Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Я не представляю себе государство, которое показывает телевизионную продукцию другого государства, где тебя унижают, оскорбляют и смешивают с грязью". Матвей Ганапольский о грузинском ТВ


Матвей Ганапольский

Матвей Ганапольский

Елена Рыковцева: Грузия сегодня – это черная информационная дыра для российской аудитории. Ни по телевизору, ни даже в газетах вам не расскажут, что же происходило в стране в дни годовщины осетино-грузинского конфликта, как реагировали люди, о чем говорила и писала пресса. Мы попробуем восполнить этот пробел с помощью нашего гостя. С нами на связи из Тбилиси журналист Матвей Ганапольский.

Вчера мы обсуждали ту продукцию, которую посвятили годовщине конфликта российские телеканалы, сегодня поговорим о грузинской прессе, грузинском телевидении. Мы понимаем, что наша аудитория не может составить собственного представления о том, чего не видела. Поэтому вопрос вам, уважаемые слушатели, сформулируем так: выгодна ли властям России и Грузии та информационная граница, которую возвели нынче между двумя странами? Заинтересованы ли они в ней и сознательно ли укрепляют эту границу?

Матвей, я то вот говорю слушателям о том, что мы не знаем, что происходило в Грузии. А вы знаете о том, что происходило в России? До вас то доходят все эти проекты так называемые телевизионные, которые были посвящены вот этой годовщине? Могут ли люди, которые находятся на территории Грузии, все это увидеть?

Матвей Ганапольский: Ну, прежде всего, Елена, я хочу объяснить, как это в Грузии все устроено. Когда началась война год назад, то до начала этой войны, до введения войск, здесь, конечно, показывали все российские каналы. Грузины очень любят русское телевидение. Кстати, такая мессианская в каком-то смысле роль русского телевидения, огромное количество каналов, «НТВ-плюс», которое здесь принимают, другие наши российские телевизионные пакеты. Оно способствовало очень важной вещи, я должен об этом сказать, - возвращению русского языка в обиход. Потому что всем известно, что после того, как Грузия стала независимой страной, с этим была проблема, потому что все люди тут посчитали, что путь прямо к Америке, и нужно учить только английский. Сейчас тут русские школы, здесь все активно берут русских нянек. В общем, вот это поколение маленькое, которым сейчас 10 лет, они знают русский язык очень прилично. Проблема с поколением, которым сейчас 23-24 года, приехавшим из регионов Грузии. Там с русским языком проблема. Поэтому у каждого дома стоит какое-то кабельное телевидение, либо спутниковое. И на нем огромный набор программ, в том числе и российские. Так вот, Первый и Второй каналы, а также канал «ТВЦ», я не уверен, что он тут передавался, но были все, - они приказом грузинского руководства были убраны.

Елена Рыковцева: Год назад.

Матвей Ганапольский: Да, это было год назад. Почему? Потому что грузин, включив телевизор, видел вот это. Это можно по-разному характеризовать. Эти каналы были отключены. То есть Первый, Второй…

Елена Рыковцева: Государственные.

Матвей Ганапольский: Государственные каналы, но остальные каналы остались. То есть осталось СТС, ТНТ, ДТВ, остался канал «Культура», который здесь любят, и так далее.

Елена Рыковцева: А «Рен-ТВ», интересно, там есть?

Матвей Ганапольский: «Рен-ТВ» - нет. Мне это надо узнать…

Елена Рыковцева: Может быть, даже и не было изначально, вполне возможно.

Матвей Ганапольский: Да. Это не связано…

Елена Рыковцева: Другая история.

Матвей Ганапольский: Теперь по поводу того, что реально видят люди.

Елена Рыковцева: Вот сейчас что они видят?

Матвей Ганапольский: Должен вам сказать, что, в отличие от российского информационного пространства, для которого Грузия существует только как брызжущий слюной Саакашвили, которого без звука показывают, в отличие от того, что видят российские граждане, здесь в изложении, с кусками, со звуком, с так называемыми синхронами грузинские зрители видят все. То есть не успел господин Рогозин что-то сказать, это тут же показывается здесь. Не успел господин Шевченко что-то произнести, тут же огромным куском с грузинским переводом, потому что не все знают русский язык, все это показывают. Здесь существуют прогосударственные каналы, их названия в последнее время широко известно российским зрителям. Это «Рустави», Первый канал, «Имеди». Есть канал «Алания», это канал на русском языке. Мы знаем, что Алания – это другое название Осетии. То есть это канал, вещающий на русском языке и теоретически как бы его аудитория Осетия, Цхинвали или русская аудитория, которая находится в Грузии. Такой канал с фильмами, с политикой, со всеми делами на русском языке. Но абсолютно, я бы сказал, адекватное отображение тех процессов, которые происходят в Российской Федерации, с заявлениями российского руководства, с заявлениями российской оппозиции – все это довольно подробно большими кусками, без особых комментариев показывается на грузинском телевидении.

Елена Рыковцева: Матвей, значит, что касается политиков, заявлений разного рода аналитиков и даже телевизионных ведущих, - это да, получают. А что касается вот этих вот продуктов, вот этих фильмов, вы знаете, что было выпущено сразу несколько документальных фильмов, которые осмысливают с высоты сегодняшнего дня тот конфликт, их передают для грузинских телезрителей, хотя бы в изложении, например? Как-то рассказывают о том, что вот такой продукт был создан российскими коллегами?

Матвей Ганапольский: Естественно, их не показывают, потому что я не представляю себе государство, которое показывают продукцию другого государства телевизионную, где тебя унижают, оскорбляют и смешивают с грязью. Поэтому, с точки зрения пропагандистской, мне абсолютно понятно, почему это не делают. Но дело в том, что огромное количество людей имеет «НТВ-плюс». И «НТВ-плюс», пожалуйста, смотрите что хотите. То есть те люди, которые подключены к спутниковым тарелкам индивидуальным, которые направлены на спутники, откуда идут русские пакеты, которые я не буду перечислять, но все знают, «Триколор», «НТВ-плюс» и так далее, там идут все каналы, и народ наслаждается этой продукцией. Но трудно, наверное, требовать от государства, чтобы оно на своих каналах показывало антисвою продукцию.

Елена Рыковцева: Ну, это да, конечно, это совершенно понятно. Но я думаю, что даже «НТВ-плюс» не дает представления, конечно, грузинскому телезрителю о том, что происходит, потому что главным образом было сконцентрировано все это производство пропагандистской продукции, посвященное годовщине, на первых двух каналах.

Матвей Ганапольский: Это все видят. Пожалуйста, вы можете зайти. Я бы так сказал, люди даже среднего достатка совершенно спокойно смотрят российское телевидение, все каналы. Я не буду создавать рекламу, называть торговые марки, но согласно решению российского руководства в медийной сфере, всем телевизионным спутниковым пакетам вменяется, правда, с 2015 года, если не ошибаюсь, но некоторые это уже делают сейчас, федеральные российские каналы транслировать бесплатно. Таким образом, люди, которые покупают спутниковые тарелки, они сначала оплачивают первый месяц, а потом перестают платить. Понимаете, да? Но, согласно решению российского руководства, вот эти телевизионные пакеты обязаны передавать несколько телевизионных каналов, а именно Первый, Второй, канал «Звезда», «Детский канал» и канал «Спорт» бесплатно. А людям нужен Первый и Второй. Поэтому никаких проблем у населения Грузии, особенно в регионах, где просто вы видите бедный, разваленный дом, в котором чуть ли окна не забиты фанерой, но висят две спутниковые тарелки. Одна направлена на спутник, где висят грузинские каналы, а другая направлена на «НТВ-плюс» или на «Триколор», где можно бесплатно смотреть «ОРТ» и «РТР». Поэтому можно сказать, что Грузия абсолютно не лишена, в отличие от России, где есть двойная проблема: во-первых, кому это надо? А с другой стороны, есть еще одна проблема под названием грузинский язык. Потому что все, что здесь происходит, происходят на языке, не понятном российским зрителям.

Елена Рыковцева: Ага, они то понимают, а вот российский зритель, даже если бы имел доступ…

Матвей Ганапольский: В том то и дело. Это игра в одни ворота.

Елена Рыковцева: Да, я поняла. И теперь мы переходим к тому, как и что говорилось в Грузии в эти дни. Я сразу скажу, что единственная газета, в которой хоть что-то писалось о том, как этот день отмечается в Грузии, это газета «Коммерсант», которая объясняла, что, во-первых, накануне развернулась информационная война между двумя странами, но не в том смысле, в котором мы подразумеваем, когда участвует пресса, а буквально война информаций. То есть разного рода информация вбрасывалась с двух сторон. Итак, насколько я понимаю, Матвей, если уж говорить о датах, то вот как День победы для Европы – 8 мая, а Россия празднует 9-го из-за того, что разница произошла во времени когда-то много лет назад. Здесь то же самое. В Грузии считается годовщиной 7-е число, потому что официальная версия грузинского руководства состоит в том, что в ночь на 7-е августа российские танки вошли в Рокский тоннель, 20 часов терпело все это безобразие грузинское руководство, и только через 20 часов в ночь на 8-е число было принято решение ответить на эту агрессию, на ввод танков. И дальше уже начало войну со своей стороны грузинское руководство. И поэтому годовщиной считается 7-е, а в России уже соответственно 8-го был весь этот информационный залп. Правильно я разобралась?

Матвей Ганапольский: Ну, вы знаете, в принципе правильно, хотя должен сказать, что это как художественный фильм «Игры разума». Другое дело, что, безусловно, это очень важная была для Грузии в пропагандистском смысле история. Здесь я должен восхититься грузинским руководством, как и российским, потому что все прекрасно понимали, что это будет годовщина, и что ее как-то надо, взаимно ненавидя, отметить. И это было сделано. Мы знаем, это было широко показано по каналам, широко и долго.

Саакашвили выступил в Гори – месте наиболее близком к этой всей военной истории, где действительно падали бомбы, где бегали люди и так далее, я имею в виду грузинскую территорию. И там была поставлена такая стена типа Берлинской стены, то есть сделаны такие жесты, и были сказаны очень жесткие слова, но сказано, что Грузия победила и так далее. В принципе, делается это все очень мастерски. Но, правда, Дмитрий Анатольевич Медведев сейчас старается работать в таком же стиле, то есть он, конечно, другой по эмоциональности человек и так далее, но он понимает значение личного выступления. Саакашвили всегда выступает ярко и всегда выступает, я бы так сказал, очень эффектно. Все это сделано мастерски в том смысле, что соблюдена вся ритуальная часть. В чем она заключается? Во-первых, мы видим в любом месте трибуну, за которой стоит, как американский президент, стоит президент Грузии. Дальше, справа и слева стоят два знамени. Одно знамя – это знамя Грузии, второе знамя – объединенной Европы. Это такой очень ловкий ход, хотя мы знаем, что Грузия не входит в объединенную Европу.

Елена Рыковцева: Но Европа за нами.

Матвей Ганапольский: Нет, нет, тут несколько другое. С одной стороны, Европа за нами. А с другой стороны, принимаете вы нас, не принимаете – вот я считаю, что оно так, как бы говорит Саакашвили: мы – часть Европы, даже если мы не подписали документов, и вы нас не приняли. Дальше, в последнее время, когда выступает Михаил Саакашвили, он делает такой трюк, и вообще это действует. Если помните, съезд «Единой России» последний, если помните, там была сделана вот какая вещь – выступал Владимир Путин, и сзади Путина сидели люди. Понимаете, о чем я говорю? То есть он выступал не на фоне портрета Ленина.

Елена Рыковцева: Да, потому что говорят, что американские политтехнологи этой постановкой занимались.

Матвей Ганапольский: Совершенно верно. Так вот, когда говорят, что Грузия – это филиал Госдепа, то по всей видимости, «Единая Россия» - филиал Госдепа, потому что это делали одни и те же политтехнологи.

И вот выступает Саакашвили, за ним в два ряда сидят или стоят, причем с интересом его слушают, потому что все-таки выступает президент, местное население. Вот таким образом все это сделано красиво и так далее. Выступления его проходят в разных местах, то есть это не только там в Тбилиси, но, например, выезжает в Батуми. Он вообще делает выездные заседания правительства. Всех поднимают в пять утра, они садятся в машины или не знаю во что и едут туда, где будет выступление, то есть ближе к народу, ближе к народу. Но, безусловно, каждая речь была выверена, все акценты были расставлены, даже был достойный ответ, вообще это рискованный ход, но Саакашвили сказал: «Как вы можете убедиться, я все еще тут». Он имел в виду разговор Путина, когда Путин с Саркози или с Берлускони разговаривал, когда он сказал, что кое-что отрежет…

Елена Рыковцева: Хорошо, что он не сказал, что у меня еще тут…

Матвей Ганапольский: Но я хочу вам сказать, вы сейчас сострили и правильно сделали.

Елена Рыковцева: А что мне оставалось?

Матвей Ганапольский: Вы сейчас, с точки зрения нормальной логики. Как бы человеку, которому Владимир Путин пообещал кое-чего отрезать, казалось бы, следовало помалкивать и не вспоминать это, потому что это рождает всякие сальные шутки. Но что сделал Саакашвили? Он выступил, он использовал это как контрпропагандистский трюк. Он сказал (я вольно интерпретирую): «Там кто-то пообещал кое-чего мне отрезать, так вот передаю этому человеку, что я на месте». Ну, «я на месте» обозначает, что все и у меня на месте. Рискованный трюк, но, тем не менее, мне кажется, что в пропагандистском смысле у Владимира Владимировича и Дмитрия Анатольевича достойный соперник.

Елена Рыковцева: Матвей, в прессе российской, когда я встречаю имя грузинского политика, интервью с грузинским политиком, это значит только одно – что этот грузинский политик сказал что-то очень выгодное российской власти. Например, широко сейчас тиражируется в «Известиях» интервью Нино Бурджанадзе, которое она дала тбилисскому еженедельнику «Асавал дасавали», и сказала она следующее: «Мы встретились с Саакашвили в резиденции 3 августа в воскресенье в 5 часов вечера, говорили приблизительно час и 20 минут», - вспоминает Бурджанадзе. «Я ему сказала, что война с Россией закончится для Грузии катастрофой. Саакашвили же уверял, что мы возьмем Цхинвали за одну ночь. На это я ответила, что так не получится. Во-первых, взятие Цхинвали не означает решения проблемы, а еще я сказала ему, что даже если мы вернем Южную Осетию военным путем, то, наверняка, потеряем Абхазию. Вот с этим Саакашвили согласился». И дальше интересная фраза: «Нино Анзоровна припомнила еще несколько бесед и споров с президентом и его ближайшим окружением: «Они говорили, что у русских ржавые танки, что мы выиграем войну, разгромим их, дойдем чуть ли не до Москвы». То есть уже не очень понятно, кто эти слова говорил, президент или его окружение, но, тем не менее, вот такое интервью очень неприятное вышло и с удовольствием цитируется в российской прессе. Как там подается вся эта история с этим интервью? Его растиражировали так же широко, как здесь в России, замолчали или наоборот? Как его комментируют?

Матвей Ганапольский: Тут действительно есть что прокомментировать только с несколько неожиданной стороны. Перед тем, как говорить про то, что заявила Нино Бурджанадзе, которую я очень хорошо знаю, с которой мы еще со времен Зураба Жвания покойного в очень теплых отношениях, неполитических, потому что я никоим образом не могу комментировать как гражданин другой страны, как гражданин Российской Федерации…

Елена Рыковцева: Да, и быть чьим-то сторонником.

Матвей Ганапольский: Это абсолютно исключено, потому что это внутренние дела. И поскольку я не знаю грузинского языка, то вы понимаете, что там есть нюансы и мне не нужно быть чьим-то штатным политологом. Теперь в продолжение нашей темы о том, как человек может что-то сказать. Во-первых, я вас поправлю, что блокада, и мы об этом говорили в первой части передачи, российских телеканалов все-таки есть. Еще раз повторим, что Первый, Второй, НТВ и ТВЦ как бы в официальной ретрансляции запрещены. То есть грузинские операторы кабельных сетей не имеют права их передавать. А вот со спутника они берутся совершенно свободно, и никто тарелки не срывает.

Теперь по поводу того, как можно возразить Саакашвили. В отличие от России, здесь существует абсолютно официально два оппозиционных телеканала круглосуточных. Один из них называется «Кавкасия», это частный телеканал, второй называется «Маэстро», этот канал россияне знают лучше, хотя они его никогда не видели, а если бы видели, они бы ничего не поняли, потому что иногда идут клипы, а чаще всего просто такая комната-тюрьма. Как бы изображена тюрьма, по вот этой передаче они знают, где сидит один очень популярный актер Гочичиладзе, который брат главного оппозиционера Гочичиладзе… Передача «Тюрьма», они придумали такой формат. То есть это такая аллегория, что Грузия – это тюрьма, это такое круглосуточное реалити-шоу, в котором этот актер принимает самых разных людей. 24 часа в сутки они уничтожают Михаила Саакашвили.

Елена Рыковцева: Да, и он сказал, что будет сидеть, пока не уйдет Саакашвили.

Матвей Ганапольский: Тут разные трактовки, потому что сейчас был Байден. Вот ушли оппозиционеры с проспекта Руставели, уже их там нет. И Гочичиладзе то появляется, то исчезает из эфира, вопрос не в этом, вопрос в невероятной вещи, которая произошла. Этот канал видел только Тбилиси. После этого стали видеть еще пару городов. И вдруг, можно сказать, сенсация, которую я не ожидал. Министерство связи Грузии подписало этому каналу, в котором 24 часа в сутки уничтожают собственного президента, разрешение на спутниковую ретрансляцию. Таким образом, поднявшись на спутник «Турксат», с которого идут все грузинские государственные каналы, их на одну тарелку будет принимать вся Грузия. Не знаю, может, это говорит о хитрости какой-то или о свободе слова в Грузии, или что Грузия это не Россия и так далее. Просто вы меня спросили, я вам отвечаю, что есть на самом деле. Каждый день фактически там кто-то из оппозиции. Я не знаю грузинского, но понятно, что если там сидит Нино Бурджанадзе, а она туда тоже ходит, то понятно, что это рассказывает. Поэтому какие могут быть комментарии? Комментарии рождаются в тех странах, где не говорится прямым текстом. А здесь какие комментарии? Здесь вот приходит Бурджанадзе, которая говорит, что такое вот было. Она это все рассказывает, звонят люди и говорят: «Ой, какой плохой Саакашвили!» Проверить то, что какой-то сановник грузинский сказал, что у русских ржавые танки, невозможно. Но я вам хочу показать примеры.

Вот вы говорили, что они транслируют с огромным удовольствием? Вот, например, Бастрыкин, мы знаем, что это глава Следственного комитета при Прокуратуре РФ, он рассказал по российскому телевидению, что грузины планировали отравить водопроводную воду в Цхинвали.

Елена Рыковцева: Совершенно верно, и сказал, что нашли бумажечки.

Матвей Ганапольский: Ну, естественно, бумаги эти никто не показал. И якобы обнаружили это в одной из прилегающих к Южной Осетии грузинских деревень.

Елена Рыковцева: В анклаве грузинском.

Матвей Ганапольский: Вы понимаете, что вот это счастье настоящее для грузинской пропаганды.

Елена Рыковцева: Конечно.

Матвей Ганапольский: Вот этот бред свинячий показывали круглые сутки, потому что это нужно знать, насколько в Грузии важна Грузинская православная церковь, и насколько этот народ проникнут. Здесь религиозность в сотни-тысячи раз выше. Короче говоря, можно посоветовать господину Бастрыкину немножко хотя бы узнать, что такое Грузия, и чуть потоньше действовать. Это передавали с удовольствием.

Елена Рыковцева: Тогда я вернусь к публикации, где рассказывается об аргументах обеих сторон, эти карты выложены на стол сегодня. Карты грузинской стороны: был подготовлен доклад, где говорится, что рано утром колонна российской бронетехники вошла в Рокский тоннель, и подтверждающее свидетельство – телефонный разговор, состоявшийся в три часа утра 7 августа между осетинским пограничником Гасиевым и его командиром в Цхинвали. Судя по распечатке, Гасиев докладывает, что в Рокский тоннель вошла российская танковая колонна, спрашивает, что ему делать? Ему отвечает командир: «Конечно, пропускать». И, как я поняла, «ничего подобного», заявили «Коммерсанту» в МВД Южной Осетии, «они взяли просто самую распространенную фамилию в Осетии и сфальсифицировали телефонные распечатки». Вам кажется убедительной аргументация грузинской стороны о том, что вошли танки в тоннель гораздо раньше того, как Саакашвили отдал приказ? Там, в Грузии, это кажется убедительным? Здесь-то об этом не говорят ничего.

Матвей Ганапольский: Я вот бы как ответил на ваш вопрос. Я бы предложил прислушиваться к аргументам грузинского руководства так же, как к аргументам российского руководства, но не брать в расчет и относиться с большим сомнением к вот этим странным телефонным разговорам и к видеозаписям. Вы помните знаменитую историю, когда по телевидению, по государственным каналам Грузии показали заговор против Саакашвили, где сидел человек, которому завтра надо было свергать грузинское руководство, а он вдруг сегодня своим сторонникам подробно рассказывал, где спрятаны пистолеты, одновременно курил марихуану и одновременно размахивал пистолетами в руках. Вот к таким вещам, наверное, нужно здравомыслящим людям относиться очень осторожно. А что касательно тех аргументов, кто первый начал, то я категорически не собираюсь даже в этом разбираться, потому что я считаю и говорил об этом и писал в своих статьях, что это дело международного европейского расследования.

Елена Рыковцева: Да, я только спрашивала об убедительности для грузинских телезрителей такого рода вещей. Мне кажется, что поэтому здесь не особенно акцентируют на аргументах российской стороны, я только в прессе об этом читаю, например, что Анатолий Наговицын, зам. начальника Генштаба, выложил какие-то трофейные документы, изъятые российскими военными в брошенных грузинских военных штабах на территории Южной Осетии, которые доказывают, что Саакашвили готовил войну в Южной Осетии с 2004 года. Ну, смешно же это, конечно.

Матвей Ганапольский: Вообще, я был у вас в студии, вы, в основном, сидите.

Елена Рыковцева: Нет, я бегаю по студии, конечно, вокруг стола.

Матвей Ганапольский: Я тебе сейчас скажу и ты упадешь. Я хочу вам сказать, что я вам рассказал про проклятых грузин, которые планировали отравить водопроводную воду. Но я писал комментарий по поводу еще одного великолепного, брызжущего свежестью заявления. Если вы помните, в Краснодарском крае, это было месяца три или четыре назад, появилось подозрение, что есть свиной грипп. И я помню заявление, он главный врач чего-то, но это не Онищенко. Он сказал, что «свиной грипп на территории Краснодарского края появился из Грузии, где находятся тайные лаборатории. И появился следующим образом. Они производили опыты над свиньями, которые убежали и смешались с дикими свиньями. Дикие свиньи проникли на территорию Российской Федерации, где и заражают местный скот». Это было абсолютно на полном серьезе.

Елена Рыковцева: За подписью Ткаченко?

Матвей Ганапольский: Нет, там была какая-то другая фамилия. Я вам хочу сказать, что есть такой спасительный вариант, который называется «Березовский». Вы знаете, что если что-то происходит, виноват Березовский. Вот, значит, если проникает свиной грипп, то значит виновата Грузия. Думаю, что я в прошлом своем комментарии писал о том, что два у нас врага. Сегодня, кстати, по грузинским телеканалам это радостно рассказывали и с очень волнующими комментариями. Мы знаем, что президент России Дмитрий Медведев как бы не отозвал, а не послал Зурабова…

Елена Рыковцева: Да, открытое письмо огромное он написал в адрес президента Украины.

Матвей Ганапольский: Значит, естественно, комментарий очень простой в Грузии, что это вторая попытка оказания давления на Украину в преддверии президентских выборов. Это утром было, я еще не разговаривал с коллегами, что они по этому поводу думают. Но, конечно, у всех вызывает оторопь, не то, что оторопь, это все-таки не в сторону Грузии, это в сторону Украины. Ну, люди так: «Ну, понятно, ясно, а чего можно было ожидать?» Мне очень интересно один человек тут сказал, он театральный режиссер. Когда я встретился с ним сегодня утром и рассказал ему об этом, он кивнул головой и сказал: «Не сдержались!» Мне очень понравилась эта фраза, потому что действительно, ну надо же как-то оказать давление на соседнюю страну.

Елена Рыковцева: Ну, это, конечно, к Грузии не совсем не имеет отношения, потому что один из аргументов, который инкриминирует, вменяет в вину Дмитрий Медведев украинской стороне, это то, что помогала она оружием во время осетино-грузинского конфликта год назад. Это все в письме тоже есть.

Матвей Ганапольский: Я вам еще скажу, какое здесь есть в общественном мнении последние дни, для этого было очень важное событие, на которое все в Грузии обратили внимание, и об этом говорили грузинские средства массовой информации. Мы знаем, что вот эта российско-грузинская заваруха все-таки так или иначе ассоциировалась с Владимиром Владимировичем Путиным. Его личная неприязнь к Саакашвили и так далее. И вдруг вы заметили, как сильнейшим образом активизировался президент России, который стал как бы говорить о том, и вы знаете его знаменитое заявление, которое было пару дней назад, что именно он принял решение о военной акции. При этом во всех его выступлениях Путин не упоминается вообще. Ну, люди по-разному гадают. Вот здесь почему такое происходит? Но вы помните, что все говорили такой тезис, что когда сменится руководство в той или иной стране, либо в России, либо в Грузии, то это обещает какие-то новые взаимоотношения. И вот сейчас здесь комментируют в Грузии это таким образом, что кто его знает – слишком резво и слишком динамично, и слишком как-то по-боевому нынешний президент Российской Федерации берет на себя ответственность за этот конфликт. И поскольку мы понимаем, во всяком случае, мне так кажется, что структура российской власти неизменна где-то приблизительно до 2025 года, то раньше был вопрос ху из мистер Путин, теперь вопрос – ху из мистер Медведев? И вот последнее открытое письмо в сторону Украины как бы ставит точку в этой истории. То есть разницы нет, отличия нет. Вот такие тут комментарии, что отличия нет. Вот один более либерален, другой более жесток.

Елена Рыковцева: Это шило и мыло.

Матвей Ганапольский: Ну, такие слова не говорят.

Елена Рыковцева: Потому что у них в грузинском другие слова. Александр из Пензенской области, что вы скажете?

Слушатель: Очень рад услышать Матвея. У меня большой комментарий. Вы – серьезная крупная радиостанция, вы оперируете хорошими проверенными материалами. Но вот за последние трое суток, к сожалению, кроме аргумента о разговоре пограничников как доказательства российской агрессии, вы ничего не привели. Неужели такие возможности у вас слабые?

Елена Рыковцева: Вот совершенно не входит в мои задачи сейчас сидеть и приводить какие-то аргументы в пользу грузинской стороны. В задачу Матвея это тоже не входит. У нас совершенно другая сейчас тема, мы говорим о том, какую информацию мы можем получить из собственных средств массовой информации. Аркадий, Москва, говорите, пожалуйста.

Слушатель: Я, конечно, не был на месте событий, грузинских программ не принимаю, языка не знаю. Только это не нужно. Вот вам пример, радио «Вести ФМ» несколько раз повторяли интервью с осетинской тетушкой, она всхлипывала и рассказывала, как в подвал, где они прятались, ворвались грузинские спецназовцы с высшим образованием, в американской форме, с американским оружием. Офицер их по-английски разговаривал по связи. Зверств не совершали, никого даже не ударили, но грозились, что все заложники и что всех убьют. Ну, ясное дело, спецназ, с высшим образованием, дипломы предъявили, американская форма – понятно, наверное, ярлычки не отцепили. Офицер по-английски разговаривал по связи – хорошо, что тетушка знает английский. Только это получается вообще беспредел со стороны Америки, что непосредственно американцы командовали низшим звеном грузинских извергов. Не с грузинами же он по-английски разговаривал. Ну, и оружие. Чтобы в стрессовом состоянии при подвальном освещении навскидку определить, что это американское оружие, а не немецкое, которое и вправду у грузин было, - это же не тетушка, это какой-то Штирлиц в юбке! Понятны чувства тетушки, что подвигают ее на подобные россказни. Но те, кто эту передачу готовили к эфиру, что, такие простаки?

Елена Рыковцева: Они не простаки, они надеются, что вы – простаки, и они в этом случае просчитались. Лариса Дмитриевна из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Я только сегодня утром приехала из Киева, была там 10 дней. И российскую программу я там не слушала, не было времени. Но немножечко посмотрела украинское телевидение. Там выступала группа «Квартал 95», как они прикладывали тамошних политиков – ну, полный восторг! И там выступала Верка Сердючка, и она упомянула, что как Путин ее не пускает в Москву.

Елена Рыковцева: Спасибо, очень хорошее замечание. Действительно, есть такая программа на Украине, поскольку я тоже только что вернулась оттуда, видела эту программу. Конечно, они очень веселятся, если уж сравнивать с Америкой, вполне по-американски веселятся над своими политиками, и полная в этом смысле там свобода.

«Слышал, что во время войны грузины полностью закрыли домен «ру», как сейчас с этим обстоит дело?» - спрашивает Олег. Матвей, можно ли там по интернету? Мы же знаем, что Первый, Второй каналы транслируются по интернету. Можно ли там все это видеть сейчас спокойно? Хватает ли скорости, хватает ли денег людям, чтобы в интернете телевизор смотреть?

Матвей Ганапольский: Еще раз повторяю, что им совершенно незачем в интернете это смотреть.

Елена Рыковцева: Ну, что вы со своей тарелкой? Не каждый тарелку купит. Вот у него стоит интернет. Домен «ру» открыт сейчас?

Матвей Ганапольский: У меня сейчас открыт newsru.com, потом я заходил на ваш сайт.

Елена Рыковцева: С «ру» никакой проблемы нет.

Матвей Ганапольский: Это как свиной грипп.

Елена Рыковцева: Никитин пишет: «Самовлюбленные грузины, живя в Союзе, как у Христа за пазухой, думали, что, отделившись, станут жить еще лучше. В результате так называемая Джорджия оказалась у разбитого корыта». Почему это они в Союзе жили, как у Христа за пазухой? Это что -богоизбранная нация была в Союзе? Я впервые об этом слышу, что Грузия жила как-то особенно, лучше, чем все остальные 14 братских республик.

Майоровы пишут, что «когда смотрели фильм «08.08.08», был момент колебания. Но когда во всю мощь в конце включился наш агитпроп и стал фальсифицировать якобы фальсификаторов с Запада, все встало на свои места». Имеется в виду, что слушатели в какой-то момент даже поверили этому фильму. «Особенно хороша была массажистка с галстуком Саакашвили». Это, Матвей, если вы не видели, очень большое интервью было с женщиной, которая делала массаж Саакашвили, и она показывает, как она делает массаж. Чуть ли не языком спину она кому-то вылизывает. Я в это время немножко засыпала уже, вот мне напомнили.

Матвей Ганапольский: Я рад, что радиослушатели напоминают о таком высоком классе государственной журналистики.

Елена Рыковцева: «Дорогая Грузия, держись! Люди мира, помогите Грузии скорее вступить в НАТО с Саакашвили или нет – не важно», - это все желают Майоровы.

«Я думаю, что да, по крайней мере российским». Это на наш вопрос отвечает, что выгодны ли властям информационные блокады, Атжемов Юрий из Волгограда.

«Зачем рвать на себе последнюю рубаху из-за Саакашвили? Радио Свобода для многих из-за этого себя скомпрометировало», - пишет Андрей из Москвы Ну, я не знаю, каким образом. Потому что рубах тут никто не рвал абсолютно точно, на территории радиостанции, где я работаю.

Матвей Ганапольский: Можно вот это я прокомментирую? Я бы ответил так. Конечно, рубаху никто не рвет, потому что рубашки дорогие сейчас. Даже самые дешевые – они дорогие, тем более что Черкизон закрыли. Я просто хочу сказать, что у людей есть вопросы. Вот в Грузии самый главный вопрос, который мне задают, как будто я могу на него ответить: будет ли следующая война? А вот теперь после сегодняшнего заявления Дмитрия Анатольевича Медведева я уже задаю вопрос просто в воздух: а будет ли война с Украиной? Лена, я хочу вам сказать, что произошла очень серьезная вещь. Можно быть тысячу раз недовольным политикой соседней страны, но не послать туда посла – это равно отзыву посла и разрыву дипломатических отношений. Это очень серьезная вещь, которая произошла. Я понимаю недовольство Российской Федерации политикой господина Ющенко и так далее. Но мы сейчас говорим не о довольстве или недовольстве, а о том, что за этим следует. Конечно, в сторону Украины нет Рокского тоннеля, но есть многие дороги, которые могут быть чем-то пересечены. То есть я задаю простой вопрос: так что нужно сделать Украине для того, чтобы Россия послала туда посла? Это очень серьезная вещь произошла, и очень чреватая очень большими непредсказуемыми последствиями.

Елена Рыковцева: И я сообщу нашим слушателям еще об одной очень серьезной истории, это одного порядка вещи. Вчера стало известно, что ровно через год после конфликта в Южной Осетии президент Дмитрий Медведев внес в Госдуму поправки к федеральному закону «Об обороне», которые заметно расширяют перечень условий, при которых Верховный главнокомандующий может без объявления войны направлять вооруженные силы в другие государства. Если раньше направляли военных только в соответствии с международными договорами или для пресечения террористической деятельности, то теперь такими основаниями могут стать отражение нападения на российские войска, которые уже дислоцированы за рубежом, отражение или предотвращение агрессии против другого государства, защита российских граждан за рубежом, борьба с пиратством и обеспечение безопасности судоходства. То есть, как комментируют сегодня российские военные, если избили, например, моряка Черноморского флота, совершенно не исключено теперь вмешательство России. Эту тему мы продолжим в дальнейших программах.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG