Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Новые полномочия судебных приставов


Программу ведет Александр Гостев. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Марьяна Торочешникова.

Александр Гостев: Российские судебные приставы получили право на обыск и задержание злостных неплательщиков или уклонистов от явки в суд. С вступлением в силу новой редакции Федерального закона "О судебных приставах" их полномочия значительно расширены. Эксперты указывают, что фактически ничего не изменилось, поскольку закон лишь легитимизировал сложившуюся практику. Вместе с тем правозащитники ставят под сомнение конституционность некоторых поправок, расширяющих права судебных приставов.

Марьяна Торочешникова: Новая редакция закона "О судебных приставах" вступила в силу сегодня вместе с опубликованием текста поправок в "Российской газете". Часть наблюдателей говорит о том, что внесенные изменения дают приставам слишком много полномочий, позволяя им, например, проводить обыски и входить без спроса в жилые помещения. Или принудительно доставлять в суд или службу судебных приставов граждан, отказывающихся явиться туда добровольно. При этом приставы теперь вправе входить в жилые помещения без спроса, если есть достаточные основания полагать, что там скрывается нужный суду человек.

Владимир Ярков: Этот закон показывает эволюцию нашей Федеральной службы судебных приставов в сторону правоохранительного органа, то есть в сторону усиления его силовых полномочий.

Марьяна Торочешникова: Отмечает член научного совета при Федеральной службе судебных приставов Владимир Ярков.
Другая часть наблюдателей указывает - ничего нового с нынешней редакцией закона не вводится. По факту эти поправки лишь узаконили то, что делалось раньше несколько иными способами, с использованием других нормативных актов. Говорит адвокат Свердловской областной коллегии адвокатов Иван Кадочников.

Иван Кадочников: Ситуация в том, что приставы делятся на приставов, обеспечивающих деятельность судов, и непосредственно тех приставов, которые бегают по земле, бегают за должниками - совершают исполнительские действия. Часть поправок коснулась ребят, которые сидят в судах. Раньше как делалось? Существовал порядок нахождения в суде, утвержденный председателем суда, где все то, что внесено в закон, было прописано. Формально, если у тебя есть паспорт, ты вменяемый человек, ты его предъявляешь судебным приставам, чтобы, простите меня, бомжи не шарились по суду. Более того, есть факты нападения на судей. Когда, банально говоря, металлоискателем проверяют тебя и твои вещи, это тоже абсолютно верно. Потому что я, например, знаю по практике областного суда Свердловской области, когда они переехали в новое здание с нормальной защитой, в них стали находить перед металлической рамкой в урне заточки и иные предметы, которыми можно было реально убить судей. Здесь ничего нового не произошло.
Далее по ребятам, которые бегают в полях. Судебная практика и просто практика в каждом субъекте Федерации общая. Как делалось, например, в нашей области. Пристав 2-3 выходил, фиксировал невозможность нахождения в помещении. После этого по согласованию со службой судебных приставов, служба судебных приставов обращалась к участковым. Вместе с участковым со свидетелем под видеокамеру вскрывали, описывали и совершали все исполнительские действия. Никаких проблем. По факту ничего особо не меняется.

Марьяна Торочешникова: Адвокат Иван Кадочников склонен критиковать и позицию некоторых правозащитников, указывающих на то, что с принятием поправок в закон "О судебных приставах", ставятся под сомнение конституционные права граждан. Например, право на неприкосновенность жилища.

Иван Кадочников: Наши правозащитники забывают одну колоссальную вещь. Дело в том, что помимо прав у нас есть еще и обязанности. У нас есть обязанность платить по долгам. Есть, к примеру, потрясающая ситуация - называется она "алиментщики". Это когда те существа, которые гордо имеются мужчинами, заявляют примерно следующее: "А я не будут тебе платить деньги на своего ребенка. Кормись как хочешь". И он, собака такая, официально декларирует 3-5 тысяч рублей, из которых платит копейки. Ребята, имейте совесть! И когда теперь, более или менее, жестко будут относиться к этой категории граждан, они искренне возмущаются, ссылаясь на то, что нарушаются наши права на тайну жилища. Ребята, платите по своим долгам! Если вы не делали ничего, чтобы избежать этого, вы до суда не обсуждали эти вопросы - это ваша проблема.

Марьяна Торочешникова: В свою очередь член научного совета при Федеральной службе судебных приставов Владимир Ярков обращает внимание на то, что обыски жилища, и другие принудительные меры воздействия в соответствии с новой редакцией закона, судебные приставы могут осуществлять только с санкции суда.

Владимир Ярков: Если смотреть текст закона, то здесь идет везде речь о суде. Например, для осуществления привода лица, которое уклоняется от явки в суд, они могут входить в жилые помещения в случае, указанном в постановлении суда. Здесь прямо есть оговорка, что должна быть санкция суда. Или для привода лица, которое уклоняется от явки в суд, они могут входить в помещения, которые принадлежат другим лицам, также имея виду, что для этого требуется приказ суда на то, чтобы это лицо было доставлено в суд.

Марьяна Торочешникова: Владимир Владимирович, насколько эффективнее станет работа судебных приставов, с вашей точки зрения, с введением этих законодательных поправок? Достаточны ли они для того, чтобы судебные приставы могли хорошо осуществлять свою работу - разыскивать должников, взыскивать с них суммы в пользу людей, выигравших судебные иски?

Владимир Ярков: Проблема заключается в чем? Что судебный пристав может найти только то имущество, которое реально существует. Мы не можем ставить в вину службе, когда она не может, допустим, ничего взыскать с компании-однодневки, которая создавалась только для того, чтобы провести одну операцию, или взыскать, что-то получить с банка, из которого его собственники или предприятие заранее вывели все активы, оставив на нем только долги. Поэтому, на самом деле, проблема исполнения судебных решений и, вообще, взыскание долгов зависит от решения целого ряда предварительно организационных, правовых, где-то даже политических оснований и предпосылок. Так говорить, что какими-то отдельными точечными изменениями можем это сделать - достаточно сложно.
Допустим, пример. В нашей стране очень распространен наличный денежный оборот. В западных, европейских странах, как правило, платится все через банковский счет. Отсюда уже есть разница в возможностях обращения взыскания на денежные средства. Когда они носят наличный характер, то, что может здесь пристав взыскать, если он не может найти наличные деньги? Когда деньги проходят только через счета, это уже облегчает его работу. Или, например, у нас в стране до сих пор нет единого национального реестра недвижимости. Например, если должником является житель города Москвы, он, предположим, имеет недвижимость на Камчатке, или в Санкт-Петербурге, или в Саратове. Для этого сейчас надо обращаться в отдельные реестры недвижимости каждого из регионов. У нас до сих пор единого реестра нет. А в России 80 с лишним субъектов. И обращаться в каждый из них с таким запросом судебный пристав реально не имеет возможности.
Поэтому, на самом деле, здесь нужно решать очень много экономических, организационных, политических вопросов, которые пока не будут решены, они не позволят службе работать эффективно. Конечно, нужна сама такая обстановка в обществе, которая бы способствовала тому, чтобы было стыдно быть должником. Потому что, мне кажется, общество у нас не осуждает должников. У нас порой выгоднее быть должником, чем кредитором. В гражданском обороте он более слабая сторона.

Марьяна Торочешникова: Служба судебных приставов не намерена останавливаться на достигнутом. Сейчас здесь активно обсуждается возможность внесения таких законодательных изменений, которые позволят приставам, например, ограничивать перемещения злостных неплательщиков не только за границу, но и внутри страны, или списывать их долги со счетов, закрепленных за мобильными телефонами.
XS
SM
MD
LG