой революции 1989 года доктор Павел Жачек?



Павел Жачек: Я вижу в этом событии огромный шаг вперед не только для самой Польши, но и для всего бывшего Восточного блока. Приятно сознавать, что поляки извлекли для себя урок и учли опыт реализации нашего половинчатого законодательства, от которого никому ни горячо и ни холодно. В нашей стране нет специального государственного органа, который занимался бы люстрационными проверками, что затрудняло любое преодоление коммунистического прошлого. Поляки пришли к этому не сразу, долго петляли, но наконец созрели для правильного решения - создали Институт национальной памяти. В целом можно сказать, что польское решение гораздо глубже и действеннее, чем чешское. Можно понять руководство Института национальной памяти, которое наверняка не испытывает особой радости от того, что ему придется вмешиваться в сиюминутную борьбу политических сил, но тут ничего не поделаешь: другого компетентного органа нет. Мне хочется верить, что поляки справятся с проблемой, особенно если им удастся отделить сферу чистой документальной проверки от исследовательской, исторической и публикационной деятельности. Польское законодательное решение представляется мне в системном отношении более чистым, чем наше. Это образец, который задает правильное направление и на который и другие страны региона могут ориентироваться. Разумеется, многое зависит от конкретного политического развития той или иной страны. Мы знаем, что каждая страна региона - от ГДР на восток - шла по собственному пути, да и круг лиц, затронутых законом о проверках, может быть весьма различным. Но есть, тем не менее, одна общая потребность - очищение общества от коммунистического прошлого и его агентуры. И в нашей стране в настоящее время идет напряженная дискуссия о необходимости учреждения чешского института национальной памяти. В ней принимают активное участие историки, архивариусы, политики, журналисты. Разумеется, такое решение требует благоприятной политической ситуации в стране. Наше прошлое было во многом схожим, схожими могут быть и пути его преодоления. Вот почему в польском законе я вижу вызов времени и для других государств бывшего Восточного блока.


XS
SM
MD
LG