Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Пастухи и коляды. Празднование Рождества в Грузии


Ирина Лагунина: Праздник Рождества в четверг встретили Русская, Сербская, Иерусалимская и Грузинская православные церкви. О том, как это происходило в Тбилиси, рассказывает наш корреспондент Георгий Кобаладзе.

Георгий Кобаладзе: В Грузии часто можно услышать, что новый год на самом деле наступает в ночь на 7 января. Дело в том, что грузинская православная церковь, как и некоторые другие православные церкви, живёт по Юлианскому, а не Григорианскому календарю.
40-дневной пост истекает после праздничной литургии на рассвете дня Рождества Христова. Только после этого верующие могут прикоснуться к животной пище, вкусить блюда богатой национальной кухни и выпить вино.
А вот в календарную новогоднюю ночь, то есть 31 декабря в этой радости они себя, конечно, ограничивают. Неудивительно, что 7 января в Грузии называется «Шоба - Ахали цели», то есть «Рождество и Новый год», а не наоборот.
Во всех действующих храмах собираются тысячи верующих. Многие молодые люди при этом стараются выехать на своих «джипах» из городов в далёкие монастыри. В этом – примета нового времени: христианская вера проникает в наиболее успешный и преуспевающий социальный слой. Причём, в большинстве своём их вера не показная, не «модная», а вполне искренняя.
Центральным событием праздника стало богослужение в кафедральном соборе Святой троицы, который построен на горе в центре Тбилиси всего несколько лет назад.
Несмотря на позднюю ночь, многие тбилисцы пришли с семьями. В том числе малолетними детьми. В рождественской проповеди, Католикос-патриарх Всея Грузии Илья Второй заявил, что власти должны уделить больше внимания науке и осудил сквернословие в среде молодёжи. Кроме того, патриарх вновь подчеркнул, что Абхазия и Южная Осетия не потеряны для Грузии. Он выразил уважение и любовь к «братскому абхазскому и осетинскому народам», спасение которых, по словам главы Грузинской православной церкви, «возможно только в составе единой Грузии».

Ирина Лагунина: За торжествами в Тбилиси следил наш корреспондент Георгий Кобаладзе. Рождество – один из самых светлых и радостных праздников в христианском мире. Праздник, который наполнен поэтикой истории и традициями. Именно поэтому так любопытно сравнивать ритуалы празднования и их неповторимость. Чем примечательно Рождество в Грузии? Об этом мы беседуем с грузинским этнологом, сотрудницей Института истории и этнологии имени Джавахишвили Нино Гамбашидзе

Нино Гамбашидзе: Вообще-то я вам расскажу, и вы потом сами догадаетесь, что особенного в Грузии. По новому календарю считается, что 25 декабря – это 7 января. Наша церковь так празднует это. 25 утром, когда появлялась первая звезда на небе, мужчины, а потом позже дети собирались, женщины могли быть среди колядующих. В старину мужчины одевались как пастухи и обходили все село. Приходили к каждому двору и пели песни коляды. И все ожидали их приходы. К кому они приходили, считалось, что это огромный подарок со стороны колядующих. В песнях они желали добра, говорится, что они сообщают о рождестве Христа. Фактически этот ритуал возобновляет то явление, которое имело место при рождестве Христа, когда перед пастухами появились ангелы и сообщили, что родился Христос. И они радостно шли к тому месту, где он родился, по дороге они всем сообщали, что родился Христос. Когда они подходили к каждому дому, из дома выходили и подавали им специальные выпеченные хлеба ритуальные. У них были разные названия по разным регионам Грузии. Давали яйцо обязательно, деньги или то, что у них было. Потом колядующие собирали все, что им давали и вместе праздновали. Так что общее веселье было, они приходили в гости к каждому дому.

Ирина Лагунина: Нино, и эта традиция характерна и одинакова для всех районов Грузии?

Нино Гамбашидзе: В одном регионе, например, была такая традиция: до Рождества они убивали ворону, нанизывали ворону на палку и когда приходили к дому, они показывали эту ворону тем, которые жили в этом доме.

Ирина Лагунина: Нино, а почему именно ворона? Что символизирует ворона?

Нино Гамбашидзе: Ворона, когда я заинтересовалась по старым традициям, это может быть странно, но считалось, что это символ Христа.

Ирина Лагунина: Напомню, мы беседуем с грузинским этнологом Нино Гамбашидзе. Нино, давайте прервемся на минуту и послушаем один из вариантов Алило.
Нино, мне сегодня очень повезло – меня мои грузинские коллеги угостили рождественским пирогом-хлебом. Это что-то среднее между кексом и обычным хлебом, но только с орехами, цукатами и, по-моему, медом. Очень вкусно. Причем сделан он так, что если его поднять на руки, то он размером с младенца, как бы младенец в пеленках. Но я так понимаю, что это – не единственная разновидность рождественского грузинского хлеба.

Нино Гамбашидзе: Есть специальный рождественский хлеб ритуальный. Кладут внутрь яйцо и таким образом это называется рождественским хлебом. А в другом месте просто может быть без начинки, просто они назывались по-разному в разных регионах.

Ирина Лагунина: А что характерно для грузинского рождественского стола? Ведь до 7 января или до 25 декабря длится 40-дневный пост, и только с рассветом начинается праздничный стол. Что на нем обычно стоит?

Нино Гамбашидзе: Очень характерно по традициям. Вы знаете, что мы больше празднуем новый год, потому что нам запрещали праздновать Рождество. Но раньше в деревнях обязательно делали кашу к Рождеству. И ритуалы были связаны с этой кашей. В некоторых местах старший в доме мужчина варил эту кашу и когда была каша готова, он брал эту кашу немножко, выносил во двор и мазал этой кашей деревья, чтобы они росли и плодоносили. Вот такие традиции были.

Ирина Лагунина: А традиция наряжать дерево?

Нино Гамбашидзе: Это уже на новый год у нас специальное дерево. Ореховую палку брали и настругивали. Вешали на палки, нанизывали разные сладости, яблоко, деньги. Это в западной Грузии.

Ирина Лагунина: Мы беседуем с грузинским этнологом, сотрудницей Института истории и этнологии имени Джавахишвили Нино Гамбашидзе. Грузия – страна многонациональная и удивительно разнообразная. Например, прихожане армянской апостольской церкви отмечают сразу два праздника, причем 6 января, – Рождество Христово и Крещение. Наш корреспондент в Грузии Олеся Вартанян побывала сегодня в армянском селе Сатха в Джавахети.

Олеся Вартанян: Армянская музыка и улюлюкивание односельчан сопровождало традиционный рождественский заплыв в селе Сатха. В 20 градусный мороз пять местных молодцов в одних плавках залезли в полузаледеневшую речку, чтобы выиграть традиционное соревнование и получить рождественский подарок. По местной традиции победителем становится тот, кто быстрее доплывет до деревянного креста, брошенного у другого берега реки. "Слушайте сюда – я скажу один-два-три, и только тогда вы погрузитесь в воду".
В этом году победителей оказалось двое. Они получили по 50 долларов и прямиком босыми ногами по снегу побежали греться домой.
Этот заплыв хоть и осуществляют каждый год в церковный праздник, но как говорят местные священники, ничего общего с церковными традициями этот обычай не имеет и свои корни берет из язычества.
Армянская апостольская церковь 6 января отмечает как рождество Христово, так и Крещение. Армянские церковники говорят, что дата праздника отличается от других христианских церквей, так как армянские служители в течение веков не переходили на календари старого или нового исчисления.
Ход рождественской и крещенской службы мало отличается от того, что происходит в эти праздники в католических или православных церквях. Знаменательно то, что в этот день в армянской церкви выбирают крестного отца креста, которым освящают воду.
По традиции крестный отец должен помогать местному священнику вести службу и выполнять различные церковные обычаи в течение года.
Мкртыч Нанаян в этом году стал таким крестным в селе Сатха, но признается, что мало что знает о том, что же его должность подразумевает. В течение многих лет такой традиции в его селе не было, и все что в течение многих лет приходилось делать крестному отцу, было – давать 6 января деньги священнику и накрывать большой стол.
Рассказывает Мкртыч Нанаян.

Мкртыч Нанаян: У нас только-только люди узнают о том, что на этот праздник должен быть выбран крестный. В советское время коммунисты в нашем храме устроили сарай, хранили тут зерно. А до прихода советской власти мой дед служил в этом храме, он был помощником. И когда мне предложили стать крестным в этом году, я решил, что вот так смогу почтить честь моего деда. Ничуть не пожалел и очень всему этому рад.

Олеся Вартанян: В Джавахети около 80 тысяч человек -- прихожане армянской апостольской церкви. Многие из них не крещенные и четко не соблюдают церковных традиций.
Только в последние годы армянская церковь начала интенсивно привлекать местных людей в церковь. Но, как говорят местные священнослужители, это пока имеет малый эффект.
Это можно было увидеть и сегодня. После церковной службы люди забирали освященную воду к себе домой. По церковному наказу, воду должен выпить крещенный человек, у которого есть проблемы со здоровьем. Многие же армяне Джавахети эту воду выливают в домашние цветы и по углам дома, что по их поверью принесет прибыль в дом.
Местный священник отец Армаш называет этот обычай остатком язычества, с которым армянская церковь собирается бороться.

Отец Армаш: Здесь довольно верующий народ, но их церковные традиции часто не соответствуют тому, что есть в других армянских приходах. Мы их потихоньку приучаем, как надо себя вести и во что верить, чтобы здесь служба велась воедино со всеми армянскими церквями мира. Мы мало-помалу вносим некоторые изменения, которые для местных станут правилом, хотим мы того или нет.

Ирина Лагунина: В армянском селе в Джавахети побывала наш корреспондент Олеся Вартанян. Вернусь к разговору с этнологом, сотрудницей Института истории и этнологии имени Джавахишвили Нино Гамбашидзе. Нино, Рождество во всем христианском мире – в какие бы числа оно не отмечалось, - это время благотворительности. В Грузии осталась или, может быть, возродилась сейчас эта традиция?

Нино Гамбашидзе: Да. В старину, я помню, мне тоже рассказывали мои предки, что в этот день особенно старались помочь. Вообще в Грузии, вы знаете, у нас помощь к тем, кто страдает или кто нуждается, без рождества тоже очень принято. Потому что один другому помогает, что никто об этом не знает – это наша каждодневная традиция. Но во время праздника особенно, конечно. И в деревнях, в старину вся деревня старалась помочь тем, что нуждался. И конечно, эта помощь была общей помощью. Сейчас это возродилось, 10 лет назад церковь возродила традицию хождения после рождественской литургии, когда люди, просто прохожие, из магазина выносят сладости и эти сладости собираются и потом в детских садах разносятся. Это очень благотворительный характер.

Ирина Лагунина: Нино, давайте послушаем еще один вариант рождественского песнопения Алило.
Мы в предыдущем выпуске программы рассказывали о том, как празднуют Рождество в Сербии. Там эта традиция тоже в последние годы возрождается после социалистических времен. И там тоже все больше людей празднуют этот праздник, но вот специалисты сомневаются, насколько это – даже не дань моде, а, скажем так, ритуальный праздник, а насколько на самом деле духовный и религиозный. И молодежь, как выясняется, перенимает и западные традиции, например, ставить елку, и старые сербские – приносить в дом молодой дуб. Но это – чисто ритуальное восприятие праздника. Вот в Грузии, как рассказывал наш корреспондент Георгий Кобаладзе, тоже явно виден этот интерес молодежи к Рождеству, вернее, к празднованию Рождества. Вы написали диссертацию об этом, вы побывали во многих регионах страны, исследуя рождественские традиции. Ваше ощущение – это молодых грузин это ритуал или это в первую очередь церковный, религиозный, духовный праздник?

Нино Гамбашидзе:
Нет, это и духовный, и ритуальный. Я бы не могла отделить. Потому что очень много людей сейчас ходят в церковь и для них это христианский церковный праздник.
XS
SM
MD
LG