Ссылки для упрощенного доступа

Два с лишним десятка восточноевропейских политических и общественных деятелей написали открытое письмо Бараку Обаме. Среди поставивших под ним свои подписи много людей всемирно известных (Лех Валенса, Вацлав Гавел), но больше тех, кто известен лишь в пределах самой Центральной и Восточной Европы. Для большинства подписантов вершина их политической карьеры позади – слово "бывший" сопровождает титулы 19 из 22 авторов письма. Тем не менее, люди это опытные и авторитетные. И сильно обеспокоенные.

Чем? Главным образом тем, что США "забыли" о бывших соцстранах, 20-летие расставания которых с коммунистическими режимами отмечается в этом году. Евроатлантические связи ослабли, в то время как Россия, по словам авторов письма, ведет себя как "ревизионистская" держава, всеми правдами и неправдами пытаясь восстановить утраченное влияние в этом регионе. Хотя в письме говорится, что его авторы приветствуют провозглашенную Обамой "перезагрузку" российско-американских отношений, из самого послания явствует – этот reset, пусть пока сугубо риторический, их совсем не радует, а скорее тревожит. Главный предмет тревоги – возможный отказ администрации Обамы от разработанных при Джордже Буше планов разместить в Польше и Чехии элементы американской ПРО.

Российские СМИ уже бросились обвинять авторов письма в закоренелой и неистребимой восточноевропейской русофобии. На самом деле картина сложнее и отношениями России и ее бывших собратьев по соцлагерю совсем не исчерпывается.

Восточная Европа попала в сложное положение. Кризис показал, что экономики бывших соцстран все еще обладают таким
Что же до России, то тут авторы письма не сказали ничего нового: собственно, это поколение восточноевропейских политиков уже лет 12-15, со времен первой чеченской войны и министра иностранных дел Примакова, говорит на российскую тему примерно одно и то же
множеством уязвимых мест, что без помощи тугого кошелька ЕС и международных финансовых институтов им из нынешней катавасии не выбраться. Еще лет 5-6 назад экономическая слабость региона отчасти уравновешивалась его политическим значением – США нашли в лице "новой Европы" верного союзника в иракской и афганской операциях. Но сейчас, когда Америка выводит войска из Ирака, когда ясно, что Афганистан - это всерьез и очень надолго, а ПРО в Европе, детище прежней американской администрации, вполне может быть принесена в жертву московской "перезагрузке", сколь бы мифической она ни была, – в этих условиях Восточная Европа оказалась как-то не у дел. Исправить положение и пытаются авторы "письма 22-х", напоминая Вашингтону о существовании Варшавы и Праги, Бухареста и Вильнюса, Риги и Будапешта – и о том, что геополитическая игра на востоке Европы далеко не закончена.

Что же до России, то тут авторы письма не сказали ничего нового: собственно, это поколение восточноевропейских политиков уже лет 12-15, со времен первой чеченской войны и министра иностранных дел Примакова, говорит на российскую тему примерно одно и то же. Конечно, жизненный опыт многих подписантов, боровшихся с коммунистическими режимами в своих странах, не способствовал появлению у них теплых чувств к государству со столицей в Москве. Но дело еще и в пережитом восточноевропейцами большом разочаровании.

На рубеже 80-х – 90-х никакой особой отчужденности и настороженности по отношению к России и ее лидерам в Восточной Европе не было. Наоборот, Горбачева многие были готовы носить на руках за то, что не пытался силой удержать выбравших свой путь бывших союзников, а к Ельцину относились, как к собрату Гавела и Валенсы, – лидеру такой же антикоммунистической революции. Потом, однако, произошел поворот. Россия не стала еще одной, пусть и самой крупной, восточноевропейской страной, которая, избавившись от коммунизма, радостно принялась строить либеральную демократию и взахлеб дружить с Западом. Восточноевропейцы не сразу поняли, что крах любой империи обычно очень по-разному воспринимается в бывших колониях и в недавней метрополии, что постимперская "ломка" – не метафора, а печальная реальность. А когда поняли, испугались. И покрепче ухватились за нового союзника – США.

Для самой Восточной Европы, однако, речь идет не только о геополитическом выборе – он сделан 20 лет назад, но и о выборе внутриполитическом. В "письме 22-х" глухо говорится о новом поколении восточноевропейских политиков, ориентированных на "реалистическую" – это слово в письме нарочито взято в кавычки – политику, в том числе по отношению к России. Этот "реализм", однако, слишком часто имеет банальную подоплеку: хорошие отношения с российским бизнесом строятся на понимании того, что русские, в отличие от западноевропейских и американских "зануд", не только приходят в Восточную Европу с немалыми деньгами, но и хорошо понимают интересы восточноевропейского чиновника, а со словом "откат" знакомы не понаслышке... В результате во многих случаях не российский бизнес в Европе начинает играть по европейским правилам, а его европейские (по крайней мере, восточноевропейские) партнеры – по российским.

Если авторы «письма 22-х» против такого "реализма", то с ними трудно не согласиться. Иное дело, что вряд ли проблемы в отношениях Восточной Европы и России способен решить Барак Обама или любой другой президент США. Эти проблемы так или иначе, рано или поздно, придется решать самой Восточной Европе.

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG