Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Это колдовство. Можно сказать, зарядка воды. Зарядка граждан". Александр Минкин - о "прямой линии" Владимира Путина


Александр Минкин смотрит "прямую линию" с Владимиром Путиным

Александр Минкин смотрит "прямую линию" с Владимиром Путиным

Елена Рыковцева: Новый год в России наступает на месяц раньше положенного, можно сказать, по путинскому календарю. Именно в начале декабря происходит прямая линия, на которой Владимир Путин то президент Российской Федерации, то премьер выступает в роли Деда Мороза, то есть исполняет мечты граждан, сумевших до него дозвониться. После прямой линии молодым мамашам из Нижнего Новгорода возвращают молочные кухни, а в город Биробиджан – живую елку на центральную площадь. Девочка Даша из Бурятии обретает бальное платье Золушки, а - в качестве бонуса - к селу Тунгуй, где живет Даша, прокладывают новую трассу. Детишки из Екатеринбурга едут в Великий Устюг на встречу с Дедом Морозом, а фермер из Пензенской области получает дотацию на производство зерна. Остальные россияне получают разъяснения, касающиеся внешней и внутренней политики страны, как правило, конструктивные и позитивные. По крайней мере, никто из задававших вопросы до сих пор на качество разъяснений не жаловался.

Сегодня очередная прямая линия, которую мы смотрели вместе с Александром Минкиным. Первый час сами смотрели, а дальше продолжаем смотреть с вашей помощью.

Александр, делитесь первыми своими эмоциями, чувствами.

Александр Минкин: Первые мои чувства, эмоции, впечатления – это вы, Елена Рыковцева. Я вижу, так торжественно, как сегодня, вы никогда не начинали передачу. Так приподнято.

Елена Рыковцева: Я вас вдвоем с Путиным никогда не осязала вот так вместе, не видела.

Александр Минкин: Когда вы начали с матерей, которым вернулась…

Елена Рыковцева: … молочная кухня, пытались их лишить этого.

Александр Минкин: Вы хоть услышьте! Вы так взбудоражены Путиным, что когда вы начали говорить, что молодым матерям вернулась кухня… Я подумал, что молоко им вернулось.

Cмех в студии

Елена Рыковцева: А могло и молоко, да, он и это может! Дед Мороз есть Дед Мороз. Вообще, Александр, ведь по этой прямой линии сразу видно, кто главный в стране. Потому что всегда Дед Мороз на главных ролях, а Снегурочка все-таки на запасных. Роль Снегурочки мы не будем никому сегодня присуждать. Итак, продолжайте. Насчет меня вы уже выступили.

Александр Минкин: А насчет людей, которые его смотрят и слушают, они сами сейчас вам в эфире все расскажут. Но то, что я увидел на экране, если бы кто-то параллельно смотрел или смотрит, нам включали Пикалево, нам включали машинный зал Саяно-Шушенской ГЭС. Самые главные впечатления такие. Неважно, что они говорят. Естественно, они хотят помощи, зарплаты, работы. Это нормально. Лекарства. Все это понятно. Я им вполне сочувствую. Тем более, там вдова выступала в машинном зале, вдова погибшего во время аварии. Ее беспокоит и то, как дети будут учиться и т. д. Но! Во-первых, они там все в касках. Никаких работ над их головой не ведется. Зачем они в касках?

Елена Рыковцева: Костюмированный бал.

Александр Минкин: Да. Это спектакль. Вот затащить людей в разрушенную станцию – человек 50 там не меньше! Только в кадре 50! А уж сколько там обслуги!.. Нарядить в каски. Когда корреспондент говорит: "Поднимите руки, у кого есть вопросы?" Поднимает один человек руку, запрограммированный один или 2-3. Но я вижу, когда она одна подняла руку - показали всех. «У кого есть вопросы?» Она подняла руку одна, он тут же к ней. Видно, что они готовились. Даже парень, который в Пикалево вел этот эфир, сказал: "Ну, мы здесь уже несколько дней" и все такое. Понятно. Значит, успели отрепетировать. Когда в зале, где сидит Путин, а там перед ним несколько сотен человек, когда предложили задать вопрос кому-то из зала, барышня с микрофоном… Она не ведущая. Она барышня, которая подносит микрофон человеку, желающему задать вопрос. Она идет куда-то с микрофоном в руках и рассказывает, что вот это Ольга Петровна. Она много работала там-то. Она рассказывает биографию Ольги Петровна и, наконец, приносит микрофон пожилой даме, которая спрашивает о пенсиях и т. д. Но к даме нет вопросов. А вопрос именно к той девушке с микрофоном. Либо она знает наизусть несколько сотен биографий…

Елена Рыковцева: Может быть, даже всех российских граждан – 1 млн. 300 тысяч, которые дозвонились на эту минуту.

Александр Минкин: Либо она заранее знает, кто задаст вопрос, и даже организаторы этого спектакля не понимают, что если она… Вот человек поднял руку – хочу задать вопрос. Барышня идет к ней, рассказывая подробно ее трудовую биографию. Ну? Люди, которые это смотрят… А кто это сейчас смотрит? Это смотрят пенсионеры. Люди, которые сейчас на работе, они вроде бы не смотрят, наверное, которые ведут поезда, метро, автобусы и троллейбусы, не смотрят. Люди в магазине не смотрят.

Елена Рыковцева: Журналисты смотрят. Им положено.

Александр Минкин: А журналистам такие спектакли как-то надо более грамотно готовить. Или это вообще ни на кого не рассчитано. Вообще, это какая-то такая…

Елена Рыковцева: На кого-то это рассчитано.

Александр Минкин: Это святое. Я думаю, что это имеет смысл совершенно какой-то священный.

Елена Рыковцева: Сакральный.

Александр Минкин: Да, да. Это реального смысла не имеет. Но! Если люди сейчас укрепятся около телевизора и подождут несколько минут, то, наверное, они увидят как за головой Путина развевается флаг – красно-синий… Белый не умещается. Хотя он красно-бело-синий. Сделано так. В стороне от Путина – где-то метрах в 20 – большой экран с виртуальным развивающимся флагом, а ракурс берется так, чтобы голова Путина попала на середину этого экрана, который от него, на самом деле, вдалеке. Люди, которые смотрят по телевизору, видят своего…

Елена Рыковцева: Вождя.

Александр Минкин: Да, вождя, лидера. Видят своего вождя. У него за спиной развевается флаг. Он стоит на ветру или сидит на ветру. В общем, он на ветру с развевающимся флагом, хотя там ветра нет.

Елена Рыковцева: В Гостином Дворе.

Александр Минкин: Да. А если вы потерпите у экрана повнимательней, то когда у него за спиной не флаг развевается, а какой-то такой голубоватый фон, то выше головы Путина ползут по экрану такие бледные, но хорошо читаемые слова – «общество, экономика, культура, наука, образование». Периодически это у него ползет за спиной. Это нам такими вот средствами, видимо, какие-то психологи решили, что это поможет.

Елена Рыковцева: Что за ним, за его спиной все – и общество, и наука, и культура. Он все! Наше все!

Александр Минкин: Это колдовство. Можно сказать, зарядка воды. Зарядка граждан.

Елена Рыковцева: После анонса мы продолжим разговор о сеансе Анатолия Кашпировского, ой, простите, о прямой линии Владимира Путина. Описывайте нам свои впечатления. Хотя мы понимаем, что, давая свои номера, вступаем в прямую конкуренцию с прямой линией президента. Ну, что же делать?! Какую-то часть звонков придется на себя оттянуть.

Александр Минкин: А люди могут слушать Радио Свобода и при этом смотреть на экран. Звук там приглушить. Ведь понятно заранее, что он скажет - пенсии будем повышать, инфляцию будем тормозить, производство будем налаживать, с кризисом будем бороться. Билет на елку, наверное, подарит кому-нибудь. Квартиру, говорят, уже подарил.

Елена Рыковцева: Да, мне сказали, что квартиру уже дарит, когда мы шли в студию. Александр, мы с вами говорили о том, кому это надо. Вы сказали, не очень точно - что увидят там пенсионеры и те, кто дома. Но ведь потом эту прямую линию столько раз покажут и повторят!..

Александр Минкин: Я не знаю.

Елена Рыковцева: Я знаю! Ее повторят вечером в полном объеме в программе "Вести", чуть в сокращенном объеме в программе "Время". Потом особо яркие куски будут транслировать целые сутки в новостях, в аналитических программах. Вы не волнуйтесь, эта линия дойдет до каждого россиянина именно визуально в виде картинки.

Александр Минкин: Во-первых, вы правы. Во-вторых, вы не правы. Могу сказать, почему правы, а почему – нет. Что вы предпочитаете, почему вы правы или не правы?

Елена Рыковцева: Начните с худшего, а худшее – это правота.

Александр Минкин: Вы правы, что это будут стараться довести до каждого. Во-первых, у телевизоров даже в глуши есть 2-3 кнопки, а у людей более состоятельных, их может быть и 100, и 200. У них спутниковая какая-нибудь тарелка, которая принимает географическое или зоологическое кино. Не факт, что, показывая это 100 раз без передышки целую неделю круглосуточно, вы сумеете добиться, что это посмотрят все. Вот я отношусь к тем, у кого нет телевизора. Я сегодня смотрел, потому что это работа. Если бы я не смотрел сегодня с вами здесь или днем у себя в редакции, то вечером у себя я уже этого не увижу. Многие люди перестали смотреть телевизор. А те, кто его смотрит, их большинство, конечно, пока еще, но они не обязательно это будут смотреть. Если бы Путиным был я, я бы приказал не только показать это по двум главным каналам, но и отключить все другие. А народ привык смотреть в ящик. И уже если нет выбора, он будет смотреть хоть черта лысого, но будет смотреть. Он без этого не может физически.

Елена Рыковцева: А вот Ян пишет, что мы с вами мешаем ему смотреть эту прямую линию, и советуем нам покурить план Путина.

Александр Минкин: Ян, у вас две кнопки – либо выключить радио, либо…

Елена Рыковцева: Мы не претендуем ни на что.

Александр Минкин: Больше того. Если вы такой просвещенный, то помимо плана, какой бы вы там план не употребляли внутрь, у вас есть еще возможность либо посмотреть Путина в записи, либо Свободу послушать в записи, либо прочесть, когда это распечатают и повесят завтра на сайте Свобода распечатку текста. В общем, я вам желаю удачи.

Елена Рыковцева: Я хочу поделиться с вами двумя цитатами из газеты "Известия", чудесными. Газета серьезная. Она всегда очень серьезно осмысливает все, что касается главы государства. Одна фраза просто забавно сформирована. О чем спросят сегодня Путина? "Помимо бытовых проблем граждан волнует вопросы личные и философские. К числу последних можно, наверное, отнести и жалобы на плохие дороги вместе с растущими ценами на бензин". Это мне очень понравилось – философская проблема.

Александр Минкин: Цены на бензин растут. Но цены на лекарства… Он сейчас говорил, как он пенсию прибавляет. Ему действительно пенсионеры очень признательны, Путину, я думаю, все-таки больше, чем Медведеву, раз он прибавляет пенсии. Но сколько бы он ни прибавлял – 15%, наверное, в год, может быть, 20%, но наши советские газеты пишут, что цены на лекарства за 10 месяцев выросли почти на 50%! А эти самые цены, которые выросли на 50%, они, на самом деле, у нас в 3-4 раза выше, чем в Европе, чем в мире. Понятно, да?

Елена Рыковцева: Да.

Александр Минкин: Человек, живущий в Европе, платит за то же самое лекарство в 3-4 раза меньше, чем мы. При этом пенсия у него совершенно другая и зарплата у него совершенно другая… Это все понятно. Еще хочу вернуться к плохому, почему вы не правы, почему до каждого не дойдет. Не так давно президент Медведев обращался к обществу с письмом "Россия, вперед!" Первая фраза этого письма, выученная мною наизусть: "Я написал это, чтобы довести до каждого гражданина России свои мысли о том, как нам обустроить это все". Прошло 2-3 недели и ВЦИОМ, или Левада, или ФОМ, в общем, какая-то серьезная, солидная служба опросила людей. Читали? Оказалось, что 80 с чем-то процентов даже не слыхали об этом! А из тех 17, что слыхали, только 3 читали. А ведь как старались – и на сайте президента, и телевизор об этом говорил, и в газетах политологи обсуждали, какая это стратегическая линия, как это важно, это в сторону Путина, это против Путина. А на самом деле – не дошло!

Елена Рыковцева: Очень хорошо мне понятно, почему не дошло. Если бы он как-то ярко обозначил это - как открытое письмо гражданам России!… Он это обозначил как статью в интернете.

Александр Минкин: Да, в интернете. Это так странно.

Елена Рыковцева: "Газета.ру" – замечательное издание. Очень популярное среди опять же тех, кто ходит в интернет. Но мы все время говорим о том, что в России интернет не так распространен, как на Западе. Мы говорим о том, что все-таки телевизор – это № 1. А статью по телевизору не читали целиком в каждом выпуске новостей. Это все!

Александр Минкин: Это уж точно! Но, тем не менее…

Елена Рыковцева: По поводу сакральности. Тут я продолжаю "Известия" цитировать. На полном серьезе заведующий кафедрой общей политологии Высшей школы экономики Леонид Поляков объясняет нам с вами, Александр, чего люди ждут от этой линии. А он считает, что они ее ждут: "Опыт личного роста, а также манера держать себя и умение общаться с людьми – все это превращает Путина в такого человека, спрашивать которого интересно всем и обо всем. Люди рассматривают Путина не только как высокого чиновника, но и как человека, обладающего таким богатым, разнообразным опытом, что в восточной традиции он становится своего рода гуру. Он сам как-то иронично заметил, что после смерти Махатмы Ганди и поговорить-то не с кем. Так вот! Люди тоже ощущают, что поговорить-то не с кем!». Итак, поговорить не с кем. Поэтому люди говорят с Путиным. Вот его главная мысль. Люди ощущают и хотят.

Александр Минкин: Жалко, что вы его не позвали. Елки-палки!

Елена Рыковцева: А я только что газету получила утром.

Александр Минкин: Во-первых, я не читал. И текста, который вы сейчас цитировали, у меня перед глазами нет. Я бы его лучше внимательно прочел. Люди говорят с Путиным. Это где он видел-то? Это где он видел людей, говорящих с Путиным? Это вот эти участники массовки с выученными вопросами?

Елена Рыковцева: Люди в касках?

Александр Минкин: Которые по команде подняли руку? А один слова забыл, поворачивается за помощью к ведущему. Потом, слава богу, вспомнил, заговорил, все кое-как получилось. Это не люди говорят с Путиным. Это люди смотрят, как Путин говорит с Россией. Вот Путин говорит. А люди с ним не говорят. Им кажется, может быть, кажется, как вот этому процитированному вами, может быть, хотелось, чтобы это было так, но это никакой не диалог. Это задавание подготовленных вопросов. В этом у меня, уж извините, сомнений никаких нет. Хотя бы потому, что если не готовить, то будет хаос. А вот вы представьте, в этом машинном зале стоит 50 человек. И если они не подготовлены… Вообразите себе. Хоть один слушатель пусть себе вообразит. Давайте поверим, что это все на самом деле. Они собрались, чтобы задать свой жгучий вопрос. Он им говорит – у кого есть вопросы, поднимите руки. Они бы кинулись каждый со своей болью, со своим вопросом. А они спокойненько ждут, когда заранее назначенный поднимет руку и начнет задавать вопрос. Ни шума, ни перебивания. Если бы они стояли за водкой, они бы пихались знаете как! Вы что, не видели очередей? А тут раз в жизни возможность поговорить с Господом Богом, с царем! И никто не делает попытки прорваться к микрофону и ничего не выкрикнуть! Да это же безумие! Вы что! Они просто ведут себя как строго-строго обученные. Поэтому забудьте! Кто там в "Известиях" написал, пусть не бредит, что это разговор.

Елена Рыковцева: Когда они очнутся, эти люди, придут домой и посмотрят в записи этот прямой эфир, они поймут, что они потеряли оттого, что не расталкивали друг друга локтями! Читаю "Интерфакс": "Бабушке, помогавшей пострадавшим при крушении "Невского экспресса", отремонтируют дом и удвоят пенсию, - сказал премьер. – Пожизненно РЖД будет выплачивать ей"…

Александр Минкин: И слава Богу!

Елена Рыковцева: Это еще не все. "Премьер недоволен чиновниками, которые посылают граждан к Путину вместо того, чтобы решить их проблемы. Путин ответил на вопрос одного из жителей Ростова-на-Дону, который сообщил, что после одного из выступлений главы правительства по телевидению, родственница ростовчанина, ветеран войны, обратилась в администрацию с просьбой поставить ее в очередь на получение квартиры. И получила отказ. Путин подчеркнул, что такой ответ – это явно отписка. А родственница обращавшегося, как ветеран Великой отечественной войны, имеет право на получение квартиры", то есть безусловно дадут эту квартиру. А вы говорите!

Александр Минкин: Вот и хорошо. Кто же спорит. Вот теперь смотрите. Вы меня толкаете на критику. А я бы хотел радоваться со всем народом, но мне трудно.

Елена Рыковцева: Я поддерживаю вашу критику народа, который не распихивает друг друга, чтобы задать вопрос. Правильно вы говорите. Они вернутся и пожалеют.

Александр Минкин: Послушайте. Бабушке обещали отремонтировать дом. Кому-то дали квартиру. Спасибо! Еще, я думаю, билет на елку в Кремль какая-нибудь малышка получит. Он ее поцелует, когда она приедет на елку. Но давайте, уважаемые слушатели, те, кто все-таки звук на Свободе держит, а экран на телевизоре, посчитайте, попробуйте, прикиньте – сколько стоит сегодняшний концерт с телегруппами в 8, по-моему, городах?

Елена Рыковцева: Вы как театральный критик спектаклем это называете.

Александр Минкин: Спектакль. Опера в концертном исполнении, вообще-то, правильно это называется. Эти группы людей по 20, по 30, по 50 человек. Их надо одеть. Скольких людей привезли! Привезли спасателей из Саяно-Шушенской ГЭС. Но они в зале, где Путин, обратите внимание, не в костюмах, как это было бы нормально, а в своих комбинезонах. Вы не посмотрели, а я все вижу. Я профессиональный театральный критик. Я смотрю на декорации, на костюмы, на выражение лиц. Барышни сидят снулые, потому что им не предстоит задать вопрос. Они просто показывают, что в зале есть и молодежь. И нам телевизор показывает – вот в зале есть молодежь.

Елена Рыковцева: Одному молодому дадут, конечно.

Александр Минкин: Дадут, дадут и добавят. Сколько стоит этот эфир со всеми выездами групп? Он стоит, я думаю, много-много миллионов. Квартира на этом фоне – не так значима.

Елена Рыковцева: Яков из Москвы, расскажите, что там было для вас важного?

Слушатель: У меня нет никаких впечатлений, потому что я это не смотрю. Мне это не интересно.

Елена Рыковцева: Ну, нет! Вы не гражданин Российской Федерации.

Слушатель: Правильно! Я считаю себя советским человеком. Я с Минкиным совершенно согласен – это спектакль. Мне совершенно неинтересно. Пусть они крутят хоть каждый день. Даже если бы они выключили все остальные каналы, я бы все равно смотреть не стал. Я включил бы компьютер. Не было бы компьютера, сел бы читать книжку.

Александр Минкин: Купите книжку "Нежная душа" (смеется).

Слушатель: Я так и делаю. Я не смотрю ни его, я не слушаю Медведева. Мне это неинтересно.

Елена Рыковцева: А что звоните-то нам?

Слушатель: Именно сказать, что Минкин прав! Я считаю, что нормальный интеллигентный человек должен всегда быть в оппозиции к власти. Я в этом просто уверен. Что даже будучи советским человеком, в 1981 году, когда был съезд КПСС, я принципиально не ходил домой, я ходил вечером на фестиваль кино в кинотеатр "Россия". Потому что я знал, что отец будет смотреть съезд, а я не хотел быть в курсе.

Елена Рыковцева: Юрий из Кузбасса звонит, здравствуйте!

Слушатель: Здравствуйте! Вопрос к господину Минкину. К чему может привести политика нашей любимой партии и нашего любимого правительства?

Александр Минкин: От вас зависит. Дело в том, что сами они, как я понимаю, уходить не собираются никогда. У них все расписано уже на десяток… нет, чего уж там, лет на 20 вперед, кто из них будет президентом и тому подобное. Так что, сами они уходить не собираются. Изменить происходящее они не могут. Иначе бы за 10 лет, у власти находясь, они бы что-то поменяли. Мы же видим, что происходит. Все эти истории с милицией, с лекарствами, куда ни посмотри, с образованием – с этим ЕГЭ. Таким образом, если выходит 100 человек, а против них 10 тысяч ОМОНа, то все так и продолжается. Если выходит 100 тысяч человек, как в 1991 году выходили люди, как в 1990 выходили, то никакого ОМОНа не появляется на улицах. Потому что они тоже душою с нами. Пока протестантов мало, то начальство правильно говорит – это отщепенцы. А если протестантов становится миллион, то получается, что это народ. Тогда у них совершенно другое отношение. Да, потом их не хватит, всех не переколотят. Это зависит от людей.

Елена Рыковцева: Валентина Васильевна из Москвы, здравствуйте! Что вы там почерпнули для себя важного?

Слушатель: Я почерпнула очень важное для себя. Во-первых, никто не откажет Путину в харизматичности, обаятельности, элегантности и т. д. Говорит он очень хорошо. А кого же нам еще смотреть? Какого-нибудь господина Рабиновича или Минкина? Это, пожалуйста, в Израиль за этим.

Александр Минкин: Спасибо, с удовольствием съезжу как-нибудь. Только времени не хватает.

Елена Рыковцева: Какие бессовестные люди бывают.

Александр Минкин: Нет, нормально.

Елена Рыковцева: Нет, бессовестные.

Александр Минкин: Почему?

Елена Рыковцева: Бессовестные, потому что антисемиты.

Александр Минкин: Лена, вы не правы.

Елена Рыковцева: Александр, я просто возмущаюсь бесконечно.

Александр Минкин: Она, может быть, не ворует.

Елена Рыковцева: Человек в возрасте, как ей не стыдно!

Александр Минкин: Нет! Она не ворует. Она честно работает.

Елена Рыковцева: Она ворует сама у себя мораль и нравственность. Евгения из Курска, здравствуйте!

Слушатель: Здравствуйте! Вы знаете, я не удивляюсь таким женщинам, которая только что позвонила. Это те, которые бегают с плакатами "Да здравствует, Советский Союз!" А я хочу сказать по поводу выступления Путина что? Не смотрела и не смотрю. Мне кажется, что его заранее готовят и вопросы, и ответы, записывают так, как у нас прямой эфир вообще для всех закрыт, и потом транслируют. Посадили, записали овации отдельно, зрители отдельно, Путин отдельно. А потом все смонтировали. И что толку смотреть? Они нас слышат, хотя этого и не показывают, когда выходят автомобилисты на улицы, когда пенсионеры требуют бесплатный проезд. А вот эти бесплатные звонки все равно не услышит. Сытый голодного не понимает.

Александр Минкин: Абсолютно правильно! Вот вышли в свое время на улицу, и бесплатный проезд вернулся. Автомобилисты возмутились, и уже проголосованный закон тот же самый Грызлов побежал отменять.

Елена Рыковцева: Две формы для возможности получить своё – это либо массовые протесты, либо дозвониться все-таки на прямую линию президента Путина.

Марина пишет: "Хотя я и пенсионер, но не могу смотреть этот бред по состоянию здоровья. Скажите, а он не дал орден за заслуги перед Отечеством I степени пенсионерке с валенками? Надо же переплюнуть РЖД".

Светлана Ивановна из Москвы рассказывает нам про то, что "бабушкин дом починят и выделят пожизненную пенсию от РЖД, написано в сегодняшних утренних газетах. Эта новость не от Путина. Это еще вчера РЖД решили, а преподали, как царский подарок от вождя".

Александр Минкин: Вот это ошибка. Лучше бы они не писали.

Елена Рыковцева: Приберечь надо было, конечно.

Александр Минкин: Потому что если сейчас это станет известно, они, получится, перебежали ему дорогу и подставили.

Елена Рыковцева: Не хорошо, да. "Мне кажется, что политтехнология – достаточно тонкая и последовательная - под видом шоу-мена формирует культ личности. Поживем – посмотрим". Надежда так думает.

"В том-то и дело, что когда слушаешь – все хорошо, - пишет Александр. – А когда прослушал, подсознание переключается на сознание. Начинаешь анализировать, что происходит в стране. Тут начинается обострение. Каждый начинает экстраполировать на себя. А общий-то фон негативный – кризис, убийства, аварии. Мне кажется, все это зря, все эти встречи".

Александр Минкин: Во-первых, когда слушательница звонила и говорила, что все это подготовлено. Конечно, все это подготовлено. Это правильно. Потому что на такое количество вопросов по таким разным темам проблем, не подготовившись, отвечать очень сложно. Он же не может в прямом эфире задумываться надолго или искать бумажку нужную. Он должен быть готов. Для этого там, может быть, и этот компьютер у него стоит на столе, в основном, к ведущему повернутый, но, я думаю, что на этом ноутбуке есть важные подсказки, если он вдруг что-нибудь забудет. Память у него профессиональная. Говорит он складно. Ничего тут не отнимешь. Насчет харизматичности. Я не думаю, что это его харизматичность. Потому что, когда он перед нами предстал 10 лет назад, никто его не воспринимал. Его сделали. Его сначала поставили высоко, высоко. Все телекамеры на него направили. Вот это создает у внушаемых людей харизматичность. Даже самый невзрачный какой-нибудь национальный лидер… Посмотрите ни Ким Чен Ира. Ну, мы отсюда, когда его случайно видим на экране или в газетах, мы же видим, что это какой-то заурядный, не очень-то и симпатичный, не очень-то приятный, какой-то обвисший человечек. А ведь вся Северная Корея считает его Господом Богом! Попробуй-ка какому-нибудь северокорейцу сказать, что это не харизматичный. Он или убьет тебя, или умрет от шока!

Елена Рыковцева: Я тоже хотела сказать, что если вам человек симпатичен, все, что он говорит, покажется вам хорошо, правильно и харизматично. Хотя симпатично и харизматично – разные вещи.

Александр Минкин: Его умело подают.

Елена Рыковцева: Он обучаем. Это мы уже давно поняли.

Александр Минкин: Это здорово делают. Но! Но дальше, чем виртуальность – нет получается. Из этого умело подаваемого все равно не получается производства. Из этого все равно не получается честной милиции.

Елена Рыковцева: Все той же модернизации вожделенной.

Александр Минкин: Модернизации. Остается только вот это заклинание. Вы, когда оговорились или не оговорились – Кашпировский. Это тот самый случай.

Елена Рыковцева: Я так пошутила.

Александр Минкин: Вы пошутили, а на самом деле – это та же самая история. Лечить страну по телевизору, кормить страну по телевизору, раскачиваться перед телевизором способны, как мы знаем, очень многие.

Елена Рыковцева: Нелли Александровна из Москвы, здравствуйте!

Слушатель: Добрый день! У меня 10 лет нет телевизора, поэтому, конечно, я человек страшно отсталый. Но я хочу сказать, что билеты железнодорожные только с прошлого года подорожали ровно в 2 раза. Это, во-первых. Во-вторых, 50 млн. евро стоят ноги какого-то там футболиста. Что такое ремонт этой халупы у пожилой женщины – 4 тысячи в месяц? Это же смешно! Это издевательство! Поэтому я не хочу смотреть телевизор, не хочу эту харизму смотреть и еще некоторых в кепочке терпеть не могу!

Александр Минкин: Спасибо. Она затронула очень важную вещь. Это же не только у нас. Это же весь мир чокнулся. Действительно, футболист 50 млн. долларов в год, а Нобелевский лауреат – 1 млн. один раз в жизни. Футболист стоит в сотни раз больше!.. Известный футболист стоит в сотни, а может быть и в тысячу, если за всю жизнь, если он 10 лет получает по 50 млн., то получится, что он в тысячу раз ценнее для планеты, чем Нобелевский лауреат, открывший что-то чрезвычайно важное для нашей жизни. Это совершенно безумный мир.

Елена Рыковцева: Про страхование задниц мы уже не говорим.

Александр Минкин: И вот еще насчет харизматичности. Я не берусь утверждать, это только предположение. Но если бы в тот момент, когда на канале "Россия" сейчас Путин, на Первом канале была бы Ксюша или какой-нибудь суперважный матч, например, со словаками, я бы еще посмотрел, чья харизма перетянет.

Елена Рыковцева: Сто процентов, что словацкая. Николай из Мичуринска, здравствуйте!

Слушатель: Здравствуйте! Господин Минкин, как вы считаете, вот эта гэбистская персона, по словам одного выдающегося правозащитника – возомнившееся ничтожество, долго будет нам надоедать своими этими демагогическими выступлениями?

Александр Минкин: В вашем вопросе есть почти уже и просьба, чтобы я прекратил эти демагогические выступления. Нет, я не могу вам помочь. Я даже не спрашиваю, ходили ли вы на выборы все эти годы, за кого вы голосовали все эти годы. А-то вдруг окажется, что вы уже не помните даже за кого вы голосовали, может быть, вы за Жириновского голосовали или еще за кого-нибудь. Спросите своих близких родственников и соседей, за кого они ходили голосовать и ходили ли. Вдруг окажется, что они за "Единую Россию" ходят голосовать. Тогда вы лучше у них все это спрашивайте, а не у меня.

Елена Рыковцева: Александр Минкин много писем написал Владимиру Путину. Вы вопросы задаете ему по телефону, а он письма пишет.

Александр Минкин: Я и разговаривал с ним.

Елена Рыковцева: Вам елку подарили новогоднюю? Вы хоть какой-то подарок получили в ответ на свои письма?

Александр Минкин: Я вчера получил роскошный подарок.

Елена Рыковцева: Рассказывайте, колитесь!

Александр Минкин: Вчера к нам в редакцию приехал Чуров, председатель Центризбиркома, и вручил мне на шикарном бланке, как фанера…

Елена Рыковцева: Повестку в суд.

Александр Минкин: Нет. Благодарность!

Елена Рыковцева: Да, ладно!

Александр Минкин: Жалко, я не принес. Но все равно у вас нет видеокамеры.

Елена Рыковцева: Для тех, кто не помнит, Александр Минкин всю жизнь судится с этим Центризбиркомом, он его ЦИКой обзывает.

Александр Минкин: Почему? Я не сужусь с ней. Она со мной пытается, но безуспешно.

Елена Рыковцева: В конце концов, благодарностью кончился ваш процесс.

Александр Минкин: Шикарная благодарность за то, что я привлекаю граждан к проблемам демократии и выборов. Подпись – Чуров. Дружески это все вручил, и даже меня позвал поехать с ним на выборы 4 марта. Будет день голосования. И мы куда-нибудь поедем из Москвы посмотреть…

Елена Рыковцева: 4 марта – это четверг. Значит, это будет 7-го.

Александр Минкин: Я могу ошибиться. Короче говоря, весной будет общий день голосования. Он меня позвал. Я ему очень признателен. Мне интересно, как это происходит вообще и в присутствии председателя Центризбиркома, в частности. Я вам потом расскажу, если вы меня позовете.

Елена Рыковцева: Это очень интересно.

Александр Минкин: Потому что, я надеюсь, что хотя бы в присутствии Чурова подсчет голосов ведется цивильно.

Елена Рыковцева: Вадим из Читы нам дозвонился, здравствуйте!

Слушатель: Здравствуйте! Я бы насчет выборов хотел сказать одним анекдотом. Сидит на дереве ворона, во рту кусок сыра. Мимо бежит леса: "Ворона, ворона, ты политически грамотная?" Ворона молчит. "Ворона, ворона, ты на выборы президента пойдешь?" Ворона молчит. "Ворона, ворона, ты за Путина голосовать будешь?" Ворона со всей дури как гаркнет: "Да!" Сыр, естественно, выпал, лиса с наглой рыжей мордой и куском сыра во рту была такова. Сидит ворона на дереве и думает: "А если бы я сказала "нет", то, что бы от этого изменилось?"

Смех в студии

Елена Рыковцева: Чудесный анекдот!

Александр Минкин: Я не ожидал, что так окончится. Интересно. Это хороший анекдот, но он подтверждает уже давным-давно в нашей стране известную истину – неважно как ты проголосуешь.

Елена Рыковцева: Андрей спрашивает вас: "Полтора миллиона вопросов ему задали, то есть прислал каждый 90-й, включая грудничков и древних стариков в глухих деревнях. Верит ли Александр в этот бред?"

Александр Минкин: Верю. Я во все бреды верю совершенно. Потому что люди-то бредят искренне. Когда человек бредит, он же верит в своей бред. Например, бредит во всемирный заговор или в том, что марсиане все это устроили.

Елена Рыковцева: Татьяна пишет, что лично она не может смотреть передачу "Разговор с Путиным", так как "от него у меня начинается аллергия и нервный тик. Ничего хорошего не жду". Татьяна, вас сейчас насмешу. Записчица, которая ваше пейджерное сообщение принимала, написала, что у вас начинается от него "нервный тип".

Александр Минкин: Если кто читал, а я думаю, что многие читали, если кто не забыл роман Стругацких "Обитаемый остров", подчеркиваю – роман, а не фильм (ужасный), так вот роман прекрасный. Там облучают государство какой-то дрянью. И 90% или 95% от этого ликуют и готовы растерзать всех врагов, а 5 корчатся в муках, умирают выродки. Те люди, которые не могут на это смотреть, которых выворачивает от этого всего, это те самые выродки. А те, которые ликуют и восторгаются, ну, уж извините… Я не хочу говорить слово "стадо", но это очень близко к такому восприятию. Кого им ни поставить, они ему будут и кланяться, и восторгаться, и восхищаться до поры.

Елена Рыковцева: Любовь Константиновна, здравствуйте!

Слушатель: Здравствуйте! Я хочу принести извинения Александру за ту женщину, которая позволила себе такой выпад. Я всегда слушаю все комментарии Александра. Я по образованию врач. Мне 70 с лишним лет, но я еще работаю. Меня трясет от того, что мои больные покупают такие дорогие лекарства, а те, что бесплатные лекарства они все такие, которыми лечиться практически невозможно. Поэтому, конечно, телевизор у меня выключен, не желаю даже слушать это все. А вам я приношу душевную такую благодарность за искреннюю оценку всего происходящего. А той женщине желаю всего плохого.

Александр Минкин: Нет, не надо плохого желать. Во-первых, спасибо за этот звонок. Во-вторых, уважаемые слушатели, вот врач. 70 лет. Это значит, огромный стаж! Человек понимает, что у нас за лекарства. Либо мы переплачиваем жутко за иностранные лекарства, при этом даже не знаем – настоящее это или подделка! Вот еще какая беда. Мало того, что лекарства у нас в разы дороже, чем в мире. Но у нас еще очень много подделок, чего в мире не допускают, в нормальных странах. Эти врачи, эти учителя с огромным стажем, со своей закалкой, которые все прошли… Вот на кого надо бы смотреть! Вот кого надо бы слушать! Она же знает, о чем говорит!

Елена Рыковцева: С другой стороны, если бы наша слушательница включала телевизор, она бы видела Татьяну Голикову, социального министра, который говорит о том, что государство категорически возьмется регулировать эти цены и заставит их держать планку.

Александр Минкин: Лена, у нас в государстве довольно-таки авторитарный режим. Вертикаль власти довольно твердая хотя бы в пределах Москвы. Она сумела посадить самого богатого человека в стране – Ходорковского я имею в виду. Неужели они не могли бы накинуть узду на торговцев лекарствами, если бы хотели? Что это такое?! Я не понимаю, как можно выходить президенту… Он выходит и говорит – вот у нас в аптеках 20-30% поддельных или фальшивых лекарств! Ты кто?! Ты что, страдающий журналист что ли?! Ты президент! Почему эти люди не в кандалах?!

Елена Рыковцева: Только что пришло сообщение "Интерфакса", что Путин обещает разработать методику по ограничению субъектов Федерации в принятии решений об уровне торговых надбавок на лекарства.

Александр Минкин: Спасибо! Это 10 лет! Я вам говорю. Вы знаете, что они сейчас говорят? Я своими глазами читаю, что они говорят – мы принимаем сейчас, мы ищем, как принять решение о стабилизации цен, чтобы замедлить или остановить рост цен. Никто же не говорит, что лекарства станут стоить столько, сколько полагается, то есть четверть сегодняшней цены. Они ее сначала 10 лет вздрючивали, а теперь они ее зафиксируют, и якобы не дадут больше расти. Спасибо вам большое!

Елена Рыковцева: Причем это ведь называется антирыночный ход. Еще неизвестно, что из этого получится.

Александр Минкин: Когда президент (его зовут – Медведев, может, кто не знает, потому что, может быть, путаете) говорит, что мы будем там производить очень скоро замечательные сами лекарства, чуть не половину лекарств, я его - была бы возможность – лично глаза в глаза спросил: "А скажите, вы и ваша семья будете русскими лекарствами лечиться?" Слышите, какая тишина!

Елена Рыковцева: Да у меня нет никакого другого ответа, как мертвая тишина.

Александр Минкин: Мертвая тишина в эфире. Наверное, радиослушатели решили, что мы умерли тут.

Елена Рыковцева: Я прошу написать нам тех слушателей, которые продолжают параллельно смотреть Путина, упомянул ли он Дмитрия Медведева в своих ответах хоть как-то, хоть раз?

Александр Минкин: Да?

Елена Рыковцева: Был один раз разговор с народом, когда три часа продолжался разговор, и Дмитрий Медведев (он был тогда уже президентом) появился на последних двух минутах где-то в словах. Интересно как сейчас? Надежда, здравствуйте!

Слушатель: Здравствуйте! Произошла страшная трагедия экспресса. Много народу погибло. Каждый день, каждый час по телевизору президент и другие с такими скорбными лицами выступали. Еще не всех похоронили. Вчера включаю Первый канал в 10:30, и нам показывают презентацию Сочи Олимпиады, какая там должна быть эмблема. И все так радуются, такие деньги. Как так можно?!

Елена Рыковцева: Совершенно никакие этические нормы не соблюдались телевидением в эти дни. Раз им траур не объявили – все можно. Валентина Дмитриевна, Саратовская область, здравствуйте!

Слушатель: Мне 79 лет. Я просто удивляюсь вам. Предыдущий выступающий правильно назвал – гэбистское ничтожество! Ну стоит ли он нем говорить, об этой твари!

Елена Рыковцева: Не надо ругаться! У вас же соседка рядом, например. Она, может быть, за него и проголосовала, сходила. Вы же ее обижаете, когда вы его так называете.

По поводу МВД. Путин говорит: "Реагировать на преступления милиционеров надо быстро и жестко, но распускать МВД не следует".

Валентин Андреевич пишет, что он "ждет вопроса от народа – какого числа можно по совету Нургалиева бить милиционеров?"

Александр Минкин: Это безумное выступление Нургалиева. Давать сдачи милиционеру – это значит прямо попадать под тяжелейшую уголовную статью! Там огромный срок за нападение на сотрудника милиции при исполнении им обязанностей! Кроме того, он вооружен и имеет полное право начать стрелять, если вы на него подняли руку. Это заявление министра Нургалиева безумное! Это тот самый случай бреда, очень опасного бреда.

Елена Рыковцева: "Путин выступает за введение уголовной ответственности за необоснованное повышение цен на лекарства". Вот так!

Александр Минкин: 10 лет он созревал! Спасибо! Вылупился. Ура!

Елена Рыковцева: Уголовная ответственность за ценообразование – это уже что-то мне напоминать начинает. В этом смысле прав?

Александр Минкин: Абсолютно прав! Приходишь в аптеку, лекарство стоит в 3 раза больше, чем в Европе – сажать владельца, а не продавцов.

Елена Рыковцева: На этом завершаем программу "Час прессы" на волнах Радио Свободы.



Александр Минкин

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG