Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В стране маленького Сталина


Прощание с Натальей Эстемировой.

Прощание с Натальей Эстемировой.

К чему может привести уход "Мемориала" из Чечни? О возможностях работы в этой республике журналистов и правозащитников в эфире Радио Свобода рассказала журналист Елена Милашина:

- Я очень надеюсь, что "Мемориал" все-таки не уйдет из Чечни. Просто его очень сильно подкосило, конечно, убийство Натальи Эстемировой. Наташа была тем столпом, на котором держалась вся работа. Там был еще один человек, Катя Сакирянская, которая в ингушском "Мемориале" работала много лет. Она уехала из-за личной ситуации. Без нее очень плохо стало работать. Наташа была такой же основополагающей величиной... Она со временем стала очень важным человеком для всех журналистов, которые туда приезжали. Все у нее останавливались, все шли к ней. Конечно, если "Мемориал" уйдет оттуда, чего, собственно, добивается Кадыров и, я думаю, и федеральный центр ("Мемориал" очень раздражал власть на протяжении всех военных кампаний и сейчас, поскольку он портит картину стабильности), то это будет похоже на катастрофу. Потому что все-таки в "Мемориале" остаются люди, которые работают, которых Наташа учила, остаются адвокаты. Это, кроме всего прочего, центр помощи журналистам. Если он разрушится, будет тяжело работать, может быть, практически невозможно. Потому что вся стабильность Чечни - это, на самом деле, очень жесткая информационная цензура.

- Правозащитники в России, как известно, сейчас делятся на две категории: есть независимые правозащитные организации и есть официальные или полуофициальные организации, которые называют себя правозащитными. Они так или иначе связаны с властями. Представитель Рамзана Кадырова по правам человека утверждает, что уход "Мемориала" никоим образом не скажется на ситуации в Чечне, что это организация, за которой стоят некие западные деньги. Что хватает и без них людей, которые способны заниматься наблюдением за проблемой прав человека в республике.
Все, что говорит Нухажиев - это, к сожалению, выполнение заказа, приказа. Он такой уполномоченный... на поводке. У нас в России, к сожалению, так часто бывает

- Нурди Нухажиева в Чечне за глаза называют (Наташа даже в глаза ему это говорила) уполномоченным по правам одного человека - Рамзана Ахматовича Кадырова. Вот его интересы действительно чеченский омбудсмен очень хорошо защищает. Но кроме Рамзана Ахматовича в Чечне живут еще несколько сот тысяч человек. Им нужна защита. Господин Нухажиев никак не проявил себя. Люди к нему не идут. Все, что говорит Нухажиев - это, к сожалению, выполнение заказа, приказа. Он такой уполномоченный... на поводке. У нас в России, к сожалению, так часто бывает. Тяжело заставить уполномоченных работать по неким ситуациям, хотя они должны это делать. Они чиновники, с одной стороны. И когда они критикуют власть, на них оказывается огромное давление. Многие не выдерживают. А в Чечне в принципе невозможно выполнять работу омбудсмена.

- Мы говорим с вами об одной из многих проблем Чечни - это проблема информационной блокады, проблема цензуры и ситуация, в которой работают журналисты, правозащитники в этой республике. Такая ситуация вам кажется совершенно безнадежной? Вам понятно, что делать с этим? Или ничего сделать нельзя в нынешней России?

- Режим, в котором правят силовики, направлен не только на подавление другого мнения, но и на подавление людей, которые высказываются против, критикуют режим, на подавление врагов в любом виде (внутренних, внешних). Сила не решает ни одной из проблем. Наоборот, она их усугубляет, и на Кавказе это проявляется особенно ярко. Не знаю, сколько регулярно погибает силовиков в Чечне, но их погибает много. Я знаю случаи, когда люди хотят уйти из кадыровских структур, готовы платить за это 200 тысяч рублей, но их не отпускают, потому что эти люди все время нужны как пушечное мясо, они используются в этой войне с подпольем.

Сколько на самом деле было похищено людей - никто не знает.

В дальнейшем все это приведет к эскалации. Дело в том, что чем больше людей в угол загоняешь, тем будет страшнее ответ. Каток прошелся - все пока тихо и спокойно. Сейчас каток прошелся. Через некоторое время будет ответная реакция, и не только в Чечне. Люди, которые не умеют применять тотальную силу, не умеют точечно ее использовать, не умеют договариваться с людьми, не видят смысла в переговорах, не уважают права человека и вообще не ценят человеческую жизнь - ничего не могут сделать с таким государством, как Россия.

- Миф о спокойствии Чечни во многом держится, а может быть, и целиком держится, на фигуре молодого Кадырова - президента, лояльного Кремлю, и отца народа в кавказском понимании этого слова. Вы взялись бы определить меру действительной популярности Кадырова в Чечне?

- Это такой же миф, как и тотальная популярность Путина. Но есть разница между Чечней и Россией. В России тоже страх присутствует. Люди не будут откровенничать с вами о том, что они думают реально по поводу Путина, но многие одновременно не будут и скрывать своего мнения. Люди еще пока не боятся что-то говорить. А в Чечне - тотальный страх! Людей за шутки по поводу Рамзана Кадырова или его отца увозили и убивали. В Чечне нет отца народа в кавказском понимании. Есть отец народа в одном понимании - в сталинском. Рамзана называют маленьким Сталиным. Эта трагедия случилась не только на Кавказе, трагедия случилась со всей страной. Сталина в Чечне очень не любят. Все помнят 1944 год. То, что они называют Кадырова маленьким Сталиным - это не восхищение Кадыровым, его силой. Это четкое, точное определение того, что сейчас происходит в Чечне.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG