Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Брошен на Украину


Власть не может обойтись без Михаила Зурабова.

Власть не может обойтись без Михаила Зурабова.

Михаил Зурабов без пяти минут посол РФ на Украине. Какие задачи ставятся перед ним на новом месте работы? Самое время вспомнить о предыдущих достижениях нынешнего ньюсмейкера.

Имя Михаила Зурабова широкая общественность узнала лишь в начале 2000-х, когда по поручению президента Путина он, глава Пенсионного фонда России (ПФР), продавливал через отчаянно сопротивлявшуюся Госдуму проект пенсионной реформы (ныне благополучно похороненной). Но преобразованием социальной сферы г-н Зурабов начал заниматься гораздо раньше. Просто заслуженная слава запоздало настигла его.
Он выступил первопроходцем в деле построения околомедицинского бизнеса на совершенно легально выделенных бюджетных деньгах

В начале 90-х, создав страховую компанию МАКС, Зурабов одним из первых освоил новое дело обязательного медстрахования. Через несколько лет сагитировал московское правительство на эксперимент по лекарственному страхованию льготников. Он выступил первопроходцем в деле построения околомедицинского бизнеса на совершенно легально выделенных бюджетных деньгах.

Михаил Зурабов, как только народ узнал о его существовании, сразу стал чудовищно непопулярен. Последние 9 лет именно на него оппозиционеры пытаются сваливать вину за провальные социальные инициативы власти. Это не совсем справедливо. Потому что лично Михаил Юрьевич в качестве идеолога глобальных преобразований не отметился. Он всегда лишь подхватывает инициативу и "организует процесс", по ходу дела внося коррективы. Кстати, обладая математическим складом ума, незаурядными менеджерскими и лоббистскими способностями, делает это мастерски. А там пойди разберись, отчего случились неприятности: то ли идея была порочной, то ли коррективы подкачали…

Так, вовсе не Зурабов был инициатором перевода натуральных льгот в денежную форму (пресловутая "монетизация", сопровождавшаяся скандалами и протестами). Но "социальный пакет", выводящий часть льгот из-под монетизации, - зурабовское изобретение. Благодаря "соцпакету" удалось успокоить население. Но, как утверждают специалисты, именно из-за "соцпакета" и идея упорядочения льгот была загублена, и экономии государственных средств не получилось, и льготникам лучше не стало. К тому же, как и ожидалось, пышным цветом расцвела коррупция – например, при отборе фармацевтических фирм, допущенных к поставкам лекарств для "пакета".

Отцом провалившейся пенсионной реформы Зурабова тоже называют несправедливо: концепция перехода на накопительную пенсионную систему сочинялась не им. Но именно глава ПФР уламывал депутатов – и уломал. При этом он постарался направить локомотив реформы по "правильным" рельсам: приложил максимум усилий к тому, чтобы не дать бизнес-структурам прицепить к нему свои вагоны. Благодаря активности Зурабова закон об инвестировании накопительной части пенсии на несколько лет отсек от реформы негосударственные пенсионные фонды. Благодаря его же пассивности (в частности, с информированием населения о том, куда можно передать свои пенсионные накопления) доля людей, доверивших их частным управляющим компаниям, оказалась смехотворно мала. "Не дам унавоживать рынок деньгами будущих пенсионеров!" - говорил Зурабов, ссылаясь на неразвитость российского фондового рынка, отсутствие надежных механизмов инвестирования. Но доходность государственных ценных бумаг, в которые было предписано инвестировать средства ПФР, оказалась ниже уровня инфляции. То есть, деньги будущих пенсионеров, оставленные в распоряжении ПФР, попросту сгорали. При этом именно Зурабов выступал противником создания такого налогового режима, который бы побуждал граждан вносить деньги на добровольное пенсионное страхование в негосударственные фонды. В результате на реформе был поставлен крест. Зато Пенсионный фонд России на протяжении нескольких лет имел в своем распоряжении средства, равные трети бюджета страны.
Однако он вовремя сориентировался и вскоре после принятия закона создал страховую компанию МАКС. Ныне процветающий МАКС занимается более чем полусотней видов страхования

Другой процесс, в котором много лет активно участвовал Михаил Зурабов, - реформирование системы финансирования здравоохранения. В отцы-основатели его и тут не запишешь: закон, разрешивший коммерческую деятельность в сфере добровольного и обязательного медстрахования (ДМС и ОМС), появился в 1991 году, когда Михаил Юрьевич трудился в структурах Минатома и медициной не увлекался. Однако он вовремя сориентировался и вскоре после принятия закона создал страховую компанию МАКС. Ныне процветающий МАКС занимается более чем полусотней видов страхования. Но первые большие деньги он сделал именно на обязательном медстраховании. С тех пор Зурабов прикипел душой к медицинским финансам. Даже возглавляя Пенсионный фонд, плотно интересовался готовящимся под эгидой Минэкономразвития проектом нового закона об ОМС. А став в 2004 году министром здравоохранения и соцразвития, лично занялся его совершенствованием. Правда, и эта реформа до конца не доведена. Опять же непонятно, по чьей вине.

Ради справедливости надо сказать, что прибыли свои МАКС все-таки отрабатывал. Многие страховые компании, вышедшие на "медицинский" рынок позже, в основном выполняли роль посредников, за хороший процент передающих государственные, по сути, средства лечебным учреждениям. МАКС же на начальном этапе развития медстрахования стал своеобразным информационно-методическим центром по внедрению ОМС в Москве: создавал информационно-программное обеспечение, разрабатывал стандарты, обучал персонал поликлиник... Экономист-кибернетик по образованию, Зурабов увлеченно делал – и тогда, и на всех своих последующих должностях – то, на чем неизменно спотыкались все российские реформаторы: вбивал концепции в технологичную форму. К тому же, обладая фантастическим даром убеждения, он умел внушить окружающим, что предлагаемая им технология – единственно верная.

Может, именно за технологичность ценит власть Михаила Зурабова: он умеет организовать процесс, придав ему видимую стройность и динамичность. А результаты… Ну, уж как получится. Всё равно солиднее, чем хаотичные метания "вправо-влево" и расплывчатые "концепции", которыми кормят российскую социальную сферу на протяжении многих лет. Есть у Зурабова ещё одно весьма ценимое во власти свойство: выходить сухим из воды, не доводить дело до криминальных скандалов. В новейшей истории он, пожалуй, единственный успешный предприниматель, сумевший на долгие годы сосредоточить в своих руках огромные государственные деньги, делать крупный бизнес исключительно на них и ни разу серьезно не проколоться. Плюс – и это признают многие, кто лично общался с Зурабовым, – у этого человека гигантское личное обаяние.

Показательно, как усердно на самом верху защищали министра Зурабова, когда оппозиция (а потом и "партия власти") жаждали его крови. В разгар "монетизации", например, редакторы всех центральных газет получили недвусмысленную рекомендацию: имя Зурабова не поминать. Большинство изданий "совету" подчинились. То, что Зурабов не должен возглавлять Минздравсоцразвития, медицинская общественность твердила с самого первого его министерского дня, а защитники "простого народа" (КПРФ и т.п.) – с момента начала монетизации льгот. В предвыборном 2007 году к этим требованиям присоединилась "Единая Россия", а затем и "Справедливая Россия" – похоже, не без намерения нажить дополнительный политический капитал на критике сверхнепопулярного министра. Президент Путин не то чтобы защищал Зурабова от нападок, но и публично ни разу не порицал.

Кстати, в 1998 году президенту Ельцину (как писал он в своих мемуарах) приносили папку с информацией о преступных связях и взяточничестве тогдашнего замминистра здравоохранения Зурабова. Президент поручил главе ФСБ Владимиру Путину проверить информацию. Ответ: Зурабов чист! Из Минздрава его почему-то все же убрали, но сделали президентским советником. А через полгода - главой ПФР.

Опять же, за три с лишним года, которые Зурабов возглавлял Минздравсоцразвития, как только не пытались опорочить его. Летом 2006-го в прессе промелькнула информация, что на закупках медоборудования для нацпроекта "Здоровье" кто-то здорово погрел руки (с прямым намеком на очень приближенных к министру лиц) – и тишина. Потом случился коррупционный скандал в подведомственном Минздравсоцразвитию Фонде обязательного медстрахования, сопровождающийся аналогичными намеками, – и опять все заглохло. И в связи с финансовыми нарушениями в Росздраве (подчиненное министерству агентство) пытались имя министра поминать, и срыв строительства центров высоких медицинских технологий в регионах с ним связывать, и надувательство льготников в ходе "дополнительного лекарственного обеспечения". Зря старались. Министр даже не оправдывался. Ограничивался миролюбивыми комментариями: есть некоторые недостатки, работаем, исправляем.

В результате Зурабов покинул министерский пост без скандала – вместе со всем правительством Фрадкова, подавшим в отставку в сентябре 2007 года. В состав правительства Зубкова его не включили, но сделали советником президента Путина (а потом – президента Медведева). И никто из знающих людей ни секунды не сомневался, что это – лишь временная передышка для гениального технолога. Он уже отсиживался в советниках президента Ельцина после увольнения с должности замминистра здравоохранения – перед новым карьерным рывком…

Ясно одно: Зурабова всегда бросают на тот участок, где надо что-то разрулить, но никто не знает – как именно. Но возникает вопрос: посол на Украине – не слишком ли мелко для полного сил 55-летнего предпринимателя и государственного деятеля? В связи с этим вспоминаются досужие споры на тему "зачем это ему", возникающие в связи с каждым витком зурабовской карьеры. Спорящие неизменно делятся на два лагеря. Одни категорично заявляют: "Зурабов – там, где деньги". Другие возражают: "Денег, что ли, у него мало? У человека море идей и энергии, хочет реализовать, войти в историю как реформатор".

Остается понять, какой из этих вариантов лучше для российско-украинских отношений. Или менее для них опасен.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG