Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Авторские проекты

Где месторождение людей?


Состояние отечественного здравоохранения остается большой демографической проблемой

Состояние отечественного здравоохранения остается большой демографической проблемой

Россия переживает и будет в ближайшем будущем переживать сильнейший демографический кризис. Где искать выход из него?

Анатолий Вишневский, демограф, профессор Высшей школы экономики в интервью "Московскому комсомольцу":

- Население у нас убывает с 1992 г. — мы потеряли почти 7 млн. человек, а если бы не мигранты, то общие потери превысили 12 млн. Ситуация неважная, вопрос касается будущего России. В 2006 г. Владимир Путин выступал перед Федеральным собранием, ставил задачи. Однако те меры, которые предпринимают власти, все же не соответствуют глубине кризиса.

Да, в последнее время немного повысилась рождаемость, чуть снизилась смертность. Многими это воспринимается как положительный сигнал. Он действительно положительный, но говорить об устойчивой тенденции пока рано. Колебания случались и раньше, были и подъемы, и спады, но выйти на желаемую траекторию демографических показателей пока не удавалось. И мы не всегда понимаем, чем определяются эти подъемы и спады. Почему после 1994 года смертность в стране снижалась, а с 1998-го стала расти? С 2005-го она снова снижается, но мы еще очень далеки от уровня смертности стран со сходным уровнем развития. Нам надо выбираться из очень глубокой "ямы".

У нас же, к сожалению, нет четкой миграционной стратегии. Зато есть обезлюдевший Дальний Восток, граничащий с Китаем. Для России китайцы как мигранты в большом количестве желательны в самую последнюю очередь — у нас слишком разные демографические массы. Даже США побаиваются мексиканцев, поговаривают о возможных территориальных притязаниях с их стороны. А с Китаем может быть еще сложнее.

Хорошо бы ориентироваться на соотечественников за рубежом. Но они не едут, да в таком масштабе их просто и нет. По переписи 1989 года, за пределами РФ жило 25 млн. русских. С тех пор многие вернулись, многие уже умерли, а те, кто остался, вряд ли поедут на свою историческую родину. Прибалтийские государства уже в ЕС, их русскоязычным переселенцам Россия не сможет предложить особые условия. Не ринутся в Россию и миллионы русских из Восточной Украины, из Северного Казахстана. Остается потенциал коренного населения Средней Азии — как-никак мы долго жили одной страной, исторически близки, сохраняются культурные связи. Но должна быть программа использования такого потенциала. Вы о ней что-нибудь знаете? Я — нет. Когда мы говорим о семейной политике, мы понимаем, о чем идет речь. Можно по-разному относиться к материнскому капиталу — его можно хвалить или критиковать, но эта мера есть, о ней все знают. А про миграционную стратегию России сказать ничего нельзя — говорить не о чем.

… В России элементарно некому работать — численность населения в трудоспособном возрасте ежегодно сокращается почти на миллион человек. Кто поможет? Мигранты? Это реальный ресурс, но мы не умеем, не знаем, как им пользоваться. Страну необходимо готовить к переселенцам, объяснять, что такие люди нужны, нужна их интеграция в общество.

Что такое американцы? Это люди, приехавшие со всего света, но объединившиеся в США общей культурой, ее материальными и моральными ценностями. Почему так не может существовать Россия?


Доктор наук Марк Тольц, в прошлом известный советский демограф, ныне сотрудник Иерусалимского университета в интервью Радио Свобода:

- Я не принадлежу к тем, кто смотрит на демографические перспективы России фаталистически. К тому есть определенные основания. Например, данные о приехавших из Советского Союза в Израиль – а их насчитывается почти миллион – показывают, что среди них продолжительность жизни после миграции достигла почти таких же показателей, что и во всем еврейском населении Израиля. Интересно, что, например, к концу советского периода продолжительность жизни евреек в России была на год меньше, чем у городского населения в целом. По приезде этот показатель сразу, без какого-то периода оздоровления достиг среднеизраильских значений. Таким образом, мы видим, что продолжительность жизни, а значит и снижение смертности, напрямую зависят, прежде всего, от уровня медицинского обслуживания, который в Израиле весьма высок.

Могут сказать, что миграция всегда избирательна. Но у тех, кто остался, продолжительность жизни определенно не снизилась. Значит, селективной миграции по состоянию здоровья не было.

Таким образом, проблема продолжительности жизни решается в первую очередь за счет адекватных инвестиций в здравоохранение.
В 90-е годы я был просто шокирован заявлениями моих московских коллег о том, что рост смертности – это просто следствие проведенной ранее антиалкогольной кампании, то есть сейчас умирают те, кто не умер тогда. Но низкая продолжительность жизни сохранялась и после.

Речь должна идти о коренном росте вложений в сферу здравоохранения. Россия тратила на эти цели в разы меньше, чем другие страны, включая даже Турцию.

Есть другой аспект демографического неблагополучия – низкая рождаемость. Вернусь к примеру с женским еврейским населением СССР. Известно, что у евреек была самая низкая рождаемость в Советском Союзе. С приездом в Израиль рождаемость повысилась, приблизившись к уровню секулярного ветеранного населения страны. При этом никаких реальных льгот не было до тех пор, пока количество детей не превышало четырех.

В этом случае явно действовали не какие-то ресурсы, потраченные на демографические инвестиции, а атмосфера в израильском обществе, настрой на детей.

Что касается России, то, конечно, мигрантов надо привлекать, но хорошо обдумав принимаемые решения. Некоторые из них, прямо скажем, удивляют. Так, в Израиль была направлена временная группа сотрудников Федеральной миграционной службы для работы в рамках программы по возвращению соотечественников, которая, как известно, в целом провалилась. Это в страну, где только что успешно приняли людей – свидетельство тому положительные изменения среди них в рождаемости и смертности, о которых я только-что говорил, – при том разрыве в уровне жизни, который существует между Россией и Израилем, да еще при этом "возвращенцев" предполагалось отправлять в российскую глубинку…

Я, наверное, был первым, кто сказал, что России нужно заниматься миграцией русскокультурных, но делать это так, как делают в Израиле. То есть привлекать не гастарбайтеров, а людей, у которых есть семьи, и, следовательно, они скорее смогут укорениться. Также имеет смысл привлекать людей с более высоким уровнем образования, они легче адаптируются в новом обществе.

И здесь России, как и в других областях, не стоит искать особый путь, имеет смысл пользоваться уже накопленным опытом.
К сожалению, поиск образцов ведется не там, где надо - в США, в Западной Европе. А ведь есть страна, где, как говорил поэт, "на четверть бывший наш народ", и этих людей смогли успешно интегрировать, их демография резко изменилась к лучшему.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG