Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

14 лет после захвата Буденновска. Дело Игоря Соколова. Кому и как выносятся приговоры


Ирина Лагунина: С момента захвата незаконным вооружённым формированием Шамиля Басаева ставропольского города Будённовска прошло 14 лет. С тех пор более 20 участников этого формирования были осуждены на длительные сроки заключения. Недавно Ставропольский краевой суд приговорил ещё двоих человек за вооруженное нападение на Будённовск в июне 1995 года – Абубакара Межиева и Игоря Соколова. В судебном процессе в качестве свидетелей принимали участие правозащитники и журналисты, находившиеся в те дни в Будённовске. Они полагают, что ставропольский суд не нашёл убедительных доказательств вины осуждённых. Рассказывает наш корреспондент Олег Кусов.

Олег Кусов: Ставропольский краевой суд приговорил жителя города Ржева Игоря Соколова к 13 годам лишения свободы, жителя чеченского селения Цоци-Юрт Абубакара Межиева – к 11 годам. Они были признаны виновным в терроризме и участии в бандформировании, напавшем летом 1995 на ставропольский город Будённовск. Абубакар Межиев и Игорь Соколов с приговором не согласились. Многие журналисты, писавшие о процессе, в своих материалах основное внимание уделили Игорю Соколову. Журналисты в основном подчёркивали его славянское происхождение. Но за рассуждениями о национальности осуждённого, они упустили такую особенность судебного приговора, как отсутствие достаточных доказательств его вины. Мало кто обратил внимание на то, что столь длительные сроки заключения люди получили только на основании показаний нескольких свидетелей, которые якобы опознали террористов спустя 14 лет. Адвокат Жанна Колесова считает подобную аргументацию недопустимой.

Жанна Колесова: Достаточно того, чтобы кто-то указал на тебя пальцем и сказал, что ты там был, и неважно, стрелял ты, руководил, кашу варил или просто стоял рядом с Басаевым или с его помощниками, этого уже достаточно для того, чтобы обвинить человека в подобном преступлении. Так получилось у Соколова. Нашли несколько свидетелей обвинения, которые поддались под уговоры следствия, либо оперативных сотрудников, пошли навстречу и сказали, что видели Соколова. Этого достаточно, на этом приговор построен. Никем не установлено, каким образом Соколов вступил в бандформирование, откуда он знает Басаева, как он познакомился, период времени не установлен, не установлено вообще ничего. Это три потерпевших заявили, что они видели Соколова в Буденновске, все это послужило основанием для привлечения его в качестве обвиняемого и, соответственно, для осуждения его в этом преступлении.

Олег Кусов: Судебное следствие длилось почти девять месяцев. Суд отказался выполнить ходатайство защиты Соколова о привлечении к процессу в качестве свидетелей целого ряда потерпевших жителей Будённовска. Но на процесс в качестве свидетелей прибыли известные правозащитники и журналисты, которые в те дни тоже находились в Будённовске и даже в качестве заложников отправились с группировкой Басаева в Чечню. Их показания коренным образом отличались от показаний тех, кто якобы узнал в Соколове террориста. Слово председателю совета правозащитного центра "Мемориал" Олегу Орлову.

Олег Орлов: Показания свидетелей, которые его опознали там, они тоже вызывают сомнения. Одно свидетельство, насколько я знаю, вообще вызывает сомнения, потому что лицо, которое его опознавало, с моей точки зрения, видел его во время Буденновских событий, так не могло быть просто, как мне представляется. Я тоже был участником буденновских событий, я видел там много достаточно и находился в больнице, потом был сам добровольным заложником, когда выезжали оттуда. Я себе представлял, что могли и что не могли видеть свидетели. Видеть человека, стоящего в оцеплении, вблизи милиционеров российских, когда выезжали автобусы, такое не могло быть, такой человек не мог увидеть, я имею в виду боевика, стоящего в оцеплении рядом с российскими милиционерами, а автобус в этот момент выезжал. Не похоже на правду.

Олег Кусов: Среди тех, кто тогда находился несколько дней в буденовской больнице, был и обозреватель Радио Свобода Андрей Бабицкий.

Андрей Бабицкий: Я и Юля Калинина провели пару дней в Буденновской больнице непосредственно вместе с заложниками. Находились мы постоянно в том помещении, где сидел Басаев, его ближайшие помощники. Через это помещение прошли фактически все, по крайней мере, руководители каких-то подразделений, из которых состояла басаевская группа. В общем, конечно, людей славянской внешности там не было. После этого, когда непосредственно заложники были выпущены из больницы, из города, мы отправились вместе с ними, я, журналист «Московского комсомольца» Юлия Калинина и обозреватель Радио Свобода Анатолий Стреляный в Чечню, добрались до селения Зандак, откуда заложников вместе с российскими и иностранными журналистами отправили обратно. И вот, собственно, трое нас осталось вместе с террористами. И мы присутствовали на похоронах басаевских боевиков, трупы, которые они вывезли с собой из Буденновска. Во время этих похорон вся басаевская группа находилась компактно в одном месте в течение длительного времени, примерно около ста человек, и мы имели возможность видеть всех. Никаких славянских лиц там не было.
Вообще разговоры о том, что русские участвовали в буденновском рейде, они велись фактически с самого начала. И поэтому, естественно, я этот вопрос адресовал и самому Басаеву, и различным его помощникам, как-то выяснял. Насколько я понимаю, ответ всегда был однозначным: этого не было и быть не могло. И третье обстоятельство: я в принципе знаю, как формировалась эта группа. Она формировалась в условиях, когда никаких русских в Чечне в этот момент не было. Формировалась она в горах. Я не думаю, что Басаев мог вообще пригласить каких-то чужаков в этот рейд, из которого, как он думал, никто не вернется живым. То есть вероятность того, что все погибнут, была очень высока, поэтому брали только чеченцев.

Олег Кусов: Показания Олега Орлова, Андрея Бабицкого и некоторых других свидетелей суд к сведению не принял.
Из приговора Ставропольского краевого суда:

«Потерпевший Стаценко, который в свою очередь опровергает Соколова, в судебном заседании так же уверенно опознал подсудимого Соколова как участника банды Басаева, которого он видел 19.06.1995 года. Когда были доставлены автобусы к больнице и началась погрузка заложников, он настаивал, что среди боевиков он на протяжении 25 минут видел и запомнил боевика славянской внешности. Тогда он решил, что тот украинец. Одетый в камуфляж зеленого цвета, на голове была панама бледно-желтого цвета, он был с короткой стрижкой, без бороды и усов. Выделялся из общей массы боевиков опрятным внешним видом, подтянутостью и выправкой. Он был вооружен автоматом Калашникова».

Олег Кусов: Адвокат Жанна Колесова полагает, что свидетели, давая подобные показания о событиях 14 летней давности, просто заблуждаются.

Жанна Колесова: Они пережили огромную трагедию. Многие из них, видя боевиков, считали их не за чеченцев. Они не видели в них чеченцев. В том числе в составе этой банды были две женщины, они были чеченки по национальности, но практически все их считали за русских. Были, соответственно, и чеченцы, которые были похожи на славян, они их также считали русскими. И по прошествии 13 лет появляется неугодный Соколов. Его задерживают, приезжают в Буденновск и говорят, обращаются к двум-трем, пятерым потерпевшим и говорят: товарищи, мы поймали русского, который был в Буденновске, который стрелял в вас, в ваших детей, в ваших соседей, в ваших близких. Я считаю, что многие из них просто добросовестно заблуждаются, потому что вспомнить и узнать через 13 лет человека, с которым вы не имели никакого общения абсолютно, потому что никто из них, из тех, которые показывают на моего подзащитного, с ним никто не контактировал. Они видят какие-то общие черты лица, может быть где-то какое-то сходство и, соответственно, у них просто в мыслях нет того, что задержали и посадили на скамью подсудимых совершенно невиновное лицо. Они, соответственно, вспоминают события 13-летней давности, естественно, желают, чтобы это лицо было привлечено к ответственности.

Олег Кусов: Председатель совета правозащитного центра "Мемориал" Олег Орлов в ходе судебного разбирательства так и не услышал серьёзных доказательств вины Игоря Соколова.

Олег Орлов: У защиты были свидетели, которые говорили, что в тот период, когда он якобы совершал преступление, то есть участвовал в рейде Басаева, он находился в другом месте. В ходе суда совершенно не было внятно и четко исследованы обстоятельства, как он оказался в Чечне именно в период, когда формировалась эта группа. Совершенно в материалах уголовного дела, насколько я понимаю, приговор не исследован и не обоснован.

Олег Кусов: Адвокат Жанна Колесова, изучая обстоятельство дела своего подзащитного, пришла к мнению, что за всей этой истории могло стоять противостояние Игоря Соколова и его конкурентов в бизнесе.

Жанна Колесова: Подстава по бизнесу, конкуренция, слишком все совпадает с тем периодом, когда у него началась борьба со страховой компанией. И момент его задержания, и истребование сведений в ФСБ о Соколове, слишком много совпадений.

Олег Кусов: Если Верховный суд России не удовлетворит кассационную жалобу Игоря Соколова, его адвокат намерена обратиться в Страсбургский суд. Защита полагает, что обвинение Ставропольского краевого суда носит формальный характер, не имеет отношение к буденновской трагедии, которую уже в наши дни какие-то силы попытались использовать для сведения счётов с конкурентами.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG