Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сколько денег должно быть в России, чтобы экономика росла, а цены – нет?


Ирина Лагунина: Сколько денег должно быть в России, чтобы экономика росла, а цены – нет? Министр финансов Алексей Кудрин, подводя итоги года на пресс-конференции в среду, говорил об объемах денежной массы в стране. Судя по его словам, в будущем году прирост общей массы денег в экономике России должен быть вдвое меньшим, чем в предкризисные годы. В этом случае министр гарантирует годовую инфляцию, ниже нынешней. В правительстве надеются, что это сделает, наконец, кредиты в стране более доступными...
Тему продолжит мой коллега Сергей Сенинский...

Сергей Сенинский: ... Общую денежную массу в стране характеризуют сразу несколькими показателями, специалисты называют их "денежными агрегатами". Чаще других используют так называемый агрегат М2, учитывающий всю массу наличных денег, чеков и почти все банковские вклады. Именно о нем говорил на пресс-конференции в эту среду министр финансов России Алексей Кудрин:

Алексей Кудрин: До середины года прирост денег в экономике был отрицательный, то есть мы пытались даже средствами Центрального банка удержать объем денег в экономике. Потому что уход доллара с рынка, низкая цена на нефть уменьшала деньги в экономике. Но до конца года прирост М2, денег в экономике будет примерно 12%. Что такое 12%? Это обычная, нормальная цифра для всех стран – это цивилизованный уровень прироста М2. Для нашей страны это, я считаю, нормально.

Сергей Сенинский: "Предкризисный" отток капиталов из России начался в августе прошлого года, когда стали падать цены на нефть. Он резко усилился в сентябре, когда глобальный кризис достиг наиболее острой фазы, и инвесторы навали лихорадочно сбрасывать любые активы в развивающихся странах. Да и не только в них...
Центральный банк России десятками миллиардов продавал тогда доллары из своих резервов, оттягивая таким образом из экономики рубли. И только за два месяца – сентябрь и октябрь прошлого года – общий объем денежной массы в России сократился более чем на 7%! По международным меркам – катастрофическое сокращение за столь короткий срок... А в ноябре началась девальвация рубля, и в экономике рублей стало еще меньше... Из Москвы – главный экономист инвестиционной компании "Тройка-Диалог" Евгений Гавриленков:

Евгений Гавриленков: В России какие-то признаки оттока капитала начались уже в середине прошлого года, как раз когда началось движение цены нефти вниз. И денежная масса в России, действительно сокращение ускорилось. Так что к началу нынешнего года, к моменту, когда завершилась девальвация, сокращение составляло примерно 10% в годовом выражении. Это было, наверное, естественно для того периода времени. Потому что все те усилия денежных властей, правительства насытить экономику ликвидностью, они не привели к успеху. Реальная экономика как таковая не очень понимала, чего ей нужно. Потому что явно скорректировался спрос, перегретый в предыдущие годы дешевыми кредитами, будущая траектория была непонятна, шла поэтому мощная распродажа накопленных запасов. И поскольку не был понятен объем будущего спроса, единственная разумная экономическая деятельность в тот период времени была спекуляция на валютном рынке. Собственно говоря, все этим и занимались, в том числе и банки, в том числе возможно некоторые производители. Так что как только завершился процесс девальвации, с февраля месяца денежная масса начала расти. По итогам года, здесь надо согласиться с Алексеем Леонидовичем Кудриным, рост должен составить порядка 12%, может чуть меньше, может чуть больше.

Сергей Сенинский: Последствия сокращения или, наоборот, прироста общего количества денег в стране проявляются не сразу, а через какой-то промежуток времени – или с "временным лагом", как говорят эксперты.
Само по себе, резкое сокращение объема денег в стране в конце прошлого – начале нынешнего года в какой степени проявилось в общем спаде экономики России в 2009 году, который, по словам министра финансов, составит 8,7%? Главный экономист инвестиционной компании "Уралсиб-Кэпитал" Владимир Тихомиров:

Владимир Тихомиров: Снижение денежной массы пиковых значений середины прошлого года где-то составляло до 8,5-9% в соответствующий период текущего года. То есть в среднем темпы падения в период кризисный, где-то начиная с сентября прошлого года составляли порядка 7 до 9% в годовом выражении. То есть произошло довольно ощутимое снижение денежной массы, особенно если учесть то, что до кризиса у нас денежная масса увеличивалась с темпами от 20 до 40% в год. Сокращение денежной массы само по себе не стало причиной сокращения экономической активности, падения ВВП в стране, это было как следствие.
А главная причина сокращения экономической активности была связана с изменившимися условиями кредитования для российских компаний, многие кредитные рынки оказались закрыты и многим компаниям пришлось срочно пересматривать свои инвестиционные планы, прибегать к помощи государства для реструктурирования своих долгов. Но это в первую очередь сказалось на резком сокращении инвестиций, вслед за этим по цепочке сократился ВВП, довольно ощутимо упала строительная деятельность, в сфере услуг, машиностроительный комплекс, который очень сильно зависел от кредитов, там везде наблюдалось быстрое сокращение объемов производства.

Сергей Сенинский: В России объемы антикризисных мер правительства оказались значительно скромнее, чем, например, в странах Западной Европы, в Соединенных Штатах или в Китае, если оценивать их в процентах к общему объему ВВП.
Кроме того, львиная доля всех этих средств осела в банках. А ввиду отсутствия в стране, как и во многих других, массива так называемых "качественных" заемщиков, то есть тех, которых банки готовы кредитовать без особых опасений, эти деньги в реальную экономику почти не попали. То есть их инфляционное давление было умеренным?.. Евгений Гавриленков, компания "Тройка-Диалог":

Евгений Гавриленков: По ряду причин может быть Россию не очень корректно сравнивать со многими другими странами по масштабу антикризисных мер. Потому что если мы посмотрим, допустим, на американскую экономику, на те меры, которые принимал федеральный резерв и казначейство, то, например, увеличение дефицита бюджета и расходы бюджета в Америке в этом году, если мне память не изменяет, увеличиваются процента на 22-23. Это что-то такое уникальное. И если дефицит бюджета измеряется в Америке порядка 12-11% ВВП по итогам года – это резкий скачок с традиционных 3-4% до двухзначных цифр. Поэтому здесь можно примерно оценивать относительно влияния антикризисных мер по масштабам увеличения дефицита бюджета.
В России же мы каждый год имели совершенно немыслимую динамику бюджетных расходов, они каждый год увеличивались на 30, а в 2007 году на 40%. В этом году увеличение бюджетных расходов на те же самые традиционные 30% я бы никак не относил к антикризисным мерам – это то, к чему экономика привыкла, это то, что ее перегревало. Просто в этом году другие факторы, такие как внешние заимствования, торможение роста денежной массы, вот они скорее приводят к замедлению инфляции.

Сергей Сенинский: Значит ли это, что и новые вливания государства в банковскую систему, если они будут, не сильно повлияют на общий рост цен в стране?

Евгений Гавриленков: Думаю, что никаких особых мер со стороны властей не требуется. И проблема качества заемщиков во многом проистекает из высокой инфляции и из высокого уровня процентных ставок. Когда стоимость заимствования исчисляется двузначными цифрами, 14 сейчас средняя ставка по кредитам, а в начале года это было и 20, и 30%, очень сложно найти заемщика, который мог бы увеличивать объемы прибыли такими же высокими двузначными цифрами. Поэтому здесь речь идет не только о качественном заемщике, но о недопустимо высокой инфляции, которая делает такое кредитование очень проблематичным.

Сергей Сенинский: Прирост денежной массы в России в 2009 году составит 12%. В 2010 году он может быть вдвое большим – без ускорения инфляции, заявил министр финансов Алексей Кудрин.
Но, вспомним, даже удвоенные темпы 2009 года окажутся вдвое меньшими, чем 40%-ый прирост в "предкризисном" 2007 году, и на треть меньшими, чем в уходящем 2009-ом!..

Алексей Кудрин: Главное, если снова эта цифра будет в следующем году расти до 30-40, тогда инфляция может вырасти. Если она останется на уровне 20%, 25%, тогда у нас инфляция будет задана, железно уложится в 7,5%. Прирост денег в экономике является главным базовым фактором инфляции.

Сергей Сенинский: Масса "качественных" заемщиков для банков в одночасье в стране не появится. А это значит, что и уже имеющиеся у банков деньги, и даже новые "антикризисные" от государства, если они вообще будут, в экономику поступят лишь малой частью. В чем же тогда инфляционная опасность такой ситуации? Владимир Тихомиров, компания "Уралсиб-Кэпитал":

Владимир Тихомиров: Если деньги не инвестируются, не предоставляются компаниям или гражданам в форме кредитов, то, конечно, они висят на балансах банков и банки, как правило, пытаются найти применение этим деньгам, значительно увеличиваются, как правило, инвестиции в ценные бумаги, это создает дополнительные пузыри на фондовом рынке. Плюс к этому идет спрос на любые ликвидные активы. Отчасти это может быть недвижимость уже готовая, отчасти могут быть какие-то другие активы. Но в любом случае это подогревает спекулятивный спрос на ликвидные активы и вслед за этим подогревается инфляция. Еще к тому же, если есть большие денежные балансы в компаниях или банках и эти средства не инвестируются, то есть угроза того, что часть этих средств может пойти на оплату труда или на выплату премиальных сотрудникам, что будет повышать зарплаты, но будет способствовать подогреву потребительского спроса и соответственно оказывает давление на цены. Поэтому несомненно без роста кредитования сам по себе значительный рост денежной массы – это инфляционный момент, и это очень опасно.

Сергей Сенинский: Начала роста общих объемов кредитования в стране многие эксперты ожидают в первой половине 2010 года, признавая, однако, что пока признаков этого немного...

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG