Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Шекспир в летнюю ночь


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Анна Асланян.

Кирилл Кобрин: Сегодняшняя история - об одной из английских традиций. Как только на британских островах наступает лето, в садах и парках по всей стране открывается театральный сезон. На природе играют что угодно, но в первую очередь, разумеется, Шекспира. Анна Асланян, лондонская журналистка, побывала на подобном представлении в Льюисе, английском городке с древней историей.

Анна Асланян: Английское лето от других времен года отличают не только “теплое пиво и крикет на лужайке”, но еще и театр под открытым небом. Шансы на хорошую погоду здесь в любое время года примерно одинаковы, однако по традиции сезон на свежем воздухе устраивается главным образом с июня по сентябрь. Во множестве парков, общественных и частных, идут бесконечные комедии, оперы, концерты. В этом году в лондонском Риджентс-парке можно посмотреть сугубо комнатную вещь “Как важно быть серьезным”, а в Глайндбурнской опере - послушать “Тристана и Изольду”. Но сегодня речь пойдет о менее известной сцене - о лужайке в обычном городском саду.
Хотя сам город Льюис, расположенный в графстве Сассекс, обычным не назовешь. Он знаменит своим старинным замком, книжной лавкой 15 века, тюрьмой, ночью костров, анархическими традициями и процветанием искусств. Пройти городок из конца в конец можно за полчаса, и по дороге вам попадется дюжина мест, где время от времени что-то представляют. О недавно появившемся в Льюисе театре “Синерджи” рассказывает его создатель Дэвид Партон.

Дэвид Партон: Мы с женой открыли этот театр два года назад. Принцип у нас такой: делать малобюджетные постановки. Это означает, что мы способны ставить пьесы, которые многим любительским театрам поставить не удается - мешают экономические последствия. Малый бюджет позволяет нам работать с классическим репертуаром: например, мы играем Шекспира, играем Ибсена, современную классику вроде Теннесси Уильямса... А в будущем году мы, отыграв неделю здесь, везем шекспировскую постановку в Норвегию.

Анна Асланян: В этом сезоне в театре “Синерджи” идет “Много шума из ничего”. В качестве сцены был выбран сад в центре Льюиса; публике предложено было приносить с собой все необходимое для пикника. На последнее представление зрители собрались, нагруженные корзинами с едой и напитками, а также раскладными стульями (вместо пледов) и зонтами. Ясно было, что дождь неминуем. Рассевшись на лужайке и раскупорив бутылки, народ понял и другое: спектакль будут играть в буквальном смысле под открытым небом, без навеса. Когда полило не на шутку, зрители, кутаясь в плащи, начали сочувственно посматривать на актрис в открытых, как положено у Шекспира, платьях. Но комедия продолжалась несмотря ни на ливень, ни на прочие помехи. (Звучит песня)
Беатриче, узнав о чувствах Бенедикта, подпрыгивала на месте и радостно хихикала, не замечая непогоды. Бенедикт распространялся о женских добродетелях, прохаживаясь по мокрой траве. Остальные в полном соответствии с текстом строили козни в надвигающихся сумерках. Режиссер, не раскрывая зонта, стоял у неработающего (по причине сырости) софита и делал заметки в блокноте. В антракте одна пара из публики направилась к калитке. На вопрос, почему уходят, они ответили так.

- Тут холодновато. И потом, нам было плохо слышно из-за гусей. Конкуренция мешала: слева гуси, справа - дети. Кое-что мне понравилось, но, боюсь, я не сумел достаточно вовлечься.

Анна Асланян: Впрочем, это был единственный случай недостаточного вовлечения - остальные зрители не только не собирались уходить, но с энтузиазмом рассказывали о своей любви к подобного рода мероприятиям.

- Да, я обожаю Шекспира. Мы довольно часто бываем в театре на природе. К сырости нам не привыкать. Однажды смотрели мы что-то в Риджентс-парке - так там актрис в кусты швыряли, и все такое.

Анна Асланян: После антракта погода не улучшилась - к дождю прибавился холод, поднялся ветер, начало темнеть. Спектакль шел своим чередом. (Звучит фрагмент спектакля)
Окончилось представление едва ли не в полной темноте под громкие аплодисменты. Сложив походные табуретки и собрав пустые стаканы, публика неторопливо потянулась к выходу, обмениваясь впечатлениями. Актеры, откланявшись, ушли переодеваться в палатку. И лишь тогда режиссер, наконец, раскрыл свой огромный черно-белый зонт.
XS
SM
MD
LG