Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодня в Америке. Мать спасает ребенка от химиотерапии


Программу ведет Юрий Жигалкин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Нью-Йорке Ян Рунов.

Юрий Жигалкин: Имеет ли мать право не позволить лечить ребенка, когда под угрозой находится его жизнь? Для семьи Хаусеров это в прямом смысле вопрос жизни и смерти. Ответ на него для Колин Хаусер, матери 13-летнего Дэниэла, ясен: химиотерапия, предписанная врачами ребенку, убеждена она, погубит его. И в среду мать с ребенком исчезли из своего дома в Миннесоте, не явившись на судебное заседание, где должен был решиться вопрос о лечении мальчика. Судья подписал орден на арест матери, полиция объявила ее и сына в розыск.

Ян Рунов: В день, когда Дэниэлу был назначен рентген, он не явился. По словам его отца Энтони Хаусера, мальчик и его мать исчезли, где они теперь, никто не знает. Диагноз был установлен в январе. В феврале мальчик начал проходить курс химиотерапии, но родители Дэниэла, обеспокоенные побочными эффектами лечения, отказались от дальнейшей химиотерапии и обратились к витаминам, диете, методам индейской нетрадиционной медицины. Колин Хаусер заявила ранее, что люди должны уважать решение семьи.

Колин Хаусер: Мы - простая, частная семья, мы никому не делаем зла, живем своей жизнью. Почему люди вмешиваются, я не знаю.

Ян Рунов: Сам 13-летний Дэниэл сказал, что от химиотерапии может умереть и что, если его будут лечить насильно, он будет сопротивляться. Альтернативные методы лечения не помогли - опухоль увеличилась. Тогда судья округа в Миннесоте вынес решение, что в интересах ребенка - интенсивное онкологическое лечение. Более того, судья пригрозил передать мальчика под опеку окружной службе защиты семьи. По американским законам у родителей есть юридическое право принимать решение за своих детей, но, как сказал адвокат Марк Айглаш, это право имеет свои ограничения. Что же грозит матери за то, что она не позволяет лечить сына наиболее принятыми в стране методами лечения?

Марк Айглаш: Она может быть и должна быть отправлена в тюрьму: закон не дает права родителям позволить их ребенку умереть. У мальчика почти на 90% есть шанс выжить, благодаря химиотерапии и рентгенотерапии, и только на 5% - благодаря альтернативному лечению, которое предпочитает мать больного. Мы говорим о семье, вступившей в секту, руководитель которой, кстати, отбыл четырехмесячное тюремное наказание за мошенничество, связанное с медициной. Родители Дэниэла считают, что их 13-летний сын взрослый, обладающий качествами целителя, и потому может сам решать свою судьбу. Вот он и решил, что ему не нужна химиотерапия. Когда Дэниэл выздоровеет и повзрослеет, он всем нам будет благодарен за то, что мы вмешались.

Ян Рунов: Перед врачами встала этическая дилемма. Трудно лечить 13-летнего мальчика, который не хочет лечиться, говорит Артур Каплан, эксперт по медицинской этике из университета Пенсильвании. Врачи признают за пациентом право отказаться от предлагаемого лечении, но это право не распространяется на людей некомпетентных и на детей. По мнению профессора Каплана, когда вопрос стоит о жизни и смерти, вмешательство суда и решение о принудительном лечении правомерно.
XS
SM
MD
LG