Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Марк Захаров превратил "Вишневый сад" в комикс


Марина Тимашева

Марина Тимашева

Театр "Ленком" открыл сезон премьерой "Вишневого сада" в режиссуре Марка Захарова. Спектакль посвящен памяти Олега Янковского. Олег Янковский должен был играть Гаева в очередь с Александром Збруевым.

Утром в театре собралась труппа. Марк Захаров объявил, что в новом сезоне будут две премьеры - "Вишневый сад" Чехова и "Лев зимой" Джеймса Голдмена в постановке Александра Морфова, и что Дмитрий Быков пишет для "Ленкома" пьесу, играть в которой будет Геннадий Хазанов. Напутствуя коллег, художественный руководитель театра пожелал им здоровья. "Ленком" теряет лучших - хотела сказать " своих", но на самом деле лучших артистов России - и, кажется, лидирует по числу травм, полученных актерами на репетициях и спектаклях.
"Вишневый сад" порублен в щепки, уцелевшие фрагменты текста перемонтированы и дополнены "отсебятиной", действие комедии укладывается в два часа с антрактом

Но вечером - праздник, перед театром - толпа расфранченных зрителей. Идущая мимо молоденькая девушка спрашивает: " А что происходит? ". Ей отвечают: " Премьера "Вишневого сада". Она: "Вишневый сад? Прикольно". Над ней снисходительно посмеиваются. Между тем, юная барышня, не видевшая спектакля, написала самую короткую и емкую на него рецензию.

"Вишневый сад" порублен в щепки, уцелевшие фрагменты текста перемонтированы и дополнены "отсебятиной", действие комедии укладывается в два часа с антрактом. Похоже, Марку Захарову нужно было, чтобы публика не заскучала. Своей цели он добился.

Актеры мечутся по сцене как угорелые, монологи и реплики накладываются друг на друга так, что текста не разобрать, музыка играет громко.

Возьмем декорацию: это подвижная, во всю высоту и ширину сцены, деревянная рама с большими окнами, а в глубине сцены - не вишневый сад, а частокол тростника. Оформление настраивает на лирический лад, но актеры играют карикатурно.

Они носят исторические костюмы, а ведут себя, как современные люди - ну, не смел же лакей Яша орать на наследницу дворянского имения Аню? Когда Гаев заводит очередной спич про то, что он родом из 80-х и потому не может молчать, зал воспринимает его как представителя 80-х годов ХХ века. Но вот Лопахин объясняет Раневской, что, отдав под дачи вишневый сад, она получит 20-25 тысяч дохода в год, и сразу становится ясно: действие происходит в 19-м веке - не те нынче цены. Если Раневская в сердцах скажет Пете, что он "урод", так его и выведут на сцену уродом: высоченным, с наголо бритым черепом, в костюме, который ему решительно мал, да он еще заикается, у него нервный тик, поведение явно неадекватное. Поэтому немудрено, что Варя боится, как бы его не полюбила Аня - есть чего бояться. Как только Петя проорет фразу про "грязь, пошлость и азиатчину", так тут же появится на сцене не то китаец, не то японец, впрочем, интеллигентного вида "очкарик" (у Чехова этот персонаж называется " прохожий" - понапроходили тут, короче, всякие).

Покров вечной тайны пьесы, касающейся отношения Лопахина к Раневской, сорван решительно. Лопахин ее прямо домогается, и слиться в любовном экстазе им мешает только вечно болтающийся рядом Гаев. Вот так весомо, грубо и зримо сработан весь спектакль. Фирс Леонида Броневого похож на английского дворецкого, Шарлотта Марии Машковой - на бывшую звезду провинциального кафешантана ("Смотреть на эту волю страшно", - говорит Фирс, уставившись на Шарлотту Ивановну). Варя Олеси Железняк похожа на монахиню, Аня Анастасии Марчук - на малолетнего сорванца в юбке, Яша и Дуняша - на выпускников коммерческих ВУЗов, Гаев - на демагога-либерала, Раневская похожа на Александру Захарову в роли Агафьи Тихоновны из предыдущего спектакля "Ленкома" - "Женитьбы" Гоголя. Разве что Лопахин Антона Шагина похож на Лопахина, но это дела не меняет.

Марк Захаров, судя по его интервью, хотел поставить "Вишневый сад" в строгом соответствии с жанром, обозначенным автором - как комедию. Но получился комикс, отягощенный публицистикой. Не случайно так акцентированы в спектакле слова Раневской о любви к родине, о том, что в ее доме (читай, в России) ничего не изменилось. Не случайно ближе к финалу Лопахин спросит у Вари: "В этом доме жизнь кончилась?", и она ответит: "Все у нас здесь (читай, в России) кончилось, и навсегда".

"Прощай, сад" прозвучит как "прощай, Россия". И, чтобы ни у кого не оставалось сомнений в том, что "здесь все кончено", в самом финале спектакля со страшным треском рухнет стена и разобьются огромные оконные стекла.

Мысль Марка Захарова заимствована из самой пьесы: "Вся Россия наш сад". Вот только фразу эту у Чехова произносит Петя Трофимов - зачем же тогда в спектакле он выведен безобразным уродом?

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG