Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Что даст России закон о торговле


Ирина Лагунина: Как государству регулировать розничную торговлю? Проект нового закона (рассмотрение которого Государственной Думой во втором уже чтении планировали на эту среду, но вновь отложили) включает в себя не только прямое указание максимальной доли торговых компаний на региональных или местных рынках. В него предлагается включить также ряд положений, напрямую регулирующих отношения торговых компаний со своими поставщиками. В странах Европы или в США такие вопросы оставляют самим компаниям - карают лишь за нарушения или тайный сговор.
Подробнее об этом – в материале Сергея Сенинского...

Сергей Сенинский: ... В новый российский закон о торговле предполагается включить, в частности, положение, которое будет напрямую ограничивать предельную долю, которая та или иная торговая компания может занимать на рынке того или иного региона. Пока в законопроекте, которому лишь предстоит рассмотрение во втором чтении, указывается, как предельно допустимая, доля рынка в 25%.
Но возникает вопрос, так ли много уже в России по-настоящему крупных компаний на рынке розничной торговли? И так ли много регионов, где торговые компании смогли занять более четверти рынка? Из Москвы – аналитик потребительского рынка из инвестиционной компании "Тройка-Диалог" Виктория Гранкина:

Виктория Гранкина: Есть две крупные компании на рынке - это X5 Retail Group и "Магнит". У "Магнита", очевидно, больше 35% доли рынка в Краснодаре и у Х5 примерно, я бы сказала, 30-33% доля рынка в Питере. Соответственно, для этих двух компаний, наверное, этот закон - наиболее принципиален.

Сергей Сенинский: X5 Retail Group и "Магнит" – лишь две, хотя и крупнейших, сетевых компании на российском рынке розничной торговли. А Краснодарский край или Санкт-Петербург – лишь два региона из почти сотни таких же в России...

Виктория Гранкина: Я бы не сказала, что много регионов, где есть определенная компания с большой долей рынка. Но могут быть, например, маленькие регионы, где конкуренция довольно-таки низкая, и определенная компания, исторически так сложилось, что у нее большая доля рынка. Но в общем, я бы сказала, рынок довольно остается фрагментированный, и в большинстве регионов доля рынков сетей остается низкой.

Сергей Сенинский: В отличие от пока еще проекта российского закона, в законодательстве Германии, касающемся антимонопольного регулирования, прямых ограничений доли рынка для каждого из его частников не содержится. Из Бонна – сотрудник Федерального антимонопольного ведомства Кай Вайднер:

Кай Вайднер: У нас фактически нет четкого определения или антимонопольных норм для того или иного рынка. И мы не можем сказать, что, если крупная торговая сеть занимает 25% рынка, это однозначно является превышением некой нормы.
Чисто ориентировочно, мы можем предположить, что, заняв, скажем, одну треть рынка в каком-то регионе, торговая компания начинает доминировать на нем. И тогда, возможно, мы будем следить за ней пристальнее, чем раньше.
Это, как правило, длительный процесс, включающий как тщательный анализ общей ситуации на этом рынке, региональных его особенностей, так и опросы поставщиков или покупателей, выяснение реальных потребностей населения и т.д. И только если в результате всей этой работы выяснится, что налицо стремление компании вытеснить с этого рынка конкурентов, мы принимаем меры.
Например, в прошлом году мы получили заявку на объединение двух довольно крупных розничных сетей – дискаунтеров – Edeka и Tengelmann, которые к тому же хотели создать еще и совместный закупочный кооператив. Изучив ситуацию более чем в 400-стах регионах Германии, мы пришли к однозначному выводу, что такое объединение приведет к подавлению конкуренции в некоторых из них. И объединенная компания будет доминировать на местных ранках продуктов питания. Естественно, мы запретили намечаемую сделку между компаниями Edeka и Tengelmann.

Сергей Сенинский: Правила, действующие в Германии, в целом повторяют общеевропейские?

Кай Вайднер: Да, ведь речь идет, прежде всего, о трех главных превентивных механизмах – о контроле слияний наиболее крупных компаний, о запрете на тайные сделки с целью доминирования на рынке и о злоупотреблении своим положением на нем в ущерб конкурентам. Это - классические положения, присутствующие в антимонопольных законодательствах не только стран Европы, но и Соединенных Штатов. Различия существуют разве что в интерпретации – когда, например, следует считать, что компания занимает уже доминирующее положение на том или ином рынке и начинает вытеснять с него конкурентов? Когда и при какой степени концентрации на рынке уже следует вмешаться антимонопольному ведомству? Как определять в тех или иных случаях, что границы приемлемого - нарушены?..

Сергей Сенинский: В проект нового российского закона о торговле включены и некоторые нормы прямого регулирования отношений торговых компаний со своими поставщиками. Например, предлагается ограничить размер скидки для торговых компаний, если они готовы закупить о поставщика сразу крупную партию товара, 10%-ми его стоимости. Причем эту норму могут распространить лишь на отечественные товары, а не импортные.
Другой пример – регламентирование предельных сроков, в течение которых торговая компания обязана расплатиться с поставщиком за его товар. Почему эти и другие "технические" вопросы предлагается решать на уровне общефедерального закона? Какая-то общая причина должна быть... Из Москвы – Виктория Гранкина, аналитик инвестиционной компании "Тройка-Диалог":

Виктория Гранкина: Инфляция, как ни крути, она была довольно-таки высокая последние несколько лет, именно инфляция на продовольственную продукцию. И существовало мнение, что может быть вина сети или вина структуры взаимоотношений между сетями и производителями. Но в конечном итоге, по моему мнению, вот эти технические регламенты не повлияют на конечную стоимость продукции в магазинах, и они в общем не повлияют на потребителя. Скорее всего транспарентность отношений между сетями и производителями улучшится в рамках этого закона, но я не думаю, что это повлияет на конечного потребителя.

Сергей Сенинский: Транспарентность, то есть прозрачность соглашений между торговыми компаниями и их поставщиками предполагает и антимонопольное законодательство Германии, хотя прямых норм на этот счет оно и не содержит. Из Бонна – сотрудник Федерального антимонопольного ведомства Германии Кай Вайднер:

Кай Вайднер: Я могу вспомнить случай, когда одна компания, торгующая товарами повседневного спроса, пыталась втайне договориться с поставщиками о скидках в закупочных ценах. Другой пример - у нас действует строгий запрет на продажу какого-то товара ниже его себестоимости. Но в целом подобные нарушения отмечаются крайне редко и караются суровыми штрафами.
Что же касается сугубо ценообразования, скидок в отношении закупаемого товара или определенных премий за успешную его продажу, то мы не имеем ничего против, если речь идет об открытых и "прозрачных" соглашениях между поставщиками и торговыми компаниями. Проблемы возникают тогда, когда крупный игрок начинает злоупотреблять своим положением на рынке в ущерб конкурентам. Но в целом каких-либо предписаний, как таковых, свободному рынку розничной торговли у нас не существует. Речь идет лишь о соблюдении общих правил антимонопольного регулирования...

Сергей Сенинский: В проект российского закона о торговле предлагается включить также положение о том, что правительство страны в чрезвычайных ситуациях имеет право временно, на срок до 90 дней, напрямую ограничивать торговую надбавку сетей магазинов в отношении социально значимых товаров для сдерживания роста цен. Но если иметь в виду собственно российский недавний опыт "замораживания" цен на такие товары – с осени 2007 до мая 2008 года, насколько эффективной может оказаться такая мера?
Виктория Гранкина, компания "Тройка-Диалог", Москва:

Виктория Гранкина: История показывает, что инфляция на еду не снизилась, несмотря на то, что были ограничения торговых надбавок. Если, скажем так, они будут в будущем, то скорее всего они тоже незначительно снизят инфляцию. В общем эта продукция и так низкомаржинальная для сетей. Поэтому большой прибыльности сети и так, и так не получают.

Сергей Сенинский: В большинстве европейских стран на долю всего нескольких крупных сетевых компаний приходится до 80% всего внутреннего рынка розничной торговли, например, продуктами питания, и даже больше. При этом вряд ли доля какой-то одной их них в том или ином регионе превышает 30-35%... Слишком возрастают, скажем так, антимонопольные риски...
Из Бонна – сотрудник Федеральной антимонопольного ведомства Германии Кай Вайднер:

Кай Вайднер: Взять, к примеру, розничную торговлю продуктами питания... Еще 20-30 лет назад на этом рынке в Германии работали 8 крупнейших компаний, а их общая доля составляла почти 80%. Сегодня таких игроков – только 5! А их совокупная доля составляет уже 90%.
Как видим, для небольших магазинчиков или независимых торговых компаний рыночное пространство резко сузилось. объединениями крупнейших игроков или их попытками скупить более мелких конкурентов. Другими словами, мы пытаемся воспрепятствовать чрезмерному разрастанию компании вширь – за счет скупки других. Однако мы не имеем ничего против, если компания растет изнутри - за счет собственного потенциала. Против этого у нас не существует никаких предписаний или запретов...

Сергей Сенинский: В России на долю самых крупных сетевых торговых компаний приходится не более 15% всего розничного рынка. И раз так, может быть проблема не столько в том, что на отдельных региональных рынках доля той или иной компании может превышать некий установленный предельный уровень, а в том, что самих компаний розничной торговли в России, учитывая ее протяженность и численность населения, до сих пор недостаточно? Сколь правомерна, на ваш взгляд, такая постановка вопроса? Из Москвы – Виктория Гранкина, аналитик инвестиционной компании "Тройка-Диалог":

Виктория Гранкина: В общем, если сравнивать Россию с Западом, то, конечно, процент фрагментации сетей очень высокий. И процесс консолидации будет продолжаться, а так же сети будут показывать высокий органический рост. Смотрите, например, если сравнивать с Европой, то 5 ключевых сетей могут владеть от 80 до 90% всего рынка. У нас же 10 сетей владеют меньше 15% рынка. Поэтому очевидно здесь, что в будущем сети будут расти, развиваться и консолидация очевидна.

Сергей Сенинский: Но менее 15% российского рынка занимают лишь самые крупные торговые компании, магазины которых исчисляются сотнями. Но есть и более мелкие компании, владеющие, скажем, 10-20 магазинами. Какова примерно доля на российском рынке всех сетевых торговых компаний, вместе взятых, то есть компаний так называемого "современного формата"?

Виктория Гранкина: Если говорить про "современный формат" – это необязательно большая сеть, 500-1000 магазинов, это может быть маленькая относительно сеть, от 5 до 15 магазинов, она тоже включается в долю "современных форматов". Так вот, доля "современного формата" сейчас меньше 40% в России. Соответственно "современный формат" на западном рынке, скажем так, 99-100% уже.

Сергей Сенинский: Проект нового российского закона о торговле Государственная Дума планировала рассмотреть во втором чтении 11 ноября. Об этом сообщалось еще накануне. Но в итоге обсуждение вновь было отложено, а новая дата пока не называется...
XS
SM
MD
LG