Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Звезда" в погонах и без: Руслан Соколов и Сергей Варшавчик в программе Анны Качкаевой о том, как телерадиокомпания Вооруженных сил России ищет собственное телевизионное лицо


Руслан Соколов

Руслан Соколов

Анна Качкаева: Как я вам и обещала, будем мы в начале сезона знакомиться с тем, что происходит на каналах не «большой тройки», а вот тех каналах, которые постепенно и очень уверенно завоевывают свою аудиторию. Небольшую – 1-2%, но тем не менее, вполне знаковую и такую, которая, видимо, лояльна и с удовольствием смотрит эти каналы. И я вам сегодня представляю нашего гостя – руководителя телерадиокомпании «Звезда» Руслана Соколова. Мы вас с Сергеем Варшавчиком, моим коллегой, обозревателем РИА «Новости», поздравляем с трехлетием на этом посту. Выяснилось практически за несколько минут до эфира, что приказ был подписан три года назад – 6-го, а 7-го вы приступили к работе.

Ну, а я начну с важных для индустрии вопросов. Почему вы теперь телерадиокомпания? Как-то изменилась ваша организационно-правовая форма? Или то, о чем вы говорили, что должно было произойти акционирование со стопроцентным участием государства? Это случилось? И как теперь выглядит структура медиа-группы?

Руслан Соколов: На самом деле, мы давно де-факто являлись телерадиокомпанией Вооруженных сил, но просто в статусе государственного унитарного предприятия, которое я как раз таки возглавил ровно три года назад – 7 сентября 2006 года. Строилась управляющая команда, и юридическая структура была гораздо сложнее, было радио «Звезда», телеканал «Звезда», служба новостная «Звезда». А по сути, в общем-то, это являлось телерадиокомпанией Вооруженных сил. На сегодняшний момент мы пришли, в соответствии с указом президента, проводимая реформа по новому облику Вооруженных сил, многие предприятия, которые входят в обслуживающие подразделения Министерства обороны, это порядка 300 предприятий, мы – одно из них, которые вышли на акционирование. И на сегодняшний день мы действительно ОАО «Телерадиокомпания Вооруженных сил «Звезда», и в себя включаем телевидение и радио, и интернет, и новости. То есть, по сути, мы – реструктуризированы стопроцентно.

Анна Качкаева: Это означает сто процентов у государства, это значит у Министерства обороны.

Руслан Соколов: Да. Ничего не изменилось, командует нами министр обороны, принадлежим мы государству в лице Министерства обороны. И разумеется, подчиняемся Министерству обороны.

Анна Качкаева: Вот насколько я понимаю, ОАО предполагает, что какая-то часть акций как-то все равно кому-то принадлежит. Ведь был в структуре капитала «Связьинвест», если мне память не изменяет, еще какие-то частные компании типа «Ингосстраха». Нет?

Руслан Соколов: Нет. Никогда не было никаких частных компаний, кроме действительно «Связьинвеста», который участвовал в телекомпании «Звезда». Это наш стратегический партнер, действительно, мы с ними взаимодействуем. Но на сегодняшний день в структуре акционерного капитала нет никого, кроме государства, и насколько я знаю, пока никаких планов по этому поводу ни у кого нет.

Анна Качкаева: Но вот помнится мне, что два года назад вы все-таки говорили о том, что 25% каким-то странным образом должны были от каждой компании каждого из подразделений аккумулированы на одном юридическом лице в рамках медиа-группы для привлечения стратегических инвесторов как для всех групп, так и для любого конкретного юридического лица.

Руслан Соколов: Совершенно верно. Были такие планы. На сегодняшний день пока их нет. И сосредоточен весь капитал акционерный в руках государства. А дальше это будет решение за руководством.

Анна Качкаева: Но это означает, что вы сидите на бюджете Министерства обороны.

Руслан Соколов: Да.

Анна Качкаева: Каков он в этом году?

Руслан Соколов: Ну, каков он на сегодняшний момент.

Анна Качкаева: Нет, не у Министерства, хотя тоже это не закрытые данные. Но вот этот порядок – 300 миллионов, который назывался…

Руслан Соколов: На сегодняшний день он верстается и он, наверное, чуть больше, не скрою. Действительно, мы получаем субсидию, разумеется, потому что пока мы коммерчески совершенно слабые. И в общем-то, первый год продаем рекламу. Этот год у нас пробный.

Анна Качкаева: Я ее никак не могу все время поймать в эфире.

Руслан Соколов: Рекламу?

Анна Качкаева: Да.

Руслан Соколов: Это хорошо.

Анна Качкаева: Наверное, для зрителя хорошо. Но вопрос сколько ее у вас.

Сергей Варшавчик: Я видел сегодня.

Анна Качкаева: И что видел? Кого рекламировали?

Сергей Варшавчик
Сергей Варшавчик: Сидел какой-то мужчина спортивного вида на тренажерах и в правом верхнем углу была звезда красная, какие-то тренажеры значит. Очень кратковременный был.

Анна Качкаева: А скажите, ваше желание не показывать иностранную рекламу оправдывает себя?

Руслан Соколов: Вы знаете, мы не имеем ничего против иностранной рекламы.

Анна Качкаева: Но когда-то было такое заявление – типа только российских производителей.

Руслан Соколов: Это было не мое заявление.

Анна Качкаева: Да, это был генерал Панков.

Руслан Соколов: Нет, это был не генерал Панков, я не хочу комментировать, это были другие люди. Наверное, была у них на то определенная позиция. На сегодняшний день многое поменялось, прошло три года, страна изменилась. Имеется в виду экономическая ситуация в стране. И мы вынуждены, конечно, менять многие взгляды. И поэтому мы продаем рекламу полноценно. Единственное, конечно, мы боремся за качество рекламы, чтобы она была художественно и эстетически приемлемой, чтобы она соответствовала нашему концептуальному видению канала, и чтобы она была просто качественной.

Сергей Варшавчик: То есть кризис заставил, костлявая рука голода, вызванная кризисом, заставляет вас рекламировать какие-нибудь «Кока-колы» или другие западные ценности?

Руслан Соколов: Ну, «Кока-Колы» у нас нет. Не знаю, хорошо это или плохо.

Анна Качкаева: А «Жилетт», например? Для мужчин.

Руслан Соколов: Конечно. У нас есть. У нас есть реклама и…

Сергей Варшавчик: Имеется в виду не бронежилет, а тот, которым бреется мужчина.

Руслан Соколов: У нас есть и тот, и другой, на самом деле, в рекламе. У нас есть действительно и косметика мужская, у нас есть и машины, это и «Ниссан», и «Форд». И в принципе достаточно качественно выглядят ролики рекламные. Мы считаем, что это плюс для нас. Конечно, мы начинаем зарабатывать какие-то деньги, хотя это не основная задача.

Анна Качкаева: А скажите, пожалуйста, все-таки раз основная финансовая подпорка, подушка – это деньги Минобороны, чего они от вас за это хотят?

Руслан Соколов: Они хотят, чтобы мы построили и развивали федеральный канал государственно-патриотического вещания, чтобы наши продукты, которые мы представляем зрителю, пользовались популярностью, и чтобы мы объективно освещали все нововведения в Вооруженных силах.

Анна Качкаева: А как это происходит? Понятно, что есть ваши кураторы и так далее. Но вот вам звонят, просят: «Уважаемый господин Соколов, надо чтобы… на этой неделе было то-то, то-то и то-то или вы осветили то-то, то-то и то-то»? Как это происходит?

Руслан Соколов: На самом деле, не так все просто и не так все, может быть, однозначно звонят и говорят. Да, разумеется, у нас есть рабочие совещания, на которых мы принимаем план работы, и есть, разумеется, определенные встречи ведомственные, которые нам ставят определенные задачи. Но все это больше концептуально, нежели просто комментарии к эфиру.

Анна Качкаева: А какие-нибудь особенные у генералов из родов войск есть у вас любовь к ним или у них какая-то особая тяга к телевидению? Вот кто выделяется? ВДВшники, пограничники или еще кто-нибудь? Или морские, например? Потому что уж очень тут у нас активно первый на флоте явно, что занимается продвижением. Нет?

Руслан Соколов: Я бы так не сказал. У нас нет приоритетов. Мы полноценно работаем по всем Вооруженным силам и освещаем все рода и виды Вооруженных сил.

Сергей Варшавчик: То есть делаете общевойсковое телевидение.

Руслан Соколов: Мы делаем федеральное и совершенно не военное телевидение. Но, разумеется, есть приоритет в сторону Вооруженных сил.

Анна Качкаева: Вы сами произнесли это слово – государственно-патриотическое. Года три назад вы как человек из бизнеса, зная, что такое брендинг, маркетинг, говорили о том, что нужно завести моду на патриотическое. Вам удалось?

Руслан Соколов: Мы считаем, что во всяком случае, мы такой тренд нащупали.

Анна Качкаева: А что это такое? Тренд в вашем представлении что это такое?

Руслан Соколов: В моем представлении это некая тенденция, движение в определенном направлении. И мне кажется, что лучшим показателем являются наши результаты объективные. Это рейтинги, доли, то есть мы, конечно, следим за этим. Можно сказать, что у нас начало получаться.

Анна Качкаева: Вот этот современный патриотизм, мода на него – вы как-то его формулируете. Понятно, что сейчас мы поговорим о программах и лицах, но все-таки это про что, если в словах?

Руслан Соколов: Если упрощенно, то, наверное, это некий позитив, это любовь к стране, это любовь к семье, к близким и уважение к себе как к нации, к народу. Скорее так. И в лице от мала до велика – от государства, включая все его институты, и, разумеется, Министерство обороны, потому что системообразующее ведомство, и кончая своей семьей, своими близкими.

Анна Качкаева: А как, по-вашему, какую нишу, почему вам кажется, что канал нашел этого своего зрителя? Вот эти 2% - это немало в нынешней ситуации на фоне более чем и государственных и патриотичных Первого, Второго, НТВ опустим, но тем не менее. Что такое вы почувствовали, что нашел зритель в вас?

Руслан Соколов: Мне кажется, мы смогли предложить определенные линейки, определенный продукты, которые зрители с удовольствием смотрят. То есть есть что-то другое, чего нет на больших каналах. Каналы «большой тройки» у них большие задачи.

Анна Качкаева: У них задачи все главным образом государственно и патриотично плюс большое развлечение, чего у вас как раз нет. Может быть, от этого зритель и разницу чует.

Руслан Соколов: Может быть. Действительно, у нас развлечений немного. Мы старались делать канал интересным, мы постарались сделать канал развивающим, то есть дать зрителю то, что ему будет интересно, и в той форме, как нам показалось, которой сейчас недостаточно.

Сергей Варшавчик: Давайте я сформулирую, в принципе чем отличается канал «Звезда» от других каналов и в чем связан его рост. На мой взгляд, «Звезда» - это крепкий нишевый канал, который попал в ту аудиторию, которой он был нужен. То есть это канал патриотичных мужчин консервативного толка. Да, действительно, есть «Большая тройка – Первый, Второй каналы, которые по охвату и государственности, может быть, превосходят канал «Звезда», но там наряду с пропагандой патриотизма есть как бы много всяческих других течений – либеральных, развлекательных и так далее. Имеется в виду «Закрытый показ», эксперименты в ночи. Здесь этот проект сделан в хорошем смысле как мосинская трехлинейка, очень удобная, надежная, без каких-то изысков, но тем не менее, она постепенно собирает своего постоянного зрителя. Потому что этот отличный кинопоказ, эти старые советские фильмы – они многие очень неплохие. Например, утром сегодня показывали «Гиперболоид инженера Гарина» с Олегом Борисовым в главной роли.

Анна Качкаева: Утром есть программа «Армия и церковь», что тоже довольно любопытно.

Сергей Варшавчик: Это отдельно. Православие в армии – сейчас вообще модная тема на многих каналах. Я имею в виду, что возглавляемый Русланом канал как бы под газон подстригает травку и выращивает этих зрителей, которые знают, что ждать от его канала. То есть это такой, без каких-то кренов. То есть это понятно, что здесь такой умеренный государственный патриотизм, где не будет каких-то документальных фильмов про говорящие камни.

Анна Качкаева: Зато здесь есть хороший Кириченко с «Русским характером».

Сергей Варшавчик: Блестящий, я бы сказал, Кириченко.

Анна Качкаева: И с его прошлым бэкграундом от НТВ до ТВС и с песней Шевчука, которая написана специально для этой программы. Здесь есть симпатичные молодые типа Алексея Вершинина, который ведет «Большой репортаж».

Руслан Соколов: «Личное мнение» называется.

Анна Качкаева: Потому что я вот посмотрела, сейчас на ТЭФИ были выставлены несколько работ. Просто для меня было открытием темы, которые они… Хотя они тоже касаются вроде бы истории, войны, история «Белые розы» - это такие же молодогвардейцы, только в Мюнхене, условные молодогвардейцы, о которых у нас старались не говорить, не писать.

Сергей Варшавчик: Они не совсем вписывались, потому что они не коммунистически были.

Анна Качкаева: И вообще, они не занимались подрывной деятельностью, не взрывали.

Сергей Варшавчик: Да они листовки разбрасывали.

Анна Качкаева: Они были интеллектуалы.

Сергей Варшавчик: После чего их арестовали и казнили.

Анна Качкаева: Более того, их гильотинировали. И университет до сих пор упоминает их. Замечательная история, он ее прекрасно рассказал, как и много еще других вещей. И вот этот молодой набор как-то дает крен действительно с другого взгляда на историю, а может быть, действительно потому что они молодые, а не взрослые этим занимаются. По какому все-таки принципу? Я так понимаю, что производитель то у вас все равно внешний.

Руслан Соколов: В том числе. Хотя «Личное мнение» мы производим сами.

Анна Качкаева: Это производите сами?

Руслан Соколов: Да, это наше собственное производство.

Анна Качкаева: Вот что им формулируется, продюсером, когда вы говорите довольно общими словами? Сергей сформулировал, что под газончик подстригается. Но все-таки, что им формулируется, что они должны искать, что они должны предлагать вам, чтобы это встраивалось в концепцию программную?

Руслан Соколов: Ну, если мы не говоримо кинопоказе, который, конечно, мы будем сохранять…

Анна Качкаева: Кинопоказ – отдельно, мы вас спросим. Когда через два года закончатся права, чего будете с этим делать? Но это отдельный вопрос. И что с программами?

Руслан Соколов: У нас есть собственное производство, это «Служу России», это по сути информационная программа, итоговая, еженедельная о всех новостях в Вооруженных силах. То же самое мы ее сейчас обновляем, кстати, улучшаем студию, берем новых ведущих, меняем графику. Вообще, канал сейчас ждет обновление эфирное. Будет новая графика, новая студия новостная, она будет и вечерняя, и дневная. Буквально с этой недели пойдет в эфир уже новостной блок дневной из новой студии. Что касается программ, на самом деле, основные пожелания и требования, чтобы программы были интересными, чтобы они были опять же развивающими и в то же время позитивными. То есть все, что касается оригинальной идеи, то, чего нет у других.

Сергей Варшавчик: Сразу вопрос. Ржевская битва – это был бы позитивный проект, рассказывая о ржевской мясорубке, когда наши войска толклись почти год, больше даже года? Такой проект мог бы появиться на вашем канале, или это не позитивное направление?

Руслан Соколов: Мне кажется, вы упрощаете.

Сергей Варшавчик: Да, я сейчас специально упростил.

Руслан Соколов: Думаю, что не все так примитивно и не все так однозначно. У нас появляются и весьма острые сюжеты, просто они должны выглядеть определенным образом. Мы не скрываем, мы не заглаживаем какие-то проблемы.

Сергей Варшавчик: Просто в конце диктор говорит: «Но все равно мы дошли до Берлина».

Руслан Соколов: Нет, дело не в этом. Дело в том, что мы стараемся не очернять какие-то события, умышленно не развивая какие-то эмоции.

Сергей Варшавчик: А что такое очернять?

Руслан Соколов: Усиливать какой-то негатив, который мы видим у других.

Анна Качкаева: Кстати, когда вся история сейчас была польская и такое неоднозначное празднование трагических событий начала Второй мировой войны, такое у меня создалось ощущение, что ваш канал старается по крайней мере быть чуть более отстраненным, он так аккуратен. Так же, например, как с Осетией не было такой пропагандистской истерики, как на первых двух. Это что? Сознательный выбор или просто у вас нет пока сил делать такой мощный пропагандистский замах?

Руслан Соколов: Мне кажется, что касается Осетии, мы очень активно участвовали в освещении событий этой трагедии. И спустя год мы сделали большой фильм, и он совершенно однозначный. У нас работало много людей там и в то время, и мы сейчас продолжаем следить за этой темой, развивать все, что было. Что касается польских событий, очень тонкая тема. Мы пытаемся как-то не передавить в чем-то, это касается многих людей, личных жизней. Просто стараемся быть аккуратными.

Сергей Варшавчик: То есть канал умеренного патриотизма.

Анна Качкаева: Ну, может быть, это хорошо, наконец.

Сергей Варшавчик: Я не говорю, что это плохо. Я просто для себя формулирую.

Анна Качкаева: А в этом случае не бывает ли к вам некоторых претензий – типа прибавьте градуса, потому что армия должна быть больше защищена в этом смысле и словом, и картинкой. Нет?

Руслан Соколов: Мне кажется, мы выполняем полностью функции. И на самом деле, никаких пока пожеланий прибавить градус не было.

Анна Качкаева: А вот вы себя ощущаете политическим ресурсом?

Руслан Соколов: В определенной степени, конечно, так как и любой эфирный проект, безусловно.

Анна Качкаева: Но он связан этот политический ресурс только с армией, или вы понимаете, что это как-то связано и с некими главными политическими силами?

Руслан Соколов: Ну, хотелось бы думать, что мы с этим связаны.

Анна Качкаева: Вы скорее медведевский или вы скорее путинский?

Руслан Соколов: Если можно так упростить, мы – военные.

Сергей Варшавчик: Сердюковские.

Руслан Соколов: Это сказали вы.

Анна Качкаева: А Сердюкова тогда куда запишем?

Руслан Соколов: Я думаю, что мы скорее военные.

Анна Качкаева: Путинские, Сердюкова же туда.

Сергей Варшавчик: Подчиняется министр обороны вроде Медведеву.

Анна Качкаева: А, Медведеву, ну да. Ну, в общем, короче говоря, вы – военные.

Руслан Соколов: Мы – военные.

Анна Качкаева: Элегантно ушел Руслан от прямого ответа на этот вопрос.

Сергей Варшавчик: Главнокомандующий кто – тому и подчиняемся.

Анна Качкаева: Тому и подчиняемся.

Руслан Соколов: На самом деле, мы получаем команды, конечно, из ведомства и подчиняемся ему полностью. Как там скажут – так и будет, как и положено в армии.

Анна Качкаева: Завершая тему, чьи вы, вы говорите – военные, когда верстка новостей идет (улыбается, не очень хочется на эту тему, я понимаю, вам рассуждать), но вот скажем, просто очень любопытно, потому что в конце концов, не так много, да и почти нет ведомственных каналов в прямом эфире, с региональной сетью, с таким универсальным содержанием, поэтому любопытно, как строятся ваши взаимоотношения. Скажем, верстка новостей. Есть Путин, Медведев, Сердюков. Кто первый у вас будет в верстке?

Руслан Соколов: Я скажу так – блоками. То есть мы приоритет, конечно, уделяем федеральной власти. Все, что касается сюжетов федеральной власти, затем общемировым, затем общенациональным и разумеется военным. Вот в таком приоритете. А как там уже индивидуально получается… Мало того, забегу вперед, понимая, наверное, какой будет следующий вопрос, утверждаю ее я.

Анна Качкаева: Вы утверждаете?

Руслан Соколов: Да. Утверждаю ее я. Разумеется, до этого она проходит редактора.

Анна Качкаева: Честно, а то у нас обычно…

Руслан Соколов: Затем шеф-редактор, потом она поступает Григорию Кричевскому, высокопрофессиональный менеджер, особенно новостник, безусловно, он получает ее до меня, затем она появляется у меня на компьютере.

Анна Качкаева: То есть последнее слово за вами, и вы можете, если что, принять решение.

Руслан Соколов: Да, принять решение.

Сергей Варшавчик: Логично. Его голова первым и полетит.

Анна Качкаева: Но, честно говоря, это первый руководитель компании, который честно и говорит: «Да, ставлю свою последнюю визу» и не говорит о том, что у нас редакционная коллегия, редакторы, шеф-редакторы.

Сергей Варшавчик: Новое поколение телевизионных руководителей.

Руслан Соколов: Потом мне кажется, просто новостной процесс настолько должен быть быстрый и совершенно административно выстроенный. Реакция должна быть настолько быстрой, если мы будем это все выносить на общее решение, вы знаете, что общее решение порой занимает долгое время. А здесь иногда изменения в верстку вносятся и за 10 минут до эфира.

Анна Качкаева: Хорошо, а вот погиб летчик «Русских витязей», эта тема может стать первой, отодвинуть Путиных, Медведевых?

Руслан Соколов: Если происходят какие-то события, упас Господь, какие-то трагедии, как у нас это и было, в принципе, этот сюжет был первым в выпуске новостей.

Анна Качкаева: Да, я поэтому и говорю, что стоял.

Руслан Соколов: Получилось, что наша группа работала на «МАКСе», мало того, у нас стояла техника на самолетах, имеется в виду видеокамеры. К сожалению, если так можно сказать, в этот раз она не включена была, потому что это был учебный полет. Но получилось так, что буквально выходя в эфир, группа за своей спиной увидела дым черный после столкновения, то есть в прямом эфире это все произошло. То есть прямо непосредственно.

Анна Качкаева: Да, так бывает. Ну, хорошо, теперь к кинопоказу. Когда вы пришли на канал, было понятно, что вы закупили очень хорошую библиотеку советских фильмов: от «Ленфильма» до «Студии Горького». Но все же имеет предел. И дальше то что вы будете делать? Пока этот кинопоказ очень удерживает и стилеобразующим делает канал.

Руслан Соколов: Открою вам секрет, права уже закончились на тот пакет, о котором вы говорите, и закончились еще в прошлом году. Потому что закупили мы на два года. Мы будем так же работать, мы будем удерживать тот же кинопоказ, в том же направлении.

Анна Качкаева: То есть вы сейчас продлили что ли?

Руслан Соколов: Нет, мы закупаем в рабочем формате, мы работаем на рынке, мы закупаем кино у разных совершенно библиотек, у разных держателей прав.

Анна Качкаева: Но сами вы, как я понимаю, не рискуете пока снимать полный метр.

Руслан Соколов: Ну да, мы не рискуем. И у нас нет на это, не скрою, бюджета. А делать не качественный продукт – точно не хотим. Ну, и задачи такой нет пока.

Анна Качкаева: А вот с зарубежным кинопоказом вы по-прежнему будете настаивать на все-таки отечественном производителе или будете чуть больше давать возможности для похожей тематики появляться и иностранным картинам?

Руслан Соколов: Мы уже даем.

Анна Качкаева: Это да. Вот оно будет расширяться в процентном соотношении?

Руслан Соколов: А мы посмотрим. На самом деле, здесь оценка будет не наша, а зрителя. Посмотрим, насколько это будет востребовано зрителем.

Сергей Варшавчик: Я вам сразу могу сказать тут же, что я как любитель военных фильмов, например, то, что делает «Пятый канал», показывает старые военные фильмы художественные, очень интересно. «Самый долгий день» 60-х годов, где Шон Коннери молодой, «Грязная дюжина» и так далее – это очень интересно. То есть не только советские военные фильмы, но и взгляд западников на это дело.

Анна Качкаева: Не говоря уже о том, что это можно интересно программировать на одно и то же событие российское и иностранное.

Сергей Варшавчик: Много немецких интересных фильмов.

Руслан Соколов: Да, мы, не скрою, и в ближайший сезон собираемся выйти, в том числе с западным кинопоказом, даже с такими картинами как «Перл Харбор», мы закупили.

Сергей Варшавчик: «Перл Харбор» только что показывали на федеральных каналах. Лучше бы вы закупили «Тора, тора, тора», она настолько лучше и сделана точнее, без всяких вот этих мелодраматических историй, 1970 года, блестящая вещь.

Анна Качкаева: Все равно для канала «Звезда» это между прочим фильм, который так ругал Никита Сергеевич.

Сергей Варшавчик: Да, это статусный.

Анна Качкаева: И пусть будет.

Сергей Варшавчик: У вас же вообще уникальная ситуация, вы можете вот эти военные фильмы показывать сколько угодно, и в вас никто не бросит пультом, как в другие каналы.

Руслан Соколов: А потом нам кажется это еще и в принципе наш плюс.

Сергей Варшавчик: Конечно. Я, например, всегда включаю телеканал «Звезда», чтобы в том числе посмотреть, например, военные фильмы. Вот это нишевый канал для меня. Я знаю, например, 9 мая прошло, 22 июня прошло. И у всех вот эта кампания сошла на нет. А если мне надо военный фильм посмотреть, я ищу канал «Звезда».

Анна Качкаева: У вас два года был замечательный проект, на мой взгляд, кинематографический к 9 мая, когда режиссеры…

Руслан Соколов: «Личное отношение».

Анна Качкаева: Вы будете его продолжать?

Руслан Соколов: Да, мы будем его продолжать. Мы его выставили сейчас на ТЭФИ. Есть суть проекта вам известна, не стану говорить о нем.

Анна Качкаева: Нет, надо слушателям напомнить. Современные известные кинематографисты…

Руслан Соколов: Девять молодых режиссеров, включая Гай Германику, Оганесяна, Нейманда, которые себя проявили, именно молодые режиссеры, делают короткие фильмы – около 3 минут – каждый о своем отношении, видении войны и 9 мая. Это второй год происходит. И в общем, там проявили желание сняться и достаточно знаменитые актеры – и Федор Бондарчук. Но нам кажется, что получилось. И по нашему ощущению, и по показателям считаем его одним из наших лучших проектов.

Сергей Варшавчик: А что у вас с документалистикой? Будете ли вы развивать эту линейку?

Руслан Соколов: Безусловно, будем развивать. И, безусловно, считаем документальную линейку одной из наших наиболее важных. Мы будем делать, в планах у нас есть и про разведку, и про историю техники, и исторические фильмы.

Сергей Варшавчик: Такой науч-поп?

Руслан Соколов: Ну, скорее в сторону «Дискавери», что касается именно познавательной линии, это история вооружений, техники, формы.

Сергей Варшавчик: Джейгауз такой видео?

Руслан Соколов: Можно сказать, да. Адаптированный к России. В том числе и какие-то оригинальные проекты, например, как «Особый отдел» в прошлом году. Не скрою, для нас военная контрразведка пошла нам навстречу. Они нам дали дела, рассекретили для нас восемь дел. И они легли в основу сюжетов, которые мы положили в линейку документальных фильмов под названием «Особый отдел» в прошлом году в декабре. Это документалистика с реконструкцией. И в этом году мы делаем то же самое. У нас был замечательный актер, который в принципе провел всю эту линейку. И на сегодняшний день я думаю, что у нас получилось.

Анна Качкаева: Чего вам в этом году рассекретили?

Руслан Соколов: А вот смотрите в декабре.

Анна Качкаева: Понятно, не хотите говорить.

Сергей Варшавчик: А что за сериал про бандеровцев, который у вас?

Руслан Соколов: Был?

Сергей Варшавчик: Или будет вот сейчас «В лесах»?

Руслан Соколов: Я не в курсе пока. Это вы где-то тайну получили нашу.

Анна Качкаева: «В лесах» уже в программе то объявлено.

Сергей Варшавчик: Объявлено. У вас на этой неделе стоит.

Анна Качкаева: Может быть, это не про бандеровцев?

Сергей Варшавчик: Ну, там Шухевич.

Анна Качкаева: То есть это как-то мимо вас. Это довольно странно.

Руслан Соколов: Думаю, что не совсем мимо нас. Уточню.

Анна Качкаева: Татьяна из Московской области, вы в эфире.

Слушатель: Я бы хотела подтвердить зрительские симпатии. Не два процента, а 90% каналу «Звезда», и хочется пожелать Руслану, чтобы он на провокации не поддавался и не надо рекламы такой – зарабатывать деньги зарубежные, гламурных передач чтобы не было на этом канале. Держите марку так и стойте твердо на своих позициях. Документалистику побольше. И почему не стало у вас на эфире генерала Ивашова? Раньше на «Звезду» его приглашали, задавали вопросы. Он освещал актуальные темы. И вообще, такого характера собеседников.

Руслан Соколов: Спасибо большое за вашу позицию и за отзывы о нашей работе, о нашем канале.

Анна Качкаева: Только я Татьяне хочу сказать, что без рекламы канал все равно не проживет, если он хочет дальше развиваться. И надо будет об этом как-то думать. Иначе это бюджет Министерства обороны, который будет с ростом канала только увеличиваться на его содержание. А это значит, деньги, которые будут изыматься из содержания, например, солдат. Поэтому подумайте об этом.

Руслан Соколов: А что касается Леонида Ивашова, на самом деле, мы приглашаем разных экспертов для освещения каких-то сюжетов, комментариев, и в том числе и его. Я думаю, что у нас нет никакого противопоказания. Как ваше пожелание обязательно учтем, будем чаще обращаться к генералу Ивашову.

Анна Качкаева: Генерал Ивашов и на других каналах бывает, поэтому хорошо, что у вас бывают и другие эксперты. Вот как раз за новые лица очень многие на канал и стали обращать внимание. Михаил Андреевич, Москва, здравствуйте.

Слушатель: У меня такой тяжелый сюжет. У меня один знакомый попал в плен к немцам. И он мне сказал, что у Гитлера первая жена была еврейка.

Сергей Варшавчик: Прямо в плену так и узнал?

Анна Качкаева: Прямо в плену узнал про жен и про евреев! Ну, это понятно. Кстати, у вас нет этой исторической попсы. Это тоже такая вот железная установка?

Руслан Соколов: Мы просто стараемся быть точными и не сваливаться в «желтизну».

Анна Качкаева: А кто вас консультирует в связи с историческими военными программами? Или в связи с разными темами разные люди?

Руслан Соколов: Ну, я думаю, что, конечно, по каждому сюжету мы находим разных консультантов, в том числе в первую очередь, конечно, в недрах ведомства. Потому что действительно есть уникальные люди и данные, и архив. Поэтому мы стараемся быть крайне корректными и очень точными, максимально точными в деталях.

Сергей Варшавчик: Руслан, вы говорили, что последнее слово за вами. Вы отсматриваете вот эти документальные сериалы?

Руслан Соколов: Да, отсматриваю «пилоты», конечно, и программы.

Сергей Варшавчик: И если вы чувствуете, что какая-то «желтизна» проскальзывает, вы говорите нет?

Руслан Соколов: Конечно, я говорю нет. И это наша принципиальная позиция. Но скажу честно, проскальзывает не часто. Потому что все же, работа с продюсерами, работа с Григорием Кричевским, конечно, имеет результаты. Ну, а потом все-таки у нас, как мне хочется надеяться, работает коллектив, который считает себя командой определенной. И основные направления, основные правила и основное движение все уже достаточно хорошо понимают, и пока получается.

Сергей Варшавчик: Вот одна из вещей, которую ругает телевидение и совершенно справедливо, то, что она дает историю военную в упрощенном виде. И многие детали, которые известны историкам и каким-то любителям истории, они как-то упрощаются. На ваш взгляд…

Анна Качкаева: :это неизбежно в телевидении?

Сергей Варшавчик: Это зло, или все-таки надо давать как-то, чтобы люди, посмотрев эту программу, понимали, что дьявол кроется в деталях? Или все-таки надо идти навстречу картинке какой-то, навстречу какой-то идее, но давать не так подробно?

Руслан Соколов: Как мы пытаемся сделать, наверное, лучше скажу так, то есть мы, разумеется, приоритеты видим именно в идее, именно в смысле, но пытаемся, чтобы все это было облачено в какую-то достаточно понятную, качественную картинку, интересно сделанную. Но я бы не разделял этот процесс.

Сергей Варшавчик: Ну, тут вопрос вот какой, о котором мы говорили с вами до программы, что для вас первичнее – идти за пожеланиями публики или публику воспитывать?

Руслан Соколов: Я думаю, что второе.

Сергей Варшавчик: Все-таки публику воспитывать и все-таки давать какие-то детали?

Руслан Соколов: Конечно.

Сергей Варшавчик: Чтобы не черное и белое было.

Руслан Соколов: Конечно. Мы хотели бы все-таки быть интересным каналом, а не занудным. И что касается функции, мне кажется, эта функция всех масс-медиа и телевидения особенно – конечно, определенная функция воспитания.

Сергей Варшавчик: Ну, и упрощения тоже.

Анна Качкаева: Ну, уж если воспитания, то вот ведь понятно, что к армии все равно отношение, мягко скажем, разное. И это общее состояние женщин и даже мужчин, у которых дети призывного возраста. Оно не меняется ни от того, что канал появился, ни от того, что реформы проводятся. И большинство студентов 17-18 лет, когда их об этом спрашиваешь, им боязно. Вот что вы для этого делаете? Понятно, что многое лучше не скрывать. Какие-то сюжеты, кстати, я вижу, что показывают. Но нет такой, на мой взгляд, поэтапной и постоянной работы, где бы всерьез обсуждалась тема вот того, почему в армии нестрашно. Хотя, на мой взгляд, там всегда страшно, даже если там все хорошо построено, и все защищены, и даже контрактники. Все равно это страшно, потому что это связано с оружием.

Сергей Варшавчик: Ну, это людей готовят убивать.

Анна Качкаева: Да, и готовят убивать.

Сергей Варшавчик: И погибнуть, если что.

Анна Качкаева: Вот нет почему-то такой программы, которая была бы связана с такими вещами, где была бы общественность, солдатские матери, военные, чтобы в этой дискуссии в конце концов и преодолевался вот этот страх.

Сергей Варшавчик: А министр скажет – очернение.

Анна Качкаева: Вы не разговаривали со своими начальниками об этом?

Руслан Соколов: Мы разные программы пытаемся поставить в эфир. И на сегодняшний день у нас есть программа «Военный совет», который проект совместный с «Эхо Москвы». И все на самом деле очень актуальные вопросы ставятся журналистами, в числе которых есть и бывшие заслуженные.

Анна Качкаева: Аудитории просто нет. Вы не рискуете аудиторию к этому привлекать.

Руслан Соколов: Мы не понимаем пока, как эту аудиторию правильно построить. Потому что действительно идут изменения колоссальные в Министерстве обороны, колоссальные. И как мне кажется, они просто принципиальные изменения, которые, безусловно, понесут за собой какой-то сдвиг, конечно, в лучшую сторону, потому что то, что делает на сегодняшний день команда под руководством министра обороны, - просто принципиально другие вещи, которые, конечно, дадут плоды определенные. Это и структура Вооруженных сил, это и в целом отношение к воинской службе.

Сергей Варшавчик: Отмена сапог.

Руслан Соколов: Многое, многое.

Анна Качкаева: Тоже, между прочим, правильно.

Руслан Соколов: Просто современная, правильная, экономичная, правильно отстроенная, так чтобы солдат мог служить, воспитываться и защищать родину, а не мести улицу, например. Но тем не менее, что касается опасности, конечно, как и в любой экстремальной ситуации, вы совершенно правы были, когда заметили, что любая структура, которая является военной, конечно, она несет определенные риски, скорее риски экстремального характера. И безусловно, армия, в которой сугубо мужской коллектив, который работает на технике сложной.

Сергей Варшавчик: Сейчас не совсем уже сугубо мужской.

Руслан Соколов: Да, могу сказать.

Анна Качкаева: Не важно, дедовщина и в женском может быть коллективе.

Сергей Варшавчик: Вполне.

Руслан Соколов: Это интересное явление.

Анна Качкаева: Почему же нет?

Руслан Соколов: Посмотрим.

Сергей Варшавчик: Реалити-шоу «Женская дедовщина».

Руслан Соколов: Затем все-таки, как говорит один знакомый мой, что лично вы за что отвечаете? Вот я лично отвечаю за канал «Звезда» и пытаюсь максимально правильно, максимально открыто, максимально донести до наших зрителей все процессы, которые идут в Вооруженных силах. А они очень мощные на самом деле по всем блокам. Это и деньги, и хозяйство, и вооружение, это и планы развития.

Анна Качкаева: Это кадры. Очень хотелось бы посмотреть на новых воспитателей, молодых генералов, чтобы выправка у них была, языки.

Руслан Соколов: Это и образование, колоссальная реформа идет в образовании. Мы, конечно, освещаем все эти события. Это и такие принципиальные вещи новые, как, например, пансион воспитанниц Министерства обороны. Уникальное, без натяжки скажу, образовательное учреждение, где дети военных, девочки, могут получить универсальное образование гражданское. И вот эти новые курсы и в Нахимовском училище, и в Суворовском московском – женские курсы.

Анна Качкаева: Не знаю, тут у меня сложное отношение к погонам в этом смысле.

Руслан Соколов: Понимаете, нет никаких принципиальных взглядов на погоны. Ребенок, получая образование…

Анна Качкаева: Ну, а зачем тогда его в нахимовцы, суворовцы, в пансионы девиц? Ну, благородных можно.

Сергей Варшавчик: Зачем столько Дуровых?

Руслан Соколов: Вот одно из нововведений – это универсальное образование, и человек, получая его, может не идти обязательно потом в военное училище. Дети получают образование, которое позволяет…

Анна Качкаева: А зачем же его в закрытое учебное учреждение и маршировать? Вот я не очень понимаю, зачем?

Руслан Соколов: Вот я только хотел вам сказать, что чем отличается, какая новая позиция? Позиция такая, что меньше строевых и военных дисциплин, больше универсальных. То есть ребенок получает хорошее образование, пока его родители служат в дальних гарнизонах.

Анна Качкаева: Ну, вот это возможно.

Руслан Соколов: Которое им позволит потом идти учиться в любой вуз. И мало того, может быть, скажу забегая вперед, такие дисциплины, как строевая, как военное дело, они уходят на второй план. Вот это одна из тех разниц.

Анна Качкаева: «Звезда без погон» - неслучайно я программу назвала. Яков из Москвы, мы вас слушаем.

Слушатель: Скажите, что программа, которую вел Нуждин, «Один против всех» закрыли?

Анна Качкаева: «Один против всех»?

Слушатель: На ТВЦ.

Анна Качкаева: Я ее не видела сейчас в программе, поинтересуюсь.

Слушатель: По поводу обсуждаемой темы, я на «Звезде» исключительно смотрю советские фильмы, мне они очень нравятся. Ничего другого, конечно, не смотрю. Но сейчас у «Звезды» появился очень мощный конкурент, это не эфирный канал, он входит в сеть Первого канала, они показывают на 70% советское кино.

Сергей Варшавчик: «Ностальгия»?

Слушатель: Он называется «Дом кино». Я смотрю только его. Так что с удовольствием смотрю только советское кино.

Анна Качкаева: Алла Яковлевна, Москва, мы вас слушаем.

Слушатель: Я не по теме, потому что я всегда внимательно слушаю вас. Но к вам просьба, пускай ваши гости все не мычат.

Анна Качкаева: Хорошо, я попрошу следующих гостей, чтобы они не мычали, хотя мне кажется, что сегодняшние мычали меньше, чем многие.

Я сгруппирую вопросы, потому что три или четыре вопроса из Одинцово, из Сызрани, что нет канала «Звезда» в этих городах. Как с этим быть? Спрашивают, будет ли?

Руслан Соколов: Надеемся, что будет. Мы действительно работаем над региональным развитием канала. В каких-то районах, в том числе и в Подмосковье. Хотя странно, почему нет в Одинцово.

Анна Качкаева: Может быть, какой-то район.

Сергей Варшавчик: Может, не заключен контракт с вещателем.

Руслан Соколов: С каким-то кабельным оператором Одинцовским. А вообще, мы в эфире есть, вы посмотрите повнимательнее, пожалуйста.

Анна Качкаева: А теперь пожелания. Сергей Митрофанов: «На военном канале должно быть больше спорта, физкультуры, здорового образа жизни. Не может быть патриотов, сидящих на диване».

Сергей Варшавчик: Аэробика.

Анна Качкаева: «А вот мы, наоборот, когда узнали, что канал «Звезда» работает под эгидой Министерства обороны, которое возглавляет господин Сердюков, решили отказаться от просмотра этого канала», - семья Егоровых. Не любят Сердюкова.

«На военном канале нужно сделать «Шахматную школу», как это было в СССР на Первом, чтобы офицеры меньше играли в карты». Вот такое вот предложение. То есть чуть-чуть побольше спорта.

Руслан Соколов: И шахмат.

Сергей Варшавчик: Причем шахматы должны быть 15-килограммовые, чтобы вместе все совместить.

Анна Качкаева: Ну, и завершая, какие главные премьеры этого сезона вы бы назвали?

Руслан Соколов: Опять же документальное кино, это и «Особый отдел», это и новая программа, в новом исполнении «Служу России», это и кинопоказы замечательные, надеюсь, вам всем понравится. Это и обновленная новостная линейка, это и студия, новая графика. А также у нас есть и радио «Звезда».

Анна Качкаева: Но это отдельный разговор про радио «Звезда».

Руслан Соколов: Которое тоже, наверное, заслуживает внимания. Мы полностью обновили и команду, и высокопрофессиональные люди на сегодняшний день.

XS
SM
MD
LG