Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Эксперты - об антикоррупционных инициативах Дмитрия Медведева


Дмитрий Медведев знает, что с коррупцией в России надо что-то делать, но что именно?

Дмитрий Медведев знает, что с коррупцией в России надо что-то делать, но что именно?

Президент России Дмитрий Медведев объявил в конце апреля о внесении им в Государственную Думу нескольких законопроектов, делающих борьбу с коррупцией в России более эффективной. Эти законопроекты фактически отменяют понятие банковской тайны для чиновников и членов их семей, и многие эксперты говорят, что эта мера может быть полезной.

Законопроекты, внесенные 28 апреля Дмитрием Медведевым в Госдуму, содержат поправки сразу в несколько действующих российских законов, в частности, в законы "О банках и банковской деятельности", "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" и в Налоговый кодекс. Согласно этим поправкам, люди, занимающие или желающие занять государственные должности различного ранга, не смогут скрыть свое имущество и доходы от уполномоченных президентом проверяющих органов. В частности, для них фактически перестает существовать такая удобная для всех коррупционеров вещь, как банковская тайна. Поправки президента были переданы в комитет Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству. Член этого комитета, депутат от "Единой России" Дмитрий Вяткин говорит, что необходимость в принятии дополнительных мер по борьбе с коррупцией становится особенно ясна после недавних выступлений генерального прокурора России Юрия Чайки:

– По заявлению генерального прокурора Юрия Чайки, количество случаев предоставления недостоверной информации об имуществе, доходах и денежных средствах государственными и муниципальными служащими многократно возросло. Как только их обязали декларировать и свои доходы, и доходы их родственников, они стали предоставлять недостоверную информацию. Следовательно, их надо проверять, причем на основании закона.

В настоящий момент статья 26 закона о банках и банковской деятельности предусматривает некоторые случаи, когда может предоставляться информация по счетам и вкладам граждан. Эта статья должна быть расширена, в чем и состоит суть президентской законодательной инициативы. Теперь, среди прочего, можно будет запрашивать сведения и проверять их из системы росреестра. Конечно, запрашивать информацию из-за рубежа будет сложно или практически невозможно. Плюс ко всему, конечно, должна быть установлена ответственность за предоставление недостоверных сведений в декларации. С этой точки зрения, проверка с одной стороны и ответственность с другой дают основания полагать, что законодательная инициатива президента будет эффективна, – считает Дмитрий Вяткин.

При этом экономисты, знающие о международных обязательствах России по борьбе с коррупцией, говорят, что за границей финансовые организации уже давно относятся к госчиновникам и общественным деятелям не так, как к обычным гражданам. Экономический обозреватель издательского дома "Коммерсант" Дмитрий Бутрин поясняет, что особый контроль осуществляется всеми странами, присоединившимися к Группе разработки финансовых мер по борьбе с отмыванием денег (английское сокращение – FATF), членом которой Россия стала еще в 2003 году:

– Дело в том, что для всех стран, которые подписали конвенцию FATF, режим раскрытия банковской тайны и режим сопровождения сделок крупных государственных деятелей, деятелей суда, партийных руководителей примерно одинаков. Заключается он в том, что никакой банковской тайны для них не существует. Однако при этом значительная часть чиновников в понимании FATF государственными деятелями не являются – не секрет, что у нас руководитель какого-нибудь районного объединения ЖКХ может иметь в год 20 миллионов долларов, и он как раз к государственным деятелям не относится. Центральный банк России для открытия счетов за пределами России на сумму более 35 тысячи долларов требует специального уведомления, чтобы эти счета были хоть сколько-нибудь прозрачными для российского регулятора. Можно, конечно, не уведомлять ЦБ, однако это уже серьезное правонарушение. Никто не говорит, что этот закон должен быть стопроцентно эффективным. Меня бы вполне устроила 15-процентная его эффективность. Знаете, 15 процентов российского взяточничества – это очень много.

Хотя Дмитрий Медведев озвучил свои идеи по усилению борьбы с коррупцией на встрече с активистами "Единой России", новые законопроекты встречены достаточно благожелательно и некоторыми оппонентами Кремля. В частности, один из создателей коалиции "За Россию без произвола и коррупции" Владимир Милов нашел в них рациональное зерно, но при этом подчеркнул в интервью Радио Свобода, что механическая корректировка законодательства – отнюдь не главная вещь в борьбе с взятками и откатами:

– Что касается конкретно банковской тайны, это хорошая мера. Но в принципе все эти меры, хотя и неплохие, но все же не решающие в деле борьбы с коррупцией. Главное – это политическая воля, демонстрация того, что власти готовы идти на жесткие меры в отношении очевидных случаев коррупции, невзирая на чины и, невзирая на какую-то личную приближенность. К сожалению, проблема Медведева и всех его разглагольствований о борьбе с коррупцией состоит в том, что вопиющие случаи коррупции в высшем эшелоне власти остаются безнаказанными. Конечно, в этой ситуации каких-то отдельных мер совершенно недостаточно. Нужна явная политическая воля, которой, к сожалению, пока мы не видим, – считает Владимир Милов.

Между тем российская коррупция рассматривается многими, как своего рода смазка, на которой в условиях отсутствия реального гражданского контроля еще хоть как-то вертятся шестеренки государственной машины. Если это так, то Дмитрий Медведев рискует, как недавно выразилась политолог из "Единой России" Ольга Крыштановская, своей борьбой с коррупцией "превратить государство в руины". Любопытно, что это предостережение последовало от члена партии, перед активистами которой Дмитрий Медведев и анонсировал свои антикоррупционные меры.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG