Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Что будет с оркестром Вероники Дударовой






Марина Тимашева: Только что вы слушали интервью с директором Российского национального оркестра Олегом Полтевским и, надеюсь, вместе со мной радовались за превосходный коллектив, который, безусловно, заслуживает своего фестиваля, государственного статуса и финансирования. Но денег у Министерства культуры, судя по всему, нет. И вот поползли слухи о том, что РНО собираются объединить с Симфоническим оркестром России, которым до самой смерти управляла Вероника Дударова, и что назначена аттестация “дударовцев”. Наконец, заговорили и сами музыканты. Их выслушал Карен Агамиров


Юрий Поляков, трубач, концертмейстер, председатель профсоюза Симфонического оркестра России:

В мае, когда мы закончили сезон, к нам пришли чиновники из Министерства культуры. Они сообщили, что есть решение о том, что два симфонических оркестра - наш и РНО - соединяются в один оркестр. Как это соединение должно было произойти - никто не понял. Нам предложили пройти аттестацию, потом еще какие-то варианты, от которых мы отказались, потом нам сказали, что под нас в РНО открыты 50 мест. Позднее мы узнали, что это не так, и думаем, что от нас освободятся, и наберут музыкантов, которые им нравятся.


Тарас Шелудько, валторнист и концертмейстер СОР:

Говорят, что это планировалось давно, но почему-то идее был дан ход только после смерти Вероники Борисовны Дударовой. Назначили нам нового временного исполняющего обязанности директора, который радостно сообщил нам, что будет проходить реструктуризация, а потом объединение оркестра, и члены коллектива должны сыграть аттестацию. А мы прошли аттестацию только полтора года назад. И никаких сомнений в нашем профессиональном уровне ни у кого не возникало. На первый взгляд, это вполне нормально, что объединяются два коллектива, но люди не понимают, каким образом будет проходить объединение. Все думают, что многие люди просто не пройдут эту аттестацию. Мы предварительно консультировались с юристами, которые нам сказали, что по закону такого объединения быть не может, может быть только освобождение рабочих мест, благодаря этой аттестации. Вывод напрашивается такой, что просто хотят сократить наши места и на эти места придут артисты Российского национального оркестра. Мы с уважением относимся и к этому выдающемуся оркестру, и к выдающемуся музыканту, дирижеру Михаилу Плетневу. Но мы против того, чтобы самостоятельная единица, Симфонический оркестр России, просто была стерта с лица земли.

Элла Должикова, флейтист и концертмейстер СОР:
Через этот коллектив прошли многие выдающиеся музыканты, оркестр Дударовой славился тем, что это была кузница профессионалов - музыкантов-оркестрантов. Попадая после высших учебных заведений к нам, молодые специалисты проходили колоссальную симфоническую школу у Вероники Борисовны, и в дальнейшем их путь был в самые лучшие оркестры. Но эта история очень печально закончилась с уходом Вероники Борисовны. И надо сказать, что проблема, мягко говоря, в неправильной политике предыдущей администрации коллектива: директора Машковича Александра Павловича, инспекторов, заместителей и бухгалтерии. За последние годы, при предыдущей администрации, оркестр просто разлагался, поэтому, в принципе, то, что произошло, вполне логично. Дело в том, что Дударова уже была в возрасте и, к сожалению, не могла ничего сделать, она была беспомощной. Все управление осуществлял директор, и он ничего не сделал. Он очень умный человек, и не предусмотреть такую ситуацию он не мог. Я считаю, что по отношению к музыкантам, к оркестру, к Дударовой - это преступление.





Юрий Поляков: Я хочу добавить, что наш оркестр и РНО это разные уровни, разная публика. Мы, в основном, работали на молодежь, и на концерт к нам приходило, может, немного людей - восемьсот-полторы тысячи ребятишек, и было видно, что это ребятишки не из богатых семей, но они были очень подготовлены. Концерты тяжелые. Музыковед читает 40 минут про музыку, потом мы играем час-полтора, и они слушают. И отнимать это у детей – не знаю, зачем это делают. Мы написали письмо и президенту, и премьер министру, и ни ответа, ни привета. Единственный человек, на которого мы возлагаем надежды - Юрий Михайлович Лужков.


Марина Тимашева: Юрий Поляков взывает к мэру Москвы Лужкову, но Симфонический оркестр России – не муниципального, а федерального подчинения. В оркестре примерно 70 человек, зарплату им, в связи с реструктуризацией, задерживают, инструменты и офисную технику – как говорят музыканты - забрали, их абонемент разобрали другие коллективы, то есть музыканты остались без работы, без репетиционной базы и без денег.
Заметим, что Министерство культуры последнее время ведет себя очень активно. Оценивать его действия можно по-разному, но за несколько месяцев оно предприняло: смену руководства “Петергофа”, Московской Консерватории, РАТИ, Третьяковской галереи, неудавшуюся попытку убрать из Театра имени Вахтангова его художественного руководителя Римаса Туминаса, увольнение главного дирижера оркестра имени Осипова Владимира Понькина. Теперь Министерство взялось за Симфонический оркестр России. Между прочим, “осиповцы” пробовали защитить Понькина, прошли по “улице с оркестром”, вошли в фойе Министерства и просили министра культуры их выслушать. "Ждите ответа".

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG