Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Приведет ли экономический кризис к политическим переменам? Спецрепортаж Д.Гальперовича с Санкт-Петербургского экономического форума. Новый иркутский губернатор Дмитрий Мезенцев. Политическая жизнь Башкирии, Челябинской и Ульяновской областей



Михаил Соколов: 5-6 июня состоялось одно из главных пиар-мероприятий путинской России - экономический форум в Санкт-Петербурге.
Как связаны экономические неуспехи России и политическая свобода? Это на форуме выяснял спецкор Радио Свобода Данила Гальперович.

Данила Гальперович: Главными чертами Тринадцатого Петербургского экономического форума стала отвратительная погода и отсутствие на нем Владимира Путина. Раньше, в бытность президентом, и уже став премьером, Путин приезжал на форум, и вместе с другим главным выступающим - будь то в прошлом году Дмитрий Медведев или в 2007-м Сергей Иванов - играл с гостями форума в доброго и злого следователя: он выступал с агрессивно-государственнической речью, чем и оттенял другого докладчика. В этом году премьер, как Бэтмен, летал спасать жителей Пикалева, и на форуме не появился. И так вышло, что слова Дмитрия Медведева о свободе и демократии прозвучали безальтернативно.

Дмитрий Медведев: Конечно, любой кризис - это разочарование. Но мне бы хотелось закончить на том, что любой кризис не должен подвергать сомнению саму ценность свободы и востребованные современным человечеством демократические, культурные и экономические ценности.

Данила Гальперович: Между тем многие российские политики и эксперты говорят, что свободы и демократии в российской политической системе уже гораздо меньше, чем нужно. Множество известных экономистов и социологов уверены в том, что в закрытом, как котел с заваренной крышкой, обществе может произойти социальный взрыв немалой силы. Эту же точку зрения разделяет бывший министр финансов России, а теперь глава банка "ВТБ-24" Михаил Задорнов. Он отмечает, что в ослаблении гаек и политической либерализации Россия нуждается, прежде всего, потому, что она - очень большая.

Михаил Задорнов: Что достаточно для меня очевидно, то, что сейчас же происходит не только экономический кризис, кризис социальный, потому что растет безработица, закрываются предприятия. Ясно, что эта ситуация достаточно надолго. И существуют две модели управления грубо этой ситуацией: первая - это когда центр, он все знает, все умеет, распоряжается всеми ресурсами, то есть такое централизованное управление. Рискну сказать, что в стране масштабов России с ее географическими расстояниями, с ее неупорядочностью, многообразием и народов, и отраслей, и всего, чего бы то ни было, и отсутствием эффективной информации о реально происходящем в центре, эта задача не решаема. То есть центр не может знать за всех 155 миллионов человек с мигрантами, как им жить, работать и развиваться дальше. Поэтому в кризис нужны механизмы обратной связи. Этими механизмами являются несколько таких очевидных вещей. Во-первых, СМИ. Поэтому им должна быть, с моей точки зрения, обеспечена гораздо большая свобода, хотя это легче сказать, чем сделать, тем не менее. Во-вторых, механизмом обратно связи являются все-таки выборные органы власти. И тенденции по отмене губернаторских выборов, выборов мэров, выборов депутатов по одномандатным округам - это тенденция, которая преобладала в последние годы, она мне изначально казалась весьма странной. В данной ситуации она приобретает просто вредный для страны характер. Потому что обратная связь - это представительные институты власти. В-третьих, с точки зрения именно государственного управления, должна быть децентрализация ресурсов, то есть, проще говоря, налоги стягивались в центр, нужно дать большую долю налогов на регионы вместе с определенной ответственностью. Но отвечать могут губернаторы, которые все-таки народом избраны. Потому что если это губернатор назначенный, давай ему ресурс, не давай, он не ощущает полностью свою связь с народонаселением. Вообще вещи эти все достаточно, с моей точки зрения, банальные и, в общем-то, понятные любому даже не политику, экономисту, а просто рациональному человеку. Поэтому я думаю, что раньше или позже, все равно мы к этому придем.

Данила Гальперович: А сопредседатель партии "Правое дело" Леонид Гозман уверен, что после того, как финансовые неурядицы в мировой экономике пройдут, России демократия и либеральная политическая система понадобятся, чтобы успешно соревноваться и сотрудничать с другими странами.

Леонид Гозман: Сложившаяся система не отвечает вызовам времени, с моей точки зрения. Прежде всего, потому, что она не обеспечивает конкуренции. Она полностью закрывает возможность политической конкуренции, практически полностью, оставляя отдельные очень коротенькие, такие очень маленькие анклавчики для нее. И, как следствие, как следствие отсутствия политической конкуренции, она резко снижает уровень экономической конкуренции в стране. Соответственно, делает страну неконкурентоспособной на мировой арене. Кризис рано или поздно закончится благодаря мудрым действиям правительств различных стран, вопреки их ошибкам, тем не менее, он закончится. И вот когда он закончится, то мы окажемся в мире, значительно более жестком, значительно более конкурентном, чем мир сегодняшний. Так всегда бывало после всех кризисов. Мы и в сегодняшнем мире, к сожалению, почти ничего не продаем, кроме углеводородов, все покупаем практически, кроме, конечно, автомобилей "Жигули", которые покупают те, кто не может купить ничего приличного. В более конкурентном мире нам будет еще тяжелее.
Кроме того, понятно, что, рано или поздно, мир избавится от такой жестокой зависимости от нефти. Не позволит человечество арабским странам и нам держать себя за горло.

Данила Гальперович: Ну, что же - нужда в свободных средствах массовой информации и равноправии на выборах вроде обозначена, и остается проверить, разделяют ли эту точку зрения высшие российские чиновники.
На вопросы о необходимости либерализации ответили несколько членов правительства, и, поскольку самого Владимира Путина на форуме не было, пришлось начать с его первого заместителя Игоря Шувалова, которого в российском экспертном сообществе считают либералом.
Выход из экономического кризиса и вообще какая-то долгосрочная экономическая стратегия невозможны без некоторой политической либерализации, без большей свободы масс-медиа, без большого допуска разных политических сил. Чтобы расширять консенсус по мерам выхода из кризиса, как вы считаете, нужна ли политическая либерализация? Если да, то какая, если нет, то почему?

Игорь Шувалов: Вопросами политического строительства в нашей стране занимается президент Российской Федерации и партия, которая образует большинство в Федеральном собрании. Я, знаете, отношу себя к людям, которые должны заниматься практическими делами. Я думаю, что для практической реализации антикризисного плана либо его составлению, обсуждению тех мероприятий, которые должны в него войти, а потом реализация, мешают обычная халатность и безразличие к тем проблемам, которые нас с вами окружают, а не отсутствие какой-то политической свободы. Я не знаю, в отношении масс-медиа вы лучше меня знаете. Мне кажется, наши масс-медиа такие все свободные, вы можете что угодно писать и сказать, вас ограничивают, наверное, только редакционная политика, которая существует в ваших изданиях. Все остальное, я сомневаюсь, что каким-то образом вам ограничивают способность высказаться.
Что касается других институтов, если вы посмотрите на исполнение, например, послания президента, которое было озвучено в прошлом году, об изменении политической системы, все, что было сказано, все выполняется. Законодательство по допуску политических партий, по выдвижению кандидатов на пост руководителей регионов и так далее - это же все исполняется. Надо понимать, что трансформация политической системы всегда процессы медленные и они постоянные. Я, как гражданин, как человек, который голосует, могу сказать, что я наблюдаю, что обещания, которые были даны президентом, они исполняются, исполняются на уровне принятий федеральных законов. У нас проблема только, это не касается политической системы, это касается всего. Принятые законы должны исполняться. Мы с вами нашу жизнь должны таким образом развивать, чтобы это законодательство было применимо. У нас даже судьи иногда не читают новых законов. Поэтому в этом проблема, по исполнению законодательства и пониманию, насколько оно современно. Я вижу, что политическая система развивается, самое главное, чтобы она развивалась.

Данила Гальперович: Что называется, уровень свободы достаточен.

Игорь Шувалов: Достаточен ли уровень свободы, например, для меня, для членов моей семьи, которые голосуют, и для других моих знакомых и близких, я считаю, что уровень свободы таков, в каком состоянии находится наша политическая система в настоящий момент. Должно ли это измениться с течением времени? Ответ - да, должно измениться.

Данила Гальперович: Вице-премьер Сергей Иванов не стал закрываться статусом чиновника из исполнительной власти и дал эксклюзивное интервью Радио Свобода.

Сергей Иванов: Понимаете, здесь надо тогда четко разделять политическую либерализацию и экономическую. Потому что фактически по жизни происходит игра одновременно на двух полях, что очень сложно, объективно трудно. Если говорить о политических свободах, свободе слова, прав человека, то, несомненно, это процесс, и за 18 лет существования независимой России было бы крайне наивно или просто демагогично ожидать, что мы достигнем совершенства. Вообще-то, совершенства в этой сфере не достиг никто, в том числе Соединенные Штаты Америки со своим обкомом и методами управления.
Что касается экономики, то в условиях кризиса ситуация несколько иная. Как вы видите, наверное, мы всячески, всеми конечностями пытаемся избежать ренационализации там, где это возможно. Но вы должны согласиться с очевидной истиной, что бывают случаи, когда у тебя просто не остается никакого выхода.

Данила Гальперович: Министр образования и науки Андрей Фурсенко, как человек начитанный, при упоминании о необходимости либерализации сразу привел любимый пример из мировой литературы в смысле того, что с желаниями нужно быть поосторожнее.

Андрей Фурсенко: Знаете, есть, по-моему, такой рассказ, в котором приезжает путешественник и привозит обезьянью лапу, которая выполняет любые три желания. Я не знаю, читали вы или нет. Понимаете, при каждом предложении надо помнить про эффект обезьяньей лапы.

Данила Гальперович: На самом деле рассказ "Обезьянья лапка" написал Уильям Джейкобс, но сути дела это не меняет - судя по словам Андрея Фурсенко, российская власть, оказывается, и сейчас достаточно либеральна и доступна для обсуждения с нею различных взглядов на необходимые стране преобразования.

Андрей Фурсенко: Честно говоря, у меня ощущение, что база достаточно широкая. Выслушивают всех. Я думаю, что сегодня правительство, руководство страны готово рассматривать любые предложения абсолютно открыто, в самой широкой дискуссии. Я могу вам сказать на своем уровне, что все вопросы, связанные с моей сферой, или прилегающие сферы, я рассматриваю предложения моих самых жестких оппонентов, которые делают все, включая предложения немедленно меня снять. Я разговариваю, но при этом я все-таки считаю, что за всем за этим должен быть конструктив, а не пиар. Если это действительно конструктив, а не пиар, у меня ощущение, что сегодня базой для очень широких переговоров есть и те дискуссии, которые ведутся внутри правительства, внутри Государственной Думы, несмотря на, может быть, я не знаю, кажущееся согласие, они очень жесткие. Самые разные точки зрения выдвигаются. Думаю, что расширение этой площадки будет приветствоваться.

Данила Гальперович: Но может быть, все же стоит вернуть хотя бы некоторые элементы народовластия, например, выборы губернаторов? Министр науки и образования Андрей Фурсенко испытывает по этому поводу сильные сомнения.

Андрей Фурсенко: Вы смотрели "День выборов"? И я смотрел...

Данила Гальперович: Региональная российская власть, появившаяся на форуме в большом количестве, в затеянном нами опросе о необходимости либерализации в основном повторяла то, что говорили министры, причем повторяла с той же разницей в нюансах. Например, губернатор Петербурга Валентина Матвиенко, как и Игорь Шувалов, считает, что нынешняя власть уже вполне либеральна.

Валентина Матвиенко: Мне кажется, что все последние действия президента Российской Федерации и правительства демонстрируют либеральный подход к политической системе, к экономической системе. Может быть, кому-то хотелось бы, чтобы полностью сняли все, и пар вышел из большого-большого котла, во всем должна быть своя логика. Это обязательно нужно делать, но нужно осмысленно, не ради пиара, не ради того, чтобы кому-то понравиться, с учетом реалий наших российских делать это постепенно, плавно, что и демонстрирует наше руководство.

Данила Гальперович: По словам губернатора Краснодарского края Александра Ткачева - и как тут сразу не вспомнить ссылку Андрея Фурсенко на обезьянью лапку - сейчас с желанием либерализации стоит повременить.

Александр Ткачев: Мы видим, как за экономическим кризисом и за падением уровня жизни даже в европейских странах идут смены режимов и смены политических элит. Я думаю, что нашей стране это не грозит, потому что действия правительства в это непростое время абсолютно выверенные, это показывает жизнь. Наоборот, в условиях кризиса всегда элиты объединяются, все политические силы - и профсоюзные, и политические партии, бизнес, региональная элита. Это, на мой взгляд, кризис настолько глобален, настолько опасен. Потому что, если ситуацию не удержать, эта волна кризиса смоет всех, сметет всех.

Данила Гальперович: Президент Карачаево-Черкессии Борис Эбзеев стоит на тех же позициях, что и Сергей Иванов. Бывший судья Конституционного суда рассказывал, что выборность глав российских территорий возвращать не надо, и убеждал, что демократизация в России должна быть медленной.

Борис Эбзеев: Дело в том, что моя кандидатура была предложена главой государства, за мою кандидатуру голосовал региональный парламент. Я глубочайшим образом убежден, во-первых, что это вполне конституционно. Но самое главное в другом. Я думаю, что на этом этапе нашего государственно-политического существования это еще и рационально. С этой точки зрения, любые попытки поставить под сомнение эти механизмы, опираясь на опыт иных государств и народов, я думаю, это было бы совершенно неверно. На рубеже 80-х, 90-х годов мы привнесли нечто совершенно новое, с точки зрения самой организации политической системы. Именно поэтому попытка сейчас доказать, что да, понимаете, мы уже прошли в течение 10-15 лет тот путь, который иные народы преодолевали в течение трех-четырех столетий, я думаю, сам по себе этот подход является неразумным, неверным, нерациональным. И с этой точки зрения, я думаю, что сам по себе процесс естественного исторического развития, утверждения этих принципов в нашей политической системе - это процесс достаточно длительный.

Данила Гальперович: Впрочем, среди известных в регионах людей есть и такие, кто считает, что делать более свободной российскую политическую жизнь нужно. Возможно, именно из-за таких взглядов Дмитрий Аяцков больше не работает губернатором Саратовской области, а числится в помощниках у главы кремлевской администрации Сергея Нарышкина. В интервью Радио Свобода можно услышать, что в новой своей должности бывший саратовский губернатор Дмитрий Аяцков вынужден быть осторожным.

Дмитрий Аяцков: Это отступление от демократических принципов было сделано под видом борьбы с терроризмом. Вы помните, когда об этом объявил господин Путин. Я думаю, что мы вернемся и к истиной свободе слова, и к демократическим ценностям, которые были завоеваны в начале 90-х годов. Вернемся обязательно. Нужно выбирать и свободных депутатов, и губернаторов, и мэров. Но в сегодняшней ситуации, я считаю, что это оправданно.

Данила Гальперович: Вы имеете в виду, оправданно то, что этого всего нет?

Дмитрий Аяцков: Оправданно, что это временно, прикрываясь федеральными законами и той же конституцией, это отменили.

Данила Гальперович: Но сможет и захочет ли Дмитрий Медведев дать российскому обществу больше свободы? По мнению Дмитрия Аяцкова, может, но ему не дают - пока.

Дмитрий Аяцков: Возможности у него такие есть. Я по тем шагам, которые он делает, хотя я вижу, что у него есть, кто пытается его, я просто скажу, поставить на место, но я думаю, воля есть, и результаты обязательно будут.

Данила Гальперович: А вот нынешний начальник Дмитрия Аяцкова, глава администрации президента России Сергей Нарышкин на прямой вопрос Радио Свобода, нужна ли России политическая либерализация, ответил столь дипломатично, что у меня закралось сомнение в том, понял ли он вопрос.

Сергей Нарышкин: Очевидно то, что экономика и политика вещи, между собой связанные, иногда сильные, иногда очень сильно. Мир после кризиса в экономическом плане будет другой. Должна быть найдена иная конструкция, которая регулирует финансовые, финансово-экономические отношения на глобальных рынках. И поскольку, отвечая на этот вопрос, прежде всего я сказал, что экономика и политика - это вещи связанные, то переустройство в экономике повлечет за собой какие-то изменения в политической сфере.

Данила Гальперович: После опроса президентов и губернаторов, а также членов нынешнего российского правительства логично было узнать мнение тех, кто 16 лет назад состоял в самом либеральном российском кабинете министров.
Бывшие члены того, гайдаровского правительства - Анатолий Чубайс и Александр Шохин в этом году были модераторами на различных круглых столах форума. Глава корпорации "Роснанотехнологии" Анатолий Чубайс заявил прямо - он собирается нашу радиостанцию разочаровать.

Анатолий Чубайс: Я понимаю, естественно, какой ответ от меня Радио Свобода хочет получить. Расстрою вас. Я считаю, что стратегически вопрос политической либерализации для России вопрос жизни и смерти. Тактически, если говорить о годе, двух, трех, это не так. Это не так. Есть существенно более важные вопросы, которые в нашей стране должны быть решены. Они связаны с технологиями выхода из кризиса, они связаны с преобразованием законодательства, они связаны с реструктуризацией федерального бюджета, они связаны с макроэкономической стабильностью. Во время пожара не занимаются дискуссиями, а занимаются его тушением.

Данила Гальперович: Бывший коллега Анатолия Чубайса, а теперь председатель Российского Союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин в своих рассуждениях о либерализации был несколько менее радикален.

Александр Шохин: Либерально-политическая система не гарантирует быстрой мобилизации, скажем, интеллектуального, иного административного, политического ресурса на преодоление кризиса. К примеру, мы сейчас можем наблюдать, что либеральные экономики, либеральные страны, с точки зрения политического устройства, они же не могут выработать одинаковый рецепт выхода из кризиса, они разные рецепты вырабатывают. Почему Китай быстро выходит из кризиса? Приняли решение политбюро стимулировать внутренний спрос любыми средствами. Что они для этого сделали? Начал Национальный банк Китая ипотекой заниматься. Здесь речь, скорее, идет о другом. В условиях кризиса нужны в любом случае технологии мобилизации широкого круга экспертов и включение их в процесс принятия решений. Это не политическая конкуренция, это не политическая либерализация, но это расширение базы для поиска выхода из кризиса. Поэтому, скажем, рецепты оппозиционных партий, даже если они не представлены в парламенте, рецепты экспертного сообщества, даже если они одновременно неприятны, поскольку говорят о политике не то, что надо, но что-то внятное говорят, об экономике, социальной сфере. Вот технология вовлечения широкого круга экспертов бизнеса и так далее должна быть. Когда мы были в марте в США, бизнес-делегация, встречаемся с помощниками экономическими Обамы, в том числе с теми, которые еще в 90-е годы работали в администрации Клинтона, некоторых из них я хорошо знаю. Первый вопрос к нам: что вы думаете, как из кризиса надо выходить? Вот даже по этому видно, что их волнует не то, что они придумали. Они говорят, а вдруг эти пацаны пришли из России, вдруг они чего-нибудь посоветуют такое, чего мы не знаем.

Данила Гальперович: Интересно, что из действующих политиков никто в интервью Радио Свобода не рискнул высказаться в открытую против либеральных политических преобразований. Консерватором оказался телепропагандист Алексей Пушков.

Алексей Пушков: С точки зрения краткосрочной задачи вывода из кризиса, я не считаю, что политическая свобода дает большие возможности, тем более в условиях России, где процессы политической либерализации в условиях экономического кризиса ведут, как правило, к расшатыванию политической и в итоге экономической системы. У нас есть конкретный опыт, это опыт эпохи Горбачева. Горбачев попытался экономическую реформу сопрячь с политическими реформами. В результате - распад страны, жуткий кризис, пустые полки магазинов. Все помнят, что тогда произошло. Этот опыт в России был неважный. Нужно ли сейчас начинать с политической стороны? Я думаю, что нет. Я думаю, что все зависит от эффективности экономических решений, а не от того, в какой степени либеральная общественность будет влиять на политику властей и появится ли партия "Правое дело" в Государственной Думе. Мне кажется, что это несколько надуманная взаимосвязь. Повторяю, сейчас все зависит от эффективности принимаемых экономических решений, это могут быть решения авторитарные. Если они эффективны, они дадут результат. Они могут не иметь никакого отношения к политической либерализации и дать, тем не менее, какие-то позитивные последствия. Политическая либерализация, напротив, может отвлечь страну как раз от задач выхода из кризиса. Потому что в России она приобретает всегда очень высокоэмоциональную окраску, это взаимные обвинения, это поиск виновных, это, как правило, атаки на власть. Я не уверен, что в нынешних условиях это принесет пользу России.

Данила Гальперович: Но за дискуссией о том, не повредит ли России большая свобода, не стоит совсем уж забывать о поднимавшихся на форуме в Петербурге гораздо более конкретных вопросов, например - сколько должна стоить нефть.
Вице-премьер Игорь Сечин и главы нефтегазовых компаний анонимно голосовали за наиболее вероятную цену нефти в ближайшем будущем. Тот прогноз, за который голосовало большинство, удивительным образом совпал цифрой, которую потом назвал желательной куратор отрасли вице-премьер Игорь Сечин.

Игорь Сечин: В ближайшие год-два за счет ранее вложенных средств Россия сохранит уровень добычи, но в перспективе этот уровень добычи может упасть не только у нас, а вообще в мире. Сегодня, по данным Международного энергетического агентства, нефтяные компании в мире во всем глобально вложили на 21 процентов ресурсов меньше в геологоразведку. Естественно, это приведет в какой-то перспективе к падению уровня добычи, безусловно. Поэтому справедливая цена, безусловно, должна стоимость денег включать, стоимость освоения новых месторождений, стоимость строительства инфраструктуры. Сегодня тоже прозвучало, что до 67 процентов месторождений действующих в ближайшей перспективе будут выработаны. Значит, ввод новых потребует строительство новых трубопроводов, энергетики новой, транспортной инфраструктуры, просто дорог элементарных. Это все войдет в справедливую цену, формирование этой цены, поэтому надо все считать. По данным экспертов наших нефтяных компаний, цена, которая позволила бы достаточно в таком нормальном, плановом режиме проводить доразведку месторождений, осваивать новые месторождения, по их мнению, находятся в диапазоне от 70 до 80 долларов.

Данила Гальперович: Между тем вопрос о цене на нефть имеет прямое отношение к возможности проведения в России либеральных преобразований.
Это напомнил в интервью Радио Свобода ректор Российской экономической школы Сергей Гуриев, заодно подчеркнув, что "ослабление гаек", хоть и не в самом близком будущем, проводить придется.

Сергей Гуриев: Без политической либерализации выход из кризиса возможен, но долгосрочное развитие невозможно. Возможности по борьбе с коррупцией ограничены без свободы СМИ, политической конкуренции, развития гражданского общества. Тогдашний президент Путин в феврале 2008 года, выступая перед Госсоветом, сказал, что если нам не удастся справиться с этими проблемами, то России в 2020 году не будет существовать. Поэтому, конечно, России самой необходимо воссоздать свободу СМИ, создать нормально действующие демократические институты просто для того, чтобы государство было подотчетно и заботилось о долгосрочных интересах страны. Но само по себе - это другой вопрос. Это вопрос долгосрочный. А что касается краткосрочных, среднесрочных проблем выхода из кризиса, когда цена на нефть повысится или останется хотя бы на том уровне, на котором она есть сейчас, российская экономика выйдет из кризиса, и так будет расти и падать впоследствии роста или падения цены на нефть.

Данила Гальперович: Тут совсем недавно нажимали кнопки по поводу цены на нефть, знаете.

Сергей Гуриев: Да, знаю.

Данила Гальперович: Если я правильно помню, то 70-80 - это ровно тот был момент, когда Россия перестала особо обращать внимание на мнение, скажем, Запада о ее отходе от демократии.

Сергей Гуриев: Абсолютно точно все исследования показывают, что при таких высоких ценах на нефть ресурсно богатой страны действительно не заботятся о политических и экономических институтах. При цене на нефть в 70-80 российская бюджетная система будет в хорошем состоянии, поэтому действительно не будет нужды обращать внимание на политические и экономические институты.

Данила Гальперович: Итак, получается, что если пожелания Игоря Сечина сбудутся, и цена нефти не будет слишком низкой, то России либерализация не светит. Что, по мнению многих экономистов, в конечном счете, может обернуться для страны стагнацией и даже развалом.
Ведь именно так было с Советским Союзом - его смерть наступила на рубеже 80-х и 90-х, после того, как закончились годы газово-нефтяного благополучия.

Михаил Соколов: На прошедшей неделе в России появился первый уволенный депутатами мэр.
Это произошло в Челябинской области – в Озерске. Правда, получилось не совсем по закону, инициированному «Единой Россией» и президентом России Дмитрием Медведевым.
Из Челябинска сообщает Александр Валиев.

Александр Валиев: Противостояние депутатов и мэра продолжается не первый год. Глава города Сергей Чернышев занимает свой пост второй срок. На протяжении всего времени рейтинги его падают, конфликт с депутатами зашел в тупик, областная власть устала от постоянных скандалов в Озерске, известном на всю страну химкомбинатом «Маяк», и тоже выступает за отставку Чернышева. Сам же Сергей Георгиевич утверждает, что конфликта с населением и депутатами нет, есть лишь противоречия между его должностными обязанностями и коммерческими интересами некоторых депутатов. Говорит политолог Алексей Ширинкин.

Алексей Ширинкин: Конфликт в Озерске между мэром Чернышовым и группой депутатов во главе с Борцовым начался на самом деле более 10 лет назад. Группа Борцова усиливала свое политическое, социальное влияние в городе. И сегодня мы можем констатировать, что Борцов так или иначе контролирует городскую думу Озерска и в значительной степени влияет на умонастроение жителей.

Александр Валиев: Список взаимных претензий велик. Депутаты, под предводительством Альберта Веретенникова и бизнесмена Валерия Борцова, который до недавнего времени и возглавлял корпус народных избранников, подняли против мэра общественность. Дескать, при нем развитие города остановилось, кроме того, он принимает непопулярные решения: при нем снесли памятник воинам-интернационалистам, он отдал кусок леса на берегу озера под строительство центра водно-атмосферных видов спорта, разрешил вырубку деревьев для возведения элитных коттеджей, снес в центре города рынок, пустив на это место челябинского бизнесмена, который должен был построить здесь гипермаркет. Правда, кризис этому помешал. Говорит депутат Озерского горсовета Альберт Веретенников, один из лидеров оппозиции.

Альберт Веретенников: Инициировали уже давно, правда, законодательство нам это не позволяло сделать. Сейчас появился закон, мы сразу же им воспользовались. Другое дело, насколько вся процедура безукоризненна с точки зрения законодательства, но это должен суд решить. Чернышов 2 июня подал в суд. В любом случае будет апелляция. Мы проиграем или Чернышов проиграет, любая сторона будет подавать апелляцию. То есть до конца июня все должно уже стать понятным.

Александр Валиев: Парламент Озерска первым в России применил на практике поправки к 131 федеральному закону, когда попытался отправить 1 июня в отставку Сергея Чернышева. Ему вменили в вину неудовлетворительные итоги 2007 и 2008 годов, "разваливающееся коммунальное хозяйство города, аварийное состояние дорог, прекращение жилищного строительства, неисполнение целевых и социальных программ". Между тем, сам Чернышев не присутствовал на заседании депутатского корпуса, как того требует закон, и подал иск в городской суд Озерска с требованием отменить это решение. Вот точка зрения на ситуацию Сергея Чернышева.

Сергей Чернышов: Имеет место самый настоящий конфликт коммерческих интересов двух лиц, вошедших в представительные органы власти с должностными обязанностями главы округа. Эти лица, объединившие вокруг себя и приведшие в зависимость от себя весьма значительную группу депутатов, достаточно давно добиваются того, чтобы прибрать к рукам имущественный комплекс города Озерска. Данные лица, руководители собрания, они являются владельцами самой крупной торговой сети в городе. По моему убеждению, существование монополии торговли в закрытом образовании – это катастрофа. Я противостою этому вот уже четыре года.

Александр Валиев: Сергей Чернышев считает, что решение депутатов об его отстранении не имеет законной силы. И дело даже не в том, что оно было принято в его отсутствие, а в том, что поправки не могут распространяться на работу действующих глав.

Сергей Чернышов: Мы живем в цивилизованном государстве, существуют конституционные нормы, что закон задним числом не применяется, как говорится, не применяются эти нормы, отягчающие условия работы, то он не может быть применен.

Александр Валиев:
Я попросил прокомментировать поправки к 131 закону челябинскую областную прокуратуру. Говорит Оксана Калинина, помощник областного прокурора.

Оксана Калинина: Возможность удаления главы муниципального образования в отставку по инициативе представительного органа распространяется как на действующих глав, так и на тех глав, которые будут избраны после указанных поправок.

Александр Валиев: Политолог Алексей Ширинкин считает, что группа Борцова-Веретенникова - лишь средство удалить Чернышева с поста мэра.

Алексей Ширинкин: Они фактически выполняют роль инструмента по снятию Чернышова. Администрации Сумина, несмотря на то, что Чернышов считался человеком Сумина, такой подарок был совершенно не нужен. То есть это человек, который создает им проблемы вместо того, чтобы их решать. То есть это зрело, зрело и в конце концов вылилось в ряд скандалов. Стало ясно, что так долго продолжаться не может.

Александр Валиев: Губернатор Сумин действительно устал от этого противостояния. Зимой он предложил Чернышеву и Борцову добровольно уйти со своих постов. Борцов так и сделал, а Чернышев отказался. С тех пор между ним и главой области отношения фактически прекратились. А несколько месяцев назад Чернышева фактически выпроводили с празднования Дня области. На мой вопрос, может ли он прокомментировать позицию областных властей в этом вопросе, Сергей Георгиевич сказал, что она не укладывается у него в голове.

Михаил Соколов: Надо заметить, первое удаление мэра с поля, вышло комом, с нарушениями процедуры, показав ущербность медведевского муниципального закона.
Видно, что в политике у «Единой России» явно проявляет двойную мораль. Мэров стало возможным увольнять без суда. С депутатами – «Единой России» - все оказывается – сложнее.
В Ульяновске избиратели попытались отозвать депутата-обманщика. Партия власти защитила коллегу весьма своеобразно.
Из Ульяновска сообщает корреспондент Радио Свобода Сергей Гогин.

Сергей Гогин: Больше года в законодательном собрании Ульяновской области заседает молодой депутат, член «Единой России» Сергей Глебов, который прославился тем, что на выборах представил в избирательную комиссию поддельный диплом о высшем образовании. Когда подлог открылся, единоросс не отказался от участия в выборах и получил депутатский мандат.
23 мая инициативная группа избирателей провела первое собрание по отзыву Глебова, а уже через 5 дней региональный парламент, контролируемый «Единой Россией», сразу в двух чтениях принял новый закон об отзыве депутата. По этому закону довести процедуру отзыва до конца будет практически невозможно, настолько она усложнилась. Говорит депутат законодательного собрания Ульяновской области Александр Кругликов.

Александр Кругликов: Сама скорострельность принятия этого закона свидетельствует о том, что кому-то это очень понадобилось. В глаза этот закон не видели подавляющее число депутатов. Его раздали в день голосования и по инициативе комитета, который возглавляет секретарь отделения «Единой России» господин Тихонов, протащили через законодательное собрание.

Сергей Гогин: В прежнем варианте закона депутат считался отозванным, если за это проголосует простое большинство избирателей при минимальной явке 40%. По новому закону на референдум об отзыве должно явиться не меньше избирателей, чем во время выборов. Причем за отзыв депутата необходимо подать не просто большинство голосов, а больше, чем за его избрание. Количество подписей в поддержку инициативы увеличивается с 3 до 5% от числа избирателей в округе. Поскольку выборы в Заксобрание были совмещены с президентскими и явка была на уровне 60%, Сергей Глебов может спокойно работать дальше.
Председатель комитета заксобрания, секретарь регионального политсовета «Единой России» Игорь Тихонов говорит, что новый закон предложен правительством области, принят в плановом порядке и вообще – максимально демократичен.

Игорь Тихонов: Неисполнение депутатских полномочий должно быть установлено судом по обращению инициативной группы. Серьезное общественное нарушение обязательств депутата. Мы предполагает, что возмущение людей такими действиями будет достаточным для того, чтобы народ потребовал отзыва такого депутата. А если народ потребует, я думаю, что его активность будет очень высокая, не меньше, чем тогда, когда они за этого конкретного депутата голосовали.

Сергей Гогин: В новом варианте закона основанием для начала процедуры отзыва, как и прежде, является нарушение депутатом российских законов и невыполнение депутатских обязанностей. А вот невыполнение предвыборных обещаний больше таким основанием не является. Избиратели Глебова хотят снять его главным образом за это, а не только за аморалку с фальшивым дипломом.
Почему же «Единая Россия» так держится за непопулярного депутата, запятнавшего себя историей с дипломом? Игорь Тихонов говорит, что пресловутый диплом – это не преступление, а проступок, за который Глебов уже получил нагоняй по партийной линии. А в остальном:

Игорь Тихонов: Это депутат, избранный людьми. Что «Единая Россия» должна с ним сделать? Заставить его сложить полномочия? Считаем, оснований для этого нет.

Сергей Гогин: Принятие нового закона об отзыве депутата Законодательного собрания вынуждает организаторов отзыва Глебова начать процедуру с самого начала. Прецедентов отзыва избранников народа в Ульяновской области не было и, видимо, в скором времени не будет. Закон об отзыве его оппоненты уже назвали «безотзывным». Отныне кандидаты в депутаты могут обещать народу что угодно, не опасаясь за последствия.

Михаил Соколов: В Иркутской области 8 июня появился новый губернатор – Дмитрий Мезенцев. Выходец из Санкт-Петербурга доселе занимал пост заместителя председателя Совета федерации.
Питерскую биографию Мезенцева напоминает Виктор Резунков:

Виктор Резунков: Дмитрий Мезенцев начал свою карьеру в одном из депо Октябрьской железной дороги, где занимался комсомольской работой. Служил офицером в армии. В 1990 году стал депутатом Ленсовета и пресс-секретарем его тогдашнего председателя Анатолия Собчака. Тихий, исполнительный чиновник, делающий свою карьеру – таким он запомнился всем, кто его знал. Вспоминает экс-депутат Ленсовета, заместитель председателя общественной организации «Гражданский контроль» Юрий Вдовин.

Юрий Вдовин: Его я знаю по тому времени, когда он был у меня членом комиссии по свободе слова и средствам массовой информации в Ленсовете 21 созыва. Он старался сделать карьеру чиновника, но я тогда этого не понял. Он у меня напрашивался, чтобы я его сделал председателем пресс-центра Ленсовета, убеждая, что он высокий профессионал и знает, как это делать. Когда я поддался на эти уговоры и предпринял усилия, чтобы он стал руководителем пресс-центра Ленсовета, он проявил себя как грамотный, строящий карьеру чиновник. Он бегал перед Собчаком, он тогда был председателем Ленсовета, впереди все время с повернутым назад лицом. А когда Собчак перешел в мэрию, он его взял туда руководителем службы средств массовой информации. Туда попались дефицитные типографские, бумажные мощности. Дима строил свою работу так, чтобы быть всегда удобным для начальства.
Во время путча 19 августа Голос Америки вдруг сообщил, что руководит пресс-центром Ленсовета кадровый разведчик. Он прибежал ко мне очень расстроенный: как, они меня назвали кадровым разведчиком. Я говорю: Дима, чего проще, в наше время можно опровергнуть, это легко и просто. Свяжемся с Голосом Америки и ты выступишь. Но он в конечном счете не захотел.
Строил карьеру, построил ее. Я сомневаюсь, что из него выйдет хороший губернатор, но он удобный чиновник, он удобный для начальства. Медведев в то время был просто как какой-то сотрудник в аппарате у Собчака, они знакомы. Видимо, тоже умеет показать себя руководителю так, что он ему доверяет.

Виктор Резунков: Тогда, в 90-е годы, и Анатолий Собчак, но больше Владимир Путин со своей командой сделали все для того, чтобы вернуть исполнительной власти контроль над средствами массовой информации. Если не над самими средствами, то над производственно-технической базой. Это им удалось в большой степени. Свидетельство тому – сегодняшнее существование в Петербурге крупных медиа-холдингов, возглавляемых друзьями Владимира Путина. По словам Юрия Вдовина, Дмитрий Мезенцев активно в этом процессе участвовал.
Юрий Вдовин: Вообще он все делал для того, чтобы гласно или негласно средства массовой информации оказались под контролем исполнительной власти. И если нельзя было организовать просто так контроль над этим средством массовой информации, то создавались условия зависимости средства массовой информации от исполнительной власти.

Виктор Резунков: Дальше карьера Дмитрия Мезенцева развивалась как по маслу. С 1996 года он заместитель председателя госкомитета Российской Федерации по печати, а в ноябре 99-го, незадолго до выборов Владимира Путина президентом, возглавляет Центр стратегических разработок. Незадолго до этого назначения Дмитрий Мезенцев защитил диссертацию на тему «Психология влияния средств массовой информации на формирование политических установок личности».

Михаил Соколов: Дмитрий Мезенцев займет пост погибшего в авиакатастрофе Игоря Есиповского.
В нашей московской студии Виталий Камышев, наш постоянный автор, эксперт по политике в Сибири, только что вернулся из Иркутской области. И вот сообщение о том, что Дмитрий Мезенцев утвержден губернатором Иркутской области.
Но вернемся немножко назад. Как проявил себя Дмитрий Мезенцев в качестве сенатора, члена Совета федерации от Иркутской области?

Виталий Камышев: Мне кажется, было бы интересно вспомнить, как вообще Дмитрий Мезенцев появился в Иркутске. Это произошло после чрезвычайно скандальных губернаторских выборов 2001 года, когда действующий губернатор Борис Говорин фактически проиграл лидеру местных коммунистов Сергею Левченко. Но за счет некоторых территориальных избирательных комиссий в Усть-Ордынском Бурятском автономном округе он все-таки вышел вперед. И все осознавали, что его легитимность очень низка. В этой ситуации необходимо было расплачиваться с федеральным центром за то, что все-таки ему была оказана поддержка, его губернаторство было признано федеральным центром.
Одним из элементов этой расплаты, как можно догадываться, стало назначение человека из Питера Дмитрия Мезенцева сенатором от Иркутской области. Мезенцев с регионом никак не был связано до того. И в общем-то, как мне кажется, связь его с регионом все эти годы оставалась достаточно формальной. То есть он представительствовал на различных мероприятиях, в частности, на Байкальском экономическом форуме, изредка появлялся в регионе, давал интервью. Но все отчетливо понимают, что это человек питерских, это человек Путина гораздо в большей степени, чем Медведева.

Михаил Соколов: А с какой-то финансово-экономической группировкой он был связан или нет?

Виталий Камышев: Большинство наблюдателей в Иркутске констатируют, что связь с какой-то конкретной финансово-промышленной группой не прослеживается у Мезенцева. Но мне кажется, это говорит скорее не о его равноудаленности или неподкупности, а о том, что в общем-то он почти не связан с реальной экономической, социальной ситуацией в Иркутске.
Вообще говоря, среди питерских, о которых много говорилось во время правления Путина и сейчас которые играют значительную роль, ведь есть несколько разрядов. Есть люди, которым Путин и Медведев доверяют и доверяют им решение каких-то достаточно реальных дел. Это можно назвать Дмитрия Козака, можно назвать Кудрина, можно назвать Германа Грефа, Игоря Шувалова, Сергея Нарышкина.
Но есть и другая группа, которая, конечно, пользуется доверием руководства нашего государства, однако это люди, которые не решают ничего серьезного. Яркий пример – Сергей Михайлович Миронов. Да, у него есть своя партия, он занимает высокий пост в государстве. Но в общем-то, что он реально решает? Он даже не мог защитить своих людей в Ставропольском крае.
Мезенцев, мне кажется, из того же разряда. Он очень любит представительствовать на форумах, много путешествует, занимается внешней политикой в Совете федерации, но он не допущен к решениям каких-то кардинальных, важных экономических проблем. То есть, грубо говоря, такие люди, вот этот второй разряд питерских, они не перенаправляют финансовые потоки – это очень важно сегодня в России.

Михаил Соколов: Виталий, а другие претенденты на пост иркутского губернатора – Сергей Сокол и Олег Бударгин, им что помешало? То, что они открыто связаны с группой «Норильского никеля»?

Виталий Камышев: Надо сказать, что в этот раз, насколько можно судить, список полпреда Квашнина был достаточно коротким, то есть там фигурировали вице-губернатор Сергей Сокол и Олег Бударгин – это дежурная фигура, которая в нескольких областях, в нескольких регионах фигурировала. Все понимали, что никто из местных назначен не будет – это было общее ощущение.
Что касается Сергея Сокола, то есть такое устойчивое мнение, что это креатура Квашнина, что Квашнин очень лоббировал этого кандидата. О внутренних механизмах такой ситуации можно лишь догадываться. Сергей Сокол, конечно, имел шансы стать губернатором. Фактически даже при Есиповском он вел все практические дела, он был на хозяйстве. Но он успел вступить в достаточно серьезный конфликт с местными элитами. Ведь он курировал выборы в Законодательное собрание прошедшей осенью, и выборы были очень скандальными и сложились достаточно неудачно для «Единой России», то есть результат был низким. Я думаю, что сыграло свою роль.
Но самое главное, мне кажется, федеральному центру надоели скандалы в Иркутске, и они решили поставить действительно своего проверенного человека, не отдавать никому, даже такой мощной группировке, как группировка Сергея Чемизова, никому не отдавать на откуп этот регион, а руководить напрямую.
Но произошло все это очень неожиданно и, я думаю, что и сам Мезенцев не имеет плана действий. Очень много будет зависеть от того, из кого будет состоять его администрация.

Михаил Соколов: Дмитрий Мезенцев утвержден законодательным собранием единогласно на посту губернатора. А где же оппозиция, где достаточно активные, например, коммунисты?

Виталий Камышев: По отношению к Сергею Соколу оппозиция себя вела весьма агрессивно. Региональное отделение партии «Справедливая Россия» выступило с заявлением, в котором призывала будущего губернатора не оставлять Сокола в администрации. Когда прозвучала кандидатура Мезенцева, то все взяли под козырек, кроме коммунистов. Коммунисты заявили, что им необходимо проконсультироваться с Мезенцевым, что все-таки это человек чужой для региона.
И там была очень любопытная деталь: по области шел сбор подписей в поддержку назначения лидера коммунистов Сергея Левченко губернатором. Так я не могу сказать, что голос оппозиции не был слышан.
Другое дело, что пока Мезенцев не сформирует свою администрацию, каких-то открытых схваток, какого-то столкновения ждать не приходится. Но здесь, я еще раз повторю, есть по меньшей мере две варианта. Первый вариант: Мезенцеву предназначена федеральным центром роль свадебного генерала. Тогда скорее всего остается Сергей Сокол и фактически он руководит областью. Это первый вариант, причем, на мой взгляд, очень конфликтный.
Второй вариант – Мезенцев вынужден будет заниматься областью сам и формировать администрацию, может быть исходя из каких-то дипломатических, тактических компромиссов. Тогда в администрации могут появиться лидеры местных отделений партий политических и какие-то авторитетные люди для региона.
Но есть и третий вариант: Мезенцев действительно убирает Сокола, он сам начинает формировать администрацию, но эта администрация формируется опять из варягов, из каких-то людей, которые близки к Мезенцеву. И тогда это тоже вариант, я думаю, конфликтный.
При любом повороте мне кажется достаточно невероятной такая ситуация, чтобы все это происходило в интересах региона.
Если бы действительно федеральный центр хотел как-то прислушаться к населению региона, к политическим элитам региона, то был бы все-таки назначен может быть Виталий Шуба, который, с одной стороны, связан с регионом, хорошо его знает, с другой стороны, он уже лет 12 в Москве.

Михаил Соколов: А ситуация на остановившемся целлюлозно-бумажном комбинате, где проходят акции протеста, она как-то угрожает региональной власти?

Виталий Камышев: Я думаю, что это будет такой пробный камень для Дмитрия Мезенцева. Все свои ресурсы политических связей, политического влияния будут им использованы для того, чтобы быстро решить эту проблему, то есть выплатить долги по зарплате. И по крайней мере, если не реально, кардинально решить проблему населения Байкальска, то все-таки создать впечатление прежде всего на федеральном информационном поле, что проблема решена. Но дело в том, что таких Байкальсков там в потенции несколько. Если пойдет цепная реакция, тогда, конечно, будет совсем другой поворот событий.

Михаил Соколов: Президент Башкирии Муртаза Рахимов резко осудил федеральную власть за насаждение сверхцентрализации, хотя критиковал он и тех людей в «Единой России», которые, как он выражается, командуют, хотя и 3-мя улицами не управляли.
Какова реакция на выступление Муртазы Рахимова в Башкирии – рассказывает корреспондент Радио Свобода в Уфе Артур Асафьев.

Артур Асафьев: В политических и экспертных кругах Башкирии оживленно обсуждают недавнее интервью главы региона Муртазы Рахимова газете «Московский комсомолец». Как известно, в нем башкирский президент подверг резкой критике состояние федерализма в России, излишнюю, по его мнению, централизацию власти, антикризисную политику правительства, а также политическую монополию партии «Единая Россия» в которой он, кстати, сам же и состоит.
Одновременно Рахимов заявил, что пока не видит достойного себе преемника на посту главы региона и собирается исполнять свои обязанности до 2011 года. Особо Рахимов подчеркнул, что навязанную извне кандидатуру нового руководителя «республика не примет».
Официальные политические круги республики пока что никак не комментируют резкие высказывания своего патрона, видимо, до сих не получив никаких ясных указаний на этот счет. В аппарате местного отделения партии «Единая Россия» отказавшись от детальных комментариев, смогли лишь выразить свое недоумение в связи со всей историей как появления на свет самого интервью, так и реакции на него московского партийного руководства.
Башкирские комментаторы отмечают, что при всей справедливости высказываний Рахимова, например, относительно доминирования «Единой России» в общероссийском политическом поле, в самой Башкирии едва ли не худшее положение. В Государственном Собрании Башкирии эта партия занимает более 90 процентов депутатских мест. Такое же положение существует и в представительных органах местного самоуправления всех городов и районов республики. Аналогично можно упрекнуть Рахимова и в том, что на уровне региона он давно уже выстроил такую же жесткую управленческую вертикаль, в создании которой теперь обвиняет федеральный центр.
Эксперты близкие к местной оппозиции считают, что очередной развернутый демарш Рахимова преследует как и ранее вполне конкретную цель - обеспечить возможно более выгодные условия ухода нынешнего башкирского президента в отставку. В частности, пост главы региона должен занять человек, лояльный к Рахимову и его клану, способный обеспечить их экономические интересы.
Уфимский политолог Альберт Мифтахов полагает, что в распоряжении Рахимова по-прежнему находится лишь одна подходящая кандидатура преемника – нынешний премьер-министр Раиль Сарбаев. Соответственно, вокруг этой персоны и ведется весь торг с федеральным центром и на это же будут нацелены и все последующие пропагандистские и организационные мероприятия республиканских властей.
Так, в начале нынешнего лета предполагалось созвать очередное заседание Всемирного курултая башкир, который, по-видимому хотели использовать для демонстрации всенародной поддержки Муртазы Рахимова. Однако, судя по всему, в республиканском Белом доме в последние недели приняли решение сместить национальный акцент на «интернациональный» и в скором времени вместо чисто башкирского съезда будет созвана Ассамблея народов Республики Башкортостан. По некоторым данным на заседании ассамблеи намечено обсудить и одобрить предстоящие изменения в Конституцию республики, согласно которым назначение главой республики премьер-министра и членов республиканского правительства должно согласовываться с Государственным Собранием. В данном случае, по мнению Альберта Мифтахова, речь идет о возрождении старого плана введения в Башкирии парламентской республики, который местные власти уже пытались осуществить в 2002 году, когда на Муртазой Рахимовым в первый раз нависла реальная угроза отставки. В этот раз не исключается вариант, когда вышеупомянутая Ассамблея может призвать к проведению республиканского референдума по принятию конституционных поправок Последние уже начали рассматриваться на заседаниях профильных комитетов Государственного Собрания Башкирии.

Михаил Соколов: Выступление Муртазы Рахимова вызвало угрозы ретивых активистов «Единой России» вроде депутата Андрея Исаева, который обещал исключить башкирского президента из партии. Но председатель Государственной думы Борис Грызлов в понедельник заявил: "Никаких скоропалительных выводов, тем более исключения из партии не последует". В Кремле, похоже, понимают, что дестабилизация национальной республики во время кризиса не нужна, и президент Башкирии Муратаза Рахимов сохранит свое право на свободу слова.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG