Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Климат и голод – что думают о конференции в Копенгагене неправительственные организации


Ирина Лагунина: Доклад экспертов ООН по климату содержит такие данные: к 2080 году от миллиарда до трех миллиардов людей на планете будут испытывать недостаток воды; 200-600 миллионов – голод; от 2 до 7 миллионов в прибрежных района будут страдать от наводнений. Гуманитарная организация «Христианская помощь», исходя из всех имеющихся на сегодняшний день данных, рассчитала для себя, что к 2050 году в мире будет 300 миллионов экологических беженцев и до миллиарда вынужденных переселенцев.
Но все-таки точных подсчетов количества экологических мигрантов в мире при развитии сценария полного таяния Гренландии и Антарктиды я не нашла. Это понятно, потому что к числу людей, которым придется покинуть районы затопления, надо еще добавить экологических мигрантов из Африки, где ученые уже зафиксировали более продолжительные и свирепые периоды засух, которые сменяются ливнями, порождающими наводнения. Надо приплюсовать и обитателей того густонаселенного оазиса, который окружает озеро Чад, второе по величине на африканском континенте и еще десять лет назад – самое крупное в Центральной Африке. От него постепенно остается жалкая мутная лужа.
Кстати, именно между развивающимися и развитыми странами мира сейчас развивается драма в Копенгагене. Британская газета «Гардиан» опубликовала проект финального документа саммита, который подготовили Соединенные Штаты, Великобритания и Дания. Проект уже получил название «Датский текст». Спустя три часа представитель группы 132 развивающихся стран заявил, что документ неприемлем, потому что в нем для развитых и развивающихся стран предусмотрены одинаковые правила в области эмиссии газов. А это, по мнению представителя развивающихся народов, ляжет более тяжким бременем на третий мир, чем на развитые страны.
Ведущий американский экономист и бывший директор Фонда тысячелетие ООН Джеффри Сакс был на этой неделе в Праге. С ним встретился корреспондент Радио Свобода/Свободная Европа Ричард Солаш и задал ему как раз этот вопрос: каковы его ожидания от конференции в Копенгагене по климатическим изменениям – применительно к странам третьего мира?

Джеффри Сакс: Конечно, мне хотелось бы увидеть соглашение, которое бы жестко ограничивало выброс в атмосферу парниковых газов, но и так же однозначно помогало бедным странам приспособиться к климатическим изменениям, которые произошли не по их вине, но от которых они сейчас страдают. Так что на повестке дня немало вопросов: и что делают страны, которые в основном загрязняют атмосферу, и как они могут помочь остальному миру.

Ричард Солаш: Что бы вы назвали самым лучшим исходом копенгагенской конференции? Какие бы цифры вас обрадовали?

Джеффри Сакс: Цифры должны быть довольно жесткими, чтобы сократить выброс газа настолько, чтобы изменить траекторию повышения температуры и дать надежду, что нам удастся избежать ее повышения на 2 градуса Цельсия. Это – та базовая цель, которую поставили ученые, и она имеет смысл. Также должны быть приняты обязательства по финансированию – причем намного более серьезному, чем сейчас предлагается, бедных стран мира, чтобы помочь им в нынешнем положении. Так что, на мой взгляд, это должно быть, с одной стороны, жесткое обязательство по сокращению выброса газов, а с другой, адекватное финансирование бедных стран.

Ричард Солаш: Есть ли в мире страна, которая могла бы служить эталоном борьбы за чистоту окружающей среды и борьбы с бедностью?

Джеффри Сакс: Думаю, в принципе, скандинавские страны – Норвегия, Швеция и Дания – эталоны с точки зрения тех природоохранных обязательств, которые они на себя взяли, с точки зрения отношения к собственным бедным, которых у них очень мало, потому что люди действительно получают заботу, и с точки зрения отношения к бедным странам мира. Скандинавские государства отдают почти 1 процент своего национального дохода на борьбу с бедностью. В процентном отношении это больше, чем дают Соединенные Штаты. Так что я считают Север Европы в данном случае моделью защиты окружающей среды и помощи бедным.

Ирина Лагунина: С американским экономистом Джеффри Саксом беседовал корреспондент Радио Свобода/Свободная Европа Ричард Солаш. Одно из положений раздела о развивающихся странах в том документе, который попал в распоряжение британской газеты «Гардиан», касается уменьшения выброса парниковых газов в результате вырубки лесов. Ответственность за это возлагается непосредственно на руководство развивающихся стран. Организация «Всемирный свидетель» в Лондоне уже долгое время ведет расследование того, как браконьерская вырубка лесов связана с конфликтами и коррупцией, особенно в развивающихся странах. Лет пять назад я делала серию передач о том, как варварски уничтожались леса в Бирме – военная диктатура отдавала наделы под вырубку повстанцам взамен на перемирие. Да и сами генералы немало подзаработали на том, что направляли бесплатную рабочую силу в виде солдат на вырубку тиковых рощ. Из тика получается замечательный паркет и мебель. Но подумайте о том, что еще пару лет назад большая часть вывозимого из Бирмы тика была нелегальной. Мы беседовали на эту тему с Патриком Аллей, специалистом по коррупции, конфликтам и лесам.
Патрик Аллей: Проблема с тропическими лесами – и я хочу ограничить дискуссию именно этой категорией лесов, - состоит в том, что в целом лесная промышленность известна своей коррупцией, а в случае с тропическими лесами это сочетается с коррумпированными правительствами. Для этих стран характерно плохое управление, вырубка лесов обычно производится в отдаленных и труднодоступных районах, где за этим процессом очень сложно наблюдать. То есть получается, что производство древесины в основном проходит бесконтрольно. Более того, оно не приносит экономических дивидендов этим странам. То есть уничтожение лесов и связанная с этим деградация районов ничего не давали взамен людям. И мы в какой-то момент пришли к выводу, что все разговоры о деревообрабатывающей индустрии не имеют смысла, но вдруг этот вопрос был вновь поднят в связи с изменением климата.

Ирина Лагунина: Насколько я понимаю, здесь есть две проблемы – лес и конфликты и лес и коррупция. Если говорить о конфликтах, какие страны представляют проблему?

Патрик Аллей: С точки зрения конфликтов и вырубки лесов – Бирма, которую вы уже упомянули, Камбоджа во времена «красных кхмеров», в середине 90-х, Либерия, где торговлю древесиной контролировал Чарлз Тейлор, Зимбабве – вмешательство этой страны в Демократическую республику Конго, само по себе Конго, где леса вырубались отдельными повстанческими группами. Если же говорить о коррупции, то список можно расширить, добавить к нему Камерун, Республику Конго, и еще пару стран.

Ирина Лагунина: И в какой стране дела обстоят хуже всего?

Патрик Аллей: (Смех) На этот вопрос практически невозможно ответить. Я могу вам сказать, какая страна представляет собой наибольший вызов. Это Демократическая республика Конго. В Конго сейчас второй по величине лесной массив в мире после долины Амазонки. Смешно, но конфликт в этой стране, который идет с 1996 года, на самом деле помогал сохранить леса, потому что проводить вырубку было слишком опасно. Плюс к тому не было дорог, не было инфраструктуры, так что лесная индустрия практически не работала. Но сейчас эта страна со вторым по величине лесным запасом в мире выходит из конфликта. Там очень слабое правительство, страна исключительно бедна, денег в бюджете практически нет. И при этом все лесодобывающие международные компании хотят получить там свою долю и хотят там работать. В потенциале эта ситуация может привести к полной анархии. Но, по-моему, Конго – как раз та страна, которая может предоставить человечеству возможность наладить механизмы, во-первых, контроля над деревообрабатывающей индустрией, а во-вторых, сохранения леса в интересах борьбы с глобальным потеплением. Так что это страна с фантастическим потенциалом и с фантастическим риском.

Ирина Лагунина: Патрик Аллей, специалист неправительственной британской организации «Всемирный свидетель». В свое время меня поразили кадры аэросъемки границы между Доминиканской республикой и Гаити. С одной стороны – пышные тропические леса. С другой – выжженные расколотые голые горы. Редкие сотрудники неправительственных организаций, которые работали все это время на Гаити, утверждают, что то же самое было сделано за годы конфликтов и беспредела и с удивительными коралловыми рифами – причем ради элементарного пропитания.
XS
SM
MD
LG