Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Математический институт Академии наук имени Стеклова отмечает 75 лет со дня основания


Программу ведет Марина Дубовик. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Ольга Орлова.

Марина Дубовик: В рубрике "Научное событие недели" сегодня рассказ Ольги Орловой о том, как главный математический институт страны - Математический институт Академии наук имени Стеклова - отмечает знаменательную дату - 75 лет со дня основания.

Ольга Орлова: "Стекловка" - так неформально называют Математический институт имени Стеклова не только в России. Это слово знают математики во всем мире. МИАН как отдельный математический институт был создан в 1934 году и назван в честь вице-президента Академии наук, математика и механика Владимира Стеклова. В советские годы это был элитарный научный центр. Достижения его сотрудников были известны за рубежом даже в самые политически холодные годы. Когда же для российской науки наступили тяжелые времена, "Стекловка", как и многие другие академические институты, понесла "невосполнимую утрату": ее сотрудников охотно брали на работу лучшие университеты США и Европы. Многие из тех, кто покинул институт в 1990-е годы, приехали сейчас в Москву на конференцию так называемых внештатных сотрудников "Стекловки". Конференция и открыла праздничную двухнедельную программу. Но значит ли это, что торжество превратится в поминальную молитву и перечень минувших заслуг? Ведь в карете прошлого никуда не уедешь, а в науке тем более. Если нет живой среды, где работают ученые всех уровней, от маститых до аспирантов, то ни доблестное научное прошлое, ни современный офис не могут затмить запах нафталина в коридоре.
О том, чем живет "Стекловка" сегодня, каков ее научный уровень - мы говорили с заместителем директора института Арменом Сергеевым.

Армен Сергеев: Холево, например, Александр Семенович, он занимается такой квантовой теорией информации. Предполагается, что через некоторое время компьютеры выйду на такой уровень миниатюризации и быстродействия, что понадобятся каналы, которые учитывают квантовые эффекты. Мы не знаем, сколько лет уйдет для воплощения этой идеи, может быть, лет десять, но математика под это практически готова. Это будет, конечно, такой прорыв в науке. Из других результатов, совсем свежих, Каледин - прекрасный математик, который вернулся из-за рубежа, ему пришлось перезачесть диссертацию, у него был Пи-Эйч-Ди, ему засчитали здесь как чуть ли не в Принстоне. Вот он получил приглашенный доклад на ближайшем конгрессе, которые будет в следующем году в Хайдарабаде, в Индии. Приглашенный доклад - это уже выдающееся достижение у нас считается. Любой приглашенный доклад - это уже...
Я был на докладе одного молодого математика - Саши Ефимова, он на четвертом курсе. Он участвовал в конференции. У нас вот есть Конкурс Мебиуса, он отдельно проводится для студентов и для аспирантов. Он студент четвертого курса. Он выиграл конкурс для аспирантов, причем с большим отрывом. Представляете, он на четвертом курсе только еще, а выиграл, причем, в одной из самых абстрактных областей в таком категорном подходе.
Много математиков таких вокруг Шафаревича, и они сами себя уже заводят, можно сказать, у них, например, бывает семинар на даче одного из участников, они просто проводят сами семинары на даче. Выбирают какую-нибудь тему, приезжают на дачу и несколько дней там занимаются, делают доклады.

Ольга Орлова: Помимо научных результатов, в России есть еще один весьма специфичный показатель активности института - это реальное участие представителей "научной диаспоры" в работе своих бывших отделов. Первая пробная федеральная программа, поддерживающая связи с уехавшими учеными, появилась только в прошлом году. И судя по критическим отзывам экспертом, вряд ли стоит от нее ждать каких-то ощутимых результатов. Однако дело не только и несколько в неэффективности министерской политики. Никакие федеральные программы не могут заставить прийти в когда-то родной институт, если руководство здоровается холодно, и коллеги не зовут на семинары. И в этом отношении "Стекловке" удавалось сохранять профессиональные связи хотя бы на уровне личных контактов. Если знали, что кто-то из бывших сотрудников приехал в отпуск, приглашали сделать доклад. Поэтому, например, профессор Вестерн-Мичиганского университета Юрий Ледяев шутит, что хотя и конференция, на которую он приехал, называется "для внештатных сотрудников", он себя до сих пор считает вполне штатным.

Юрий Ледяев: На самом деле, это остается - мой рабочий коллектив, место, которое, на самом деле, является одним из передовых центров. Очень известное место, оно хорошо известно во всем мире.

Ольга Орлова: И тем не менее, пока рабочие визиты бывших сотрудников носят чаще характер личной инициативы с обеих сторон. А что мешает их формализовать - спросила я у заместителя директора института Армена Сергеева.

Армен Сергеев: Связывает нас отсутствие инфраструктуры - вот это главная проблема, которая сейчас сдерживает. Нам нужен международный математический институт, такой как есть в Санкт-Петербурге, Институт Эйлера. Я считаю, что для такой огромной страны, как Россия, одного такого института явно недостаточно. Во-первых, в Москве должен быть такой институт, такой институт должен быть в Новосибирске. Я могу сказать, что в Китае сейчас четыре института и образуется пятый, они все уже со своими зданиями, со всем. Мы сейчас много говорим о том, что нам нужно приглашать наших математиков, которые за рубежом, нужно стараться вернуть их сюда, не насильно, конечно, а чтобы они сами захотели вернуться. Как это сделать, куда? У многих здесь нет и квартир, ничего. Значит, им нужно предоставить здесь минимальные условия. И они хотят учить молодежь.

Ольга Орлова: Действительно, пока ни один академический институт не имеет ни права, ни возможности взять на временную или постоянную работу гражданина другой страны, даже если этого хотят и сам гражданин, и его коллеги. Не могут этого сделать и в "Стекловке". Но главное, что удается, - это сохранить желание сотрудников - бывших и настоящих - работать вместе.
XS
SM
MD
LG