Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
В Страсбурге завершает работу очередная сессия Парламентской Ассамблеи Совета Европы, на которой обсуждались и вопросы соблюдения Россией – как и некоторыми другими участницами этой широкой общеевропейской организации – взятых на себя обязательств в области соблюдения прав человека. Председатель Парламентской Ассамблеи Совета Европы испанский политик Луис Мария де Пуч в эксклюзивном интервью РС рассказал о том, как развивается сотрудничество ПАСЕ и России.

- Россия в числе двенадцати стран – относительно новых членов Совета Европы находится под нашим мониторингом, наблюдением
Мы и сейчас могли бы сказать, что ситуация в России постепенно меняется в положительную сторону, если бы в августе минувшего года не случилось российско-грузинского военного столкновения
– по поводу выполнения тех обязательств, которые Москва взяла на себя, присоединяясь к Совету Европы. Наш комитет по мониторингу ежегодно предоставляет доклад – очередной такой документ мы ожидаем в начале октября – и раньше мы наблюдали положительную динамику. Со времени вступления в Совет Европы в 1996 году Россия заметно продвинулась вперед, однако остается еще целый ряд нерешенных проблем. Мы и сейчас могли бы сказать, что ситуация в России постепенно меняется в положительную сторону, если бы в августе минувшего года не случилось российско-грузинского военного столкновения. Об ответственности за этот конфликт ведутся медленные переговоры в Женеве, и мы – не часть этого процесса. Мы в Совете Европы размышляем над созданием другой трехсторонней комиссии – Россия, Грузия, Парламентская Ассамблея, - но не для того, чтобы определить меру ответственности и найти виновника, а чтобы понять, как можно помочь людям в зоне конфликта. Наша цель – помочь России еще дальше продвинуться по пути демократии, чтобы Россия стала такой же, как и другие страны Европы.

- То есть, вы считаете Россию демократической страной?

- Ну, это демократическая страна - в своем роде. В мире нет какой-то общей модели демократии. Россия определенно продвинулась вперед – и мы видели это в ходе последних выборов, результаты которых, как нам представляется, отражают волю большинства населения страны. Однако демократия есть широкое понятие – это и уважение прав меньшинств, и свобода печати, и прогрессивное законодательство, И хотя мы можем сказать, что Россия вошла в систему демократических страна, в этой стране еще хватает простора для совершенствования демократических институтов.

- В Кремле обычно обостренно и с обидой реагируют на любую критику из-за границы в адрес российского руководства. Как вам работается с российской делегацией?

- В Кремле ошибаются, если считают Совет Европы врагом России. Мы – общеевропейская организация и в этом смысле
Мы стараемся не ввязываться в обмен заявлениями-ударами, мы ждем и требуем от России ровно того же, чего ждем и требуем от других участников Совета Европы
принадлежим всем. Мы – площадка для дискуссий. Всякий раз, когда кто-то критикует Россию, кто-то другой защищает позицию Москвы. Наше взаимодействие мне представляется конструктивным, многое из того, что предлагал Совет Европы, нашло применение в России. В качестве примера я могу привести ситуацию вокруг так называемого протокола 14 к европейской Конвенции по правам человека, в котором идет речь об упрощении работы Европейского суда по правам человека. Поначалу российская делегация возражала, однако затем в моем кабинете появился глава русской делегации и сказал: мы ратифицируем этот протокол! А сколько было пересудов об антирусском якобы характере этого суда! Понимаете, некоторые заявления делаются из соображений политической коньюктуры, требований момента, но есть политическая реальность, которая куда более позитивна. Мы стараемся не ввязываться в обмен заявлениями-ударами, мы ждем и требуем от России ровно того же, чего ждем и требуем от других участников Совета Европы. Я в целом удовлетворен тем, как в последние месяцы у нас развивается сотрудничество с делегацией России. Мы поддержали предложение президента Медведева об организации международного Суда по противодействию морскому пиратству. Если вы считаете, что мы негативно реагируем на все русские предложения – это неправда, и в последнее время сотрудничество развивается успешно. Мы приветствуем намерения России играть в Совете Европы активную роль. Однако Совет Европы и впредь будет оказывать воздействие на Россию - с тем, чтобы она совершенствовала свои демократические институты.

- Какую вы при этом выбираете стратегию – давления? Или прагматизма, как некоторые политики, которые предпочитают видеть Россию пусть недемократической, но стабильной и спокойной страной?

- У Совета Европы нет другой стратегии – мы продолжаем просить Россию и требовать от России: придерживайтесь демократических нор, соблюдайте демократические нормы. У нас нет иной политики по отношению к любой стране-участнице Совета Европы. Мы хотим, чтобы концепция прав человека превалировала в российском обществе. Нет, нет, - мы не сторонники прагматизма в политике, мы никому не позволим делать то, что заблагорассудится, в нарушение демократических норм. Права человек должны соблюдаться в любой стране Совета Европы!

- Совету Европы достанет смелости провозгласить Михаила Ходорковского политическим заключенным?

- Я – председатель Парламентской Ассамблеи и должен придерживаться процедуры. По этой теме Совет Европы не формулировал своей позиции и не делал заявлений. Если такое заявление будет сделано – я буду защищать позицию моей организации. Некоторые наши комитеты занимаются проблемами политических заключенных в отдельных странах, но концепции. понимания того, каково общее определение этого понятия, применительно к конкретным случаям, пока у нас не выработано. Когда и если такое случится, когда мы поймем, как определяется понятие "политический заключенный", возможно, это будет относиться и к тому сеньору, которого вы упомянули.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG