Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Иран: с именем Неды


Ирина Лагунина: 20 июня прошлого года. В Иране разгораются протесты. Молодежь выходит на улицы с антиправительственными лозунгами, требует провести расследование фальсификации результатов выборов 12 июня. Оппозиция, так называемое Зеленое Движение, объединившееся вокруг Мир-Хоссейна Мусави, противника действующего президента Махмуда Ахмадинежада, не успевает за студенческим и молодежным движением. Это протест технологий. Власти тоже не успевают за мобильными телефонами, sms-посланиями, интернет-сообществами, блогами и всем тем потоком видео, аудио и печатной информации, который способна произвести образованная молодежь.
В разгар протеста 20 июня силы безопасности открыли огонь по демонстрантам. 10 человек погибли, около 100 получили ранения. Кто-то заснял на мобильный телефон момент ранения и агонию молодой женщины и выставил в youtube. Через несколько часов уже море людей вышли с протестом в Тегеране. Пленку показали ведущие телевизионные компании мира, ее видели миллионы людей. Этой девушке было 27 лет. Ее звали Неда Солтан. Она стала символом иранского протеста. Ей посвящают стихи. В память о ней написаны песни.

5 января параллельно с кампанией против иностранцев, когда разведка объявила шпионскими 60 иностранных организаций и обвинила их в подготовке в стране «мягкого» переворота, на экраны иранского государственного телевидения вышел так называемый документальный фильм о Неде. Отрывок из фильма – официальная правительственная версия, что произошло.

"В тот момент, когда Неда претворялась, что ее ранили, и лежала на заднем сиденье у них на коленях, они вытащили пистолеты – те самые пистолеты, которые они получили от своих западных и иранских друзей, чтобы сдабривать реформы – убивать людей и сеять раздор в обществе. В этот момент Неда понимает их план и пытается убежать. Но они тут же стреляют ей в спину".

Ирина Лагунина:
Они – это Араш Хежази, писать и врач, который подоспел на помощь Неде, когда она упала на мостовую после выстрела, а также ее учитель музыки, который отвез ее в больницу. Неда же представлена в фильме как иностранный агент, павший жертвой своего собственного заговора. Именно так, говорится в фильме, «обманутая и лживая» Неда была убита.
Араш Хежази после этого уехал в Лондон. Мои коллеги из радиостанции Фарда позвонили ему узнать его реакцию на государственную иранскую документалистику.

Араш Хежази: Молодая, ни в чем не повинная женщина была застрелена в ходе протестов. С момента ее убийства и по сей день иранское правительство делает все возможное, чтобы снять с себя ответственность за это убийство и возложить ее на других, вместо того, чтобы наказать тех, кто несет ответственность за эту смерть.

Ирина Лагунина: Действительно, версии иранских властей за последние полгода несколько раз менялись. Вот, например, 5 января был показан этот фильм, а 6 иранский посол в Бахрейне заявил местной прессе, что группы из Великобритании и Соединенных Штатов проникли на территорию Ирана, просочились в ряды оппозиционного движения и провели ряд убийств. Причем они не остановились на убийстве Неды, они также несут ответственность за убийство 27 декабря во время демонстрации 35-летнего племянника лидера оппозиции Мусави. Другие версии были не менее причудливы, как вспоминает Араш Хежази.

Араш Хежази: Сначала они говорили, что она жива. Они утверждали, что пленка поддельная. Затем они заявили, что это корреспондент Би-Би-Си ее убил. Потом – что ЦРУ. Затем – что организация Хальк. И вот последняя версия – в так называемом документальном фильме.

Ирина Лагунина: 25 июля в День солидарности с народом Ирана в Сан-Франциско в Калифорнии был открыт памятник Неде Солтан. Наш корреспондент в Калифорнии Надир Садиги присутствовал на этой церемонии и поговорил со скульптором памятника Полой Слейтер.

Пола Слейтер: Знаете, я увидела пленку ранения Неды, и она просто засела мне в сердце. А когда мне больно, я создаю статуи. И я подумала, что я просто должна воплотить ее образ в статуе. Я должна превратить эту боль в сердце в искусство. Я просто хотела сделать ее портрет и показать мою солидарность с народом Ирана.

Ирина Лагунина: Эта видеопленка, действительно, потрясла абсолютно весь мир.

Пола Слейтер: Да, вы правы. В ней столько графики и столько жестокости. Я к тому времени уже знала, что происходит в Иране. Несколько лет назад я работала на одного моего иранского друга, который выехал из страны вместе с семьей. Она – замечательные люди, и вот после этого я стала интересоваться происходящим в Иране. Мне кажется, что люди в этой стране на самом деле хотят перемен. Но на то, чтобы создать движение, требуется время. А когда оно будет создано, жизнь сама понесет его. Мне кажется, что они добьются своего.

Ирина Лагунина: Кто-то подписал в блоге Полы Слейтер: «Когда умирает тиран, его власть заканчивается. Когда умирает мученица, ее власть начинается». После смерти Неды в Иране началось массовое движение женщин за демократию. Записанная на мобильный телефон видеопленка, на которой маленькая девочка от души лупит полицейского из спецподразделения по наведению порядка, стала предметом международных улыбок. «Я – Неда» - несли в руках фотографию студентки молодые женщины и девушки. «Я – Неда» - это песня-коллаж из фотографий демонстранток.

Хажар Ростами: Мы с Недой начали ходить на демонстрации вместе. Неду неожиданно очень заинтересовало это движение. В течение недели мы ходили вместе, но в ту субботу мне нездоровилось. Я попросила ее не ходить на демонстрацию, потому что мне казалось, что это опасно, но она не послушала и в районе 4 вечера ушла. Потом она мне дважды звонила. Сказала, что полиция использует слезоточивый газ, что ей удалось ускользнуть на одну из маленьких улочек и что она бежит к машине. На самом деле от того места, где ее ранили, до машины оставалось 26 шагов. Ее дядя тоже с ней говорил в без десяти 6. Она сказала ему, что они с приятелями используют сигареты, чтобы снизить эффект слезоточивого газа. Больше до половины 7-го никаких телефонных звонков не было. А в 6:30 позвонил ее преподаватель из больницы и попросил меня приехать, потому что Неду застрелили.

Ирина Лагунина: Это рассказывает мать Неды Хажар Ростами. Провести службу в мечети родственникам не дали. А жених Неды, который все-таки смог после временного задержания в Иране, выехать из страны, говорит, что памятник на ее могиле осквернили. Неда была студенткой философии. Но учитель, позвонивший матери, это ее учитель музыки. В свои 27 она была признанной в молодежной среде певицей. Может быть, поэтому молодые иранцы посвятили ей столько песен.
Неда умерла по дороге в госпиталь. После ее смерти правительство решило взяться за мобильные телефоны. Разговоры стали прослушивать, sms блокировать, была введена цензура в Интернете и закрыт доступ к некоторым сайтам. Молодые иранцы в ответ объявили бойкот компании Nokia, которая предоставила иранскому правительству соответствующие технологии для вторжения в разговоры и переписку по мобильным телефонам. Появился даже блог «Объявите бойком Nokia за расправу в Иране», где лозунг компании «Nokia: то, что нас объединяет» был переделан в лозунг «Nokia: то, что нас сажает». А в Facebook гуляла карикатура телефона Nokia с ушами с припиской «Ты не один».
В ответ Белый Дом и Конгресс США вышли с идеей законодательного акта, позволяющего отчислять деньги из бюджета на развитие технологий, которые позволяют, в том числе иранцам, обходить цензуру в интернете. Закон называется VOICE – голос. Кстати, в переводе с фарси Неда – это голос.
XS
SM
MD
LG