Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Торговое соглашение между Сербией и ЕС: выстоят ли сербские товары европейскую конкуренцию


Ирина Лагунина: 1 февраля официально вступило в силу Переходное торговое соглашение Сербии и Европейского союза. Соглашение предусматривает установление в течение последующих шести лет зоны свободной торговли промышленными и сельскохозяйственными товарами между Сербией и ЕС. Это - часть Соглашения о стабилизации и присоединении страны Европейскому союзу, которое Сербия уже год как применяла в одностороннем порядке. Применить его в двустороннем порядке не получалось, так как в Европе документ до декабря прошлого года был заморожен из-за не достаточного сотрудничества Белграда с Международным трибуналом по военным преступлениям в Гааге. О последствиях торговой открытости Сербии и ЕС для сербской экономики рассказывает Айя Куге.

Айя Куге: Европейский союз является крупнейшим торговым партнёром Сербии – 54% сербского экспорта идёт в европейские страны и более половины инвестиций в Сербию поступает из ЕС. В ближайшие шесть лет между Сербией и Европой будет создана свободная торговая зона. Постепенно будут отменены пошлины и большинство квот на товары, которые Сербия экспортирует в ЕС и государства-члены Евросюза - в Сербию. Например, пошлины на импортные автомобили уже снижены вдвое, они теперь составляют 10%, и с каждым годом будут уменьшаться вплоть до полной отмены. Что изменится на сербском рынке с вступлением в силу Переходного торгового соглашения с Европейским союзом? Вопрос к главному редактору белградского журнала «Экономист» Милану Чулибрку.

Милан Чулибрк: По сути измениться немногое – ведь 1 января минувшего года Сербия в одностороннем порядке уже начала применять это соглашение. Теперь лишь станет легче для некоторых дополнительных отраслей сербской промышленности экспортировать свои товары в ЕС. Однако, учитывая тот факт, что основной внешнеторговый обмен Сербии происходит именно со странами-участницами Евросоюза, вступление в силу торгового соглашения имеет большое значение для дальнейшей европейской интеграции. С другой стороны, может случиться, что Сербия из-за этого соглашения станет привлекательней для иностранных инвесторов, у которых появится намного больше причин вкладывать капиталы в Сербию. Они теперь смогут экспортировать свои товары из Сербии без таможенных барьеров – и то не только в ЕС, но и в другие государства региона, с которыми Сербия подписала соглашения о свободной торговле.

Айя Куге: Каков экспортный потенциал Сербии? В последнее время мы стали свидетелями того как, порой лихорадочно, бизнесмены и политики, с «привлечением» общественного мнения, разыскивают так называемую «сербскую торговую марку», которую можно было бы продать в Европе.

Милан Чулибрк: Это правда. Одной из ключевых проблем Сербии является огромный внешнеторговый дефицит. В минувшем году он чуть уменьшился, но не за счёт увеличения экспорта. Просто из-за мирового кризиса снизился импорт. Однако с начала этого года, импорт снова начинает расти, а экспортные сербские товары можно пересчитать на пальцах: это фрукты и овощи и немного промышленных товаров, главным из которых является сталь. Кстати, сталь в Сербии производит американская компания, и любопытно то, что ведущими экспортёрами из Сербии являются именно большие транснациональные компании. Это одна из причин, почему у нас преобладает мнение, что без привлечения крупных и прямых иностранных инвестиций Сербия в ближайшее время не может рассчитывать на значительное увеличение экспорта. А экспорт увеличить крайне необходимо – в противном случае внешнеторговый дефицит будет только расти, и его нечем покрывать. Последствием этой тенденции, в последнее время, стало падение курса местной валюты.

Айя Куге: Специалисты предупреждают, что Сербии до настоящей рыночной экономики ещё далеко – повсюду царят монополии. Согласно последним данным анализа Всемирного экономического форума, эффективность антимонопольной политики в Сербии одна из самых низких – из 133 стран, в которых проводилось исследование, Сербия находится на 130 месте. А такая ситуация ведь не благоприятствует развитию свободных торговых отношений с Евросоюзом. С другой стороны, последствия монопольной экономики сильно ощущают граждане - цены на промышленные и продовольственные товары в стране выше, чем в Европейских странах, где средние заработные платы в несколько раз больше.

Милан Чулибрк: Да, Сербия сталкивается с большими проблемами из-за присутствующих в многих отраслях экономики монополий – причем даже в таких, в которых в нормальных странах рыночной экономики монополии в принципе не характерны. Например, в производстве молока и молочных продуктов – такое состояние нелогично. Сильная монополия также в торговых сетях, которые в основном принадлежат нескольким крупным олигархам. Однако если Сербия откроется, а я искренне надеюсь, что откроется, тогда в выгоде окажутся все граждане страны. Ведь с приходом крупных инвесторов будет создана конкуренция, которая автоматически повлияет на качество услуг и цены. У нас классический пример этого – компании мобильной связи. До тех пор, пока в Сербии был лишь один оператор, цены были катастрофически высокими, а услуги не самые лучшие. Сейчас на этом рынке работают три сильных мобильных оператора, которые ведут борьбу за каждого клиента – и ценами, и качеством.

Айя Куге: Главный редактор белградского журнала «Экономист» Милан Чулибрк. Второй наш собеседник – видный белградский экономический обозреватель Миша Бркич. Какую пользу Сербия будет иметь от торгового соглашения с Евросоюзом, от создания, со временем, зоны свободной торговли?

Миша Бркич: Пользу от этого соглашения можно рассматривать на двух уровнях. Первый– для компаний, которые смогут больше экспортировать, второй – для потребителей, которые будут иметь возможность дешевле покупать товары на внутреннем рынке. Есть и третья причина, по которой это торговое соглашение важно: оно обеспечивает применение в Сербии экономических правил Евросоюза. Прежде всего, это антимонопольная политика, но также и снижение вмешательства государства в экономические дела.

Айя Куге: Большинство промышленных товаров в магазинах Сербии импортные, главным образом, из стран Европы: одежда и обувь, домашняя техника, мебель - а лет двадцать назад, когда ещё существовала Югославия, всё это производилось в стране, и хватало и на домашнего потребителя и на экспорт. А что сейчас экспортирует Сербия в ЕС?

Миша Бркич: До начала кризиса в Европейский союз больше всего шли сахар и сталь. Когда начался кризис, спрос на сталь уменьшился, но возрос экспорт сельскохозяйственных продуктов. Это, кстати, ещё далеко от того, что европейский рынок может принять от Сербии, но проблема состоит в том, что у Сербии нет товаров, которые она могла бы предложить. Когда было подписано подобное соглашение о свободной торговле с Россией, мы также говорили, что появились фантастические возможности для экспорта. Но товаров-то у нас нет, и порой событием становится экспорт 2 тысяч тонн яблок в Москву – и мы даже не понимаем, что это так мизерно, это объем продукции, который на нескольких московских рынках распродается в течение двух дней. То же самое с Евросоюзом – нет у нас ни возможности непрерывных поставок, ни количества, ни качества товаров, которые бы могли продаваться в Европе или в любом другом месте в мире.

Айя Куге: В Сербии уже начались протесты производителей, которые жалуются, что им не выжить в условиях свободного европейского рынка. Больше всего озабочены крестьяне, которые привыкли к защите собственного рынка. Действительно, как сербское сельское хозяйство, главным образом состоящее из небогатых частных крестьянских хозяйств и мелких фермеров, в которых государство практически ничего не вкладывает, сможет выстоять европейскую конкуренцию?

Миша Бркич: Сербия заключила с ЕС договорённость о том, что либерализация рынка сельскохозяйственных продуктов будет идти медленнее. Сербскому сельскому хозяйству оставлена возможность подготовится к конкуренции – в противном случае европейские конкуренты явно «подмяли» бы наших на рынке. Я это считаю одним из хороших условий соглашения. Однако важно сказать и то, что сербской промышленности в целом нужна серьёзная конкуренция – в последнее время она уж очень расслабилась и почувствовала себя благостно. В Сербии много неконкурентоспособных фирм, товары они продают дорогие и некачественные. Поэтому необходимо открыть сербский рынок для конкуренции, а сельское хозяйство пусть ещё несколько лет будет ограждено протекционистскими мерами.

Айя Куге: Есть ли опасность, что сербские олигархи и руководство больших государственных фирм попытаются воспрепятствовать претворению в жизнь торгового соглашения с Евросоюзом? Не секрет, что у многих из них довольно близкие отношения с правящими политиками...

Миша Бркич: Пока я серьезной обструкции не прогнозирую. Но проблемы будут. Может случиться такое, что на белградские власти будут давить лоббисты больших промышленных отраслей в Сербии, которые до сих пор были под защитой государства. Они в состоянии совершать нажим, с целью замедлить либерализацию экономических отношений с Евросоюзом. Может случиться, что открытие рынка неблагоприятно повлияет на некоторых сербских производителей, вплоть до закрытия предприятий и потери множества рабочих мест. Тогда власти будут испытывать давление рабочих. Однако польза, которую сербская промышленность и государство, и прежде всего, потребители в Сербии получат от открытия свободного рынка, будет намного больше, чем ущерб.

Айя Куге: Мы беседовали с белградским экономическим обозревателем Мишей Бркичем.
Некоторые специалисты отмечают, что торговое соглашение Сербии с ЕС, создание в течение шести лет свободной таможенной зоны с Европой, для страны будут иметь не только практическое - экономическое, но и огромное политическое значение. Последовательным выполнением торгового соглашения Сербия должна доказать, что она движется вперёд на пути вступления в Европейский союз.
XS
SM
MD
LG