Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Причины серьезного похолодания в отношениях Москвы и ЕС


Программу ведет Александр Гостев. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Андрей Шарый.

Александр Гостев: От саммита в Хабаровске обозреватели не ожидали серьезных конкретных результатов. Общий тон западных комментариев на тему отношений Москвы и ЕС - наступило серьезное похолодание. О причинах с международным обозревателем Радио Свобода Ефимом Фиштейном беседовал мой коллега Андрей Шарый.

Андрей Шарый: Два раза в год пока проводится саммит ЕС-Россия. Никаких результатов нет. Высокопоставленные политики летят в Хабаровск, на край света. Никогда они туда больше не попадут и, наверняка, им там понравилось. Зачем все это делается?

Ефим Фиштейн: Самое интересное, что и накануне этого саммита ожидания были менее, я бы сказал, чем определенные. Но зато количество проблем в отношениях между Евросоюзом и Россией нарастает. В последнее время Россия проявила крайнее недовольство как переговорами по сооружению нефтегазопровода "Набукко", так и позицией Евросоюза в отношении шести западных соседей России из ближнего зарубежья, я имею в виду программу "Восточное партнерство". Россия однозначно подчеркнула, что считает весь этот пояс государств своим ближним зарубежьем и сферой собственного влияния. В отношениях между Евросоюзом и Россией сейчас практически нет зон таяния, зон оттепели, но есть зоны вечной мерзлоты.

Андрей Шарый: Зачем тогда они встречаются?

Ефим Фиштейн: Они встречаются, прежде всего, для того чтобы это преодолеть и для того, чтобы диалог не прервался, для того чтобы была возможность вообще эти вопросы обсуждать. Чешский президент Вацлав Клаус, который одновременно является и председателем хабаровского саммита из-за того, что страна его председательствует в ЕС в данное время, в то же время является весьма близким другом России. Я бы сказал одним из немногих экспонентов российских интересов в Евросоюзе вообще. Он так и сказал, что Евросоюз не должен утрачивать своей возможности как критиковать Россию за что-то, так и высоко оценивать ее достижения в каких-то сферах, если она того заслуживает.

Андрей Шарый: Я вчера на Пражском Граде видел демонстрацию против Вацлава Клауса. Там различные персонажи чешской общественной жизни надевали маски Вацлава Клауса и задавали по-русски вопрос. Там, кстати, участвовал известный чешский художник Давид Черны в организации этой акции. Они призывали Калуса задать резкие и прямые вопросы Дмитрию Медведеву. Раз уж Вацлав Клаус так гордится тем, что он способен всегда отстаивать правду. Почему он этого не делает?

Ефим Фиштейн: Он и в данном случает считает, что он идет против течения, потому что все-таки европейская мысль в настоящее время весьма критически относится к российской действительности, европейская общественность критически относится к российской действительности. В этом смысле Вацлав Клаус, который фактически поддерживает почти любые начинания России, включая, скажем, российско-грузинскую войну, действительно идет против течения. Чешская общественность это ставит ему в вину. Он не случайно выторговал для себя роль председателя этого саммита. Ведь по статусу должен был это заседание, этот саммит вести премьер-министр страны. Но Клаус как президент для себя эту роль все-таки оговорил именно для того, чтобы смягчить разночтения, если хотите, разногласия между Евросоюзом и Россией, выставить Россию в более выгодном свете.

Андрей Шарый: Поговаривают, что периодичность саммитов Россия - Европейский Союз будет изменена. В частности, во время шведского председательства в Евросоюзе, которое начнется после отставки, скажем, так по ротации Чехии летом этого года, саммита такого уже не будет. Как это, на ваш взгляд, это может изменить механику отношений России и Европейского Союза?

Ефим Фиштейн: Ровным счетом никак. Эти отношения имеют свою институциональную базу, имеют свой ход, который обусловлен, прежде всего, действиями России и реакцией Евросоюза или наоборот - все зависит от того, с какой стороны смотреть. Саммит ничего, кроме личной встречи и возможности в глаза сказать партнеру что-то, а может быть о чем-то промолчать, ничего не изменит в этом деле. Эти отношения будут в настоящее время зависеть исключительно от того, как поведет свое президентство Дмитрий Медведев, насколько он продолжит начинания Владимира Путина или, наоборот, внесет свою струну. Европа ведь сегодня - это конгломерат весьма разношерстый, разнообразный, который не может иметь по определению какого-то единого мнения, не имея ни единого президента, ни единой Конституции, которую представляла бы даже реформистская и реформированная европейская бывшая Конституция, а ныне договор. Так что, это в принципе собрание европейских политиков, с которыми России приходится говорить пока на разных языках. Поэтому насколько часто они будут собираться все вместе, мне кажется, ничего в их отношениях не изменит. Европа готова к тому, чтобы принять демократизирующуюся, демократическую Россию. Россия пока дать это удовольствие Европе не готова.

Андрей Шарый: Россия успешно играет на противоречиях между европейскими партнерами?

Ефим Фиштейн: Здесь, кстати говоря, большая внешнеполитическая дипломатическая загадка, в том числе и для меня. В Европе очень многие наблюдатели считают, что Россия крайне заинтересована в разношерстной Европе, в разнобое для того, чтобы противопоставлять одну часть Европу, другой части. Я не вполне согласен с этим мнением. Я думаю, что Россия прекрасно понимает, что первую скрипку в Европе будут играть такие страны, как Франция или Германия, с которыми России всегда удавалось легче найти общий язык, чем с Центральной и Восточной Европой, где доминирует все-таки, скорее, Польша, чем с вечно скептической по отношению к начинаниям России Чехией, другими странами, может быть, южными в этой части. Мне кажется, что в интересах России было бы действительно иметь целостную, единую Европу, а не разнобой. Поэтому я не верю тем, кто говорит, что Россия заинтересована в неприятии Лиссабонского договора в дальнейшей фрагментации Европы.
XS
SM
MD
LG