Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Вырубка уникальных лесов на Северном Кавказе. За что были задержаны экологи


Ирина Лагунина: На этой неделе в районе села Ахштырь при осмотре строительства автодороги Адлер - Красная Поляна сотрудники погранслужбы ФСБ задержали активистов Экологической вахты по Северному Кавказу и журналистку из Германии. Экологи утверждают, что при строительстве дороги были незаконно уничтожены уникальные массивы самшита колхидского и лапины крылоплодной – эти деревья занесены в российскую Красную книгу. Рассказывает Любовь Чижова.

Любовь Чижова: Активистов Экологической вахты по Северному Кавказу, журналистку из Германии Ютту Блюме, а также доктора биологических наук Валерия Акатова задержали во время акции, организованной РАО РЖД. Акция называлась «Сохраним природу для потомков», и была посвящена «восполнению и приумножению зеленого убранства реки Мзымта». Экологи утверждают, что самшит, который высаживали участники акции, был добыт незаконным путем. Его привезли не из питомника, а просто выкопали в уникальном самшитовом массиве южнее ущелья Глубокий Яр, который находится на территории Сочинского национального парка. Подробнее об акции РЖД и задержании рассказывает руководитель Экологической вахты по Северному Кавказу Андрей Рудомаха….

Андрей Рудомаха: Никто нас на эту акцию не позвал. Ни одного документа, общие слова, что все согласовано и так далее. Когда мы узнали, что эту акцию проводят, мы решили на ней поучаствовать и посмотреть. С нами был эксперт, приглашенный Всемирным фондом дикой природы – это доктор наук Валерий Акатов. С ним мы были в массиве, откуда выкапывают эти деревья. То есть он видел среду, откуда изымается и хотел посмотреть, куда это будет высаживаться, соответствует ли это тем условиям, из которых изымаются саженцы, потому что самшит требователен к условиям среды, он растет в особых условиях затененности, влажности.
Мы приехали. Акция, несмотря на то, что было сказано, что она публичная, она была законспирированная. То мы узнали квартал, приехали. Там была специально дорога пробита, что тоже говорит о том, что эту акцию с натяжкой можно назвать природоохранной. Для того, чтобы посадить саженцы, специально пробили через лес дорогу, вырубили лес, нарушили ландшафт. У нас не было никакой задачи акцию срывать, мы хотели просто посмотреть, оценить, насколько это место подходит для высадки самшита.
Как только мы появились, это сразу вызвало большой ажиотаж. Охранники стали к нам подходить, спрашивать, на каком основании мы сюда приехали, требовали документы. Акция началась, пригнали студентов и работников РЖД, начали сажать саженцы. Мы ходили и смотрели. И тут я увидел, что приехали пограничники вооруженные, пять человека, и начали наступать на Сурена Газаряна, видимо, он больше всех раздражал. Его задержали, причем очень жестко, силой втроем тащили. Задержали и нас всех. В том числе был член нашей организации Алик Ли, житель погранзоны, он прописан в Нижней Шиловке неподалеку. И к нему не имели никаких оснований придраться, да и к нам не имели оснований придраться, потому что на самом деле это не погранзона. Погранзона должна быть на протяжении пяти километров от границы, а мы находились на большем расстоянии. Кроме того никаких знаков, погранзона должна обозначаться знаками. Нас тоже задержали.

Любовь Чижова: Официальные претензии вам какие-то предъявлялись?

Андрей Рудомаха: Официальные претензии, что мы находимся в погранзоне без пропуска.

Любовь Чижова: А остальные люди, которые участвовали в акции?

Андрей Рудомаха: Остальные все нормально, там было более двухсот человек, к ним никаких вопросов не было. То есть приехали из-за нас. Пограничники вместо того, чтобы выполнять государственные задачи, охранять границу, ее использовали, чтобы бороться с общественностью, которая приехала на природоохранную акцию.

Любовь Чижова: Андрей, сколько длилось ваше задержание?

Андрей Рудомаха: Шесть часов. Нас задержали полвторого, были мы свободны только полвосьмого. Они нарушили даже сроки административного задержали, то есть не имеют права больше трех часов задерживать. Мне и Сурену Газаряну пятьсот рублей присудили, а профессору Акатову предупреждение. С нами еще была журналистка немецкая, ей тоже предупреждение. Алику Ли никаких предупреждений, у него в паспорте стоит, что он живет в погранзоне. Будем это оспаривать, будем добиваться наказания капитана Ильина, который нас незаконно задерживал. Потому что это уже второй раз происходит. То есть человек злоупотребляет своими полномочиями служебными, использует их совершенно не по назначению.
Экологам всегда сложно. Общественный контроль осуществлять невозможно практически. Государство, признав, что это объект международного уровня, должно соответствующие стандарты. То есть оно всячески препятствует независимому контролю.

Любовь Чижова: Андрея Рудомаху и его коллегу, кандидата биологических наук Сурена Газаряна уже задерживали в августе этого года – экологи пытались ненасильственными методами помешать незаконному уничтожению деревьев, занесенных в Красную Книгу. Тогда самшит колхидский и лапину крылоплодную также вырубали в районе строительства автодороги Адлер-Красная Поляна на территории Сочинского национального парка. О том, чем опасны такие вырубки для экосистемы Кавказа, говорит Сурен Газарян….

Сурен Газарян: Уникален не сам самшит, самшит – довольно распространенное растение. Уникальны те сообщества, которые есть в пойме Мзымты, то есть это экосистема, которая там сформировалась, сохранялась тысячелетиями. Это реликтовое сообщество. Самшит – это остаток прошлой растительности, древней растительности Средиземноморья и он сохранился только на Западном Кавказе. Его ареал сейчас небольшой, но как растение он не так уж редок. Такие сообщества как на Мзымте, где строят совмещенную дорогу, они уникальны. Там кроме самшита растет лапина крылоплодная и лапина больше нигде не растет, только в Сочинском национальном парке.

Любовь Чижова: Сурен, если я не ошибаюсь, самшит занесен в Красную книгу. Как получилось, что кто-то может его откуда-то выкопать, куда-то потом пересаживать?

Сурен Газарян: Вообще это, строго говоря, незаконно. Но поначалу работы велись, много самшита было вырублено. Теперь уже просто нет, его выкорчевали. Но потом, когда начался шум, после нашего задержания в августе, когда мы мешали пилить деревья, Росприроднадзор под давление РЖД и, возможно, «Олимпстроя» выдали разрешение на добывание краснокнижных видов и теперь формально они имеют право самшит добыть и должны куда-то потом пересадить. Потому что уничтожить краснокнижные растения по закону нельзя.

Любовь Чижова: Вот эти пересадки, насколько они безобидны?

Сурен Газарян: Сейчас эти пересадки бессмысленны. Они берут, ходят по лесу, выкапывают поросль, которой один-два года. Те, что они могут физически выкопать, может быть часть этих растений приживется. Но массив состоит из взрослых деревьев, которые пересаживать просто невозможно. Я думаю, что это способ отмывания денег и все. Потому что они фактически ничего не дают.

Любовь Чижова: В чем тут отмывание денег?

Сурен Газарян: В том, что в пресс-релизе РЖД было указано, что саженцы будут взяты из питомников и на них потрачено 800 тысяч рублей, а фактически выкапываются в лесу, их перевозят в другое место и там сажают. То есть они ничего не тратят, чтобы самшит купить. Как проводят на бумаге – непонятно, но, по крайней мере, в пресс-релизе было указано, что эти саженцы куплены за 800 тысяч рублей в питомнике.

Любовь Чижова: Что вы вообще можете сказать о том, какой ущерб экологии Кавказа наносит олимпийское строительство?

Сурен Газарян: Всего Кавказа в целом трудно оценить, но что касается Сочинского национального парка – это ущерб очень большой. В первую очередь это ущерб лесам. Сейчас практически весь пойменный лес уже вырублен на Мзымте. И последствия трудно этого предсказать. Ущерб колоссальный. И это самая южная наша пойма, дальше таких пойменных лесов больше нет, дальше другие страны начинаются – Абхазия, Грузия. То есть для России это уникальное место. И очень жаль, что оно практически уничтожено.

Любовь Чижова: Сурен, вы биолог, ваши коллеги биологи, вы работаете в Экологической вахте по Северному Кавказу, естественно, вас эти процессы возмущают. А как обычные жители Сочи относятся к тому, что олимпийское строительство уничтожает природу?

Сурен Газарян: Обычных жителей в Сочи нет, там все люди довольно необычные. Трудно сказать, но я не видел ни одного человека, который был бы рад проведению Олимпиады. Может быть кроме тех, кто непосредственно работает на олимпийских объектах, пока им платят деньги. Обычные люди воспринимают это как страшное бедствие. Потому что колоссальные проблемы с транспортом, и со всем. Там уничтожение природы на этом фоне для них не самая большая проблема. В том числе и это. Во-первых, перекрыт доступ во многие места в связи с этим строительством. Например, в Красной поляне вообще фактически общедоступных мест нет, там везде шлагбаумы, стройки. Все уничтожается. Жители, конечно, недовольны, но каких-то массовых протестов навряд ли можно ожидать.

Любовь Чижова: Российские экологи возмущены задержанием их северокавказских коллег. Представители корпорации Олимпстрой не раз заявляли, что общественность и экологи вправе наблюдать за строительством олимпийских объектов, к которым относится дорога Адлер-Красная Поляна. Но на деле используют против них новую силу – пограничников ФСБ. Об уничтожении уникальных деревьев в рамках олимпийского строительства говорит представитель Гринпис в России Михаил Крейндлин…

Михаил Крейндлин: Никто не исследовал реальный ущерб. То есть то, что фиксируют, то фиксируют, а то, что будет дальше, никто не знает. Был случай, когда вырубались можжевельники, фисташки под строительство дороги к предполагаемой даче управляющего делами президента. Но тогда правоохранительные органы долго мялись, но встали на защиту экологов, хотя не с первого раза и тоже были случаи попытки причинения телесных повреждений, были случаи попытки задержания экологов. Но тем не менее, там не было такого давления как с Олимпиадой, поэтому там все-таки было приостановлено.

Любовь Чижова: Как вообще сейчас экологи оценивают олимпийское строительство, много ли там экологических нарушений вроде того, о котором мы сегодня рассказываем, или это единичные случаи?

Михаил Крейндлин: Нет, это, к сожалению, скорее система. Во-первых, строительство еще мало где ведется, но там, где ведется, это скорее система. Есть попытки нарушения законодательства, Газпром все время пытается построить дорогу к своему горнолыжному комплексу через территорию Кавказского заповедника, который является объектом всемирного наследия ЮНЕСКО. Хотя была встреча экологов с вице-премьером Козаком, он озвучил, что этой дороги не должно быть, тем не менее, в протоколе этой встречи, этого решения не прописано, и постоянно доходит информация, что эта дорога строится. Самая болевая точка – это дорога. Слухи доходят какие-то все время. Слухи доходят, что идут бесконтрольные вырубки.
Было вчера заседание координационного совета Олимпстроя и там представители комитета Сочи-2014 говорили, что в месте строительства горной карусели, тоже олимпийский объект, рабочие устроили в лесу стихийную свалку, тоже на территории заповедника, и когда представители комитета Сочи-2014 стали делать им замечание, они были посланы не совсем в цензурных выражениях. Когда представитель комитета Сочи-2014 об этом заявляет на заседании оргкомитета Олимпстрой, это звучит довольно забавно.
Так что проблема в том, что максимально затруднен доступ экологов на все олимпийские объекты, либо сразу появляются пограничники, либо частные охранные предприятия, которые охраняют олимпийские объекты, либо военизированная охрана РЖД и делают все, чтобы экологов там не было. Говорить о каком-то контроле невозможно. Хотя в протоколе Козака прямо написано, что должен быть общественный экологический контроль, но как только мы пытаемся проявляться, тут же задерживают.
Кстати, с задержанием была забавная история, чисто юридическая. У нас сейчас пограничная зона устанавливается директором Федеральной службы безопасности. По Краснодарскому краю установлена директором ФСБ в 2006 году пограничная зона, но по границе с республикой Грузия. А у нас сейчас есть в Краснодарском крае граница с республикой Грузия? Значит и погранзоны там никакой нет.

Любовь Чижова: Это был представитель Гринпис в России Михаил Крейндлин. Защитники природы требуют прекратить практику использования силовых структур в конфликтах госструктур и экологических организаций и напоминают, что любые нападки на экологов в районе олимпийского строительства идут вразрез с принципами олимпийского движения.
XS
SM
MD
LG