Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Судьба вынужденных переселенцев в пакистанской долине Сват


Ирина Лагунина: В среду пакистанские военные – после двух с половиной месяцев боев с талибами в долине Сват – официально заявили, что район полностью очищен от боевиков и что беженцы могут возвращаться в свои дома. Правда, военные тут же признали, что отдельные инциденты все еще случаются. Это заявление было сделано на следующий день после того, как в непосредственной близости от основного города долины – Мингоры – в результате столкновения были убиты 8 экстремистов и один пакистанский военнослужащий. А в целом по району за этот день погибли 14 человек. На самом деле журналисты с осторожностью приводят эту цифру, потому что район полностью отрезан от внешнего мира и проверить информацию военных практически невозможно. Сейчас командование операцией заявляет, что с начала вооруженного конфликта было уничтожено около 1700 боевиков, хотя лидеры пакистанского движения талибов так и не были найдены.
По оценкам гуманитарных организаций, около 2 миллионов человек из долины Сват покинули свои дома из-за боевых действий в последние месяцы, а всего с 2004 года, когда талибы превратили западные пограничные пуштунские районы в поле боя, без жилья остались около 3 миллионов человек. Тысячи стали возвращаться в понедельник после того, как правительство официально объявило о программе помощи в репатриации. Программа была рассчитана в первую очередь на 200 тысяч человек, которые сейчас живут в лагерях беженцев ООН. Но с ее выполнением тут же возникли проблемы, потому что некоторые лагеря отказались возвращаться и потребовали гарантий денежной компенсации – 300 долларов на семью. С другой стороны, в долину начали возвращаться люди, которые жили не в лагерях, а с родственниками по стране. По неизвестным армии тропам несколько сотен жителей вернулись и в основной город долины Мингору, который официально все еще остается закрытым. Мой коллега Абубакар Сиддик выяснял, в каких условиях живут вынужденные переселенцы в Пакистане и что они думают по поводу правительственной программы возвращения.
Фермер Абдулла из региона Матта оставил свои яблоневые и абрикосовые сады около двух месяцев назад и перебрался с семьей из 10 человек в город у границы. До того, как покинуть долину Сват, Абдулла долго колебался. Он даже организовал в своей деревне «Комитет мира», чтобы противостоять талибам. Но ничего не вышло.

Абдулла: Сватцы этого не ожидали, насилие застигло их врасплох – как если бы с ножом напасть на спящего человека. Это полностью разрушило их жизнь. Закрылись рынки, боевики могли разъезжать по району группами по сто человек. Не работали больницы и школы. Полиция полностью прекратила работу, а суды закрыли насильно. В таких обстоятельствах жить там становилось исключительно трудно, и большинство местных, включая нас, были вынуждены разбежаться по разным районам страны.

Ирина Лагунина: Абдулла с семьей спешит вернуться домой до начала мусонных дождей, которые сделают перемещение по равнинным районам Пакистана весьма затрудненным. Другие спешат домой, потому что на равнинах стоит жара, к которой они в прохладной долине Сват не привыкли. Сват вообще всегда называли пакистанской Швейцарией.
Но насколько безопасно будет вернуться в Сват – до сих пор вопрос и для беженцев, и для гуманитарных работников. Многие опасаются, что талибы перегруппируют силы и вновь нанесут удар по армии. Правительство уверяет, что армия будет прочно оставаться на своих позициях. Хайдер Али Хан представляет долину Сват в законодательном собрании Северо-западной пограничной провинции. Недавно он съездил домой, чтобы оценить ситуацию и ущерб от боевых действий. После поездки он убежден, что Сват готов в приему беженцев.

Хайдер Али Хан: Есть проблемы в отдельных районах – может быть, на 10-20 процентах территории Свата. Но на остальные 80 процентов люди могут вернуться и спокойно жить. Я бы призвал людей, живущих на равнинах под долиной Сват возвращаться в свои дома и к своей работе, к нормальной жизни. Это поддержит дух людей, которые продолжают там оставаться. Мы попросили правительство также предоставить им всю возможную помощь.

Ирина Лагунина: Но гуманитарные работники, включая заместителя Генерального секретаря ООН по гуманитарным вопросам Джона Холмса, говорят о том, что правительство должно сначала обеспечить минимальные условия для возвращения беженцев.

Джон Холмс: Мы хотели бы, чтобы люди вернулись домой как можно скорее. Но это должен быть добровольный процесс. Им нужно предоставить право выбора. У них должны быть необходимые условия для возвращения. А это значит, что должны существовать минимальные условия безопасности и должны работать основные службы.

Ирина Лагунина: О каких условиях идет речь – рассказывает Кристель Юнес из международной гуманитарной организации Refugees International, занимающейся проблемами беженцев по всему миру.

Кристель Юнес: Там, куда они вернутся, у них должен быть доступ к минимальным социальным службам, они должны иметь возможность идти по улице, не боясь, что сейчас рядом с ними взорвется бомба или какой-нибудь неразорвавшийся снаряд или мина. Они должны иметь возможность обратиться к правительству или к законодательным представителям, если они чувствую, что где-то был нарушен закон. Отчасти проблема долины Сват в том и состояла, что там не было ни законности, ни базовой социальной инфраструктуры. Именно поэтому боевики могли так свободно оперировать в этих районах. Эта военная операция не будет иметь никакого смысла, если люди обнаружат, что дела на месте обстоят абсолютно так же, как в то время, когда они покинули свои дома.

Ирина Лагунина: Член местного законодательного собрания Хайдер Али Хан уверяет, что базовые службы – электричество, дороги, больницы – сейчас срочно ремонтируются, но признает, что после такого разрушения, которое принес военный конфликт, на все потребуется время. И еще, конечно, остается вопрос, насколько успешной в принципе будет эта военная операция против талибов и как она определит лицо и этнический состав региона.
Местные наблюдатели отмечают, что, начиная с 2003 года, местные пуштунские племена – как в горных районах Вазиристана, так и в долине Сват и в крупных городах типа Пешавара – периодически оказывали вооруженное сопротивление талибам, пытавшимся насадить экстремальную форму Ислама в районах, где такой ислам никогда не превалировал. Однако попытки противостояния всегда оказывались безуспешными, потому что пуштуны не получали поддержку центрального правительства страны. Из-за отсутствия помощи из центра сотни племенных лидеров и местных политиков, судей, интеллектуалов – были убиты экстремистами. До начала военной операции движение талибов в районе насчитывало около 5 тысяч бойцов.
Сейчас их явно меньше, и именно это, вероятно, и заставило человека номер 2 а «Аль-Каиде» Аймана Аль-Завахири обратиться к пакистанскому народу с призывом примкнуть к джихаду или поддержать его финансово. Только этот путь, считает Завахири, спасет Пакистан от катастрофы.
Но пакистанские пуштуны считают, что для них катастрофа уже наступила. О положении пуштунов в Пакистане и о воздействии на них операции против талибов мы поговорим в одном из ближайших выпусков программы.
XS
SM
MD
LG