Ссылки для упрощенного доступа

Две стороны одного Чехова


Сцена из спектакля "Донка" Даниеля Финци Паски

Сцена из спектакля "Донка" Даниеля Финци Паски

Конфедерация театральных союзов представила на суд зрителей два спектакля: "Тарарабумбию" Дмитрия Крымова и "Донку" Даниеля Финци Паски. Оба спектакля поставлены по мотивам произведений Антона Павловича Чехова, чьё 150-летие отмечается в этом году.


Если привести живые картинки Дмитрия Крымова к общему сюжетному знаменателю, получится так: "Жили-были красивые люди, сочиняли, искали смысл жизни. Потом пришли грубые красноармейцы. Одних постреляли, других вытолкали в эмиграцию, присвоили себе певца дворянских гнезд Антона Павловича Чехова, повадились самым мещанским образом праздновать его юбилеи".


Все происходит на подиуме, проходящем через зал, как на модных дефиле. Правда, в основании подиума — движущаяся лента транспортера. Живые картины, нарисованные Крымовым-художником, порой весьма выразительны. И все же общий смысл режиссерского высказывания отдает какой-то вывернутой наизнанку вульгарной социологией, которая Чехову была совершенно чужда.


Спектакль же Даниеля Финци Паски называется "Донка".


— Донка — это название удочки. Даниелю очень в Таганроге понравилось, как все на набережной сидят, все ловят рыбу, — объясняет глава Конфедерации театральных союзов Валерий Шадрин. — Донка — это такая глубинная память о Чехове, замечательный поэтический образ Чехова, его произведений.


Если попробовать своими словами пересказать сюжет, который сплел Даниель Финци Паска, получится так: "Когда-то в Италии люди платили деньги, чтобы посмотреть, как расправляются с трупами в анатомическом театре. Делали они это не из кровожадности, а потому, что рассчитывали узнать, где же все-таки таится душа. Потом времена изменились, и поисками души стали заниматься обычные театры. А Чехов был врач и писатель, он искал ее повсюду. И еще он родился в провинции, был уездным доктором, а провинциальная жизнь - хоть в России, хоть в Италии, хоть в Швейцарии - похожа".


В "Донке" Финци три сестры — прелестные молоденькие девочки — раскачиваются на огромных качелях, страшно озорничают и выделывают всякие замысловатые цирковые чудеса. Нина Заречная пляшет степ на скользком пластике: ноги разъезжаются, а зрители — Аркадина, Тригорин и остальные персонажи "Чайки" — показывают ей, каким должен быть ритм, но она снова сбивается, и дробь получается такой же авангардной, как театр Треплева. А вот на операционном столе везут на прием к врачу женщину-змею, и доктор принимается бережно ее распутывать — ну, чего только не бывает в медицинской практике.

В спектакль "Донка", поставленный, как всегда у Даниеля Финци Паски, в тональности феллиниевского "Амаркорда", вплетена история болезни и смерти самого Чехова

"Театр должен показывать жизнь не такой, какая она есть, а такой, какой представляется в мечтах". За этой репликой следует фантастическая по изобретательности, остроумная сцена: два актера, лежа на полу, исполняют очень простые движения, но мы видим не только их, а еще вертикальную проекцию их тел на ширму-экран. То есть в видеоизображении они не лежат, а стоят, и тогда кажется, что выполняют головокружительные, небывалые трюки. Фокус разоблачен, а чудо не исчезает.


В спектакль "Донка", поставленный, как всегда у Даниеля Финци Паски, в тональности феллиниевского "Амаркорда", вплетена история болезни и смерти самого Чехова. Известно, что в старину существовало правило: когда лечащий врач понимал, что его пациент-коллега умирает, то должен был предложить больному бокал шампанского. Известно также, что Чехов, видя замешательство своего доктора, сам попросил шампанского. Над сценой покачивается люстра с хрусталиками-льдинками — лед давали глотать чахоточным больным при кровохаркании. Пол засыпан красными лепестками - сгустками крови. Возле постели больного стоит ведерко, сделанное изо льда, а в нем — ледяная бутылка шампанского. И вокруг люстры над сценой вьется, кружится гимнастка на ленте, прекрасная женщина в

"Тарарабумбия" Дмитрия Крымова
ослепительно белом платье, то ли отлетающая душа, то ли тихий ангел.


История смерти Чехова входит и в спектакль Дмитрия Крымова. По ленте-транспортеру движется арестантский вагон с надписью "Устрицы". Как вы, должно быть, знаете, тело Чехова доставили из Германии в Москву в вагоне-рефрижераторе для перевозки устриц.

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG