Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кто мешает отношениям между Татарстаном и Башкортостаном


Ирина Лагунина: Между Татарстаном и Башкортостаном налажены крепкие экономические связи, которые подкреплены договором о дружбе и межправительственными соглашениями между различными министерствами и ведомствами республик. Но в тоже время, как отмечают эксперты, отношения между Казанью и Уфой вызывают опасения у Москвы, которая не заинтересована в интеграции двух крупных субъектов с этнически близким коренным населением. С экспертами беседовал наш корреспондент Олег Кусов.

Олег Кусов: Отношения между двумя соседними республиками – Татарстаном и Башкортостаном – остаются особенными не только в политической и экономической сферах, но и в духовной. Так считает уфимский политолог Альберт Мифтахов.

Альберт Мифтахов: Отношения похожи на отношения нормальных людей, нормальных соседей. То есть это всегда в чем-то дружба, за спичками зайти или за солью и всегда комплекс неполноценности по отношению к соседу. Очень ревностное отношение, кто успешнее, у кого лучше машина, кто лучше ремонт сделал и так далее. Вот в этом отношении как это проявляется на государственном уровне. Если речь идет об отстаивании каких-то особых привилегий для национальных республик, независимых, в какой-то мере принятие деклараций о суверенитете одна за другой шла, как в Татарстане, так и у нас, попытка заключить договор о разграничении полномочий в Татарстане и у нас, здесь мы всегда заодно. Как только говорят о том, что надо отстоять право назначения каких-то чиновников местного уровня обязательно в согласовании с местными руководителями, мы заодно. Национальный компонент в образовании – мы друзья. Но как только речь идет о том, что успешно развивается Татарстан с привлечением инвестиций, универсиаду, тысячелетие Казани провели, так сразу у нас начинается комплекс неполноценности и мы начинаем говорить, что Уфе не четыреста лет, а две с половиной тысячи, что на самом деле в Татарстане деньги тратят неправильно, на помпу, а у нас будут социальные проекты. У нас вообще в нашей местной пропаганде все время нужно говорить, что мы живем лучше, чем другие регионы Российской Федерации, но особенно хорошо, если мы сможем доказать, что мы чем-то лучше, чем регион под названием Татарстан. Это исторически связаны две национальные республики, причем очень трудно разделить этнически татары, башкиры – это очень родственный народ. Поэтому, как это всегда бывает у близких и родственных людей, у нас очень сложные отношения.

Олег Кусов: В постсоветское время в обеих республиках некоторые общественные силы поднимали вопрос об объединении Татарстана и Башкортостана, поскольку татары и башкиры близки друг к другу этнически, по языку и религии. Но эти планы не сбылись – помешали интересы местного чиновничества и федерального центра. Председатель Всетатарского общественного центра Талгат Бореев убеждён, что Москва по-прежнему предпринимает усилия, чтобы вбить клин в отношения между Татарстаном и Башкортостаном.

Талагат Бореев: Просматривается старая политика колонизаторов «разделяй и властвуй». Если вы помните, в 2002 году во время встречи президента Путина с делегатами третьего Всемирного конгресса татар, где присутствовал и Муртаза Рахимов, глава соседнего Башкортостана, была проведена спецоперация, я по-другому не могу назвать. Наши гэбисты привели на встречу некоего учителя, который даже не был делегатом конгресса, и тот задал главе России вопрос в присутствии Рахимова: легко ли быть татарином в Башкортостане? Я бы добавил: легко ли быть татарином вообще в России? Вот моя точка зрения. Конечно, в присутствии гостя из Башкортостана это была настоящая провокация и разводка. И отношения двух республик резко ухудшились, чего, в принципе, московский Кремль и добивался.

Олег Кусов: Национальные элиты двух республик против возможного объединения, полагает руководитель Центра политической информации Алексей Мухин.

Алексей Мухин: На самом деле у федерального центра очень ограниченный инструментарий воздействия на глав национальных республик и поэтому ссорить их можно было, только сталкивая с помощью интересов. Дело в том, что в Татарии и в Башкирии практически все отрасли экономики более-менее прибыльные концентрировались в свое время в руках местных властей. И только недавно Башкирия потеряла контроль над своим ТЭК, который перешел одной из федеральных финансово-промышленных групп. В Татарии пока этот процесс идет, но, тем не менее, судя по всему, он завершится. Идентичность процессов, которые проходят в этих национальных республиках, она говорит о том, что федеральный центр по сути действует довольно прямолинейно здесь и отходит от игр с лидерами и переходит к методике прямого экономического воздействия на регионы и субъекты, что, безусловно, им не нравится. Кроме этого центр довольно часто в последнее время применяет методику угрозы смены отставки главы национального региона, что, безусловно, нервирует главу Татарии и главу Башкирии и заставляют их в свою очередь делать резкие заявления, что заканчивается примирением и клятвами в верности и лояльности друг другу.

Олег Кусов: Объединение двух соседних республик в духе современного укрупнения регионов в принципе возможно, но должно сопровождаться грамотными шагами федерального центра, полагает уфимский политолог Альберт Мифтахов.

Альберт Мифтахов: К укрупнению региона я отношусь очень положительно. Но я думаю, что этот регион не должен ни в коем случае назваться Башкортостаном или Татарстаном. Это может быть Уфимская губерния, Казанская губерния. Потому что для любого крупного государства с многонациональным составом, конечно, начинать дробить территории на несколько категорий, категории национального, категории не национального, скажем, губерния Челябинская и Башкирия, чем отличаемся по составу по численному или этническому. Там примерно столько же башкир живет в процентном отношении, сколько в Башкирии. Там примерно четыре миллиона, у нас миллионов семь населения. И у нас какой-то перекос идет с точки зрения изучения культуры Башкортостана, которого никогда не было с точки зрения национального образования. Начинается под это дело выдумываться то, чего не было исторически, какие-то традиции, какие-то костюмы, которых никогда не было. Потому что на самом деле народ, который здесь живет, это обломки большой орды, большого государства Золотая орда, и башкиры, и татары, казахи, уйгуры – это все огромный массив. И астраханские татары, и крымские татары, и часть Украины входила. И вдруг сейчас кого-то расколоть и получить, здесь эти имеют преференции, эти не имеют. Скажем, башкиры, которые выезжают за пределы республики Башкортостан, они превращаются в нормальных граждан Российской Федерации. Татары, которые живут в Башкирии, они немножко ущемлены в каких-то вещах с точки зрения устройства на работы в госорганы, всегда смотрят приоритет отдать коренной национальности. Кто такие коренная национальность? У нас в семье зачастую не могут разобраться, башкиры они или татары. Я считаю, что укрупнение – это правильно, слишком много субъектов Российской Федерации, но ни в коем случае субъекты не должны называться национальными какими-то названиями – Татария, Башкирия, Чувашия, потому что априори в самом названии будто бы заложено, что руководителем этого региона должен быть чуваш, татарин или башкир, мы сразу ущемляем остальное население.

Олег Кусов: Альберт Мифтахов полагает, что эти регионы необходимо укрупнять по экономическому принципу.

Альберт Мифтахов: Я бы, например, предпочел слияние Башкортостана с Оренбургом или с Челябинской областью. Потому что исторически мы связаны так, что в свое время столицей нашего края был Оренбург. Семьями, хозяйственным укладом мы больше связаны с этими районами, чем с Татарстаном. Если взять башкирское Зауралье, там до Казани доехать даже для решения какого-нибудь юридического вопроса как столицу края будет очень тяжело. Так сложилось исторически и географически, что этот край большой Оренбургской губернии, эти территории, практически вся Челябинская область, часть Курганской, вся Оренбургская входили бы в этот край. Мы когда празднуем 450-летие присоединения мифического государства Башкортостан к российскому государству, такого не было там присоединения, 20 с лишним лет отдельными родами, отдельными юртами. И первые юрты, которые пошли вассальную присягу русскому царю давать, поехали в Казань, то есть это были мизилинские, они сейчас живут на территории Татарской республики. Конечно, объединение, укрупнение, оно просится само. Но с точки зрения экономики, хозяйственного уклада мы больше тяготеем за Урал и на юг Урала.

Олег Кусов: Экс-спикер российского парламента Руслан Хасбулатов убеждён, что и Татарстан, и Башкортостан – две самодостаточные территории.

Руслан Хасбулатов: Очень родственные, очень близкие. Несмотря на какое-то соперничество на бытовом уровне, это одна не просто языковая группа, а одна этническая группа. Они во внешних проявлениях выступают как единое целое. И мне кажется, что конечно, отношение к ним должно быть уважительным в равной степени. Эти две республики, пожалуй, одни из наиболее экономически развитых в промышленном отношении. С точки зрения населения, количественного аспекта, с точки зрения территорий можно сказать, что это вполне состоявшиеся, самодостаточные республики еще в советские времена. Башкирия вообще была признана независимым государством Лениным, между прочим. Если не ошибаюсь исторически, по-моему, в тот же день, когда он подписал соглашение с лидером Финляндии, тогда же была подписана и декларация о независимости Башкирии. Но дело не в этом. Дело в том, что они состоялись как очень серьезные автономные республики уже давно. Поэтому, конечно, идеи высказывались объединения и так далее, но мне кажется, это вряд ли жизненно и вряд ли следовало и следует опасаться.

Олег Кусов: Москва опасается татаро-башкирского объединения, ей вторят местные власти, убежден Альберт Мифтахов.

Альберт Мифтахов: Та группировка этнократическая, которая захватила сейчас власть, они пытаются всячески принизить роль татар. Говорят, что своя азбука была, но не татарская, что своя башкирская интеллигенция, а не от татар научились. На самом деле можно сказать, что все культурные центры и образовательные тюрко-язычные, конечно, находились на территории сегодняшней Татарии – Казань, люди ездили туда учиться, приезжали, хоть мулла, хоть врач, хоть учитель. Поэтому Россия не пытается поссорить. С другой стороны, я прекрасно понимаю, что если сегодня эти территории объединить, то 90 с лишним процентов башкир тут же выяснят, что они татары. И это получится очень крупное этнотерриториальное объединение, единица со сплоченным тюркским населением, с единой религией – ислам, которая может составить очень сильный противовес Москве.

Олег Кусов: Так считает политолог из Уфы Альберт Мифтахов.
Федеральный центр если и говорит об интеграционных процессах между Татарстаном и Башкортостаном, то только в сфере экономике. Москва настояла, чтобы Казань, и Уфа отказались от принципов политической суверенизации.
XS
SM
MD
LG