Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Возможны ли политические реформы "по-медведевски": в программе Михаила Соколова - председатель Комитета Государственной думы России по конституционному законодательству и государственному строительству Владимир Плигин


Владимир Плигин

Владимир Плигин

Михаил Соколов: В нашей московской студии Владимир Плигин, председатель Комитета Государственной Думы России по конституционному законодательству и государственному строительству, представитель, как водится, фракции "Единая Россия".

Я напомню, что 1 октября прошлого года три фракции – КПРФ, ЛДПР и "Справедливая Россия" – покинули зал заседаний Государственной Думы, они требовали разобраться, как они считают, с фальсифицированными осенними выборами. Позже эти выборы президент Дмитрий Медведев смог деликатно назвать нестерильными. Ну, и вот эти фракции, в общем, добились выполнения одного из своих требований: должен пройти Госсовета, которые обсудит некие варианты изменения законодательства, а может, даже какой-то реформы политической системы. И конечно, мы должны поговорить об этом, потому что идей здесь уже много.

Но я все-таки начну с темы последних суток. Дмитрий Медведев принял решение о создании нового Северо-Кавказского федерального округа, вице-премьером и полпредом назначен Александр Хлопонин, бывший теперь уже красноярский губернатор. И вопрос – Владимиру Плигину. Владимир Николаевич, как это все будет оформляться? Насколько я понимаю, в Государственную Думу, в ваш комитет поступили некие поправки к существующим законам о правительства и так далее.

Владимир Плигин: Прежде всего я бы хотел отреагировать на самую первую вашу реплику: как водится, председатель комитета – партия "Единая Россия". Добрый вечер прежде всего, уважаемые радиослушатели! Я бы хотел сказать, что целый ряд сложнейших комитетов Государственной Думы возглавляют представители партий, которые являются оппозиционными. Допустим, Алексей Островский – это Комитет по делам Содружества независимых государств, Юрий Дмитрий Маслюков – Комитет по промышленности… То есть Государственная Дума – это такое сложное образование, и оппозиционные партии, в том числе, представлены очень широко в руководстве Государственной Думы.

Второй момент, о котором вы начали в настоящее время говорить, это Северо-Кавказский федеральный округ. Действительно, Государственная Думы в пятницу рассмотрит предложение президента России Дмитрия Медведева о внесении поправок в федеральный конституционный закон о правительстве Российской Федерации и в законодательство о государственной службе. И я думаю, что это будет принято в первом чтении и в целом, эти документы, для того чтобы как можно скорее создать правовую базу для начала работы Александра Хлопонина во вновь образуемом федеральном округе.

Михаил Соколов: А вы в комитете уже обсудили эти поправки?

Владимир Плигин: Члены комитета знакомы с этими поправками, сегодня ими было утверждено заключение по тому и другому законопроектам. В связи с тем, что данные законопроекты полностью соответствуют Конституции Российской Федерации, они по своей сути достаточно просты…

Михаил Соколов: Расскажите.

Владимир Плигин: По сути, они предлагают возможность совмещения для заместителя председателя правительства Российской Федерации, а также федеральных министров, совмещение с должностью полномочного представителя президента в том или ином округе. То есть устанавливается в данной ситуации такого рода норма. Норма не противоречит принципам, установленным Конституцией, разделения властей, поэтому она депутатам показалась совершенно целевой, решающей задачу, поэтому, насколько я понимаю, кажется, при одном воздержавшемся, все остальные члены комитета эту норму поддержали.

Михаил Соколов: Владимир Николаевич, а вы не могли бы пояснить, вот министр, скажем, или вице-премьер – я понимаю, это исполнительная власть, а полпред – это исполнительная власть?

Владимир Плигин: В данной ситуации вы затрагиваете вопрос президентской власти в Российской Федерации. То есть президент частично организует исполнительную власть. То есть президент, как гарант Конституции Российской Федерации, он в известной степени находится над ветвями власти, но одновременно президент организует исполнительную власть. Поэтому здесь есть, конечно, сочетание многих элементов. Я предлагаю вам не заниматься в настоящее время тем, чем пытаются заниматься диссертанты различного рода кандидатских диссертаций и докторских диссертаций по поводу структуры власти, точнее, вычленении роли президента Российской Федерации. В данной ситуации президент реализует те свои функции, которые заключаются в организации исполнительной власти в Российской Федерации.

Михаил Соколов: Понимаете, дело в том, что вот эти все федеральные округа, введенные еще Владимиром Путиным, в общем, образования, с точки зрения некоторых юристов и политиков, вообще неконституционные. Конституция ничего не пишет о возможности создания таких систем, собственно, поэтому это вот сочетание легко, наверное, проходит, - вице-премьер, совмещенный с полпредом, - именно потому, что о возможности существования полпредов Конституция ничего не говорит. Единственное, я так понимаю, что дает возможность президенту здесь действовать, - это статья, которая говорит, что он формирует свою администрацию. То есть в данном случае этот вице-премьер – он еще и часть администрации.

Владимир Плигин: Президент реализует свои полномочия президента, они достаточно широкие предусмотрены. И для реализации этих полномочий он может назначать своих постоянных представителей, может формировать администрацию, действительно. Поэтому хотел бы подчеркнуть, еще раз хотел бы подчеркнуть, что какого-либо рода противоречий с действующей Конституцией здесь нет, норма полностью вписывается в нормы Конституции, президент реализует свои конституционные полномочия. Я должен сказать, что на определенной стадии развития страны эта идея создания округов полностью доказала свою дееспособность. В частности, полпреды решили такую важнейшую задачу, как ткань правового поля Российской Федерации. Было достаточно много противоречий в федеральном законодательстве и законодательствах субъектов Российской Федерации, и вот эта ткань практически решена, хотел бы подчеркнуть. В том числе такие сложнейшие проблемы, которые иногда возникали, как проблема обозначения в отдельных случаях суверенитета, допустим, республик на территории Российской Федерации.

Михаил Соколов: Ну, а некоторые считают, что был уничтожен федерализм, и Россия превратилась в унитарное государство.

Владимир Плигин: Вы знаете, это все же такие громкие технологические заявления, за которыми нет достаточно часто никакого содержания.

Михаил Соколов: Но и выборов губернаторов нет. Как же нет содержания?

Владимир Плигин: Содержания нет, потому что существуют серьезные полномочия субъектов Российской Федерации. Но другое совершенно дело, что, когда делается то или иное заявление, нужно понимать, на какой объем полномочий рассчитывают, от какого объема полномочий просят отказаться. Каждая из существующих в мире федераций, где-то их 26 федераций в мире, и каждая федерация очень специфична, со своими отдельными полномочиями. Поэтому говорить о том, что в Российской Федерации уничтожен якобы принцип федерализма… Сходите и спросите граждан того или иного субъекта Российской Федерации или уточните, какие эмоции иногда вызывают, кажется, очевидные необходимости слияния тех или иных субъектов Российской Федерации. Поэтому принцип федерализма реализуется. Другое совершенно дело. Что здесь я бы подумал над такой проблемой, как бюджетный федерализм, то есть объем бюджетных поступлений, которые должны оставаться в распоряжении субъекта Российской Федерации. Вполне возможно, что вы должны выходить на другое бюджетное планирование.

Михаил Соколов: Ну, да, где-то сейчас под 70, а бывало 50.

Владимир Плигин: 68, да, вы правы совершенно. Где-то 50, видимо, необходимо оставлять в субъектах.

Михаил Соколов: Еще один вопрос связан с сутью этого решения, Владимир Николаевич. Действительно, есть юридические тонкости, о которых мы говорили, а есть суть. Многие действительно хотят, чтобы Северный Кавказ был территорией спокойной, нормально экономически развивающейся, без того уровня безработицы, который есть там, и без тех проблем, которые беспокоят, наверное, всю Россию. Каковы все-таки могут быть полномочия господина Хлопонина в этом совмещенном чине вице-премьера и полпреда президента? Собственно, это что, на ваш взгляд (а может, вы и знаете, как оно есть), - генерал-губернатор, как в старой России, которому будут подчиняться и силовые структуры, или все-таки менеджер высокого уровня, который должен запустить какие-то экономические проекты в этом регионе?

Владимир Плигин: Институт генерал-губернаторства, который существовал в Российской империи, - это совершенно отдельный, во многом уникальный институт. И если вы помните, у него степень проникновения в те или иные особенности была достаточно ограниченной. Во многом элита тех или иных регионов играла доминирующую роль, очень часто действовали нормы обычая, обыкновенного права.

Михаил Соколов: Ну, был, безусловно, гражданский губернатор на уровне региона, было самоуправление, были эти, действительно, местные общины, которые решали свои дела. Кстати, на Кавказе, я уточню, был наместник, даже не генерал-губернатор.

Владимир Плигин: Соответственно, это такой сложный достаточно институт, поэтому давайте будем, если это возможно, говорить о современной ситуации, современных задачах. Хотя аналогии тоже иногда уместны, но я бы хотел подчеркнуть одну очень важную вещь, где, с моей точки зрения, неуместна аналогия. У нас существует единое правовое пространство, действует право Российской Федерации во всех своих проявлениях, и очень важно подчеркнуть именно эту важнейшую особенность: все проблемы должны решаться в соответствии с действующим российским законодательством, с действующим правом. И место обычного права, я бы сказал... конечно, чтобы не страдать идеализмом, я понимаю, что обычаи действуют, они будут продолжать в течение какого-то времени действовать, но, тем не менее, мы должны заниматься вот этой постепенной работой, иногда продолжая вытеснять те вновь возникшие особенности, которые появились после ухода Советского Союза.

Михаил Соколов: Вот-вот. В Дагестане, например, есть такой обычай на свободное ношение оружия и разнообразные такие военизированные группировки, которые проявляют себя, например, на выборах, как это было в Дербенте, на скандальных выборах.

Владимир Плигин: Хочу сказать, что это несчастье, и это несчастье осознается, в том числе, представителями народов Дагестана, к которым я отношусь с огромным уважением. И мне приходится беседовать с различными представителями народов Дагестана. Кстати, хотел бы обратить внимание на то, что в Дагестане очень свободная пресса, и мне ее привозят, эту прессу, которая дает оценку с глубокой болью тех негативных проявлений, которые имеются, и поэтому я думаю, что мы здесь, как бы соглашаясь в известной степени... не в известной степени, а это как бы является делом факта, что существуют, в том числе некоторые вооруженные незаконные группировки, но я думаю, что и народ Дагестана, и все мы вместе найдем способ решить эту проблему.

Михаил Соколов: Владимир Николаевич, а все-таки с этими выборами в Дербенте - это такой вот яркий случай, где фактически чуть ли не оружие применялось, и действительно была стрельба, и людей не допускали на участки. В конце концов эти выборы все-таки были, их результаты, отменены, уникальный случай в истории последнего времени в России. Осенние выборы действительно оказались, как выразился президент, нестерильными. Вот будет Госсовет. Какие меры для обеспечения прозрачности выборов, сокращения разных возможностей для фальсификаций предлагает ваша фракция, ваша партия "Единая Россия". Вот у меня много здесь других предложения, а как-то я от "Единой России" не заметил. Вот только господин Володин тут жаловался публично, что как-то их обижали в оценках осенних выборов, а конкретно ничего не сказал.

Владимир Плигин: Прежде всего я хотел бы, чтобы было точно совершенно понятно, я думаю, уважаемые радиослушатели со мной полностью согласятся. Вы знаете, создавался некий, скажем так, объективно это миф, о массовых нарушениях. Создавался миф о том, что якобы партия "Единая Россия" чуть ли не все голоса получила за счет, скажем так, административного ресурса. Поверьте, что все это далеко не правда.

Михаил Соколов: Ну, не все голоса, но многие.

Владимир Плигин: Далеко и далеко неправда, хотел бы это подчеркнуть. Граждане страны, наши избиратели действительно поддерживают партию "Единая Россия". Я понимаю, что, возможно, ваша аудитория сейчас с этим начнет как бы так не соглашаться, но, тем не менее, абсолютные факты свидетельствуют о том, что граждане заинтересованы в продолжении политики стабильного развития страны, стабильного развития страны в сложных условиях. И в этих условиях они, может быть, не разделяю ту или иную систему взглядов, но, тем не менее, они поддерживают правящую партию.

Михаил Соколов: Бывает, и на 100 процентов, как в некоторых регионах уже упоминавшегося Северного Кавказа, и на 101 процент там бывало. Это переусердствовали некоторые администраторы в вашу пользу... Ну, я вас не заставляю это комментировать. Хорошо, все-таки о конкретных предложения. Вот я посмотрел, господин Грызлов все-таки что-то сказал: "В рамках совершенствования политической системы следует отказаться от двухпалатных парламентов в субъектах Российской Федерации". К выборам это имеет отдаленное отношение, но тем не менее, чем все-таки не нравятся вашей партии двухпалатные парламенты, которые успешно существуют, например, на Урале, в Свердловской области. Одна палата представляет, так сказать, политические интересы, другая - территориальные.

Владимир Плигин: Вы знаете, я бы так не сужал только до того предложения, о котором вы говорите.

Михаил Соколов: Я взял конкретное предложение.

Владимир Плигин: Целый ряд предложений, как все, наверное, хорошо помнят, содержатся в послании президента Российской Федерации. Один из законопроектов в настоящее время, о систематизации числа депутатов законодательных и представительных органов власти, находится на рассмотрении Государственной Думы. И следующий очень важный момент. В настоящее время работает рабочая группа, созданная по инициативе президента Российской Федерации, в которую входят представители всех политических партий России, парламентских партий, в том числе, и не парламентских партий - это "Яблоко", "Патриоты России" представлены там, естественно. "Правое дело", которые участвуют в системном обсуждении проектов законов, которые касаются избирательной системы. Единственное, если позволите, одна небольшая ремарка. Я бы хотел сказать, что сведение политической системы государства только до рассуждений об избирательной системе - это слишком упрощенное понимание политической системы. Политическая система - это собственно государство, политическая система - гражданское общество, политические партии, функционирование механизма исполнительной и судебной власти, то есть это такое сложное явление.

Михаил Соколов: А в основе должны быть честные выборы.

Владимир Плигин: В основе должно быть правовое государство, в основе должны быть демократические принципы. И еще раз хочу сказать, только сведение политической системы к избирательным процессам - нельзя этого делать. Следующий момент. Возвращаясь к тому предложению, которое было озвучено председателем Государственной Думы, всякое, скажем так, государственное образование или государственный орган должен быть целесообразен и разумен. Поэтому выстраивание двухпалатного парламента Российской Федерации совершенно определено теми задачами, которые решают нижняя и верхняя палата: представительство регионов - на верхней палате, такое более комплексное представительство - в Государственной Думе. В этой части, конечно же, формирование двухпалатных парламентов в субъектах Российской Федерации в некоторой степени является искусственным, и поэтому, как вы понимаете, в основном это однопалатные парламенты. Из этого, собственно говоря, исходил председатель Государственной Думы, когда он это предлагал. Он, в частности, предлагал еще возможность отказаться от названия "Государственная Дума" применительно к субъектам Российской Федерации.

Михаил Соколов: Чтобы не путать, да.

Владимир Плигин: Да, для того чтобы точно понимать смысл и значение института - Государственная Дума Российской Федерации.

Михаил Соколов: А вы не предполагаете, что все-таки нужно было бы, например... Не только, конечно, о выборах нужно говорить, говоря о политической системе, еще поговорим о других предложениях. Ну, к примеру, заняться, например, законом о митингах и демонстрациях. Ведь идут постоянные отказы со стороны местных региональных властей в проведении тех или иных акций, возникают постоянные конфликты, нет нормальной системы обжалования в судах. В результате, например, вчера произошли столкновения очередные демонстрантов-антифашистов с милицией, причем в значительной степени не по вине участников акции. Это было на акции памяти по убитым Маркелову и Бабуровой. И люди, в общем, достаточно возмущаются и напоминают об этом. Вот я вижу письмо от Евгения Владимировича, который говорит: "Милиция хватала антифашистов, и это приводит в отчаяние. Такое невозможно даже в Иране. Власть опозорила себя перед целым миром. Произошла трагедия. Пусть целуют друг друга Путин с Медведевым. Евгений Владимирович, инженер".

Я вот хочу вам сказать, может быть, вы все-таки пожалеете инженера Евгения Владимировича и других людей, которые возмущаются, и как-то смягчите законодательство, чтобы демонстрации можно было проводить прилично, без конфликтов и без ставшего уже таким постоянным хамства.

Владимир Плигин: Мне очень понравилось ваше предыдущее утверждение. Вы сделали очень такое комплексное предложение, в том числе сославшись на поступившую вам записку на пейджер, сделали несколько обобщений о якобы не существующих институтах или их неразвитости. Продемонстрировали радиослушателям, знаете ли, такую заданность темной или серой картинки. Нужно каждый институт совершенно конкретно анализировать. Я, к сожалению, не знаю о конкретности вчерашних событий, на которые вы ссылаетесь, которые происходили в связи с трагедией, смертью брата известного нашего коллеги, кстати, в прошлом депутата Маркелова, со смертью девушки... Знаете, это действительно отзывается огромной болью, и я надеюсь, что это дело будет предметно совершенно...

Михаил Соколов: Да, полторы тысячи человек пришли почтить их память, а милиция вела себя не слишком корректно, скажем так.

Владимир Плигин: Дело будет расследовано, надеюсь, надлежащим образом, и лица понесут, в соответствии с правом, наказание. Следующий момент. Давайте так, в данной ситуации эмоционально вы меня в настоящее время привязали именно к этому событию. Если можно, я попробую отойти, сделать следующий шаг. Я соглашаюсь, что, может быть, в рамках этого события действительно было некорректное поведение тех или иных сотрудников, и это требует реагирования, но в законодательстве любой страны мира, подчеркиваю, любой страны мира существуют правила проведения митингов, шествий, и в законодательстве любой страны мира предполагается предварительное получение разрешений не проведение такого рода акций.

Михаил Соколов: Просто системно отказывают в проведении разнообразных акций. Вот 31-го числа московские власти опять не дают провести акцию в защиту как раз свободы митингов на Триумфальной площади. Знаете, это уже какое-то такое бесконечное противостояние. Закон не дает возможности нормально обжаловать подобные действия. Это какие-то бесконечные суды и так далее. Почему бы вам, видя эту практику в Государственной Думе, ни учесть просьбы и требования оппозиционных партий и ни посмотреть, как снять эти конфликты? Вы же люди позитивные, кажется, на словах, а постоянно получается, что из-за несовершенства законодательства происходят конфликты, а потом кого-нибудь побьют, а потом кого-нибудь посадят в каталажку. Зачем это все нужно?

Владимир Плигин: Я бы хотел еще раз сказать, что в законодательстве любой разумной страны существуют правила проведения массовых мероприятий. Это связано, в частности, и с требованиями просто элементарной совершенно безопасности, элементарной организации жизни, допустим, такого сложного мегаполиса, как Москва. Я вполне допускаю, и такого рода примеры были, когда в силу исключительно, скажем так, недоумия или ложно понятых задач в целом ряде случаев отказывали людям, допустим, в проведении пикета в том или ином субъекте Российской Федерации, требовали совершенно необоснованно, чтобы политическая партия, проводящая мероприятие, заплатила денежные средства за, допустим, организацию изменения движения. То есть и такого рода случаи были.

Михаил Соколов: Знаете, Мособлдума сейчас предлагает, чтобы брали разрешения уже не одиночные пикеты, между прочим. Это законодательная инициатива, которая внесена в Думу.

Владимир Плигин: Все это требует, естественно, анализа. Но я бы хотел сказать, вы знаете, я бы отошел от той оценки, которая звучала немножко выше, - слова, дела… Все дело в том, что решаются совершенно конкретные вещи. Например, внесено законодательство, которое расширяет возможности общественных организаций контролировать ситуацию в местах лишения свободы. Внесено законодательство, которое предполагает ответственность должностных лиц в этой области. Кардинальным образом с 1 января изменено законодательство, которое касается вопросов уголовной ответственности в области налоговых правонарушений. Это касается огромного количества людей. Кстати, я бы в этой связи, поскольку вы немножко выше ссылались на председателя Государственной Думы, хотел бы подчеркнуть, что именно председатель Государственной Думы в прошлом, кстати, министр внутренних дел Российской Федерации, поддержал это законодательство, принципиально меняющее систему подхода.

Михаил Соколов: Ну, очень хорошо, что что-то хорошее происходит, давайте теперь поговорим о плохом.

Владимир Плигин: Вы все время пытаетесь…

Михаил Соколов: Безусловно, о проблемах. Ну, смотрите, вот ваши коллеги по Думе из ЛДПР, когда они говорят о необходимости честных выборов, они пишут к Госсовету этому, что считают необходимым автоматически регистрировать кандидатов от парламентских партий на выборах любого уровня и отказаться от нормы, позволяющей не регистрировать либо снимать с выборов. Разве плохое это предложение? Ведь столько произвола вокруг этого! Лишний кандидат никому не помешает.

Владимир Плигин: Да, лишний кандидат никому не помешает. И вызывает, кстати, сожаление то, что политические партии в целом ряде случаев не находят у себя возможностей предложить кандидатов во всех, допустим, округах. То есть это же зависит не от кого-то, это зависит от их организационной работы.

Михаил Соколов: Слушайте, я только что видел сообщение, по-моему, из Екатеринбурга. Там, кстати, представителя именно этой партии снимают за то, что у него какая-то клякса в паспорте, не допускают до выборов. Хотя это парламентская партия. Извините, это смешно.

Владимир Плигин: Знаете, извините, конечно, но это требует совершенно детального анализа. Сегодня уже, во время думской разминки, вопросы о представлении документов поднимались, и то, что кажется на первый взгляд очевидным и трактуется несколько вольно: нам отказали. Но вот в одном из случаев "нам отказали", потому что была представлена просто ксерокопия документа, которая не была заверена надлежащим образом. Существуют же какие-то элементарные правила, мы же не можем просто принести бумажку, на которой рукой написано: "Я - Петров. Заверяю, что это правда".

Михаил Соколов: Знаете, на Украине людей нормально регистрируют и не снимают с выборов. А в России снимают, и потом вокруг этого масса разнообразных разговоров. Давайте упрощать.

Владимир Плигин: В этой связи я бы хотел сказать, что в этой связи многое упрощается. Прежде всего исчез институт денежного залога.

Михаил Соколов: Очень плохо.

Владимир Плигин: Нет, не очень плохо.

Михаил Соколов: По подписям постоянно людей не регистрируют.

Владимир Плигин: Существует законодательство, предполагающее уменьшение необходимого числа подписей. Следующий момент: существенно меняется законодательство, предоставляющее возможности не собирать подписи, в том числе на региональном уровне. То есть существует динамика процесса. Я бы хотел, кстати, чтобы понятен был один очень важный момент. Мы понимаем, политическая система находится в стадии становления, на что, кстати, обращал внимание…

Михаил Соколов: Или разложения.

Владимир Плигин: В стадии становления, на что неоднократно обращал внимание, кстати, президент Российской Федерации. Мы понимаем проблемы формирования демократии в нашей стране. И мы постоянно делаем шаги для того, чтобы возникали новые и новые возможности у участников политического процесса. Такого рода возможности связаны, допустим, с институтом равного доступа к средствам массовой информации политических партий. При этом я, правда, хотел бы сказать, что здесь в известной степени нужно, чтобы и наполнение было нормальным. Не общие такие слова, а каждый раз, когда ты реализуешь это право доступа, чтобы оно было нормальным. Кстати, один из людей, которые несомненно оцениваются либералом и демократом, Андрей Макаров говорит о том, что должен быть, допустим, предоставлен минимум доступа, а затем уже предоставить возможность средствам массовой информации выбирать…

Михаил Соколов: Андрей Михайлович, извините, никакой не демократ, а либерал без демократии. Ну, вот конкретный вопрос: прозрачные урны для голосования – почему их до сих пор нет? Простейшая вещь! И сразу будет видно, когда пачку всовывают, извините. А пачки всовывают постоянно.

Владимир Плигин: Всовывание пачек – это уголовное преступление, и поэтому если это именно таким образом обозначается, должны существовать реализуемые через систему права институты преследования.

Михаил Соколов: Между прочим, коммунисты предлагали ввести за фальсификацию выборов ответственность как за захват власти. Ваша партия выступала против.

Владимир Плигин: Знаете, можно делать любые предложения, еще раз, которые красиво звучат, но ни о чем. Поэтому нужно применять действующие нормы уголовного права, которые есть. В настоящее время в рамках систематизации работы с открепительными талонами, допустим, будут вводиться какие-то элементы уголовной ответственности или административной ответственности, или административной ответственности.

Михаил Соколов: А досрочное голосование отменят на региональных выборах?

Владимир Плигин: Проблема досрочного голосования обсуждается, но по поводу досрочного голосования – государство должно представлять, в том числе, возможности, связанные с реализацией конституционного права.

Михаил Соколов: Загоняя людей на участки административным способом, завозя автобусами?

Владимир Плигин: Еще раз, возвращаясь туда, в том случае, когда есть конкретные проблемы или когда есть конкретные вещи, их надо исследовать. Их нужно исследовать, не только обозначая их, но нужно их предметно совершенно изучать. Поэтому, возвращаемся назад, у политических партий, в том числе непарламентских, есть полная возможность довести свою точку зрения в рамках рабочей группы, созданной по инициативе президента, еще раз подчеркиваю, применительно ко всем институтам, избирательным институтам. Я должен сказать, что работа идет, работа идет достаточно продуктивная. Я думаю, что вы имеете возможность обсудить эту работу, допустим, с Борисом Борисовичем Надеждиным, который представляет в настоящее время в рамках этой рабочей группы "Правое дело", с представителями Коммунистической партии и другими и посмотреть, как это технологически делается. Но возвращаемся назад, к становлению институтов демократии. Значит, непарламентские партии, в том числе, получат возможность представлять свою точку зрения в законодательных и представительных органах власти всех уровней. То есть, таким образом, совершенствование политической системы, оно постоянно происходит.

Михаил Соколов: Хотелось бы, чтобы еще, кроме так называемых непарламентских партий, те партии, которые не зарегистрированы, и те структуры, которым все время отказывают в регистрации, тоже получили доступ к политической легальной деятельности. Тем не менее, этого нет. Так что здесь есть проблема, понимаете. Вы говорите о непарламентских партиях, а я говорю вообще о политических структурах. Есть и "Солидарность", есть и другие структуры, "Левый фронт", например, и все они оказываются вне политического поля, поскольку их не регистрируют.

Но я отдам вас на растерзание слушателям. Виктор Николаевич из Пушкино, пожалуйста, вопрос Владимиру Николаевичу Плигину.

Слушатель: Владимир Николаевич, будьте добры, объясните следующую ситуацию. По-моему, сейчас выборы все-таки находятся вне конституционного поля. Прокомментирую. Статья 3-я Конституции Российской Федерации: "Единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ". Отсюда однозначно следует вывод: власть может образовываться исключительно по правовому акту своего единственного источника – народа. Народ такой акт создает?

Михаил Соколов: Хороший вопрос.

Владимир Плигин: Виктор Николаевич, вы задали действительно очень принципиальный и важный вопрос. Есть Конституция Российской Федерации, принятая всенародным референдумом в 1993 году, и она, собственно говоря, определяет принципы реализации демократии. И вы затронули следующую тему: единственным источником власти являются действительно те решения, которые принимаются народом Российской Федерации. Не будем сейчас говорить о представительной демократии, не будем говорить о непосредственной демократии. Вот в вашем вопросе, когда я говорю о Конституции, я, собственно, отвечаю на ваш вопрос, но соглашаюсь с вами, что в целом ряде случаев у целого слоя бюрократии не существует этого понимания того, что они являются людьми, производными от народа, они являются людьми, которые должны обслуживать интересы людей. И поэтому в целом ряде случаев это вызывает усмешку. Знаете, допустим, ты заходишь и говоришь: "Вы знаете, вы существуете на мои налоги, и вы обязаны обеспечивать мои интересы. В данной ситуация я, в конце концов, представитель той самой конечной власти, представитель народа". Действительно, нам нужно еще здесь очень многое сделать, для того чтобы эта фраза – " я налогоплательщик, и вы мне служите", – чтобы она у нас как бы получила совершенно серьезное наполнение, как она получила наполнение в других странах.

Михаил Соколов: Кирилл из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Здравствуйте. Ну, вот меня интересует, куда может деться мой голос, если я не голосую? И если я не голосую, как я могу его проверить? Мне кажется, что голосование нужно в принципе изменить. Во-первых, вы можете бюллетени подбросить, и если я не голосую, подписаться за меня, и мне кажется, каждому голосующему нужно присвоить номер, а все результаты голосования разместить в интернете.

Михаил Соколов: Между прочим, в Украине, кстати говоря, был сейчас единый реестр голосующих, хотя он был не очень полный и точный.

Владимир Плигин: Прежде всего, Кирилл, первое предложение, - тем не менее, голосовать. Из этого же складывается волеизъявление. И с моей точки зрения, в настоящее время 7 политических партий практически представляют весь спектр взглядов.

Михаил Соколов: Удобных для Кремля.

Владимир Плигин: У них бывают определенные, конечно, сложности в изложении своих программных заявлений, иногда это все пересекается. Я, в частности, думаю, что по целому ряду направлений партия "Единая Россия" является в целом ряде случаев более правой по своему спектру взглядов, чем иногда предлагаемое правое предложение. Но, тем не менее, поскольку вы сюда дозвонились в настоящее время, на радиостанцию, значит, вы человек небезразличный, поэтому нужно голосовать, это первое. Второй момент, вот технологическая нумерация, если я правильно понимаю, которая позволяла бы в дальнейшем точно совершенно привязать голос к конкретному человеку…

Михаил Соколов: Ну, хотя бы явку.

Владимир Плигин: Голосование является тайным.

Михаил Соколов: Ну, явку привязать.

Владимир Плигин: Что касается контроля за явкой, об этом говорил председатель Совета Федерации, над этим действительно, видимо, необходимо будет технологически думать, доворачивать эти вещи. Что касается подделки и вбросов, мы говорили, что это уголовное преступление. В целом ряде случаев высказывалось предложение помещать списки избирателей, где точно совершенно, немедленно говорить, кто участвовал в выборах, кто не участвовал в выборах.

Михаил Соколов: В интернете.

Владимир Плигин: Вот я категорически против этого. Вы понимаете, может найтись, скажем так, огромное количество недобросовестных людей, например, работодателей, которые будут оценивать тех людей, которые у них работают, по принципу того, участвовал он в голосовании или не участвовал. Поэтому мы на такой институт, на такой способ обеспечения прозрачности вряд ли, наверное, нам на это нужно ориентироваться. Но при этом я хочу сказать, что политическим партиям предоставляется возможность иметь наблюдателей, участвовать активно в наблюдении за процессами голосования.

Михаил Соколов: То-то их от стола все время отгоняют, когда считают бюллетени. Вот все жалобы, знаете, что на участке дадут посмотреть, а потом от стола, когда считают, отгоняют. Значит, здесь закон надо исправлять.

Владимир Плигин: Знаете, вы когда это говорите…

Михаил Соколов: Я опираюсь на реальные рассказы партийцев.

Владимир Плигин: …и когда все это как бы так красочно пытаетесь изобразить, вот каким образом реально, от какого стола можно отогнать человека, который находится в соответствии с законом на избирательном участке?

Михаил Соколов: Очень легко, вы знаете. Провоцируют конфликт, вызывают милицию, большинством голосов представителей "Единой России" указывают милиционерам, чтобы того или иного наблюдателя или даже члена комиссии вывели. Есть такие события.

Владимир Плигин: События могут быть, и они могут носить единичный характер.

Михаил Соколов: Десятки, сотни…

Владимир Плигин: События могут носить единичный характер. Я вот все время пытаюсь избегать этого слова. Понятно совершенно, что закон должен работать, в том числе, и от дурака. Он должен работать от того дурака, который неправильно совершенно понимает задачи, которые ставятся законами. Это очень важно, если есть нарушения, тем не менее, присутствующего в соответствии с законом на избирательном участке избирателя удалить откуда-то или сделать невозможным для него доступ к информации, поверьте, невозможно. Мне приходилось…

Михаил Соколов: Владимир Николаевич, вы в какой-то другой стране живете.

Владимир Плигин: Еще раз, мне приходилось неоднократно участвовать в большом количестве избирательных кампаний и разговаривать с представителям других политических партий. Порядок наводить нужно в этой области, нужно исключить эти нарушения, и у нас для этого есть возможности.

Михаил Соколов: Петр из Москвы, пожалуйста, вопрос Владимиру Плигину.

Слушатель: Здравствуйте. Господин Плигин, я уверен, что вы очень информированный человек. хотелось бы узнать, вот это по распоряжению Путина, премьера нашего, на всех центральных площадях Москвы установлены биосортиры? Что, там демонстрантов будут мочить?

Михаил Соколов: Будем считать это шуткой, Петр. Сергей из Московской области…

Владимир Плигин: Она достаточно неоригинальная. Я думаю, что вот если… Вы знаете, очень же важно, вот человек дозвонился на радиостанцию, я никому не диктую правила поведения, но вот эта формула самовыражения, она же продуманная формула самовыражения. Это формула самовыражения, которая настроена на…

Михаил Соколов: А может, его вчера дубинкой огрели милиционеры.

Владимир Плигин: Вот это формула самовыражения, которая настроена на исключительный совершенно негатив. Петр, наверное, моего примерно возраста, нам, наверное, вместе с ним около 50 лет. Вот я, конечно, понимаю это, но, тем не менее, эти все увязки, которые происходят, может быть, мы сами иногда себе создаем какую-то пугалку или иногда мы сами добавляем себе темного и серого цвета, или мы сами иногда себе прибавляем пессимизма, которого нет на самом деле.

Михаил Соколов: Владимир Николаевич, кроме того, о чем сказал Петр, действительно, я замечаю, что каждый вечер на площадях Москвы дежурят большие группы омоновцев – явно для того, чтобы пресекать какие-то мифические или не мифические акции протеста, демонстрации и так далее. Это факт.

Владимир Плигин: Знаете, может быть, действительно, вы правы, количество сотрудников правоохранительных органов, я с вами абсолютно соглашаюсь, избыточно, и они решают иногда не те задачи, которые они должны решать.

Михаил Соколов: Может, они бы лучше в темных переулках походили.

Владимир Плигин: И в темных переулках тоже. Но одновременно нужно понимать, что, в том числе, и эти ребята… Нужно каждую ситуацию анализировать конкретно, но, в том числе, эти ребята обеспечивают и нашу с вами безопасность.

Михаил Соколов: Хорошо, вот еще вопрос, собственно, а что с законопроектами, которые вот сейчас поступают от имени оппозиции, и не только от нее? Это, например, об оппозиционной деятельности - поправки в закон о политических партиях и о парламентском контроле. Вы эти проекты видели?

Владимир Плигин: Что касается законов об оппозиционной деятельности, я видел несколько проектов законов, которые на разных стадиях вносились в Государственную Думу. В чем был основной дефект этих законопроектов? Я даже предлагал свое сотрудничество с точки зрения не идеи, а законодательной техники. Проблема законов заключалась в том, что они исключительно переписывали действующие положения Конституции Российской Федерации, которая гарантирует идеологическое многообразие и партийное многообразие, и не создавали никакого дополнительного юридического продукта, если можно так сказать.

Михаил Соколов: Ну, пусть работают. А вот парламентский контроль?

Владимир Плигин: Что касается закона о парламентском контроле, мне приходилось неоднократно обсуждать с инициаторами этого законопроекта…

Михаил Соколов: Гудков и другие, да.

Владимир Плигин: Да, с Геннадием Владимировичем Гудковым…

Михаил Соколов: Есть и ваши единороссы – Резник, Войтенко, Иванов…

Владимир Плигин: Значит, соответственно, мне приходилось обсуждать данный законопроект неоднократно. Я знаю, что в подготовке законопроекта участвовали блестящие совершенно юристы, ведущие специалисты в области государственного и конституционного права. Значит, возникает следующая проблема, и я буду сейчас о ней говорить исключительно профессионально, не политически. Возникает проблема либо сведения предложений, которые делаются моими уважаемыми коллегами, в единый законопроект, или, что, с моей точки зрения, более рационально, дополнение объемного действующего законодательства нормами, расширяющими возможность того или иного института. В частности, депутатов Государственной Думы на запрос или расширяющих предмет парламентского расследования. То есть, тем не менее, этот законопроект внесен в Государственную Думу. Во всех обсуждениях этого законопроекта представители партии "Единая Россия", включая меня, принимали участие. Мне кажется, у нас идет спокойный, плодотворный разговор по этому поводу.

Михаил Соколов: Сергей из Московской области.

Слушатель: Добрый вечер! Вот у меня такой вопрос. Скажите, пожалуйста, вот закон о противодействии коррупции, он, на мой взгляд, принимался для галочки. Смотрите, сейчас чиновники должны задекларировать свои доходы, чиновники и их близкие родственники, но они спокойно переписывают свои коррупционные активы на своих детей и совершенно спокойно заполняют все эти декларации.

Михаил Соколов: Понятно. Вот, пожалуйста, практика. Закон есть – появилась практика.

Владимир Плигин: Естественно совершенно, что недобросовестные лица – это совершенно справедливо – могут использовать те или иные дыры в действующем законодательстве. Что касается переписывания имущества на детей, то это достаточно наивное действие. И такого рода существуют институты, в том числе, Уголовно-процессуального законодательства, которые позволяют эти вещи контролировать. Но, однако, хотел бы сказать самое главное. В открытом доступе будет находиться большинство материалов об имуществе чиновников Российской Федерации. Они обязаны это декларировать, эти декларации будут подлежать проверке, декларации супругов, кстати, точно так же будут подлежать проверке, имущество, которым распоряжаются несовершеннолетние дети. Но еще раз хотел бы подчеркнуть, в том числе, для нашего радиослушателя: уголовно-правовые методы работают. Вот мы долго дискутировали о том, какой круг родственников должен в том или ином случае представлять декларации. И здесь подумайте, пожалуйста, допустим, соглашается ли ваш брат или сестра в том случае, если вы назначены на государственную должность, брат или сестра должны представлять эту декларацию или нет? Очень серьезная этическая проблема. Потому что мне по моей юридической практике известны крайне сложные взаимоотношения в семьях. И поэтому мы, наверное, преследуя одну цель, не можем исходить из того, что мы должны кошмарить общество по другим целям или создавать искусственные конфликты в семьях.

Михаил Соколов: Давайте, Алексей Николаевич, последний вопрос.

Слушатель: Добрый вечер. У меня такой вопрос. Владимир Владимирович Путин обещал в своих выступлениях поднимать цену на энергоносители, в частности, за газ на 20 процентов. Сегодня пошел, а оказывается, подняли цены на газ на 40 процентов. За куб нужно платить 2 рубля 91 копейку.

Михаил Соколов: Александр Николаевич, мы вам сочувствуем. Это у вас в Московской области…

Слушатель: Льгот нас лишили. У меня была льгота – 253 рубля в месяц, теперь нам отказали, говорят: их не будет.

Михаил Соколов: Владимир Николаевич, похоже, намекают, что "Единая Россия" – партия антинародная.

Владимир Плигин: Значит, я думаю, что все, что сделано до настоящего времени партией, и все, что делается партией вместе с президентом Российской Федерации, с моей точки зрения, позволило сохранить в сложнейших экономических условиях, когда это не получается в других странах, позволило сохранить в стране мир и относительно нормальное развитие, несмотря на возникающие сложности. И хотел бы еще раз обратить внимание на то, что существенным образом повышается пенсионное обеспечение, крайне существенным образом в условиях кризиса на это мы реагируем.

Михаил Соколов: А вот Дмитрий Медведев сказал, что в России неразвитая политическая система, пылающий Кавказ, эклектичная внешняя политика и так далее, это все было в статье президента, которую, правда, 80 процентов не читали, поскольку она была размещена в интернете. Это значит, что не все хорошо было сделано при Владимире Путине, Владимир Николаевич.

Владимир Плигин: Прежде всего, вы знаете, вот не нужно сводить к одному историческому периоду. Многое точно так же, как в истории другой страны, в истории нашей страны многое было сложным. И не будем отрицать ни один исторический период. Это наш исторический период!

Михаил Соколов: Неужели вы сталинист?

Владимир Плигин: Значит, это наш исторический период, и подвергая критике, мы должны понимать, что это наша история. Значит, вот это обобщение, на которое вы оставили мне полминуты, требует отдельного совершенно разговора. Поэтому я напрашиваюсь к вам на этот отдельный совершенно разговор, давайте, может быть, накануне юбилея Ленина, поскольку мы не встретились с вами накануне даты, посвященной Сталину. И об этом историческом периоде тоже поговорим, в том числе, с либеральной оценкой этого исторического периода.

Михаил Соколов: С удовольствием я принимаю предложение Владимира Николаевича Плигина, председателя Конституционного комитета Государственной Думы России, поговорить и о том периоде, и о модернизации, и о консервативной модернизации, которую предлагает партия "Единая Россия".

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG