Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кто выбирает президента Дагестана


Дагестан продолжает жить в режиме спецоперации.

Дагестан продолжает жить в режиме спецоперации.

20 февраля истекают полномочия президента Дагестана Муху Алиева. Сегодня в газете "Ведомости" появилась статья, в которой со ссылкой на администрацию президента утверждается, что Кремль определился с кандидатурой на пост президента Дагестана: это вице-премьер республиканского правительства 48-летний Магомед Абдулаев. Комментируя для Радио Свобода ситуацию, завсектором Кавказа Центра цивилизационных и региональных исследований РАН Энвер Кисриев скептически оценил и эту информацию, и способность Кремля управлять ситуацией в Дагестане вообще.

- На основании статьи в "Ведомостях" говорить о том, что Кремль окончательно разочаровался в нынешнем руководителе Дагестана, думаю, рано. Хотя к нему у Кремля действительно немало претензий. Это связано, прежде всего, с заблуждением, что один человек, даже с хорошими профессиональными качествами, может решить системные проблемы Дагестана. Я даже удивляюсь, как в постмарксистском обществе подобное заблуждение могло получить такую популярность. Как может один человек справиться с обществом, в котором законы фактически не функционируют, где действует грубая сила и превыше всего родственные или клановые отношения? Неужели имеющийся опыт назначений руководителей на Северном Кавказе ничему не учит?

- Но при всех претензиях к Алиеву, его президентство на фоне казавшегося вечным предшественника Магомедали Магомедова выглядело почти прогрессивным. Он на самом деле смог чего-то добиться?

- В целом можно сказать, что да. Финансовая дисциплина, дисциплина чиновничьего аппарата значительно возросли. Правда, при этом возникли дополнительные проблемы: частая смена руководителей. И это были не те люди, что при прежней власти добивались своих постов с помощью денег, мускулов и стволов. Стали приходить люди, про которых президент решил, что они достаточно компетентны. Однако оказалось, что в нынешних процессах компетентности недостаточно. И это не вина Муху Алиева, а его беда.

- То есть, за каждую попытку локального успеха приходилось платить очередной толикой внутриполитического баланса?

- Да, каждое его движение по верному пути действительно дестабилизировало ситуацию и вызывало круги на воде, которые потом возвращались к нему самому в виде новых проблем.

- Можно с какой-то определенностью сказать, кто из Москвы кого лоббирует в Дагестане - и в силу каких мотивов? В той же статье в "Ведомостях" говорится, что за фигурой Абдулаева может стоять Сулейман Керимов. Чтобы договориться о терминах: Керимов – это в данном случае Москва или Дагестан?

- У меня складывается впечатление, что нет такого политического фактора - Москва. Есть какие-то закрытые группы, которые решают свои собственные корыстные задачи. И им удается влиять на мнение высших руководителей страны. Если Сулейман Керимов, являясь очень богатым человеком, может так манипулировать ситуацией... Это просто потрясает - если так решаются государственные дела такого масштабного характера! Внутриклановая борьба, которая сотрясает Дагестан, продолжается и на московском уровне. Причем, если дагестанские кланы еще отмечены какими-то этническими особенностями, какой-то древностью, то в Москве все уже поставлено на четкую конструктивистскую основу, кланы создаются по потребностям, по целям и так далее. Но это те же самые кланы, что и в Дагестане

- Если бы Кремль искренне озаботился ситуацией в Дагестане, что ему нужно было бы делать? Получается, что он зажат клановой реальностью, с одной стороны, и необходимостью находить более или менее цивилизованную модель управления - с другой.

- Давайте начнем с того, чего Кремлю нельзя было делать ни в коем случае. Москве не надо было устраивать это шоу, этот "конкурс красоты" кандидатов в президенты. В результате так разошлась дагестанская стихия, начались взрывы, и теперь, кого бы ни назначили, обиды, нанесенные в ходе этой так называемой предвыборной борьбы, потом аукнутся для будущего президента. А что делать? Я думаю, что надо ставить человека, наиболее независимого от местных кланов. Скажем, Муху Алиев являлся совершенно автономной фигурой в этой клановой конструкции. Именно поэтому он добился определенного успеха. Но именно поэтому сейчас его и можно пинать со всех сторон - потому что за ним никто не стоит. Должна быть адекватная поддержка со стороны центра. Но если руководство республиканского МВД, ФСБ, прокуратуры назначается из Москвы, то почему оно там попадает в карман того или другого клана через месяц после назначения? Не стоит ли именно этим заинтересоваться центру?

- Алиеву все-таки удавалось быть не только внеклановой, но и компромиссной фигурой. Есть ли сейчас возможность найти человека, который бы временно устроил всех: и в Дагестане, и в Москве?

- Я думаю, что такой компромиссной фигуры нет. Идет слишком жесткая борьба кланов и групп.

- Они по-прежнему этнические, или некий конструктивизм проник уже и в эту традицию?

- Я бы их назвал субэтническими. Внутри аварского народа много очень сильных кланов, и сейчас самую сильную оппозицию аварцу Алиеву составляют именно аварские кланы. А Муху Алиев не представляет из себя ту жестокую и нелегитимную силу, которой обладают очень многие в Дагестане. Вот что надо понять в Кремле!

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG