Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Кинообозрение" Андрея Загданского.




Александр Генис: Известный своей взыскательностью журнал “Ньюйоркер” о фильме “Тайсон” отзывается с восхищением и удивлением - как о поразительном открытии, которое помогает нам понять нечто странное, загадочное и глубокое, а именно - душу бывшего чемпиона мира по боксу, которого однажды газетчики назвали “человеком, вызывающим наиболее сильную ненависть в мире”.
У микрофона – ведущий нашей рубрики “Кинообозрение” Андрей Загданский.





Андрей Загданский: Джеймс Тобак сделал документальный фильм, которой вы будете смотреть, даже если он вам отвратителен. Как кровавый нож, который убийца оборонил на улице, вызывает ваше отвращение и любопытство, так вы будете смотреть фильм “Тайсон” - один из самых откровенных и отвратительных филумов о спорте, который мне приходилось видеть. Точнее, не о спорте, а о спортсмене. И опять поправлю себя - назвать Майкла Тайсона спортсменом неверно, как неверно называть спортом ту форму узаконенного насилия, зрелищного насилия, в котором Майкл Тайсон прославился. Я сразу добавлю, что не стоит принимать мои слова как осуждение бюкса. Напротив, мне нравится бокс. Майкл Тайсон снимает, точнее, снял с бокса все формы цивилизованных наслоений, которыми бокс оброс за полтора столетия со времен публикации Куинсберри Рулз в 1867 году. Бокс у Тайсона это всего лишь насилие, всего лишь схватка двух мужчин, один из которых выйдет победителем. В этом поединке нет ничейного, не может быть ничейного результата, есть только схватка, страх и поражение, унижение одного и победа, триумф другого. “Когда я вступаю в схватку, - говорит Майкл, - я представляю себе как мои кулаки насквозь пробивают голову моих оппонентов, и выходят там с другой стороны”. И этот яростный, первичный импульс уничтожить виден в глазах Майкла Тайсона на ринге. Как виден страх, абсолютный страх, в глазах его оппонентов.

Александр Генис: Их легко понять, если вспомнить, что Майкл Тайсон однажды откусил ухо на ринге.

Андрей Загданский: Да, об этом тоже идет речь в фильме, и мы видим этот знаменитый матч. Но дело не в этом, а в абсолютном совершенстве Тайсона как боксера на ринге. Он сам говорит, почему он так хорош, почему в нем сочетается такая сила и легкость. Он - легкий, он гораздо легче многих боксеров-тяжеловесов, это дает ему огромное преимущество. Его сила сочетается с невероятной скоростью. Эти два качества, которые он свел вместе и довел их до совершенства.

Александр Генис: Это те же качества, которые сделали знаменитыми Мухаммеда Али - именно скорость, именно быстрота.

Андрей Загданский: Али обладал изяществом, Али танцевал.

Александр Генис: Он был бабочкой. Говорили, что он “танцует, как бабочка, но жалит, как оса”. Я однажды смотрел бокс вместе с Довлатовым. Довлатов ведь был боксером любителем. И он комментировал. Я увидел поэзию бокса, балет бокса, и все это было замечательно, и я уже почти ему поверил, что это фехтование, когда Довлатов добавил, что если вскрыть боксера, то у него розовый мозг. И после этого я навсегда разлюбил смотреть бокс.

Андрей Загданский: Тайсон говорит: “Перед схваткой я смотрю на своего противника, как хищник смотрит на жертву, я не отвожу глаз, я жду, когда его глаза дрогнут, когда он испугается. И я знаю, что он уже тогда будет сломлен, я знаю, что я уже тогда я буду победителем. 90 процентов схваток выигрываешь до того, как выходишь в ринг”.


Александр Генис: Это уже совершенно китайское изречение!


Андрей Загданский: Более того, мифы о том, что Майкл Тайсон идиот, дебил и неразвитый совершенно человек, как-то рассыпаются, когда ты смотришь эту картину. Ты смотришь что-то совершенно другое: полтора часа ослепительных нокаутов, наверное, самых ослепительных в истории бокса, и полтора часа откровений самого страшного боксера в истории бокса, делают фильм больше похожим на сеанс психоанализа. Тайсон говорит о себе, говорит очень откровенно, как я уже сказал, далеко не глупо, по-своему, почти поэтично описывает свою сметенную, перепутанную душу, свое страшное детство, лишенное родителей, полное унижений в бедном и преступном районе Бруклина в Нью-Йорке, свои сексуальные желания и свои жизненные предпочтения. Вся эта смесь обрушивается на вас вместе с сокрушительными ударами на ринге. “Мне 40 лет, - говорит Тайсон, - и я никогда не думал, что проживу столько лет. Друзей моего детва уже нет. Кого убили, кто умер от наркотиков, а кто-то сидит в тюрьме с пожизненными заключениями”. Страх, все время страх, что тебя унизят, ограбят, уничтожат, это состояние Майкл Тайсон вынес из детства. И когда он говорит о своем тренере, знаменитом Касе Д′Амато, то странный, почти детский голос Тайсона садится, и Тайсон, задержав дыхание, признается: “Я сейчас заплачу”. Именно Кас Д′Амато увидел в подростке из криминального мира будущего выдающегося боксера, всерьез взялся за его тренировки и пообещал Тайсону сделать его чемпионом мира. Что и произошло. Кас Д′Амато не дожил до того дня, когда Майкл Тайсон стал абсолютным чемпионатом мира. Собственно, Кас Д′Амато это единственный человек, о котором Майкл говорит с уважением и нежностью. Все остальные, по словам Майкла - пиявки, сосущие его кровь, пользующиеся его деньгами. Сам он, по его собственным словам, ничем не лучше, он всего лишь человек, и эти пиявки ему необходимы. Баснословно разбогатев еще совсем юношей, Майкл Тайсон никогда, по его словам, не научился владеть деньгами. “Я не могу жить посредине, у меня или много денег или совсем ничего”. Вы знаете, эта картина резонирует, она остается, она запоминается. Если вы посмотрите фильм, а рекомендую всем, кто интересуется спортом хоть в какой-то степени, посмотреть этот сильный и страшный по-своему фильм, у вас памяти останется эта бритая большая голова, с татуировкой на любу, виске и щеке, и этот детский голос, который говорит: “Я всегда боюсь, перед боем я боюсь, мне страшно”. И потом, в конце фильма: “Я чувствую эту огромную дыру в себе, я хотел бы быть лучшим человеком”.
XS
SM
MD
LG