Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ваши письма. 02 Май, 2009



Пишет Вадим Болтанов: «Здравствуйте. Мне тридцать семь лет. Вашу радиостанцию слушал и в восьмидесятые. Правда, тогда это было затруднительно. А в девяностые не слушал. У нас тогда и государственное радио поливало всех и вся. Вот девяностые: полный развал всего, президента называют «презиком» в эфире, страна по уши в долгах, наши реформаторы объективно работают на США (где и получают зарплату). Это Штатам нравилось, это была, с вашей точки зрения, демократия. Ну, а теперь ситуация поменялась, и приходиться с Россией считаться. И это Америке не нравиться. Почему инцидент с Грузией – агрессия, а война в Ираке - нет? В общем, мне это понятно: с одной стороны - Россия, с другой - англосаксы. За свою историю Россия воевала и с Германией, и с Францией, и много с кем. А вот Англия с петровских времён исподтишка пакостила. В детстве я считал, что разногласия у нас с западом идеологические. Но вот нет коммунистов, а всё по-прежнему. Да, пусть у нас много проблем, какая-то несвобода (а где она есть?), но вы откровенно поливаете нас дерьмом и откровенной брехнёй».
Автор этого письма относится к людям, о которых можно сказать: сами обманываться рады. На них, в первую очередь, и рассчитана пропаганда в любой несвободной стране, они – опора таких режимов, как российский и белорусский. В свободных странах из них получаются хорошие, твёрдые граждане, ну а в остальных они – опора несвободы… Россия в девяностые годы действительно была по уши в долгах, хотя таких долгов, какие у неё сейчас, она никогда не имела. Господин Боталов считает, что уж теперь-то российская власть на Штаты не работает, хотя даже по российскому телевидению можно услышать, сколько своих сбережений Россия держит в американских долларах. Он радуется, что сегодня с Россией считаются, хотя ни одно из российских предложений последних лет всерьёз в мире даже не обсуждалось. И, конечно, «англичанка пакостит»… Это - из старинных русских разговоров. Их можно было слышать перед первой мировой войной. Более того: и перед второй! Уже все вороны на проводах от Бреста до Владивостока кричали о приближающейся войне с гитлеровской Германией, а Кремль всё поносил Англию, всё требовал от неё «прекратить провокации» и намекал, что в противном случае может и бабахнуть - по ней, конечно, не по своему другу и союзнику Гитлеру. Газета «Правда» тридцать девятого года – чтение ещё то…

Вот и господин Козликин, ветеран афганской войны, подполковник запаса из Курска, спрашивает меня: «Чем вам всё-таки не нравится то, что Россия поднялась с колен? Вы набираетесь наглости даже заявлять, что она не поднялась. Но мы, граждане России, чувствуем своим гражданским чувством, что поднялась, и мы испытываем гордость за свою страну под руководством Владимира Владимировича».
Вы меня не совсем хорошо расслышали, господин Козликин. Да, я говорил, что Россия не поднялась с колен, но почему не поднялась? Потому что не стояла в такой неудобной позе. Я знаю, многие слушатели «Свободы» скажут: зато Путин сейчас стоит на коленях перед Западом и Востоком. Это будет преувеличение, но... Натовские учения в Грузии проходят как ни в чём не бывало. Южную Осетию и Абхазию – время идёт – никто не признаёт. Лукашенко движется в сторону не Москвы, а от Москвы. Кубу и ту у неё перехватывают. Пекин охотнее общается с Вашингтоном, чем с Москвой. И не как-нибудь, а под спокойным взглядом китайца Москва подписалась, что не будет покушаться на территориальную целостность стран-членов ШОС, в числе которых, между прочим, и Казахстан, чья северная часть на домашних картах российских генштабистов давно покрыта цветами российского флага. Кажется, только вчера показывали репетицию перекрытия газового крана на границе с Украиной, а потом и само перекрытие. От Калининграда до Владивостока было натянуто полотнище с надписью: «Россия – энергетическая сверхдержава». А сегодня она жалуется на Украину, не желающую получать газа больше, чем ей нужно.
Следующее письмо: «Анатолий Стреляный долго ли ещё будет старательно выискивать среди кучи писем, поступающих на радио «Свободы», только те, которые не подрывают непорочную репутацию вашей радиостанции, дабы виртуозными краснобайскими выкрутасами поддерживать её липовый имидж, подобно поддержанию неприлично спадающих штанов». Не знаю, должно ли нас утешить то, что автор этого письма и к своим соотечественникам, включая наших слушателей, относится не лучше, чем к нам. Он называет их бестолковыми невеждами, погрязшими в «навозной куче грязного патриотизма». Вот как сильно сказано! Я сразу попытался представить себе навозную кучу чистого патриотизма. Автор считает, что мы должны высмеивать этих людей – только так сможем спасти репутацию «Свободы». Высмеивать и ещё раз высмеивать! Понимаю вас, дорогой, и всё-таки смеяться (во всяком случае, долго смеяться) над уверенностью отставного подполковника из Курска, что Россия таки стояла на коленях, а теперь не стоит, я бы не стал. Он неправильно нас поймёт: подумает, что мы хотим ему доказать, что Россия по-прежнему на коленях. А как ему объяснить, что сам этот разговор не имеет отношения к делу, не знаю.
Пишет господин Ильяшенко из Саратовской области: «По части серьёзной характеристики российского политического режима я, пожалуй, согласен с тем вашим слушателем, Анатолий Иванович, который убедительно обосновал своё определение: «ново-русский фашизм», фашизм «новых русских». Этот режим опирается на три ноги, на «троих сильных» - их, между прочим, ещё Гёте вывел в своём «Фаусте». Это Габебальд, Хальтефест и Рауфебольд, сиречь Хватала, Держала и Мочила. В них мы легко узнаём наши три силы: олигархи, охранка и уголовники, причём, все они не очень резко отличаются друг от друга. Но ваш умный слушатель всё же неправ, утверждая, что ново-русский фашизм изолирован внутри государственных границ. Нет, установив прочные экономические связи во всём мире, он вслед за ним, как вьюнки по нитям, внедряет свои чисто политические интересы. Прибалтика, Польша, Чехия, Венгрия, Румыния будут, конечно, сопротивляться возвращению в барак, но кто им, кроме США, поможет? А США, похоже, от этого уклоняются, правда, по инициативе «Старой Европы». Та думает, что, закрыв дверь перед носом Грузии и Украины, откупится этими жертвенными овечками от нашего волка. Не тут-то было. Но похоже, на этот раз Штаты облегчённо вздохнут, как кобыла, с воза которой слезла баба», - пишет господин Ильяшенко. В нынешнем мире многое быстро меняется. Пока писалось это письмо, пока оно до меня добиралось, пока лежало, ожидая своей очереди, оснований для такого заключения стало, кажется, меньше.

Читаю у одного из нынешних российских «геополитиков»… Дурацкое это слово: «геополитик» ничего не означает, если смотреть на него строго. В то же время его все уже, пусть смутно, понимают. Это что-то вроде историка, социолога и политического сочинителя, который хочет, чтобы Россия была на первых ролях в мире не потому, что она богатая и благоустроенная, а потому что занимает много места на земном шаре. Читаю: «Многочисленные малые и средние народы, мельтешащие у границ России, — это не более чем флора и фауна вод, которые омывают «островную» часть русской цивилизационной платформы». Закрыть кавычки… Это вот они и есть, соловьи Генштаба. Путин уже десять лет заслушивается их пением. А Грузия, между тем… Чем явилась для него Грузия, до сих пор не осознали даже его «геополитики». Прячут головы в песок. Шеварднадзе когда-то сказал… У меня в голове засели его слова. «Россия, - сказал он, - так много значит, такую играет роль, что если завтра Ельцин скажет мне: уходи, слушай, я уйду немедленно». Путин был совершенно уверен, что и это ельцинское наследство перешло к нему. Вот почему строптивость Грузии после свержения Шеварднадзе явилась для него очень большим ударом. Украина после оранжевой революции и та огорчила его меньше, потому что от неё он чего-то подобного уже ждал после того, как пришлось отступить от Тузлы. Среди тех очень немногих, кто понимает всё как есть, между прочим, видим Леонида Кучму, бывшего президента Украины. В дни Тузлы он сказал журналистам с поразительной откровенностью: «Смотрел сегодня на карту России. Ну, чего им не хватает?». О том, что Грузия выстояла, он говорит как о чуде, которого Москва не ожидала и в страшном сне. Кучма, мягко говоря, не одобряет оранжевые революции, сам от одной пострадал, но это не помешало ему, единственному из «больших ребят» в СНГ, в полной мере оценить историческое значение того факта, что Грузия – маленькая, изнурённая внутренними трудностями Грузия! - не пала ниц перед Путиным… Такая вот она, «флора и фауна вод», омывающих Россию. Высокомерное отношение к соседям может причинить ей ещё немало разочарований.

Письмо из Череповца: «Здравствуйте, уважаемый Анатолий! Меня всегда удивляют письма, которые вы читаете в своих передачах. Ваши ответы и комментарии радуют и даже нравятся моей жене, пятьдесят шестого года рождения, убежденной стороннице Путина, но сейчас она подошла к компьютеру, прочитала написанное мной и обругала меня, потому что она, оказывается, не сторонница Путина, а дело в том, что ей не нравится, когда я кого-то ругаю. Она считает, что человек работает как может и что все люди хорошие, - здесь в письме поставлен «смайлик», это, скажу для тех, кто не знает компьютерного языка, такой значок, он обозначает улыбку, шутку. – Вот, - продолжает автор. – А письма… У меня смутное подозрение, что эти письма пишут сотрудники редакции. Разве могут нормальные люди взять ручку и такое писать? Мне они видятся какими-то колкими и недоброжелательными. Это лучшие слова, какими могу их охарактеризовать. Может быть, на кухне, после третьей рюмки, в сердцах и можно высказать что-то подобное или даже покрепче в выражениях. Но фиксировать такое на бумаге - сомневаюсь. Бывают у вас и добрые, и теплые письма, - продолжает автор. - Их и слушать приятно, и ваши ответы и соображения согревают душу. Два слова о себе. Моя зарплата после девяносто восьмого года, то есть после дефолта, была на уровне двухсот-трёхсот долларов, такой и осталась. Работаем мы оба. Я слесарь, жена в банке, рядовой сотрудник. Зарплаты наши примерно одинаковые. Машины, дачи и прочего не имеем. Взрослая дочь живет отдельно. Жизнь проходит от получки до аванса. Как у большинства россиян. В общем, нормально живем. Жена считает (опять подошла к компьютеру), что материально мы живем ненормально, что зарплаты должны быть выше. И старается повысить уровень, занимаясь бизнесом. У меня вот недавно интернет стал безлимитный, есть хороший японский приемник с цифровой шкалой, хороший китайский небольшой приемничек тоже с цифровой шкалой. Появились старые добрые ламповые приемники. Я их реставрирую. Что интересно: слушая передачи по ламповым приемникам, я "вижу" настроение ведущих и гостей студии. По тембру и характеру голоса. А на этих цифровых-микросхемных "хай-теках" нет такого ощущения близости. В девяносто восьмом, до дефолта, успели съездить в Испанию, в двухтысячном прожили три недели в ФРГ у друзей. Своими глазами видели, как живут в нормальных странах. От комментариев воздержусь. Об этом писано и переписано... С наилучшими пожеланиями Виктор. Город Череповец». Следует приписка: «Металлурги "Северстали" особо не бедствуют. Как-то, где-то устраиваются. Кстати, мы с женой недавно отметили серебряный юбилей». Я присоединяюсь к тем поздравлениям, что вы получили, Виктор, но как же это так, что вы не назвали имя своей супруги, с которой мне так хочется согласиться, что каждый работает как может, и что все люди хорошие. Не могу так вот сразу толково объяснить, почему, но мне понравилось и то, что вы, живя, как видно, душа в душу, не разобрались в политических взглядах друг друга до самого того момента, когда вы, Виктор, принялись составлять письмо на радио «Свобода»… Ваше смутное подозрение, что мы сами тут сочиняем колкие письма, лишено оснований. Просто вы обо всех судите по себе и своей жене, и вам кажется, что если вы с нею настроены так спокойно, благодушно, философски (не уверен, что употребляю нужные слова), то и все такие. А среди наших слушателей едва ли не большинство – люди политизированные, как их называют с недавних пор, политически озабоченные, требовательные, хватает и раздражительных, ожесточённых и… знаете что? Я не удивлюсь, если кто-то из них заподозрит меня в том, что я выдумал ваше письмо. «Где это ты, - скажут, - видел такого слесаря? Это в советское время газеты печатали письма таких трудящихся, одобрявших политику партии и правительства».

Вот опять о Путине, о Медведеве, больше – о втором. Читаю: «Я могу догадаться, почему радио «Свобода» участвует в пропагандистских мероприятиях Путина, но не думаю, что это делает вам честь. Вы давно и весьма доходчиво объяснили своим слушателям, что в России правит криминально-бюрократический режим с фашизоидной идеологией. У этого режима большой запас прочности, но в последнее время он стал нервничать. Начинается долгоиграющий спектакль по укреплению связи между властью и обществом. Особая роль отведена Медведеву. Он дал неожиданное интервью «Новой газете». Это единственная газета, которой позволено быть крикливо-оппозиционной, - перебью этого слушателя, чтобы сказать, что называть крикливой эту газету, по-моему, всё-таки не стоит. – Газета прикидывалась, - продолжает автор, – что не понимает, какой у нас режим. Медведев прикидывался, что он за демократию и даже сказал, что решил дать интервью этой газете, потому что она единственная никому ничего не лизала, как будто он не знает, что ей просто было разрешено не лизать. Цинизм Медведева превзошёл мои ожидания, - продолжает автор, - когда он привёл слова Юма, что вся политическая система существует только для того, чтобы судьи могли независимо исполнять свои функции. На следующий день состоялось ещё более отталкивающее мероприятие. Медведев встретился с правозащитниками или с кем-то в этом роде. После этого радио «Свобода» предоставила им слово. Они старались сохранить лицо, но умиление выпирало. Среди них на разговоре у Медведева был, как выяснилось, один нормальный человек, которому так там было противно, что он всё время матерился практически вслух. На него пожаловалась госпожа Ясина слушателям «Свободы». Она, видите ли, была культурная, а этот Ямщиков пришёл и всё опошлил. Вы обратили внимание, как они просили Медведева: дайте сигнал чиновникам, чтобы они не бесчинствовали, и судьям, чтобы те были независимыми? Это даже не дети, Анатолий Иванович. Это я не знаю, что и кто. С уважением Столяров Андрей Николаевич. Москва».
Да, Андрей Николаевич, умиление, о котором вы пишете, напомнило мне известный анекдот про Ленина. Встретил, говорится в нём, Ильич малютку, погладил по головке, а мог бы и по горлу полоснуть. Никто не сказал просто и прямо. Если вы, господин Медведев, хотите знать, что думают люди, отмените цензуру, и всё услышите. Только подставляйте уши. Чего мудрить? Исполняйте конституцию. Что там записано, делайте, что не записано, не делайте. Ну, а то, что на мероприятии оказался человек, который всё время матерился, сделало этот спектакль, по-моему, выдающимся художественным произведением. Войдёт в историю… И то, как добрейшая госпожа Ясина жаловалась слушателям «Свободы» на этого сквернослова… Не представляю себе, кто из ныне живущих драматургов мог бы такое сочинить. Гением надо быть… Вы написали, что можете догадаться, почему радио «Свобода» участвует в пропагандистских мероприятиях Путина. Что вы имели в виду? В работе на российскую власть нас обвиняют, но очень редко. Может быть, вы хотели сказать что-то другое? Что мы, например, так хотим демократических перемен в России, что выдаём желаемое за действительное? Я вам скажу вот что. Одно то, что перед микрофоном радио «Свобода» прозвучала эта жалоба на некоего Ямщикова, который матерился, потому что ему был невыносим спектакль с Медведевым в главной роли, - одно это, с моей точки зрения, оправдывает те два или три часа эфирного времени, что были потрачены «Свободой» на обсуждение пропагандистского (безусловно, пропагандистского, чисто пропагандистского) мероприятия, которое вы называете путинским, хотя проводил его Медведев.

Письмо из Москвы, пишет молодой научный работник: «Стараниями директора школы мне пришлось посмотреть в свое время на видео старый совковый фильм "Доживем до понедельника". Герой фильма мог бы знать, что скорость корабля меряют в узлах, а не узлах в час. Но запомнился не он, а училка английского. С ее произношением работать в Индии погонщиком слонов, и уж никак не воспитывать детей». Такие письма напоминают мне о беге времени. Бег времени – это, наверное, единственное, о чём стоит постоянно помнить. «…но как нам быть с тем ужасом, который/ был бегом времени когда-то наречён». Это – Анна Ахматова. Так и быть… Принимать эту данность. Только её, по-моему, и можно считать подлинно существенной. Картина «Доживём до понедельника» была когда-то большим событием. Она учила человечности. В ней не было казённой брехни и назидательности. Она вся состояла из намёков на то, как тяжело дышать в совке, когда всё пронизано запретами, жестокостью и лицемерием. «Счастье – это когда тебя понимают», - говорит там школьник в домашнем сочинении (действие происходит в школе). Для нас это звучало почти как «Долой советскую власть!». Проши годы, и вот человек, который годится в сыновья тому мальчику, ставит фильму «двойку» мы слышали за что… Между прочим, дурное произношение той несчастной училки – правда жизни. Таким тогда было произношение всех советских училок английского. Ходил даже анекдот, а может и быль. Образцовую московскую школу с английским языком обучения проверяет министерская комиссия. Заключение: все дети говорят по-английски хорошо, только один мальчик – из рук вон плохо. Он оказался сыном английского посла… И полно было кругом людей, которые меряли скорость судов узлами в час. Тоже правда жизни, хотя и тогда оно давало себя знать, нормативное мышление, ещё как давало себя знать, намного больше, чем сейчас. В кино всё должно быть правильно. Герои должны говорить правильно и правильные вещи, досконально знать то, о чём говорят. Почему, спрашивается? Потому что это кино.

К этому разговору прочитаю одно письмо, оно давно у меня лежит, всё не было повода его огласить…Письмо из Златоуста, пишет господин Розов: «Выговор у вас, господин Стреляный, извините меня, грешного, просто безобразный. Попросту говоря, научитесь хоть говорить по-русски, а не как вологодский мужик девятнадцатого века с этим жутким оканьем. Престаньте растягивать слова. Наймитесь на любую русскую станцию областного резерва, там будут рады вам и вашей передаче. Послушайте наш теле- и радиоэфир. В нём никто не окает и не произносит благоглупости. Кто вас слушает? Да всякие неудачные поэтики, учителки и т.п. Слушатель радио «Свобода» с тридцатилетним стажем Розов В.С. Город Златоуст, Челябинская область. Столько лет ведёте передачи в таком неформате – и вас там терпят. Вот уж действительно – Сво-бо-да!». Слова «Столько лет ведёте передачи в таком неформате – и вас там терпят» в письме выделены. Мне подумалось, что и само название города, из которого оно пришло, звучит для меня укоризной, напоминанием о норме, до которой мне отсюда так далеко, как до Урала. Златоуст… Златые уста. Речистый и благозвучный человек. Да, господин Розов меня не щадит: хочет, чтобы я опозорился произношением не только на русском, но и на других языках. «Задача и вопрос, - пишет он. – Произнесите пару фраз на любом европейском языке. Произнесите в эфире, хочется мне знать, кто там у микрофона сидит, и стоит ли у вас чему-то учиться». Нет, господин Розов, думаю, вы и так поверите, что моё английское или немецкое произношения оставляет желать лучшего. Чёрного кобеля не отмоешь добела. Когда-то я сдавал один важный экзамен по английскому. Дело было в Москве, сдавал по службе, за удовлетворительную отметку полагалась прибавка к жалованью, так что экзамен был (по тем, конечно, временам) строгий, ни слова по-русски не звучало, пытка продолжалась минут сорок. И вот экзаменаторша в моём английском услышала украинский выговор – тот самый, который вы приняли за вологодский. Своё дело эта женщина знала, я ей так и сказал - по-английски… с украинским выговором. Правда, в отличие от господина Розова, «неуд» она мне не поставила, так что прибавку я получил.







Материалы по теме

XS
SM
MD
LG