Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Исполняется 20 лет с начала массовых волнений шахтеров в СССР


Программу ведет Александр Гостев. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Карэн Агамиров.

Александр Гостев: Исполняется 20 лет с начала массовых волнений шахтеров в СССР, которые, как считается, положили начало не социалистическим, а трудовым отношениям между работниками и работодателями. 11 июля 1989 года в Междуреченске Кемеровской области началась массовая забастовка всех угледобывающих предприятий с требованием повышения зарплаты и улучшения условий труда. К акции присоединились все шахтеры Кузбасса. На протяжении нескольких лет уже после распада СССР именно шахтерские стачкомы, а затем профсоюзы, заставляли власти вступать в прямой диалог с трудящимися. К чему пришло постсоветское рабочее движение через 20 лет после знаменитой кемеровской стачки, выяснял Карэн Агамиров.

Карэн Агамиров: Двадцать лет спустя… Тогда все казалось необычным. Как это так - бастовать в стране, в которой и слово-то вымолвить без последствий было небезопасно. Но все это было правдой. У микрофона Радио Свобода лидер "Росуглерофа" Иван Мохначук.

Иван Мохначук: Тоже, наверное, если говорить о 20 годах, то, конечно, есть проблема. Не стало Советского Союза, в котором произошли эти забастовки. Это первое. Что касается развития рабочего движения после массовых забастовок 1989 года, то удалось изменить систему взаимоотношений, прежде всего, построить институты социального партнерства с точки зрения взаимоотношений работодатель, работник и государство.

Карэн Агамиров: Тогда, в 1989, шахтеры зарабатывали, если память мне не изменяет, около 900 рублей.

Иван Мохначук: В 1989 году в среднем, наверное, рублей 600.

Карэн Агамиров: А сегодня сколько?

Иван Мохначук: А сегодня средняя зарплата 23 тыс. рублей.

Карэн Агамиров: Меньше 1 тыс. долларов.

Иван Мохначук: В принципе - да.

Карэн Агамиров: Это же нищета, согласитесь?

Иван Мохначук: Извините, если говорить, что 600 рублей - это было 600 долларов, то это тоже было меньше 1 тыс. долларов.

Карэн Агамиров: Нет, Иван Иванович, давайте так. Академик зарабатывал 500 рублей.

Иван Мохначук: Я понимаю. Если говорить с точки зрения покупательной способности рубля того и рубля сегодняшнего, то, конечно, это гораздо меньше.

Карэн Агамиров: Итог-то какой 20-летний? Чего добились?

Иван Мохначук: Если говорить о правах и свободах гражданских и политических, то добились гораздо больше, чем было. А если говорить об уровне жизни, социальной защите, перспективе, пенсионного обеспечения и остального, то много потеряли.

Карэн Агамиров: Какие-то обращения к Медведеву, к Путину?..

Иван Мохначук: По поводу 20-летия шахтерских забастовок наш профсоюз никаких заявлений к Медведеву и к Путину не делал. Потому что мы считаем, что это бессмысленно, делать заявления. Вместе с тем, у нас есть отраслевое тарифное соглашение. Мы очень жестко в условиях кризиса пытаемся отслеживать его выполнение, чтобы не уронить жизненный уровень и покупательную способность шахтеров.

Карэн Агамиров: Все-таки шахтеры недовольны, да?

Иван Мохначук: Скажем, в Туле, либо в Ростовской области, либо на Урале, где предприятия неконкурентоспособны и уголь сегодня не востребован, безусловно, они недовольны.

Карэн Агамиров: Иван Иванович, а массовых всплесков, как 20 лет назад, гнева шахтерского стоит ожидать или нет?

Иван Мохначук: Я думаю, что не стоит ожидать. Ситуация сложная. Возможны отдельные проявления, но в целом такого цунами, я так сравнил, я думаю, что не будет.

Карэн Агамиров: Прогнозирует Иван Мохначук.
Депутат Государственной Думы России от "Единой Росси" Павел Медведев размышляет об эффективности забастовочной формы протеста.

Павел Медведев: Я даже не знаю ответа на этот вопрос. Было несколько случаев, когда протесты граждан, работников каких-то предприятий, производили эффект чрезвычайно быстро. Были случаи, когда месяцами люди доказывали свою правоту и не то, что им говорили, что они не правы, а просто их не слышали. Так что, я не знаю ответа на этот вопрос.

Карэн Агамиров: А все-таки вы депутат Госдумы. Эти люди, наши сограждане, бастовали и, может быть, опять будут бастовать.

Павел Медведев: Я депутат, конечно, но я нахожусь в очень специфических условиях. Я должен признать - я московский депутат. У меня иногда возникают конфликты, связанные с тем, что граждане думают, считают, что им не вовремя выплатили зарплату.

Карэн Агамиров: Шахтеров упрекали иногда в том, что они тянут одеяло на себя. Но они говорили - благодаря нам, население осознает свое значимое я.

Павел Медведев: Я считаю, что каждый должен отстаивать свои права. Шахтеры в каком-то смысле, уж не знаю формулировалось это или нет, боролись против советской власти. Теперь конфликты возникают, как правило, между частным работодателем и гражданином. Это все-таки конфликт другого типа. Он принципиально локальный.

Карэн Агамиров: Больше экономический, вы хотите сказать?

Павел Медведев: Мало того, что он экономический, так он еще и локальный. Противоречия возникают не между государством или гражданином или группой трудящихся, а между их работодателем и этими трудящимися.

Карэн Агамиров: Павел Алексеевич, у вас нет ощущения, что в сентябре, октябре, ноябре ситуация может очень серьезно измениться в России, что-то начнется, что было 20 лет назад?

Павел Медведев: Может. Все может быть.

Карэн Агамиров: Прогнозирует Павел Медведев.
Опытный лидер рабочего движения, депутат Государственной Думы России от "Справедливой России" Олег Шеин о вечной теме - революцию делают герои, а ее результатами…

Олег Шеин: Результатами шахтерских забастовок, рабочего движения воспользуются совершенно мутные силы, которым было наплевать и на рабочих, и на нашу страну, которые на тяжелом горбу смогли взять управление в свои руки, после чего она была просто разворована.

Карэн Агамиров: Кого вы имеете в виду?

Олег Шеин: Я имею в виду команду Ельцина. Абсолютно конкретно Гайдара, Чубайса и тех людей, которые тогда пришли к власти. Но надо понимать и другое, что вслед за шахтерскими забастовками появились реальные, хорошие, настоящие профессиональные союзы, которые сегодня работают уже 15-20 лет. Именно эти профсоюзы являются той школой, где люди могут научиться свободе, люди могут научиться возможности отстаивать точку зрения и добиваться нормальных условиях труда. Примером чему, в частности, является последнее выступление работников автопрома.

Карэн Агамиров: Олег Васильевич, но все-таки 23 тыс. люди зарабатывают, а тогда они зарабатывали 600 рублей. Это были большие деньги. Так чего же добились?

Олег Шеин: Добились в первую очередь того, что появились реальные организации рабочего класса. Я думаю, что в силу событий, которые происходили на закате Советского Союза, даже если бы не было шахтерских забастовок, не было бы выступления рабочего класса, все равно правящая партия КПСС с удовольствием рассовала общенародное имущество себе по карманам. Ведь мы хорошо понимаем, что новыми капиталистами стали вчерашние партийные чиновники. Шахтерские забастовки, выступления рабочего движения повлекли за собой создание организаций. Вот если бы таких организаций не было, у нас сегодня положение в стране было бы гораздо хуже.

Карэн Агамиров: Полагает Олег Шеин.
Шахтерские волнения. Двадцать лет спустя.
XS
SM
MD
LG