Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Авария на Колыме и судьба лосося


Ирина Лагунина: В этом году в России – небывалый улов лосося: уже поймано более 430 тысяч тонн рыбы. Эксперты опасаются, что большая часть улова не доедет до российских магазинов: выловленного лосося просто негде хранить. Ожидается, что в следующем году поголовье лососевых может сократиться. Одна из причин - прорыв дамбы с отходами на Колыме в поселке Карамкен, который может погубить лососевые реки Хасын и Армань. Рассказывает Любовь Чижова

Любовь Чижова: Прорыв дамбы в поселке Карамкен на Колыме в Магаданской области, который произошел 29 августа, может иметь серьезные экологические последствия. По мнению заведующего лабораторией гидробиологии Института биологических проблем Севера Дальневосточного отделения РАН Вячеслава Харитонова, вредные вещества с золотодобывающего производства, которые попадут в лососевые реки Хасын и Армань, могут их погубить. По словам ученого, которого цитирует РИА «Новости», «степень серьезности экологических последствий будет зависеть от того, настолько тщательно будут проведены восстановительные работы». Координатор программы WWF по экологической политике нефтегазового сектора Алексей Книжников отмечает, что серьезные техногенные аварии последнего времени – на СШГЭС и на Колыме – действительно могут негативно отразиться на численности лососевых в России….

Алексей Книжников: Я могу только подтвердить, что да, то, что токсические вещества попали в воду – это однозначно приведет в той или иной степени к негативному воздействию на всю цепочку и закончится рыбой. Но на самом деле прорыв дамбы еще плохо не только токсическими воздействиями, но и тем, что повысится замутненность воды, и это тоже довольно серьезное негативное воздействие на нерестовых. Возможно загрязнение самих нерестилищ. Такие последствия, которые мы стараемся предотвратить, когда говорим о недопустимости золотодобычи или добычи других полезных ископаемых в долинах нерестовых рек. Как раз худший сценарий, который стараемся на этапе подготовки проектов побудить разработчиков создать превентивные меры о недопустимости этого.

Любовь Чижова: Насколько распространена в России эта практика?

Алексей Книжников: Очень распространена. Это и для Магадана, и для Камчатки, существенная часть нерестовых рек в той или иной степени подвержены и добыче полезных ископаемых. К сожалению, сейчас идут все более современные технологии. Они, с одной стороны, позволяют использовать, добывать золота с меньшим содержанием металла, но с применением более сложных технологий. Это добавляет помимо воздействий чисто механических, когда взвеси попадают в воду, теперь еще и токсические вещества. Так что угроза только возрастает и нужно повысить внимание.
Мы хотим сказать, что по нашим оценкам череда техногенных аварий, которые прокатались на Саяно-Шушенской ГЭС и многие другие - это в какой-то степени говорит о неэффективности государственного контроля над особо опасными объектами. Мы как экологи об этом говорим в первую очередь с той позиции, что отменена и государственная экологическая экспертиза для особо опасных объектов, в том числе для плотин и для дамб, и нужно скорее ее восстанавливать, эту государственную экологическую экспертизу. Это наш активный политический месседж к руководству страны, мы его озвучили на совещании Владимира Путина в Иркутске. Он был услышан, записан в протокол совещания. Теперь вопрос, чтобы он не был замылен, чтобы был быстрее реализован. Я думаю, что череда таких трагических последствий не только для экологии, но и люди гибнут, я думаю, это побудит Министерство природных ресурсов и охраны окружающей среды быстрее восстановить государственную экологическую экспертизу в нужном объеме.

Любовь Чижова: Если вернуться к лососевым, получается, что очень капризная рыба?

Алексей Книжников: Да, ее потребности в чистоте воды, она нерестится в определенном материале, поэтому это загрязнение, когда наличествуют мелкие вещества в воде, приводит к губительным последствиям. Мы это очень серьезно отслеживаем на Камчатке в первую очередь, где у нас есть пилотный проект по повышению стандартов горнодобывающей компании, мы разработали специально добровольные стандарты и сейчас пытаемся внедрить их.

Любовь Чижова: Рассказывал координатор программы по экологической политике нефтегазового сектора WWF Алексей Книжников. Впрочем, сохранение численности лосося совсем не гарантирует, что он дойдет до потребителя. В этом году в России – рекордный улов лососевых – свыше 400 тысяч тонн. Но эксперты опасаются, что большая часть рыбы с Дальнего Востока не дойдет до европейской части страны. В ситуации разбиралась корреспондент Радио Свобода во Владивостоке Марина Лобода…

Марина Лобода: У рыбаков, как у аграриев, неурожай - плохо, урожай – еще хуже. Небывалый подход горбуши в дальневосточные нерестовые реки ученые предсказывали еще год назад. Так и случилось. Если обычно за сезон общий улов 350 тысяч лососевых, то в этом году он случился в полмиллиона тонн. И что со всем добром теперь делать, рыбаки не знают. Основной поток камчатского и сахалинского лосося на запад России идет через Приморский край, и сегодня все холодильники рыбного порта Владивостока уже заполнены. На рейде неделями стоят неразгруженные суда, на подходе новые, примерно 80 тысяч тонн лосося. Говорит председатель ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья Георгий Мартынов.

Георгий Мартынов: Ситуация складывается достаточно сложно. И рыбаки здесь не причем. Рыбаки свою задачу выполнили. Портовики свою задачу выполнили. Порты работают в круглосуточном режиме. Сегодня фактически все холодильники Владивостока забиты рыбопродукцией. Мы готовы отгружать сегодня, но клиенты почему-то не хотят отгружаться. Либо это высокие железнодорожные тарифы, либо это такая ситуация сложилась на рынке, что клиенты не хотят везти рыбу в центральные регионы. Надо понять, почему торговля не хочет покупать эту рыбу и везти ее в центральные регионы. Возможно, предприятия, которые раньше брали кредиты, потому что тысяча тонн лосося купить - это достаточно большие деньги, возможно у некоторых предприятий нет оборотных средств. Тут действительно должны посмотреть экономисты. Возможно, торговля пытается спекулировать и давить рыбака, возможно специально не вывозят, сбивая цены. На Сахалине, насколько знаю, сегодня цена горбуши 25 рублей, измором берут. Это оскорбительно для рыбака по такой цене продавать. Но тогда почему торговые сети, посмотрите, даже на рынках Владивостока сегодня горбуша стоит 70 рублей.

Марина Лобода: В общем все как на сельской ниве: холодильники-элеваторы переполнены, перекупщики шантажируют рыбаков, предлагая освободить их трюмы от улова, заплатив за килограмм горбуши как за камбалу 30 рублей, и тут же перепродают товар втридорога. Ведь даже жители Владивостока, где рыбу девать некуда, покупают горбушу на рынках уже за 70 рублей. То есть пока ее везли по городу, цена подскочила более чем в два раза. Ситуацию с рыбной пробкой в приморских портах сейчас расшивают в режиме ручного управления. Создаются штабы, рабочие группы, проводятся совещания на самом высоком уровне. В авральном режиме на Дальний Восток перебрасывают рефрижераторные вагоны, поставки на запад России стали ритмичнее. И в конечном итоге с нынешней лососевой напастью рыбаки справятся. Но что будет через год, если, не дай бог, путина снова выдастся урожайной?

Георгий Мартынов: Полмиллиона тонн съесть одновременно – это сложно. А лососевая путина один раз в год. Нам нужна береговая переработка для того, чтобы предприятие взяло себе определенное количество тонн и перерабатывало в течение года до следующей лососевой путины. Здесь есть определенные сложности и должна быть определенная федеральная целевая программа для того, чтобы можно было планировать ритмичность поставок рыбопродукции, для того, чтобы работала ритмично подвижной железнодорожный состав, чтобы наши порты российские в круглогодичном режиме работали. Нам необходимо развивать береговую переработку. Не надо искать виноватых, я еще раз подчеркиваю, что это проблема общегосударственная.

Марина Лобода: Георгий Мартынов считает, что сами рыбаки переработку продукции не поднимут, да не их это дело - они добытчики. Это все равно, что предложить хлеборобам самим же и молотить зерно, и выпекать хлеб. Что же касается производителей, то 10 лет в Приморье уже идут разговоры о строительстве современных рыбокомбинатов и глубокой переработке сырья не в Китае, а здесь – на Дальнем Востоке. Но дальше разговоров дело пока не идет. И тут рыбная отрасль ничем не лучше всех прочих российских промыслов. Взять то, что бог дал – рыбу, лес, нефть, газ, еще можем, а вот что со всем этим богоданным добром делать, никто не знает. Только на экспорт.

Любовь Чижова: О рекордном улове лососевых на Дальнем Востоке рассказывала моя коллега Марина Лобода. Руководитель морской программы WWF Константин Згуровский – уроженец Дальнего Востока. Он подчеркивает огромную разницу между дальневосточным лососем и рыбой, выращенной в питомниках, и делится информацией – как отличить одну от другой…

Константин Згуровский: Это, конечно, серьезная проблема то, что продукция не доходит до покупателей. Моя жена, поскольку мы дальневосточники, в Москву переехали три года назад, бегает, высунув язык, по всей Москве, ищет именно дальневосточного лосося, который должен быть на наших полках и не может его найти, по крайнем мере, в мороженном виде его практически нет.

Любовь Чижова: А чем так хорош дальневосточный лосось?

Константин Згуровский: Покупатель должен понимать разницу между выращенным не только лососем, а выращенной рыбой в целом и той, которую поймали в океане. Вот эта индустрия быстрого выращивания, она пока еще не обеспечивает достаточную экологическую чистоту и защиту и как для окружающей среды, и так для здоровья человека. Загрязнения окружающей среды идет отходами и кормами, применяются красители. Недавно моя жена жарила лосося культивированного, вообще мы стараемся не покупать, просто жарила и краска поперла. То есть красители используются, антибиотики используются. Я не говорю, что всегда, но довольно часто.

Любовь Чижова: Научите, как выбрать лосось в Москве?

Константин Згуровский: Принципы достаточно простые. Спрашивайте у продавца, откуда эта рыба, выловлена она или выращена. У нас это вообще катастрофа. Ни покупатели, ни продавцы зачастую достаточно мало знают, чем они торгуют.

Любовь Чижова: По внешнему виду можно определить, хорошая рыба или нет?

Константин Згуровский: Во-первых, надо сказать, что вся семга практически и практически вся форель – это выращенная рыба в садках. И тут надо разбираться, где она выращена, как она выращена. Потому что, например, есть сведения, что рыба, выращенная в Латинской Америке, содержит гораздо больше антибиотиков и красителей, в сотни раз, чем норвежский лосось, где ситуация с контролем более строгая. Но и с норвежским лососем тоже бывают проблемы. Поэтому культивированный лосось часто есть не надо, я бы так сказал осторожно. Если лосось пойман на Камчатке, где пока еще нет нефтяных промыслов, в большинстве случае нет золотых приисков, они есть, но еще, слава богу, не везде, то это в основном истый лосось. Почему не покупают, народ старается в Хабаровске не покупать амурскую рыбу? Потому что там фенолы, которые с китайской стороны идут в большом количестве, и рыба просто, извините, пахнет туалетом. И поэтому пишут часто продавцы на рыбе, что она камчатская, сахалинская, хотя и сахалинскую рыбу, есть сведения, что иногда японцы отказываются покупать, потому что она добыта недалеко от нефтяных промыслов, это может повлиять на качество.
У нас, видите, лосось и лосось, а лосося много видов. Есть лосось в хорошем состоянии, та же самая горбуша, а есть не очень, скажем, чавыча. Есть семга, которая дикая, но которой практически нет, потому что браконьеры подорвали запасы, и она вся выращенная практически. Не факт, что при том гигантском браконьерском прессе, который сейчас существует, если вдруг в океане произойдут какие-то изменения и условия питания в океане изменятся при том прессе, который сейчас существует, пока лосось выживает. Как только что-то произойдет, пополнение лосося упадет или все реки не пустят его на нерест, то это сразу может с наших прилавков лосось смести.

Любовь Чижова: Это был руководитель морской программы WWF Константин Згуровский. В связи с рекордным выловом лососевых российское правительство может ограничить ввоз в страну рыбы из-за рубежа. Об этом заявил вице-премьер Виктор Зубков. Если дальневосточный улов не сохранится – россияне рискуют остаться без рыбы.
XS
SM
MD
LG