Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Доклад Юрия Чайки в Совете Федерации


Программу ведет Михаил Саленков. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Максим Ярошевский.

Михаил Саленков: Сегодня в Совете Федерации Генеральный прокурор России Юрий Чайка выступил с ежегодным докладом о состоянии законности и правопорядка в Российской Федерации и о работе по их укреплению. В частности, Генпрокурор подробно рассказывал о результатах борьбы с коррупцией. С самого раннего утра в Совете Федерации работал мой коллега, корреспондент Радио Свобода Максим Ярошевский.
Максим, о чем же Юрий Чайка рассказывал сенаторам?

Максим Ярошевский: Первые и очень любопытные цифры, что в сфере противодействия коррупции в России в прошедшем 2008 году было выявлено более 200 тысяч преступлений. Выявлена так называемая тройка основных взяточников, что не удивительно, наверное, - это милиционеры, а вот далее следуют преподаватели и врачи. Это вопреки тому, что большинство россиян считают, что больше всего взяток берут чиновники. А чиновников выявлено всего 189 взяточников различных уровней, более 80 осужденных за это преступление. Они обвинялись в получении менее 30 тысяч рублей, то есть не такая достаточно серьезная цифра.
Также сказано, что за последние годы в России на 30%увеличились преступления экстремистской направленности. В ходе отчета о работе Генпрокуратуры за прошедший год Чайка заявил, что в прошлом году такого рода преступлений было зарегистрировано 460, из них 430 раскрыто.
Возвращаясь к теме о милиционерах-взяточниках. 30% всех коррупционных правонарушений приходится как раз на сотрудников милиции, и 20% от 100% - это врачи и учителя. Эти две группы - это половина всех взяток, которые были зафиксированы Генпрокуратурой.

Михаил Саленков: Максим, наверняка, Юрию Чайке сенаторы задавали вопросы. Можете рассказать, о чем шла речь? Какие превалировали вопросы?

Максим Ярошевский: Достаточно много вопросов касалось несовершеннолетних. Дело в том, что вдвое за последний год увеличилось количество правонарушений среди именно несовершеннолетних. Задавали вопросы - как же позволили? А самое главное - что надо сделать? Также еще достаточно широко обсуждался вопрос о правонарушениях, о взятках в правоохранительной системе, конечно же, вспоминая и майора Евсюкова, и последние достаточно такие скандальные истории с сотрудниками милиции.

Михаил Саленков: Коррупция и правонарушения были основными темами.
Спасибо, Максим!
Прокомментировать данные, которые привел в своем докладе Генпрокурор Юрий Чайка, мой коллега Марк Крутов попросил председателя Российского национального антикоррупционного комитета Кирилла Кабанова.

Кирилл Кабанов: У нас растет низовая коррупция, то есть оперативным службам, оперативным органам дана команда - дать результаты борьбе с коррупцией. Поэтому начинают штамповаться эти уголовные дела. Зачастую доходит до смешного. Ну, как до смешного... Это грустно и смешно одновременно, потому что врачам просто подбрасывают взятки. Мы конкретно занимаемся такими историями сейчас. Дается вал на ком? На врачах, на учителях, на милиционерах низового уровня.
Второй факт, что доходит мало. Коррупционная система она и есть коррупционная система. Есть еще система откупа. Идет переквалификация - сначала взятка, потом мошенничество. Опять же это, в том числе, и факт болезни самой системы. Если коррумпирована вся система, то можно от нее откупиться как-то.

Марк Крутов: Кирилл, вот вы говорите про низовую коррупцию. А по каким цифрам объективно можно судить об уровне коррупции в высших эшелонах?

Кирилл Кабанов: Есть два вида коррупции. Есть системная коррупция в межведомственным отношениях. Это яркий пример рейдерства, где завязаны силовые, правоохранительные органы, регистрирующие органы. Это таможенная сфера, где завязан не только таможенник, но и силовые органы. Это как бы пример рынка. Это устоявшийся рынок, который имеет свои тарифы, имеет свои устойчивые связи, устойчивые каналы. Это Управление федеральной собственностью. Там идут так называемые продажи конфискованного, арестованного имущества. И политическая коррупция, связанная с принятием политических решений - назначение на высшие должности, выборы. Это два вида коррупции, которые дают наибольший объем.
300 миллиардов долларов - это не низовая коррупция. Это коррупция как раз от Управления федеральной собственностью, коррупция в сфере использования природных ресурсов. Это основные виды коррупции.

Марк Крутов: Эта цифра - 300 миллиардов долларов - из этого доклада как раз?

Кирилл Кабанов: Нет, она не из этого доклада. Это как бы оп оценке экспертов, но в этом докладе тоже фигурируют цифры достаточно объемные, которые на уровне бюджета достаточно значимы.

Марк Крутов: В докладе, который Юрий Чайка сегодня представит, есть интересные цифры по регионам. Что касается коррупции в некоторых регионах, она уменьшилась аж вдвое, например, во Владимирской, в Тульской областях, а в Чечне написано и вовсе на 90%. Как такое может быть?

Кирилл Кабанов: Наверное, как голосуют, так и уменьшается. Генеральный прокурор считает реально по уголовным делам. Мы сразу говорим, что существует две позиции. Первая позиция о том, что в Чечне нет, поскольку Кадыров жестко контролирует. В этой системе не может быть коррупции. Нет! В любой тоталитарной системы коррупции очень сильны, поскольку существуют семейные связи, тейповые связи. Их масса. Та же самая продажа должностей. Поэтому все это есть, просто количество уголовных дел меньше. Ситуация, когда нам говорят, что во Владимирской области коррупции стало меньше, чем в других областях, просто уголовных дел меньше. Но это не факт того, что коррупционных проявлений там меньше.

Марк Крутов: Пакет законов, который представлен Дмитрием Медведевым и направлен на борьбу с коррупцией, вступит в силу уже совсем скоро, через год. С их вступлением в силу как-то ситуация изменится хотя бы в плане распределения коррупции между низовой и системной?

Кирилл Кабанов: Вы знаете, нужны совершенно маленькие вещи. Во-первых, понимание в обществе, что это нужно. Пока его нет. Есть недоверие в обществе. Общество ждет, когда власть сама решит эту проблему. Для этого нужны всего-навсего независимые СМИ, нужен механизм реакции на публикации коррупционного характера в СМИ, которых тоже пока нет, нужно реально получение поддержки инициатив, пускай даже первых шагов. Это не полный пакет, но эта поддержка должна быть в обществе у президента - не доверие, а поддержка. Для этого нужны открытые судебные процессы. Но это невозможно будет сделать, пока у нас существует каста неприкасаемых. Все понимают, что эти особняки, яхты и все построены, в том числе, на коррупционные деньги.
XS
SM
MD
LG