Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Как будет говорить Россия через четверть века?"


Программу ведет Евгения Назарец. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Лиля Пальвелева.

Евгения Назарец: "Как будет говорить Россия через четверть столетия?". Это тема круглого стола, который прошел в Москве в Научной библиотеке имени Некрасова. Впрочем, заглянуть в будущее собравшиеся не рискнули. Лингвисты в основном рассуждали о происходящих в наши дни переменах в русском языке.

Лиля Пальвелева: В науке о языке есть такое направление - прогностика. Однако разочарую тех, кто думает, что с ее помощью можно предсказать, допустим, какие слова останутся в языке, а какие исчезнут или как к середине века может измениться строение русского предложения. Однажды в интервью Радио Свобода директор Института лингвистики РГГУ Максим Кронгауз сказал.

Максим Кронгауз: Если мы говорим о прогностике, как о лингвистической науке, то она занимается очень точечными, очень маленькими вещами, скажем, развитием отдельных категорий, возможно, развитием орфографии, развитием фонетики и так далее. То есть некоторыми маленькими вещами, которые можно рассмотреть и можно изучить, как происходит. Когда мы выходим на масштаб языка в целом, то, конечно, научность тут же теряется. Слишком сложный объекте, подверженный слишком большому количеству факторов.

Лиля Пальвелева: Но вот в чем нет сомнений, считает участница нынешнего "круглого стола", старший научный сотрудник Института русского языка имени Виноградова Елена Шмелева, так это в том, что в наши дни происходят значительные перемены. Прежде всего - в такой называемой "языковой картине мира".

Елена Шмелева: Бывают такие переломные точки, какие-то моменты, когда существенно меняется представление о жизни, вообще о ценностях жизненных, и язык сразу же на это реагирует. Скажем, успех. Слово "успех" и стоящая за ним ассоциация. В русской "языковой картине мира" успех не очень высоко стоял, мы как-то всегда считали, что успех - это вещь во многом случайная, даже слово "неудачник" у нас не имело такой сильно отрицательной оценки, как имеет английское слово, которое сейчас использует молодежь, "лузер". Вспомните даже всякие фильмы, где такие обаятельные неудачники. А, наоборот, успех у нас часто был связан с тем, что человек его достиг, может быть, не очень честными методами. Или слово "преуспевающий", если говорилось, например, он преуспевающий писатель, преуспевающий ученый, это откровенно означало не то, что хороший ученый, а то, что добился этого успеха какими-то такими, не очень хорошими методами, получает много денег. Я не представляю, чтобы в свое время, скажем, о Солженицыне сказали, что он преуспевающий писатель. Вот это входило в наше представление об успехе. Сейчас это существенным образом изменилось. Вроде бы не появилось никакого нового слова, осталось то же самое, старое русское слово, но при этом появилось слово "успешный" по отношению к человеку. И вот этот "успешный человек" - это, наоборот, герой нашего времени.

Лиля Пальвелева: Еще более яркий пример - слова "карьера" и даже "карьерист". К "карьеристу" словари пока еще дают помету "неодобрительное", однако в устной речи все чаще встречается либо нейтральная, либо положительная оценка.
XS
SM
MD
LG