Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Что пытаются донести до президента Медведева жители Беслана и жертвы теракта


Ирина Лагунина: Накануне пятой годовщины бесланской трагедии группа пострадавших от теракта обратилась к президенту России с просьбой принять их в дни проведения траурных мероприятий. Жители Беслана намерены рассказать главе государства о том, что они не могут получить информацию о ходе расследования обстоятельств теракта в первой городской школе и о многих других проблемах, связанных, в частности, с социальным обеспечением пострадавших. Попытку нескольких жительниц Беслана передать письмо президенту России во время его недавнего приезда во Владикавказ жестко пресекли сотрудники правоохранительных органов. Мой коллега Олег Кусов только что вернулся из Северной Осетии.

Олег Кусов: Почти от всех потерпевших в бесланском теракте, с которыми мне удалось поговорить во время нахождения в республике, я слышал примерно одну и туже фразу о том, что на протяжении пяти лет они так и не получили ответов на главные вопросы. Правоохранительные органы отказываются информировать о ходе расследования теракта жителей Беслана, их не намерены привлекать к обсуждению законопроекта о компенсациях потерпевшим в контртеррористических операциях, к нуждам потерпевших людей многие государственные ведомства, призванные оказывать помощь, остаются глухи. Размышляет председатель коллегии адвокатов во Владикавказе Джабраил Габачиев.

Джабраил Габачиев: Беда в том, что власти не хотят слышать правду, а люди потерпевшие хотят знать правду. И люди не отступятся. И власти, пока Путин, Медведев у власти, они никогда не рассекретят то, что в действительности имело место быть. Мы знаем, что не было международного расследования по этому делу. Надо было успокаивать тем, что Нурпаши осудили, но это абсурдно. Все знают, причем здесь Нурпаша. Может быть по уголовному законодательству и процессуальному каждый должен быть уличен в том, что именно он совершил, он стрелял, а не нести коллективную ответственность. Нурпаши за всех понес ответственность, а другие погибли. Надо устанавливать, каждый потерпевший, как он погиб, от чего смерть наступила. Изначально эти вопросы не исследовались, не проводились соответствующие судебно-медицинские экспертизы специально. Но люди знают, что жертвы сидели внутри школы, а внутрь стреляли не боевики. Боевики стреляли изнутри наружу. Чьи это были жертвы, кто их убил? Точно так же и в «Норд-Осте». Эта власть правду не скажет, а без правды не будет спокойствия.

Олег Кусов: Состояние здоровья многих пострадавших в бесланском теракте с годами только ухудшается, особенно, это касается детей, напоминает владикавказский общественный деятель Андрей Лебедев.

Андрей Лебедев: Это детский организм, он растет, развивается. И вот эти травмы, последствия, они будут сказываться еще долгое время, если не пожизненно. И эти жалкие единовременные пособия 50-100 тысяч – это человека сделали инвалидом, дали ему подачку, а после этого он может рассчитывать только на себя, на своих родителей. Но опять-таки, жизнь идет и родители не в состоянии, тем более, учитывая, какая у нас медицина в сильнейшей степени платная. Поэтому этот закон, о котором шла речь, он должен предусматривать и эти случаи. Если грубо подходить, взрослый человек, ему, я говорю цинично, 10-20 лет, а у ребенка вся жизнь впереди. Если государство борется с терроризмом руками детей, то оно должно о своих малолетних бойцах проявлять заботу. А сейчас мы закладываем проблемы, которые, грубо говоря, рванут через несколько лет и будет ситуация еще хуже.

Олег Кусов: 8 августа президент России Дмитрий Медведев посетил Владикавказ с целью принять участие в мероприятиях, связанных с годовщиной вооружённого конфликта на территории Южной Осетии. О приезде Медведева узнали активистки общественной организации "Голос Беслана". Они попытались передать охране президента письмо с просьбой о встрече. О том, что произошло после этого, мне рассказала сопредседатель организации Элла Кесаева.

Элла Кесаева: Я моментально, кого могла собрать, четыре человека, мы поехали. По ходу я начала обзванивать всех. Мы подъехали, со стороны «Мемориала» охраняли, сказали: не подходите. Он здесь, но мы вам говорить не будем. Довольно нейтральная позиция, но мы поняли, что здесь его не будет. Пошли, обогнули, со стороны «Арктики» стояли сотрудники ГИБДД. Мы их обогнули. Мы на листке написали – «Беслан просит о встрече». Мы пошли, впереди я была с письмом, они были с плакатами. Первая прошла, вторая пошла, ее окружили, она как раз ко входу успела подойти. Она мне звонит: Элла, плакат мой разорвали. Меня окликнули: женщина, вы не пройдете, остановитесь. Я не реагирую, иду дальше. Уже бегом ко мне в футболке бежевого цвета подбежал: паспорт. А кто вы такой, почему я должна паспорт? Достал удостоверение и достал, раскрыл и буквально быстро закрыл. Я успела увидеть – МВД. Дайте, я вашу фамилию запомню. Нет, он очень быстро закрыл. И агрессивное состояние, по глазам я видела. Я говорю: я потерпевшая, несу письмо. Сумку проверьте, пропустите меня, я все у вас оставлю, меня пропустите с этим письмом. Естественно, я пошла дальше. Он хватает меня за руки. У меня диктофон был включен и фотоаппарат висит. Бегут другие. К этому времени он, чтобы проявить себя, руку пытается заломить. Я видел, что он хочет буквально, чтобы я на землю. Ударить хотел, но я отпрянула.

Олег Кусов: Владикавказский общественный деятель Андрей Лебедев полагает, что власти в очередной раз испугались диалога с бесланскими матерями.

Андрей Лебедев: Наша власть до того пугается, что прямо теряет голову. Женщина вышла с листком бумаги, ни пояса шахидки на ней не было, ни автомата в руках. Выйди, солидный мужчина, возьми это заявление и скажи, что: хорошо, рассмотрим, передадим. Как с вами связаться? Разговор на три минуты. Тут устраивается шоу, потому что очень много у нас милиции, очень много военных, очень много силы.

Олег Кусов: Элла Кесаева напомнила, что сотрудники североосетинских правоохранительных органов, охранявшие подступы к зданию, в котором находился Дмитрий Медведев, пригрозили нескольким бесланским женщинам стрельбой.

Элла Кесаева: Стоят плотным кольцом, я вперед иду. Мне говорят: мы не пропустим вас, а если вы выбежите сейчас на дорогу, мы будем стрелять. Да мне, говорю, все равно. Когда я пошла фотографировать, кто меня поцарапал. Вышли ко мне в возрасте мужчины: пройдемте к нам. Я говорю: девочки, разворачивайтесь, уходим отсюда. И вот этот высокий увязался за нами: что вам еще надо? Расследования нет, закона нет. И тут его как прорвало: да вы, вам же деньги дали, что вы еще хотите? Вы понакупили себе машин, квартир. И он повернулся и говорит: чем таких как ты меньше будет, тем Осетии лучше. Сели в машину, с плачем едем. Выехали за город из Владикавказа, догоняют нас три машины, сигналят. Что мы сделали, ничего не нарушили? Он говорит: мне дали указание задержать вас. Мы ехали за вашей машиной, задержали, сейчас приедут, объяснят. Мы ждали долго. Естественно, я поняла, что ждут пока он улетит.

Олег Кусов: Но несмотря ни на что, многие жители Северной Осетии по-прежнему многие поддерживают бесланских матерей в их стремление узнать правду о трагедии сентября 2004 года. Слово Андрею Лебедеву.

Андрей Лебедев: Несмотря на всю пропаганду, науськивание друг на друга, все-таки люди сочувственно относятся. Просто до того апатия, мы бьемся как рыба об лед, а ничего нет, все уходит как в песок. А так сказать, что в Осетии будет лучше, если будет меньше таких как «Голос Беслана», если он считает, что он Осетия, то для него было бы очень хорошо. У нас в принципе идет гражданская война. С 17 года, с момента Великой октябрьской социалистической революции у нас началась гражданская война, которая до сих пор не прекращается. Одни граждане воюют против других. Гражданская война бывает самая кровопролитная, никакой пощады никому ни за что. Остановить эту войну никому не надо, потому что вырождение народа идет.

Олег Кусов: Потерпевшие в бесланском теракте на протяжении пяти лет сталкиваются с цинизмом властей, считает председатель коллегии адвокатов во Владикавказе Джабраил Габачиев.

Джабраил Габачиев: То, что сегодня власти делают, это даже сверхцинизмом не назовешь. «Город ангелов» назвали кладбище. Туда на экскурсии приводят чиновников, гостей, которые приезжают, возлагают венки. Не надо им ни ваши цветы, ни ваше название «Город ангелов», лучше помогите делом. Построили медицинские центры, а не знают, когда откроются, на чьем балансе будет. Родильный дом до сих пор не построили в Беслане.

Олег Кусов: 2 сентября в центре Москвы должна состояться церемония открытия памятника жертвам трагедии в бесланской средней школе. Элла Кесаева и её соратники по организации "Голос Беслана" надеются, что в эти скорбные дни у президента России найдётся время, чтобы выслушать пострадавших в небывалом по своему трагизму теракте.

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG