Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Российские регионы: Калининградская область


Ирина Лагунина: Как я уже сказала в начале этого часа, сегодня мы открываем новый цикл аналитических бесед – Российские регионы. Мы будем рассматривать состояние экономики, качество местной власти и ее решений, а также состояние общества. Постоянным участником этих бесед будет доктор географических наук Наталья Зубаревич, директор проекта «Социальный атлас российских регионов». Ну и, поскольку сегодня речь пойдет о Калининграде, то второй участник обсуждения - депутат Калининградской областной Думы Соломон Гинзбург. Калининградская область – эксклав для России и российский анклав для Европы. Возможно, поэтому уровень плюрализма в прессе и в политике был до недавнего времени в этом регионе существенно выше, чем в среднем по России. В декабре, например, судя по информационным сообщениям из Калининграда, свыше 3 тысяч автомобилистов перекрыли главную магистраль в городе, протестуя против пошлин. Что представляет собой нынешнее положение области? Цикл бесед российские регионы ведет Игорь Яковенко.

Игорь Яковенко: Первый вопрос к Наталье Васильевне: в чем уникальность сегодняшней ситуации в Калининградской области?

Наталья Зубаревич: Начнем с того, что до кризиса она очень быстро росла. Благодаря режиму особой зоны потекли инвестиции, и темпы роста погодовые доходили до 20 с лишним процентов. Поэтому и падать пришлось в основном тому, что было наработано за период особой зоны. Уникальность состоит в том, что целые отрасли, созданные на базе особого режима, фактически исчезают, телевизорное производство, сборка давала больше 80% всех собранных в России телевизоров. Оно разрушилось, от него осталось процентов 10-15. Проблема мебельщиков, которые тоже собирают. Лучше несколько ситуация на автосборке, она сидит давно, с 90-х годов, они как-то адаптировались. И в то же время помимо режима особой зоны она имеет все те болячки, которые имеют другие российские регионы. Многопрофильные города, тот же город Неман, в котором осенью встало целлюлозно-бумажное старое, еще немецких времен предприятие. Судостроительный завод, который мучился полтора десятка лет, еле ползал, сейчас ему скинули как федеральный заказ на ремонт и производство импортных судов, он как-то это кризис переползает. И конечно, уникальное янтарное производство, которое долго лежало, но сейчас начинает оживать.
То есть в общем говоря, включенность Калининградской области в глобальный мир, она на стадии роста, когда уже институты были отлажены более-менее, могла очень быстро расти, а сейчас ушибла кризисом достаточно сильно. Конечно, не так как металлургические регионы или чисто машиностроительные неконкурентоспособные. Но нигде целые отрасли так не исчезали, как в Калининградской области.

Игорь Яковенко: Спасибо, Наталья Васильевна. Я представлю второго участника нашей беседы депутата калининградской областной думы Соломона Гинзбурга. Как с вашей точки зрения, способствуют или наоборот препятствуют выходу из кризиса те решения, которые принимает администрация области?

Соломон Гинзбург: Мне все-таки хотелось бы акцентировать внимание на геополитических и геоэкономических аспектах развития нашего региона, которые в Москве, на мой взгляд, если не игнорируются, то по крайней мере, адекватных каких-то шагов не предпринимают. Я предполагаю, что в регионе должна быть совершенно иная модель экономики, потому что есть два закона об особой экономической зоне. Первый, который вступил в силу 31 января 96 года, 14 лет назад, он действительно позволил развиваться прежде всего малому и среднему бизнесу, это был адекватный ответ на распад Советского Союза. Что касается того закона, который вступил 1 апреля 2007 года в силу, то он стимулирует в первую очередь развитие крупного бизнеса.
Вообще до недавнего времени наше руководство вторило, что кризиса нет, его оппозиционеры выдумали, а Калининградская область будет тихой гаванью. То, что мы увидели, оно адекватно было представлено профессором Зубаревич несколько минут назад. Я полагаю, что выход в другом состоит, и на это должны быть акцентированы управленческие решения. Речь идет о федеральных законодательных инициативах, речь идет о том, что наша область должна стать отдельным национальным проектом для России, если Россия желает удержать область в составе Российской Федерации. Потому что делать вид, что ничего не происходит – это контрпродуктивно.
Протестные настроения были очень высоки, 12 декабря были не только экономические, но и политические требования, собралось около 6 тысяч человек. За всю постсоветскую историю это был самый большой сбор людей. И люди выступили не только против транспортного налога, они выразили недоверие губернатора, потребовали его досрочной отставки, они потребовали сложения депутатов от "Единой России", приехали бюдженики из самых дальних районов области, приехали люди, представляющие малый и средний бизнес, была интеллигенция, которая вообще до этого никогда не интересовалась политикой.
Какие же это управленческие решения могут быть? На мой взгляд, надо не реагировать, как делает нынешняя власть, а влиять на ситуацию. Это могут быть законодательные инициативы о федеральных гарантиях Российской Федерации по отношению к региону. Должен быть введен региональный коэффициент, коэффициент за эксклавность. Потому что вы понимаете, какие издержки несет население области, насколько выше в связи с оторванностью от остальной России себестоимость производимой продукции, все эти таможенные границы, все эти пошлины. Это вопросы, связанные с подписанием грядущего соглашения между Россией и ЕС, соглашения о стратегическом партнерстве. Мы полагаем, что отдельным приложением должна идти в данном соглашении калининградская проблематика. Мы должны инициировать, работая на опережение, федеральный закон о предоставлении безвизового въезда на территорию Калининградской области гражданам Европейского союза, мы не должны сидеть только с протянутой рукой, мы должны что-то дать взамен. Такая инициатива, как либерализация въезда, будет способствовать ответным шагам со стороны европейской бюрократии и облегчения выезда в Европу калининградцам и остальную часть России. Вы, наверное, знаете, что наши возможности сужаются как шагреневая кожа, разорилась в результате кризиса, неудачного руководства "КД-Авиа", у нас больше нет авиасвязи с Европой. На днях прекратил свое существование поезд, который действовал 17 лет, с 93 года, Калининград – Берлин. Я могу много таких примеров привести.

Игорь Яковенко: Спасибо, Соломон Израилевич. У меня вопрос, Наталья Васильевна, к вам. Из того, что сказал Соломон Израилевич, в основном следует, что власти Калининградской области должны побуждать федеральные власти предпринимать какие-то меры для изменения положения в области. Ваша оценка, есть ли у области самостоятельные, автономные, внутренние источники роста и какие здесь должны быть действия для этого?

Наталья Зубаревич: Первое: особая зона 90 годов была большой черной дырой, через которую вытекало все, что могло утечь, и втекало без таможенных платежей все, что могло втечь, контрабанда алкоголя, сигарет и далее по списку. Поэтому восстанавливать режим 90 годов неправильно. Второе: в Калининградской области есть действительно много проблем, но там есть базовая проблема, которая не требует никаких особых статусов – это проблема коррупции на таможне, которая убивает все то, что задается не самым лучшим, но не самым плохим новым законом об особой зоне. И здесь не надо привилегий, здесь надо, чтобы федеральный уровень власти что-то в этом деле производил, какие-то чистки. Потому что региональная власть бьется об это головой и реально ничего сделать не может.
Третий момент: кризис действительно сложен, для калининградцев особенно, потому что старые модели адаптации 90 годов - челночество перекрыто на корню. Ужесточенный режим выезда, ужесточены правила ввоза, и теперь с авоськами второй раз через кризис не пройдешь, не работает. Поэтому повышенная безработица, есть социальные проблемы. И при масштабной автомобилизации области очень чувствительно повышение любого налога. Четвертый момент: можно за многое ругать администрацию Калининградской области, но у нее есть базовый плюс. Администрация Калининградской области пытается даже в кризис тащить инфраструктурные проекты и все то, что потом позволит этой зоне развиваться. И так приличное достаточно финансирование было до кризиса, сейчас оно сократилось более чем вдвое со стороны федеральных властей. Можно говорить о том, чтобы это финансирование просто не сокращалось в тех форматах, не надо больше никаких особых законов, хватит.
И наконец, последнее, пятое: Калининградская область уникальна тем, что сверхзадачей ее руководства является развитие, протаскивание инфраструктурных проектов, связанных с зоной. На это собираются все те небольшие остатки денег, потому что кризисное проседание бюджетов сильное, с тем, чтобы софинансировать, потому что это надо софинансировать паритетно с получаемыми федеральными деньгами. И по этой причине очень жестко оптимизируются, есть такое нехорошее слово, грубо говоря, сокращаются расходы на социалку, причем не душевые на человека, а на содержание прежде всего учреждений. Там рубится сеть школ, поликлиник, роддомов и прочего. Уже по этому поводу есть большой напряг, людям непонятно, почему идет такое сокращение. И вот здесь я выкатываю свою претензию Калининградской области, ее властям: с людьми надо разговаривать, надо объяснять, почему вы это делаете. Надо показывать альтернативы, их отрабатывать, а не просто сверху делать оптимизацию бюджетных расходов, экономить деньги на то, чтобы вложить в инфраструктуры.

Игорь Яковенко: Наталья Васильевна, спасибо. И в том, что говорил Соломон Израилевич, и в том, что говорила Наталья Васильевна, в основном проблемы выносятся за пределы Калининградской области и в основном вина за те проблемы, которые в ней происходят, возлагается на федеральные власти. Хотел бы задать вопрос Соломону Израилевичу: из того, что вы сказали, ясно, что федеральной власти вы ставите неудовлетворительную оценку. Какую оценку вы по пятибалльной системе поставили бы региональной власти, администрации Калининградской области?

Соломон Гинзбург:
Я думаю, что предъявлять претензии исключительно к федеральной власти было бы несправедливо. И уважаемая Наталья Васильевна абсолютно правильно акцентировала такую проблему, как отсутствие диалога не только с оппозиционными политическими силами в регионе, но и вообще с людьми. Людей нельзя насильно осчастливить. Я полагаю, что власть заслужила исполнительная неудовлетворительную оценку, потому что я могу привести вам дюжину каких-то бредовых, совершенно химерных проектов, которые, начиная с 2006 года, предлагались для реализации. Это и металлургический завод в Черняховске, это и строительство нефтеперерабатывающего завода, это и завод по производству дирижаблестроения, это и центральный ипподром в Европе на территории Калининградской области, это и яхт-клуб. Это и пресловутая игорная, зона о чем я хотел бы сказать особо, потому что прежде, чем ходатайствовать перед руководством страны, необходимо было бы для приличия спросить мнение населения. Шесть раз инициативная группа, даже созданная общественная организация "Народ против игорной зоны" настаивали, вносили в областную избирательную комиссию, в областную думу требование о проведении референдума. Причем, да, пожалуйста, будем создавать игорную зону, но давайте спросим людей, в том числе и тех, кто живут в поселках, где собирались создать балтийский Лас-Вегас. И естественно, несколько раз областная дума, даже представляемая в основном фракцией "Единая Россия", подконтрольной губернатору Георгию Боосу, отказывала людям даже вынести этот вопрос на референдум.

Игорь Яковенко: Здесь совершенно очевидно, что мы упираемся в политические проблемы. И собственно говоря, последний посыл Натальи Васильевны был именно об этом. Открытость - вопрос уже не экономики, открытость по отношению власти и общества – это уже вопрос политический. Как вы оцениваете состояние общества в Калининградской области, готово ли общество само каким-то образом к инициативам, к тому, чтобы активно преодолевать кризис и давить в этом смысле на власть?

Соломон Гинзбург: Я думаю, что люди готовы переносить тяжести кризиса, если им будут говорить правду, если они увидят, что государство не занимается созданием потемкинских деревень, а я думаю, наш регион лидер в этом плане. Если государство не пытается убаюкать какими-то псевдо-проектами население, а элементарно, о чем говорила Наталья Васильевна, хотя бы будет обеспечивать социальные стандарты в том же здравоохранении, которые находятся на уровне российском. Потому что несколько раз прокуратура предъявляла претензии и вопросы решались в судебном порядке о том, что стандарты здравоохранения занижены. Что касается крупнейшей больницы рыбаков, которая была известна и в Советском Союзе, и потом в Российской Федерации, сюда люди приезжали лечиться даже из Прибалтики уже после распада СССР - это просто мертвое поле сейчас и разоренная больница. Если такие "мелкие" вопросы, которые в настоящее время считаются властью недостойными своего внимания, будут решаться в пользу людей, то люди готовы, на мой взгляд, преодолеть кризис. Для этого надо развивать малый и средний бизнес, а не строить капитализм для своих, беря пример с Владимира Владимировича и его окружения.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG