Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Вероника Боде: Сегодня наша тема - проблемы российской молодежи и отношение к ним общества. Что больше всего беспокоит молодых людей? Каково отношение в обществе к молодежным политическим движениям? Как оценивают молодые люди итоги 2009 года?

Наши гости – социолог Левада-Центра Денис Волков, аспирант факультета журналистики МГУ Роман Гудяков. И по телефону из Воронежа участие в программе принимает Анна Добровольская, член координационного совета Молодежного правозащитного движения.

К слушателям на нашем форуме в Интернете я обратилась с вопросом: «Какова, на ваш взгляд, главная проблема российской молодежи?».

Вот что пишет Руслан: «Отсутствие свободных и оппозиционных средств массовой информации. Путинская пропаганда по всем телеканалам, доступным большинству населения. Зомбируемость».

Василий: «Главная проблема молодежи - ее распущенность из-за отсутствия родительской любви, строгости и ласки. Одним словом – безотцовщина».

Леонид из Ростова: «Мне кажется, главная проблема молодежи - беспринципность. Ведь в протестных «несогласных» - молодых несколько десятков, а в прокремлевских - десятки тысяч холуев. Студенческая учеба превратилась в рынок, оценки, зачеты, дипломы продаются, только что прейскурант не вешают. Ведь во все времена студенчество было самым протестным слоем общества, власть это знает и покупает всяких «наших» или спаивает «Клинским».

Галина Алексеевна: «Много главных проблем, а вот еще самая главная: лишение молодежи веры в силу и могущество труда».

Юля из Москвы: «Главная проблема российской молодежи в том, что они родились в России, в стране с «недружественным интерфейсом».

Прейсман: «Отсутствие демократии и рыночной экономики».

Женя из Кельна: «Непонимание, нехватка родительской любви и поддержки, или вообще отсутствие нормальной семьи - вот главная проблема любой молодежи. Возможностей у них сегодня достаточно в любой стране».

Тутси пишет: «Единственная проблема российской молодежи – отсутствие чувства патриотизма».

«Посторонний»: «Главной проблемой большинства молодежи является угодливость, ограниченность, беспринципность. Откуда взяться другой?».

Сергей из Питера: «Да такая же, как и мы, нормальная молодежь».

Борис из России: «Всегда и всюду проблема молодежи - молодость. Но это, как правило, с годами проходит».

Уважаемые гости, попрошу комментарии. Денис, что запомнилось вам, что привлекло ваше внимание? Какие ответы наиболее типичны? И что ваши респонденты называют в числе основных проблем молодежи?

Денис Волков: Я думаю, что здесь нужно выделить две вещи. Первое, и то, что прозвучало в ответах, - представители разных общественных групп, исходя из своих собственных интересов, из своих мировоззрений, точки зрения на то, как должна быть устроена страна, общества, они приписывают молодежи те или иные проблемы. То есть это, скорее, не проблемы молодежи, а проблемы этих групп, и они проецируют их на молодежь. Этому удивляться не стоит, так происходит со всеми проблемами молодежи, общества, истории, и в этом ничего удивительного нет.

И второе – то, что мы можем говорить из опросов общественного мнения, которые проводит Левада-Центр, здесь, наверное, наиболее интересно, как сама молодежь, вот эта группа, оценивает проблемы, насколько они отличаются от того, как общество в целом смотрит на свои проблемы. И здесь на первых местах те же самые проблемы экономические, они распространены и волнуют все достаточно бедное российское общество. Чуть чаще молодежь говорит о распространении наркомании, алкоголизма в молодежной среде. Но здесь это идет, скорее, за счет молодежи, которая живет в провинции, в малых городах, где эти проблемы действительно сильно распространены.

А какие проблемы еще наиболее распространены, в отличие от общества в целом, - это те, которые родители молодых людей, так или иначе, решили уже. То есть это жилье, работа, семья. Вот эти проблемы связаны с этими тремя, наверное, вещами, и они молодежь волнуют больше, чем население в целом.

Вероника Боде: То есть, скажем, на первом плане какие-то экономические, бытовые проблемы, а не политические?

Денис Волков: Ну да, особой проблемы в политике молодые люди сегодня не видят. И здесь можно говорить о многих причинах, но одна, наверное, из главных – это то, что молодежь более позитивно смотрит на жизнь в целом. Поскольку молодые люди в России, если сравнивать с другими странами, намного чаще живут с родителями и пользуются их поддержкой, долгое время несамостоятельны. У молодых людей впереди целая жизнь, поэтому многие проблемы, кажется, еще можно решить. Если с пожилыми сравнивать, им уже это недоступно, а молодые люди могут еще решить. И часто, я думаю, и в России, и в других странах молодежь иногда неадекватно, что ли, оценивает свои возможности, они чуть лучше думают о том, на что они способны, насколько хороши их ресурсы, у части молодых людей потом эти надежды не реализуются. Но пока люди молодые, они склонны завышать свои возможности, и это ведет к большему оптимизму.

Вероника Боде: Роман, что ваше внимание привлекло среди прозвучавших мнений слушателей? Может быть, с чем бы вы согласились? Или, может быть, вы назовете главную, с вашей точки зрения, проблему молодежи?

Роман Гудяков: Мне кажется, что все те проблемы, которые были названы, этот список, каждый человек, который задумывается о том, что можно назвать проблемами молодежи, он назовет эти проблемы. Запомнилось, конечно, про СМИ, так как я их тоже в какой-то степени сегодня здесь представляю.

Вероника Боде: А насколько это серьезная проблема, с вашей точки зрения?

Роман Гудяков: Безусловно, очень серьезная проблема. Диктат рейтинга – это, на мой взгляд, вообще очень большая проблема. Потому что рейтингом можно оправдать все, появление абсолютно любой вещи в эфире. Грубо говоря, если мы поставим классическую музыку по шести каналам, то она тоже наберет рейтинг, но это совершенно не значит, что другая программа наберет больший или меньший рейтинг.

Но мне хотелось бы все эти проблемы – алкоголизм, проблемы, связанные с самореализацией, с самоидентификацией, - объединить, наверное, одной большой проблемой. Я выскажу несколько парадоксальную мысль. Мне кажется, что проблема молодежи состоит в том, что сама молодежь довольно плохо себе представляет, может быть, слабо догадывается о том, что у нее есть проблемы. Я бы назвал эту проблему более широко – это проблема наставника. Перед молодежью очень редко демонстрируются сегодня различные образцы высокого, скажем, литературы, кино, опять же музыки, живописи, театра. Складывается очень парадоксальная ситуация: мы живем в эпоху, когда посмотреть что-то, прочитать что-то очень просто – Интернет дает любые сегодня возможности, тем более, еще и законодательство не очень урегулировано, но насколько это парадоксально, ведь не смотрят, не знают, мало того, слабо подозревают о существовании.

Я могу рассказать про свой опыт. Мы с друзьями проводили небольшой киноклуб абсолютно бесплатный для всех желающих в центре Москвы и показывали там, с нашей точки зрения, великое кино - Тарковский, Феллини. Может быть, для нас это уже даже несколько попсовые, но для всех остальных это были неизвестные фамилии. И вот говорят, что молодежь не тянется, не хочет. По-моему, два-три вечера – и 18-летние, совершенно никак не подготовленные люди, с огромным удовольствием участвовали в обсуждении фильмов, смотрели их, уже сами начинали интересоваться и спрашивали нас о том, что посмотреть, что из современного мы посоветуем и так далее.

Поэтому мне кажется, что чем больше мы будем культивировать это в СМИ... Это касается очень многих проблем, это не только культурные проблемы. То же самое касается образа жизни, культивируемого в СМИ, и так далее. Наверное, проблема наставников, в самом широком смысле этого слова. Это и клубы по интересам. Зачастую эти клубы сегодня есть, но это требует огромного количества денег. Например, авиаклуб какой-нибудь, авиамоделирования – сегодня это очень тяжело, и наверное, только богатые люди могут себе это позволить. В Москве, может быть, проблема меньше, но по России, я думаю, она в разы больше.

Вероника Боде: Анна, что, с вашей точки зрения, является основной проблемой или основными проблемами российской молодежи?

Анна Добровольская: Я во многом очень согласна с Романом, когда он говорит о проблеме того, что у современных молодых людей действительно сейчас очень мало образцов для подражания, очень мало наставников, очень мало тех, кто может помочь им определиться в жизни, а не навязывать ту или иную точку зрения, которая, может быть, выгодна тем или иным политическим силам. Я тоже прочитала комментарии, которые слушатели оставляли на сайте, там довольно много проблем выделено. Но мне хотелось бы отметить, наверное, общую проблему, она во многом схожа с тем, что говорил Роман, - это некая утрата возможности позитивного сценария. То есть сейчас многие люди, и не только молодые, но и взрослые, и это не всегда связано с тем, какой у них социальный статус или образование, они уверены в том, что ничего хорошего уже быть не может, что мир движется в очень страшную сторону, что ничего нельзя изменить, тем более, ничего нельзя изменить руками молодых людей. И когда мы, например, в своей деятельности очень много работаем с молодежью, эта проблема у нас встает чаще всего. Мы как раз пытаемся находить тех людей, которым интересно, в первую очередь, менять ситуацию вокруг себя. И как правило, самая большая проблема для них – это отсутствие уверенности в себе, что можно что-то изменить. Потому что опыт, который они видят вокруг себя, все то, что происходит, - это: «Вы – никто, вы не можете ничего сделать. Это слишком сложно, и лучше не надо пытаться».

Вероника Боде: Анна, а насколько велик интерес к вашему движению среди молодежи? Насколько активно она готова принимать участие в нем?

Анна Добровольская: Это сложный вопрос. С одной стороны, есть такая проблема, что у нас не очень большой выход на молодежь. То есть мы можем находить молодых людей только в тех городах, где расположены наши отделения, где есть люди, которые занимаются либо гражданской, либо правозащитной деятельностью. Например, у нас фактически нет доступа в большие, официальные средства массовой информации, которые читает большое количество молодых людей. Этот канал тоже для нас закрыт. То есть весь доступ, который у нас есть, - это либо личные контакты, либо Интернет. И фактически к нам попадает не очень большое количество людей.

Вероника Боде: Но, тем не менее, вот среди этих людей.

Анна Добровольская: Среди тех, кто попадает к нам, интерес достаточно большой. Это либо люди, которые являются активистами каких-то студенческих групп или движений, профсоюзов, чего угодно, либо люди, которые уже столкнулись с какими-то проблемами. И они понимают, что либо могут что-то сделать, либо просто не могут молчать, не могут не реагировать на то, что происходит вокруг них.

Вероника Боде: Давайте теперь послушаем голоса россиян, записанные корреспондентом Радио Свобода Ладой Леденевой. «Как вы относитесь к молодежным политическим движениям?», - на этот вопрос отвечают жители Пятигорска.

- Я считаю, что это хорошо. Но они инертные, они не хотят участвовать даже в выборах. Не знаю почему. Или они не верят...

- Очень хорошо, но не в таком виде, в каком сейчас – в политику за «бабки» привлекают.

- Я считаю, молодежь должна расти активной и заниматься, кроме секса и еды, тем, что обеспечивает их будущее.

- Раз коммунисты все, извините за выражение... какая может быть смена, когда олигархи все богатства, все себе заграбили. А раз деньги, то ничего не исправишь. И молодежь не поможет.

- Конечно, я хорошо отношусь. Я считаю, это должно быть в России. Главное, у молодежи есть рвение и желание улучшить свое будущее.

- Молодежь в политике – мне кажется, это бесполезно. Им не дадут, просто задушат.

- У нас в городе нет молодежных политических движений.

- Хорошо. Молодежь везде должна участвовать.

- Я, например, своим бы не желала, потому что это очень ответственно и очень хлопотно.

- Средненько. Мне кажется, у них нет того, что было у нас. Работоспособности – раз, уважения к старшим – два.

- Молодежь должна расти, набираться опыта. Конечно, хорошо. Могут, конечно, использовать в своих целях. Политическая грязная борьба.

- Смотря к каким молодежным движениям, они же разные. Я негативно отношусь к скинхедам. Мы же всегда дружно жили.

Вероника Боде: Денис, а вы задавали такой вопрос респондентам вашего Центра? И кстати, каково отношение к такой молодежной организации, как комсомол?

Денис Волков: К комсомолу достаточно позитивное отношение, и здесь, скорее, старшее поколение делает погоду, поскольку все, что связано с историей, различные события, организации, личности, которые были еще 20 лет назад, молодые люди попросту не знают и не могут определиться со своим мнением по большей части. И здесь погоду делает именно старшее поколение. Отсюда идет позитивная оценка, в первую очередь.

Что касается молодежных политических организаций, допустим, мы спрашивали про организацию «Наши», и ее достаточно хорошо знают и среди молодежи, и среди других групп. Но участвовать, скорее, не готовы, то есть не поддерживают. Поскольку говорить о какой-то идеологии у «Наших», в России сегодня вряд ли можно. И что касается уже не опросов общественного мнения, а какой-то экспертной оценки, то мне кажется, что когда мы говорим о молодежных политических объединениях и движениях, мы слово «политические» должны брать в кавычки. Поскольку здесь три проблемы, на мой взгляд, по крайней мере, есть. Это проблема публичности. А поскольку публичной политики в России нет, и не только молодежь, но и, условно говоря, взрослые, и об этом говорила Анна, что разные группы сегодня имеют разный доступ к ресурсам, к средствам массовой информации, здесь полная монополия не государства, наверное, а власти, и другие группы исключены из этого процесса, не могут конкурировать с государством, поэтому публичности как таковой нет.

Вторая проблема – это проблема субъектности. И те движения, которые мы видим, молодежь там, скорее, выступает как объект. И манипулируют, скорее, старшие. И это не только власть, мне кажется, делает сегодня, это делали и многие политические партии чуть-чуть до этого, когда был какой-то плюрализм политический.

И третья проблема – это проблема борьбы за власть. «Наши» говорят, сколько они покрасили лавок, сделали добрых дел – это не политика. Политика – это борьба за власть. Когда молодежь формулирует свои проблемы и старается их решить - вот тогда это политика. А иначе это что-то другое.

Вероника Боде: Роман, в вашей студенческой, аспирантской среде каково отношение к молодежным политическим движениям, общественным инициативам?

Роман Гудяков: Если говорить про журфак, то, наверное, очень спокойное отношение. В целом мало интереса проявляют, чтобы вступить в эти организации, фактически не знаю примеров. Но вот уже не студенты, а постарше, лет 20-28, которые уже где-то работают и довольно серьезные, мои друзья, они иногда говорят о том, что «нам бы хотелось создать что-нибудь, когда мы уже будем занимать определенные посты в государстве, нам бы очень хотелось создать какой-нибудь союз из 50-100 человек». И они как-то могут, наверное, это сделать.

Вероника Боде: А с какой целью создать союз?

Роман Гудяков: С этим, наверное, больше проблем. Я думаю, что здесь не обходится без поддержки, скажем так, со стороны государства, может быть, каких-то намеков. Все мы уже люди взрослые, и понятно, что просто так такие идеи не возникают, наверное.

Что касается студентов, еще раз говорю – нет. И в основном, мне кажется, вступление сегодня в подобные организации молодежные – это либо романтизм, причем очень наивный, по-моему, либо это действительно желание в будущем что-то определять, и в первую очередь, индивидуально и для себя.

Вероника Боде: С пейджера. «Мне страшно за нашу молодежь – наркоманией, алкоголизмом страдает четверть молодых людей. Моему сыну 10 лет. Страшно за него. В школе распространяют наркотики и алкоголь», - пишет Андрей из Одинцова.

А Сергей Митрофанов из Москвы считает, что главная проблема российской молодежи – это воинская обязанность для мужчин. Вот еще один аспект проблемы.

Анна, а чем занимается ваше движение, ваша организация, какими вопросами?

Анна Добровольская: У Молодежного правозащитного движения довольно сложная миссия. Можно сказать, что наша деятельность делится на три основных направления. Первое – это работа с молодыми людьми, скажем, от уровня тех же киноклубов, кинодискуссий, которые Роман упоминал, до того уровня, что мы просто приглашаем их в какие-либо альтернативы совершенно разные. То есть либо в гражданские организации, либо в правозащитные организации. Помогаем им создавать свои собственные инициативы, помогаем, в том числе, ресурсами там, где можем, например, напечатать какую-нибудь студенческую газетку, помочь ее распространить, помогаем консультациями, как бороться с теми или иными проблемами общественными, либо как найти людей, с которыми хочется что-то делать вместе.

Второй наш уровень – это именно правозащитная деятельность. Мы, будучи, скорее, молодежной организацией, занимаемся не всегда проблемами только молодежи. То есть мы приглашаем молодых людей именно во взрослую правозащиту, в которой пытаемся решать довольно глобальные и насущные проблемы, которые стоят не только перед молодыми людьми, но, скорее, перед обществом в целом. И можно сказать, что миссия МПД, когда оно создавалось, была в том, чтобы создать новое поколение правозащитников. То есть пригласить в правозащиту молодых людей, у которых, возможно, будет какое-то новое видение, новые ответы на те проблемы, которые перед нами стоят.

И третий компонент – это обучение. То есть мы учим тому, что такое права человека, откуда они взялись, почему они нужны. И учим этому как, скажем так, обычных молодых людей, то есть студентов, молодых активистов, кого угодно, начиная от школьников и заканчивая молодыми преподавателями. И также мы делаем профессиональные образовательные программы для тех, кто уже выбирает для себя правозащитную стезю, то есть учим молодых правозащитников.

Вероника Боде: Горчицкий из Москвы пишет: «Главная проблема молодежи, как и всего российского народа, - это полицейское государство».

Никита пишет: «Думаю, что главные проблемы молодежной части общества - меня и моих сверстников - цель и средства. Цель одна - деньги. А средств ее достижения много. А нет денег - ты не человек. У многих девушек же собственными капиталами и источниками дохода является красивая внешность и умение ею пользоваться. Девушек меньше и они стоят дорого (а по мне так социальная проституция хуже открытой)».

Сергей пишет: «Одиночество и отсутствие понимания родителей - основная проблема. А также трудно найти партнера или партнершу по сексу». Тоже проблема.

А мне сейчас хотелось бы с участниками программы обсудить еще одну тему. Закончился 2009 год, у нас была одна из программ специально посвящена тому, как оценивают россияне его итоги, его основные события. А сегодня хочу узнать мнение молодых людей на ту же тему. Прежде всего, Денис, среди ответов россиян на вопрос об итогах года, можно ли выделить группы молодых людей? И если «да», то сильно ли отличаются их ответы от ответов основной массы респондентов?

Денис Волков: Во-первых, ответы молодых людей не сильно отличаются от ответов общества в целом. И это можно объяснить тем, что все-таки сегодня основную картину действительности, картину происходящего задает Российское телевидение, государственные каналы. И это может показаться смешным в крупном городе, поскольку мы видим, что молодежь крупных городов отходит от телевизора, это не так интересно, поскольку оно не дает того, чего хочет молодой человек или девушка, но они сегодня могут это найти в кабельном телевидении, в Интернете, где угодно.

Вероника Боде: А все-таки события года какие молодые люди выделяют?

Денис Волков: Несколько важнее и несколько чаще у молодых людей звучат такие события, как проведение «Евровидения» в Москве, различные победы российских спортсменов. То есть это, с одной стороны, более позитивная картина происходящего, с другой стороны, отражает то, чем интересуется молодежь, а это, прежде всего, различные развлечения – музыка, спорт – то, что не так характерно для старших поколений. Вот здесь основные различия, но в целом картина примерно такая же, как и для общества в целом, и здесь на первом месте различные катастрофы.

Вероника Боде: А Человеком года так же для молодых людей, как и для всего остального общества, остается Владимир Путин, как и в прошлые годы, да?

Денис Волков: Да.

Вероника Боде: Роман, с вашей точки зрения, главное событие (или события) года и Человек года.

Роман Гудяков: Мне довольно сложно говорить о событии года и Человеке года. Например, в этом году умер Лосев. И вообще мы очень много больших, великих людей потеряли в этом году. По-моему, я слышал, что на Западе смерть Тихонова какой-то очень большой всплеск вызвала, если я не ошибаюсь, а у нас – тем более. Поэтому, наверное, год прошел под знаком потерь.

А событие года... так как я здесь все-таки университет представляю, наверное, это первый год, когда был введен госэкзамен именно при поступлении. И как все ожидали, ничего очень положительного или каких-то плюсов и сдвигов, мне кажется, это не принесло. Потому что, например, на журфаке был проведен диктант, один из диктантов, который всегда проводится на первом курсе, и те студенты, которые имели за ЕГЭ 90-98 баллов, в итоге набрали 35 ошибок. Дело даже не в том, что их так много, дело в том, какие это ошибки - «нравитца» и тому подобные вещи. Может быть, это влияние Интернета. Но насколько можно это исправить в этом возрасте? В общем-то, преподаватели, а особенно кафедры стилистики, били просто в колокола по этому поводу.

Вероника Боде: Анна, с вашей точки зрения, основное событие (или события) года и Человек года.

Анна Добровольская: Я, наверное, буду несколько более пессимистична, чем мои коллеги. Для меня одним из главных событий года стала опять же продолжающаяся цепь убийств и гибели журналистов, правозащитников. И Человеком года мне бы хотелось отметить Наталью Эстемирову и, наверное, Олега Орлова, одного из руководителей Центра «Мемориал». Дело в том, что 2009 год стал в этом плане еще хуже, чем 2008-ой. И мы очень надеемся, что в 2010-ом в этом плане будет гораздо легче, что не так много людей будут страдать из-за своих убеждений, из-за своей деятельности, потому что они не могут молчать.

Вероника Боде: С пейджера. Валерий из Сызрани пишет: «Трудно молодежи без жизненного опыта и правильных ориентиров в безнравственном обществе, идеологией которого является нажива и стяжательство. Да еще когда молодежь используют в своих интересах криминальные дядьки. Поэтому целое кладбище из молодых гангстеров».

И звонок у нас есть. Валентин из Рязани, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Я думаю, что все-таки основная беда молодежи, да и людей поживших - это их неорганизованность. И в этом смысле я очень благодарен Медведеву, который перед новым годом придал нам статус внесистемных, не безсистемных, а именно внесистемных. Действительно, мы не ходим на выборы... на такие выборы, не голосуем за их партию, да, находимся вне их системы. Как вы считаете, придание нам такого статуса что-либо изменит?

Роман Гудяков: Как таковое придание статуса, наверное, не изменит ничего.

Денис Волков: Я не совсем понял вопрос, в чем он заключался, поэтому мне сложно прокомментировать.

Вероника Боде: Владимир из Тульской области, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Та молодежь под названием «ОМОН», вот вы среди них пробовали агитацию вести? Ведь их же тысячи и тысячи.

Вероника Боде: Это, наверное, вопрос к Анне Добровольской.

Анна Добровольская: Спасибо за вопрос. Это действительно очень большая проблема. И это проблема, в первую очередь, к стране, что у нас есть огромное количество тех людей, которые прошли через настоящую войну, это молодые люди, милиционеры, служащие ОМОНа или еще чего. И эти люди фактически оказываются невстроенными в общество. То есть это огромное количество мужчин, которые проходят через страшную психологическую травму, и потом с этим ничего не происходит. Самое главное при встрече с ними – это очень тихонько разойтись, чтобы не повредить друг другу. Потому что мы пытаемся им говорить о том, что они действительно должны делать согласно российскому законодательству или прав человека, по которым должна жить наша страна, и это, конечно, не всегда получается, но это, наверное, не столько проблема молодежи, сколько очень большая социальная проблема в целом.

Вероника Боде: Денис, а насколько усвоены и освоены молодежью демократические ценности, и насколько они для нее важны?

Денис Волков: Опять же молодежь здесь не сильно отличается от населения в целом. И население в целом достаточно смутно представляет, что такое демократия. И этому не приходится удивляться, поскольку зачастую и представители так называемой интеллектуальной элиты российской тоже себе плохо представляют, что такое демократия. И здесь стоит разброд и шатание. А кто формирует мнение молодежи на эту тему? Опять же телевидение, поскольку образование, хотя действительно это другое образование, нежели чем в Советском Союзе, но серьезной реформы проведено не было. И те же преподаватели, которые преподавали в Советском Союзе историю КПСС, допустим, они сегодня поменяли свое название и говорят о какой-то теории государства и права, возможно. Это те же самые люди, которые сегодня учат людей тому, что такое демократия. Не было введено в систему образования новых понятий, и соответственно, откуда возьмутся эти представления. Сегодня большинство говорит, что демократия – это, прежде всего, благополучие основной массы населения. То есть идет сравнение со странами Запада, где есть демократия, и основные характеристики, самые привлекательные характеристики приписываются демократии. То есть демократия – это хорошо, но, скорее всего, это не политическая система, не права меньшинств, не разделение властей, а это общее благополучие и все-таки, наверное, свобода слова. Хотя свобода слова большинством понимается несколько иначе, чем это понимается на Западе.

Вероника Боде: Ефим из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Добрый день. С Новым годом всех! В отношении ОМОНа. Вы знаете, сколько рядовой омоновец получает? А это же ребята простые. 2 тысячи долларов. За такие деньги он маму родную, если она выйдет на «Марш несогласных»... ну, выгонит из этого марша.

А вопрос у меня к аспиранту журналистики. Звучит это гордо, по-советски – аспирант. Скажите, пожалуйста, вы читали Политковскую, ее книгу «За что»? Преподают ли у вас, проходят ли у вас коллоквиумы, симпозиумы? Есть ли у вас примеры, которые приводят (ведь нужна же альтернативная точка зрения), сколько войн вел Советский Союз, сколько войн успела провести Россия за 20 лет, что там творилось? Проводите ли вы такие дискуссии? А Интернет... Понимаете, нужно же уметь задать вопрос. Это не телевидение общественное. Вы можете всю жизнь прожить и не задать того вопроса, который мы сейчас обсуждаем, в силу разных обстоятельств. Вот господин передо мной говорил, он действительно затронул вопросы преподавания. Аспирант, расскажите мне, что вы знаете о тех вопросах, которые я задал.

Вероника Боде: Как-то очень скептически звучит вопрос.

Роман Гудяков: Вас тоже с Новым годом! Мы проводим такие дискуссии, семинары. К нам постоянно приходят гости на факультет журналистики, очень часто это практикующие журналисты, кстати, этим журфак и славится. И любое другое образование журналистское (это вновь открытый факультет) не дает этого.

Что касается войн, есть огромное количество всяких спецсеминаров по поводу журналистики в условиях военных действий и того, что вообще было. Плюс к тому, мы проходим историю, и довольно подробно. Поэтому, мне кажется, на этот вопрос я ответил. Ну а дальше было довольно сбивчиво, и мне кажется, что я не совсем понял.

Денис Волков: Когда мы говорим об отношении молодежи к политике, я бы добавил еще несколько вещей кратко. То, что большинство все-таки молодых людей поддерживают тот режим, который есть, по крайней мере, поддерживали, но и сейчас достаточно высока поддержка. Почему? Этот режим воспринимается как данность, и молодым людям часто не с чем сравнивать, поскольку у них нет этого опыта и нет систематического преподавания истории, нет консенсуса ни в обществе, ни в государстве (хотя в государстве, может быть, есть) того, как проходили 90-ые годы. Государство наделило вот этим ярлыком «лихие 90-ые», а альтернативные точки зрения сейчас не слышны. И здесь я хотел бы сказать о том, как преподается история, и государственная точка зрения озвучивается вполне определенно, что «для 90% обычных людей у нас нет денег, ресурсов (и наверное, желания) преподавать различные точки зрения, давайте преподавать только одну точку зрения, и она будет непротиворечива, здесь будет великая Россия, и все сложности, которые были в российской истории, мы оставим». И вот эта тенденция в образовании и в школьном, и в университетском на упрощение, которая доминирует, она тоже не способствует пониманию различных точек зрения на политику. И политика как таковая, как публичная политика, в России сегодня отсутствует. То есть как обсуждение различных программ, конкуренция партий различных, точек зрения она тоже отсутствует. И поэтому действительно молодому человеку, который не застал, может быть, начала 90-ых, не подготовленному специально, не имеющему образования, который не всегда может его получить в государственных вузах, которые не только мало изменились со времени Советского Союза, но в последнее время, возможно, и деградировали за счет того, что увеличилась коррупция, пришли туда именно управленцы, которые... Я не обо всех вузах говорю, но мы это видим. Поэтому молодому человеку не с чем сравнить, а отсюда такие ответы.

Вероника Боде: Михаил из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Молодежь сейчас меньше думает о сохранении духовных ценностей и всего прочего. И пример такой демократии. Доллар, который был выпущен в Америке 100 лет назад, его сейчас принимают, и он обеспечен всеми товарами, которые в Америке есть. Вот наш рубль за 100 лет уже поменялся... не знаю, сколько раз. Фантастика! Поэтому накопить, работать всю жизнь, а потом все потерять во вкладах, - это зависит все только от того, какая в стране ситуация политическая. Не заниматься политикой – значит потерять все, что ты заработал за всю свою жизнь. И пример демократических стран. Любой вклад за 100 лет, который нажил, потом тебя обеспечивает в старости. Поэтому самый лучший вклад в пенсионную систему, в свою жизнь, в детей – это вклад в демократию, в восстановление того, чтобы народ что-то представлял в этой стране. А когда там сидит банда хлопцев, которые набивают себе карманы... и каждый раз трясет страну и население с вкладами, как грушу, набивают себе карманы и оставляют людей нищими, это будет повторяться еще многократно и многократно.

Вероника Боде: Денис, насколько типичное мнение?

Денис Волков: Мне кажется, я об этом говорил, что тут на первом месте именно экономические проблемы, как проблемы, и отождествление демократии именно с благополучием, того, чего, собственно, нет, и чего очень бы хотелось. А все-таки демократия – это несколько, наверное, другое, и прежде всего – свобода слова, свободные, честные выборы, права меньшинств, соблюдение закона, разделение властей – скорее, это относится к понятию «демократия» на Западе.

Вероника Боде: Павел Иванович из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Не кажется ли вам, что ответ на все проблемы надо искать через статью 13 Конституции? Если в ней написано, что никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной, то есть государство не предлагает никакой идеи, никакой идеологии, то все остальное брошено на самотек, так сказать, уже каждому в отдельности находить свое место в жизни, в движении, где угодно. Такая позиция, по-моему, определяет все остальное.

Анна Добровольская: Единственная проблема в том, что сказал слушатель, - действительно государство не может основать никакую идеологию, и наверное, официально оно этого не делает. То есть нельзя сказать, что суверенная демократия или идея великой России – это именно какая-то идеология, которая установлена сверху. Проблема в том, что это просто набор идей, которые постоянно озвучиваются по главным, в первую очередь, информационным каналам. И как раз проблема свободы слова в том, что не надо мешать людям самим разбираться, не надо постоянно блокировать каналы, по которым могли бы озвучиваться другие точки зрения. А поскольку у нас таких каналов очень мало, фактически доступ к ним могут получить только люди, которым уже это интересно, они уже что-то ищут, но не всегда могут найти. Наверное, молодые люди и люди любого возраста могут и сами разобраться в том, что для них важно, что для них интересно, какие ценности им поддерживать, если они хоть чуть-чуть будут видеть это разнообразие. А поскольку сейчас разнообразия, скорее, нет, ну, не в силу какой-то идеологии, которая продвигается, а просто в силу какой-то целенаправленной политики на продвижение определенных ценностей, то и получается достаточно однобокая ситуация.

Вероника Боде: Борис Владимирович из Иванова, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Молодежи сейчас, кроме личного интереса, наплевать на политику, на все. Главное – получить диплом любой ценой фальшивый какой-то и устроить свою личную жизнь. А что его личная жизнь зависит от политики, они об этом не думают. И еще. Вот вы говорите, что молодежь поддерживает ту власть, которая сейчас существует как данность. Эта власть как раз и разлагает молодежь. Вот эта коррупция везде и во всем, и в учебных заведениях, где получают фальшивые дипломы и никудышные знания. И вот эта мода, которая портит здоровье молодых людей – коротенькие джинсики, кофточки, оголяющие в зимнее время как раз спину и детородные области. Все это ведет к вырождению нации, потому что люди болеют, рожают больных детей. Это как раз эта власть, которую они так хорошо поддерживают.

Вероника Боде: Роман, вы и сами человек молодой, и общаетесь с молодежью, преподаете, в частности, согласны ли вы со слушателем в чем-то?

Роман Гудяков: По-моему, с детородными областями все в порядке у молодежи, как раз в этом смысле никаких проблем нет. И что касается понимания того, насколько они понимают эти проблемы, участвуют в них. Мне кажется, сегодня количество людей, которые понимают, что от того, что будет говориться по телевидению, на радио и вообще в средствах массовой информации, напрямую зависит их уровень жизни, насколько будут свободными СМИ и какие точки зрения будут высказываться, таких людей, в принципе, очень мало, и уж тем более в молодежной среде, там их просто единицы. Вот это, наверное, и есть ответ слушателю.

Денис Волков: Когда мы говорим о поддержке молодежью нынешней политической системы, мы должны держать в уме постоянно, что именно молодежь, а особенно молодежь крупных городов наиболее выиграла от тех перемен, которые произошли, в том числе и в годы президентства Владимира Путина. Поскольку молодежь крупных городов обладает уникальными ресурсами, которыми не обладает другое население. Часто молодежь крупных городов более образована, знает иностранные языки. И просто в силу своей молодости молодежи намного проще адаптироваться к меняющимся условиям, чего лишены, допустим, пенсионеры. И поэтому именно молодежь оказалась в наибольшем выигрыше от тех перемен, которые произошли. И понятно, именно они сейчас, по крайней мере, когда все хорошо, и особенно можно пожертвовать политикой, еще чем-то в силу благосостояния, то почему бы не поддерживать этот режим, когда все хорошо и у тебя получается.

Вероника Боде: Анна, вот если говорить об отношении к проблемам молодежи на уровне государства, по вашим наблюдениям, насколько этот вопрос волнует российские власти? Уделяют ли они ему достаточное внимание?

Анна Добровольская: Это опять же довольно сложная проблема. Дело в том, что у властей в России, как, возможно, в любом государстве, есть понимание того, что молодые люди – это довольно большой ресурс, довольно большая сила. И власть пытается выстраивать некую политику в отношении молодежи. И как было озвучено несколько лет назад, у нас в государстве есть курс, с одной стороны, на поддержку очень одаренных, талантливых молодых людей, им помогают заниматься спортом, пробиваться, выезжать за границу и так далее, но при этом с ожиданием того, что они потом отдадут что-то государству. С другой стороны, это некая опять же работа с трудными подростками, с теми людьми, которые не вписываются уже ни в какие социальные рамки. И при этом, на мой взгляд, общая линия на то, что «вы – некий высший класс людей, которым обязательно нужно помогать, а все остальные как-нибудь сами справятся». И вот в этом есть некая проблема. И молодые люди, наверное, довольно часто это понимают, насколько я могу судить, что им ждать особенно от государства нечего, и либо что-то делать самим, либо просто, скажем так, на все забить и пойти пить пиво.

Вероника Боде: Александр из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Я, конечно, уже не молодежь, но проблемы вижу, потому что у меня тоже есть дети. Первое – это то, что правила игры, которые сейчас сформированы государством для жизни, они не рассчитаны на людей слишком порядочных. То есть надо или по их правилам играть в бизнесе и в жизни – тогда будешь строить карьеру, создавать семью, строить дом, реализовывать себя в профессии. И очень трудно спланировать это так, чтобы не играть по этим, надо сказать, очень коррупционным правилам, по правилам поведения не очень порядочным в этой жизни, не сделаешь иначе ни карьеры и ничего не добьешься. Так же, как при советской власти, без партии никуда. И кроме этих лозунгов, которые сегодняшний наш временно исполняющий обязанности президента... хорошо быть свободным, богатым, здоровым – это, конечно, лучше, чем несвободным, бедным и больным, кроме этих лозунгов ничего не дается. И когда говорят, что государство не вмешивается и бросает на произвол, это совсем не так. Оно очень и очень вот эти правила контролирует, кому разрешать в бизнесе участвовать. И кто действительно играет по этим правилам, кто дает взятки, тот, пожалуйста, работает. И то же самое во всех остальных областях. Я думаю, что проблема молодежи в этом и есть.

Вероника Боде: Спасибо, Александр. И на этом мы завершаем на волнах Радио Свобода программу «Общественное мнение».

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG