Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

“Книжное обозрение” с Мариной Ефимовой. Конец нефти.





Александр Генис: Когда министра нефти Саудовской Аравии однажды спросили, что будет, когда иссякнет сырье, делающее его страну богатой, он ответил иносказательно: “Каменный век кончился не потому, что кончились камни”. Однако, экономисты и политики не могут позволить НЕ представлять себе мир без нефти. О том, каким может быть конец нефтяной эры, рассказывает книга Питера Мааса, которую представит нашим слушателям ведущая “Книжного обозрения” “Американского часа” Марина Ефимова.

Peter Maass. “Crude World. The Violent Twilight of Oil”
Питер Маас. “Безумный мир. Яростные сумерки нефти”


Марина Ефимова: Автор книги “Безумный мир”, журналист Питер Маас – провозвестник апокалипсиса. Причина грядущего апокалипсиса, его движущая сила и, соответственно, объект ненависти автора – НЕФТЬ.


Диктор: “Нефть – “испражнения дьявола” - по словам бывшего министра нефтяной промышленности Венесуэлы Хуана Алфонзо. (А он знает – он был одним из основателей ОПЕКа). Наша ненасытная жажда нефти привела к глобальному потеплению, к исламскому фундаментализму, к опустошению окружающей среды. Нефть обратила Соединенные Штаты и Китай – два самых больших потребителя нефти – в жадных нефтеманов, которые всем пожертвуют ради следующего вливания. Если не считать нескольких исключений, вроде Норвегии и Объединенных Арабских Эмиратов, нефть не принесла пользы даже тем странам, которые ею обладают. Наоборот, их население разделилось на меньшИнства нефтяной “клептократии” и на нищее большинство. Их участь – хроническое отставание от остального мира, и (что хуже) – утрата национальной души. Нефть – проклятье современного мира. Но нам не избавиться от нее в обозримое время”.


Марина Ефимова: Таков идеологический стержень книги. Сразу хочется поймать автора на сгущении красок. Все-таки нефтезависимость – не единственная сила, способная довести государства до плачевного или монструозного состояния. Мы видели это на примерах сталинской России, гитлеровской Германии и маоистского Китая (а он, я думаю, даст сто очков вперед тому “жадному нефтеману”, в которого, по мнению автора, Китай превратился сейчас). Нефть, возможно, и сыграла роль того механизма, который спустил с цепи исламский фундаментализм, но, с другой стороны, на протяжении истории что только не порождало фундаментализм и фанатизм – даже в те времена, когда нефть лежала себе тихо в недрах. Что касается глобального потепления, то не исключено, что человечество лишь из гордыни приписывает себе создание условий, которые его вызвали.
Питер Маас, однако, уверен, что зависимость от нефти завела мир в исторический тупик.


Диктор: “Несмотря на все нынешние попытки, - пишет он, - мы, кажется, неспособны вырваться за рамки экономики, базирующейся на нефти, и потому скоро упремся в стену. Пик нефтяных запасов миновал, и чем меньше ее осталось, тем дороже будут ее поиски и добыча. Недавний взлет цены до 147-ми долларов за баррель - первый симптом того, что нас ожидает”.


Марина Ефимова: Вообще же Питер Маас занимается не столько анализом нефтезапасов и нефтедобычи, сколько журналистской демонстрацией жестокости “сладострастной” погони человечества за нефтью – за этим, по его выражению, “интоксикатором, возбуждающим страсть к насилию”. Он детально описывает (не без помощи Льва Толстого) судьбы стран-обладательниц нефтью:

Диктор: “Как каждая несчастливая семья несчастлива по-своему, так и каждая страна-обладательница нефти нашла свой вариант провала. Свирепый лидер экваториальной Гвинеи Теодоро Обианг присвоил фактически каждый цент, полученный его страной за нефть – при содействии вашингтонского банка Риггс, чьи сотрудники ездили в посольство Гвинеи забирать чемоданы с наличными. Что касается простых гвинейцев, то они не получили даже работу, поскольку компания “Марафон Ойл” нанимала филиппинцев и индусов. На нефти расцвела только “вторая древнейшая профессия” в столице, где проститутки по прозвищу “ночные бойцы” соперничают за богатых клиентов – нефтяников из Техаса и Оклахомы. Венесуэлу нефть вернула к социализму – но в виде фарса под шутовским управлением Уго Чавеса. В Эквадоре на нефтепроводе, проложенном по бывшим джунглям, красуются граффити: “Нефть означает нищета”. Саудовская Аравия осталась на уровне средневековья - с тонким налетом модерна. Ее положение главного поставщика нефти для нас обернулось фаустовской сделкой. Нефтяные деньги финансировали распространение экстремизма и возвышение Осамы Бен Ладена”.

Марина Ефимова: Достается от Мааса и России, в которой он видит черты “нефте-фашизма”. Символической иллюстрацией он считает тот факт, что на рабочем столе главы “Лукойла” вместо фотографии семьи стоит фотография Путина. Пример, конечно, смешной, но недостаточно доказательный – как и многие другие примеры в его книге. Цитируя Буша-младшего, заявившего, что нефть не явилась причиной вторжения в Ирак, Маас саркастически спрашивает: “Почему же тогда в первые дни хаоса и мародерства американские войска охраняли только Министерство нефтяной промышленности?”. Думаю, что на этот вопрос есть столько возможных ответов, что на них не хватит всей книги Мааса. Но, несмотря на сгущение красок и сосредоточенность на зловещих сторонах правления “королевы Нефти”, Питер Маас в книге “Безумный мир” заново преподает нам старый, но мудрый урок:

Диктор: “Истинное богатство наций – не в том, что лежит в земле. Богатство наций создается гением и потом ее граждан. Этот урок столетия назад получили испанцы в Новом Свете. Испания вывезла оттуда горы золота, но истратила их лишь на монаршие фантазии. Уничтожив ограбленную цивилизацию, она не сумела ни на йоту улучшить жизнь собственных граждан”.

Марина Ефимова: При всем своем пессимизме Питер Маас остается американцем – то есть, человеком, который всегда втайне надеется на “хэппи эндинг”. Мечта Мааса – энергия солнца и ветра. Он даже утверждает (с характерной для него неубедительностью), что недавняя история Америки могла бы пойти по другому пути, если бы президент Рейган не убрал с крыши Белого Дома солнечные панели, установленные там президентом Джимми Картером. В последней главе книги Маас бросает взгляд на будущее, которое бы он предпочел увидеть, – на гигантскую станцию ветряков вдоль калифорнийского хайвея номер 10.
Но у меня пассаж Мааса вызвал недоумение: Почему Питер Маас думает, что энергия ветра, воды и солнца не породит своих безобразий? Борьба за территории, за владение аккумуляторами энергии, за реки и водопады? Всякий источник энергии может стать источником конкуренции – даже ветер.
XS
SM
MD
LG