Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Итоги первого дня визита Барака Обамы в Москву


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимают участие обозреватели Радио Свобода Олег Кусов, Ирина Лагунина, Ефим Фиштейн.

Андрей Шароградский: Итак, к моменту первого выхода этого выпуска программы "Время Свободы" в эфир в Кремле только что завершились переговоры президентов России и Соединенных Штатов, Дмитрия Медведева и Барака Обамы. За ходом первого дня визита американского президента в Москву следит корреспондент Радио Свобода Олег Кусов, который сейчас в прямом эфире.
Олег, здравствуйте. Итак, какие документы подписаны по итогам сегодняшних переговоров и о чем говорили президенты на итоговой пресс-конференции?

Олег Кусов: Здравствуйте, Андрей. Пресс-конференция в Кремле уже идет около 30 минут, сделаны важные заявления. Я предлагаю послушать эти заявления. Открыл совместную пресс-конференцию в Кремле на правах хозяина президент России Дмитрий Медведев.

Дмитрий Медведев: Первый визит президента Соединенных Штатов Барака Обамы в Россию был очень насыщенным. Первый день показал, что мы смогли пройтись практически по всем направлениям нашей повестки дня. Она была очень объемной, очень полезной и очень открытый, деловой разговор. Это была, вне всякого сомнения, та встреча, которую ждали и у нас в стране, и в Соединенных Штатах Америки и от которого зависит не только будущее наших стран, но во многом и тренды, перспективы мирового развития. Я хотел бы еще раз подчеркнуть одну вещь. Действительно первый день переговоров, наша встреча и в формате тет-а-тет, и в узком составе, и в широком составе, они были открытыми и искренними. Мы договорились, что мы и дальше будем общаться именно в таком ключе.

Олег Кусов: Одним из важных вопросов переговоров Медведев назвал вопрос об Афганистане.

Дмитрий Медведев: Мы обсуждали вполне конкретные вопросы, и я хотел бы некоторыми из них поделиться с вами. Конечно, мы говорили о международных темах, мы говорили, например, о таких сложных темах, как процесс ближневосточного урегулирования и по этому вопросу договорились работать дальше, с учетом тех визитов, которые у нас недавно были на Ближний Восток, и с учетом тех планов, о которых мы говорили в преддверии ряда крупных событий. Обсуждали мы, кстати сказать, и возможность проведения московской конференции по ближневосточной проблематике. Мы говорили об очень важной теме, по которой крайней необходима координация наших действия, я имею в виду Афганистан. Без совместной работы на этом направлении, по всей вероятности, успехов по этому направлению не достигнуть. По этому поводу согласовано специальное заявление.

Олег Кусов: Президент России рассказал о новых договоренностях по стратегическим наступательным вооружениям.

Дмитрий Медведев: Это базовый элемент нашей взаимной безопасности. Работа была интенсивной, надо признаться, что наши команды, наши делегации работали над этой темой продуктивно, проявляли разумный компромисс. Я хотел бы поблагодарить всех, кто участвовал в этих переговорах, и кто будет еще участвовать. Результатом этого является и то, что мы вышли не только на взаимное понимание того, как нам двигаться дальше, но и на базовые уровни, по которым мы будем продвигать дальше кооперацию в этой сфере. Мы договорились о предельных уровнях как носителей, так и боеголовок, имея в виду то, что эта тема является абсолютно конкретной. В том совместном понимании, которое мы только что подписали с президентом Соединенных Штатов, говорится о возможности для наших стран иметь от 500 до 1100 носителей, стратегических ядерных вооружений и от 1500 до 1675 боеголовок. Это те новые параметры, в рамках которых сегодня и будет проходить диалог, и в рамках которых мы надеемся достигнуть окончательной договоренности.

Олег Кусов: Президентам России и США удалось выйти на документ о противоракетной обороне, подписаны и другие документы, заявил Дмитрий Медведев.

Дмитрий Медведев: По целому ряду позиций у нас еще остаются расхождения. Тем не менее, нам удалось выйти на совместный документ, который принят путем одобрения. Мы обсудили меры сотрудничества в ядерной сфере, самое главное - это то, что мы будем продолжать сотрудничество по всем направлениям. От наших стран очень многое зависит. Мы подписали, как мной уже было сказано, соглашение о военном транзите в Афганистан. Мы решили создать президентскую комиссию по сотрудничеству, которая будет координировать взаимоотношения между различными ведомствами, между ведомствами Соединенных Штатов и Российской Федерации по всем приоритетным направлениям, включая, конечно, экономическое направление и военное направление. По военному направлению этими вопросами займутся как раз руководители генеральных штабов, которые подписывали здесь документ только что, это господин Макаров и господин Малин. Вскоре все эти документы будут опубликованы, вы сможете с ними ознакомиться.
В целом, характеризуя первый день нашей работы и результаты переговоров, которые сегодня прошли, я хотел бы сказать, что расцениваю их как первый шаг, но очень важный шаг в процессе активизации полноформатного сотрудничества между нашими странами, от которого должны выиграть оба государства. А если выиграют оба государства, выиграют все.

Олег Кусов: Президент США Барак Обама сказал, что стороны обсудили иранскую ядерную программу и ядерную программу КНДР, а также ситуацию в Грузии.

Барак Обама: Мы только что закончили очень продуктивную встречу. Как только что сказал президент Медведев, президент и я согласились, что отношение между Россией и Соединенными Штатами в течение какого-то времени дрейфовало, мы решили действительно сделать перезагрузку наших отношений для того, чтобы мы могли сотрудничать более эффективно по направлениям, представляющим взаимный интерес. И сегодня, после менее чем шести месяцев сотрудничества, мы и моя администрация, мы сделали именно это, и мы приняли решение по целому ряду вопросов для прогресса в будущем. Я думаю, что следует отметить, что мы приняли решение по главным приоритетам, которые очень важны для безопасности и процветания обеих стран. Во-первых, мы предприняли важные шаги вперед для того, чтобы увеличить меры безопасности, останов распространение ядерных материалов. Кроме того, мы договорились о сокращении наших собственных ядерных арсеналов. Мы являемся ядерными державами и нам нужно вести за собой других в плане примера.
Мы подписали документ о понимании, касающемся договора предыдущего, который придет на смену СНВ, этот договор будет завершен в этом году. Мы также согласились о совместном заявлении о сотрудничестве в области ядерной безопасности, что позволит нам обезопасить все уязвимые ядерные материалы в течение четырех лет. Мы так же поговорили о саммите восьмерке. Мы так же должны обеспечить, чтобы другие страны выполняли свои обязательства, поэтому мы провели дискуссию о Северной Корее и Иране. Северная Корея нарушила международное законодательство и свои обязательства, поэтому я благодарен России за участие в резолюции ООН, которая предпринимает серьезные шаги в отношении Северной Кореи. Иран так же является очень важной проблемой. Он тоже не выполняет международных обязательств. Это большая проблема для Соединенных Штатов, потому что речь может идти о ядерной гонке вооружений на Ближнем Востоке, что будет угрозой глобальной безопасности. Ядерная программа Ирана так же является большой угрозой. Поэтому мы сотрудничаем в области ПРО и совместной оценки угрозы в XXI веке, включая угрозы, исходящие от Ирана и Северной Кореи.
Во-вторых, мы предприняли важные шаги для того, чтобы укрепить наше сотрудничество. И президент Медведев, и я согласились, что нам необходимо бороться с угрозой экстремизма, особенно "Аль-Каидой". Сегодня мы подписали соглашение о транзите военного оборудования через Россию в Афганистан. Это очень важный вклад со стороны России, наши международные усилия. Это позволит нам сэкономить время и ресурсы при поддержке наших вооруженных сил.

Олег Кусов: Это были основные заявления, сделанные на совместной пресс-конференции Дмитрия Медведева и Барака Обамы. Пресс-конференция уже закончилась. Я думаю, что в последующем мы познакомим слушателей с другими вопросами, которые на ней поднимались.

Андрей Шароградский: Спасибо. В прямом эфире был корреспондент Радио Свобода в Москве Олег Кусов. Мы обсуждаем итоги первого дня визита президента США Барака Обамы в Москву.
Сейчас в прямом эфире по телефону из Москвы профессор МГИМО, специалист по вопросам глобальной безопасности Андрей Загорский, мои коллеги - обозреватель Радио Свобода Ирина Лагунина и главный редактор Русской службы Радио Свобода Ефим Фиштейн. Здравствуйте, господа. Мой первый вопрос Андрею Загорскому. Андрей Владимирович, сегодня подписано коммюнике по новому договору о сокращении стратегических наступательных вооружений. Исходя из вашего опыта, означает ли это, что договор уже точно будет подписан в декабре этого года?

Андрей Загорский: Я думаю, что перспективы довольно неплохие, потому что сторона удалось договориться по, наверное, наиболее сложному вопросу в ходе этих переговоров, а именно - по ограничению не только боеголовок, но и носителей систем. Поскольку конкретные параметры обозначены, я думаю, что есть надежда вполне реальная на то, что к концу года мы сможем выйти на договор.

Андрей Шароградский: И все-таки, как вы считаете, какие проблемы были именно самыми серьезными в ходе обсуждения этих договоров? То, о чем вы только что упомянули, - количество боеголовок, возвратный потенциал, контроль за числом боеголовок? Или все-таки то, о чем очень много говорилось, по крайней мере, в средствах массовой информации, об увязывании подписания этого договора с планами Соединенных Штатов создать в Европе систему противоракетной обороны?

Андрей Загорский: Их можно разделить, потому что проблемы, которые возникали внутри, собственно говоря, темы сокращения стратегических вооружений, конечно, наиболее сложной была тема ограничений не только боеголовок, но и носителей. Потому что была возможность оснащения стратегических носителей неядерными боезарядами. Это вызывало большую озабоченность в России. Были и есть проблемы по возвратному потенциалу, хотя есть понимание о том, что он будет, и вопрос определения его количественных параметров. Я думаю, что по контролю проблем не возникало существенных, потому что давно уже сложилось ясное понимание и у нас, и у американцев о том, как мы хотим упростить систему контроля.
Политически, безусловно, во многом препятствовала договоренности тема противоракетной обороны, потому что мы помним достаточно жесткие высказывания, в том числе и Медведева, в частности в Хельсинки недавно о том, что если не будет договоренностей по этим вопросам, то не будет, соответственно, договора.
Судя по тому, что сказали сегодня Обама и Медведев на пресс-конференции, тема не снята полностью с повестки дня. Мы продолжаем обсуждать вопрос взаимосвязи, но мы их развели даже по разным документам и идем вперед по сокращению наступательных вооружений, независимо оттого, как мы договоримся по ПРО.

Андрей Шароградский: И все-таки, когда речь идет о договоре о стратегических наступательных вооружениях, какая из сторон пошла на большие уступки, как вы считаете?

Андрей Загорский: Мне трудно судить, кто пошел на большее. Американцы сделали вполне очевидный шаг вперед, соглашаясь сокращать носители этих систем. Это правильно. Это уступка здравому смыслу. Мы сняли прямую увязку с решением сегодня тематики по ПРО. Я думаю, это разумный баланс уступок. Я не стал бы обсуждать, кто сделал больше, кто сделал меньше. Это компромисс, который мы искали в ходе договоренностей с тем, чтобы сохранить динамику в этих отношениях.

Андрей Шароградский: Спасибо. Напомню, это был профессор МГИМО Андрей Загорский, специалист по глобальной безопасности.
Я сейчас обращаюсь к обозревателю Радио Свобода Ирине Лагуниной. Ирина, как вы оцениваете те договоренности по противоракетной обороне, которые достигнуты в ходе сегодняшних переговоров?

Ирина Лагунина: Я согласна с профессором Загорским в том, что, скорее всего, поскольку такая конкретика в цифрах и в обещаниях, и заявлениях, то, скорее всего, этот договор будет. Но мне все-таки кажется, что по проблеме ПРО стороны расходятся так же, как они расходились до сегодняшней встречи, до этого саммита. Условно говоря, мне кажется, то, что сказал Барак Обама на пресс-конференции, что они договорились говорить дальше, это довольно правильная оценка того, что произошло. Дело в том, что на пресс-конференции, если вы заметили, президент Обама и президент Медведев совершенно по-разному оценивали свои договоренности и подписанные документы. Президент Обама сказал, что, поскольку речь не идет при создании системы европейской ПРО о России, то связывать с разоруженческими договорами нельзя эту систему. А президент Медведев подчеркнул, что в совместном заявлении говорится о связи наступательных и оборонительных вооружений. То есть диаметрально противоположная оценка прозвучала. Мне кажется, что обе стороны в данном случае решили как бы немножко отложить проблему. Ее можно отложить, как бы сама реальность предоставляет эту возможность, потому что Барак Обама сейчас распорядился провести оценку предложений, которые были представлены Джорджу Бушу в свое время, в том числе технических предложений и оценить, насколько будет эффективной эта система ПРО, которую собирались строить в Европе. Эта оценка будет дана Белому дому, представлена в конце лета. Так что, в общем, до конца лета здесь отношения довольно устойчиво будут сохраняться.

Андрей Шароградский: Спасибо, Ирина. Я бы хотел задать фактически аналогичный вопрос Ефиму Фиштейну. Вам не показалось, что президенты в ходе пресс-конференции делали фактически взаимоисключающие заявления?

Ефим Фиштейн: Взаимоисключающие разве что в области лексики. Ирина Лагунина права, говоря о том, что были расхождения относительно того, является ли нынешняя встреча победой увязки двух аспектов или, наоборот, победой размежевания. Но ведь не в словах здесь дело. Встреча важна уже потому, что она состоялась, потому что договорились стороны о том, что они будут продолжать переговоры и это уже само по себе важно. Мне кажется, ключ к решению вопроса о противоракетной обороне в словах Медведева о том, что будет уточняться конфигурация этой обороны противоракетной, этого позиционного комплекса. И действительно, если до сих пор речь шла о конфигурации "десять кинетических ракет в Польше и радар в Чехии", то вполне можно себе представить ситуацию, при которой Россия присоединится к противоракетной обороне, скажем, предоставив какие-то свои радиолокационные станции или какие-то другие технические объекты и, тем самым, сможет выйти из положения, заявив о том, что она фактически включила в конфигурацию какие-то свои объекты. Мне кажется, в этом направлении будет проходить поиск решения. Обама, несомненно, проведет переоценку, и я почти не сомневаюсь в том, что что-то будет, может быть, уточнено. Я очень сомневаюсь в том, что он решится отменить все предыдущие выкладки американских специалистов. Тем самым он бы потерял лицо и с ним вместе и Соединенные Штаты.
Другой аспект мне хотелось бы во всех этих подписанных документах или соглашениях отметить. Единственный реальный поворот позиций одной из сторон я вижу в том, как ныне Россия, ее руководство трактует афганскую операцию НАТО, США. Если до сих пор, по крайней мере, на пропагандистском уровне, да и на уровне принятия решений, все-таки это трактовалось как операция в интересах Запада или в интересах США, поэтому она чуть ли не буквально называлась и считалась агрессивной операций... Не случайно и закрытие базы Манас под Бишкеком ложилось в эту стратегию. То сейчас, мне кажется, произошел определенный поворот, пришло к российскому руководству понимание того, что в Афганистане и НАТО, и Соединенные Штаты воюют, как говорится, и за них, делают грязную работу и за Россию, поскольку стабилизация ситуации в Афганистане - это жизненный интерес и России. Поэтому предложение транзита вооружения в Афганистан, поэтому изменения и киргизской позиции по военной базе в Манасе. Мне кажется, что все это новая линия и она, несомненно, правильна.

Андрей Шароградский: Вы считаете, что это компромисс, это компромисс ради того, чтобы каким-то образом, опять же, наладить отношения с Соединенными Штатами или же все-таки это реальная политика, которая будет проводиться в жизнь в ближайшие годы?

Ефим Фиштейн: Это видимая уступка, которая на самом деле уступкой не является, поскольку она соответствует интересам России. Это очень удачный пример того, как можно торговаться. Когда совершаешь какую-то уступку, обеспечивая, прежде всего, свои собственные интересы безопасности. Это то, что сейчас совершила Россия. Другое дело, как она включится в афганскую операцию, только ли как территория для транзита, то ли какими-то другими, может быть, дополнительными поставками для объединенных сил, воюющих сейчас в Афганистане. Мне сейчас это сложно сказать. В любом случае, в данном случае имеет место позитивный поворот.

Ирина Лагунина: Я бы хотела предостеречь Фиму, потому что вот это соглашение еще должно быть ратифицировано Думой.

Ефим Фиштейн: У меня вообще не возникает сомнений.

Андрей Шароградский: У меня вопрос Андрею Загорскому. Я бы все-таки хотел вернуться еще раз к противоракетной обороне. Насколько вы считаете вероятным, что Россия станет участницей, полноправной участницей строительства системы противоракетной обороны в Европе?

Андрей Загорский: Это возможно, но это сложно. Есть очень простая вещь. Американцы, размещая свои системы, никогда никому - ни России, ни европейцам - не отдадут ключ к информации, к запуску системы и так далее. Поэтому, если речь пойдет о конфигурации, то это будет система систем так называемая, когда возможные разные компоненты, не исключая российские, будут увязаны в некую общую систему, но не лишая самостоятельности американские ракеты, перехватчики и радары. Об этом можно говорить и нужно говорить, но это будет достаточно непростой процесс.

Андрей Шароградский: А имеет смысл об этом говорить? Все-таки, если да, то почему?

Андрей Загорский: Нет, смысл имеет в любом случае, потому что количество ракетных угроз и ракетных угроз, связанных с оружием массового уничтожения, будет в перспективе не уменьшаться, а увеличиваться. Поэтому самый простой и логический ответ заключался бы в том, чтобы создать международную многостороннюю систему, которая позволяла бы отслеживать ракетные пуски и все, что представляет собой угрозу или может представлять угрозу, автоматически убивать на подлете к тем странам, которые входят в соответствующий пул. Но мы от этого еще очень далеки.

Андрей Шароградский: Спасибо. В прямом эфире был профессор МГИМО Андрей Загорский, специалист по вопросам глобальной безопасности. В обсуждении итогов первого дня визита Барака Обамы, президента США, в Москву, первого дня его переговоров с президентом России Дмитрием Медведевым. Участвуют так же мои коллеги, обозреватель Радио Свобода Ирина Лагунина и главный редактор Русской службы Радио Свобода Ефим Фиштейн.
XS
SM
MD
LG