Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сергей Багапш: "Возвращение беженцев - это война"


Сергей Багапш

Сергей Багапш

Сергей Багапш уезжает из Москвы с хорошим настроением. Об основных договоренностях между Москвой и Сухуми президент Абхазии рассказал на итоговой пресс-конференции, а своим видением относительно ближайшего будущего страны поделился в эксклюзивном интервью Радио Свобода.

- Зачем Абхазии российская военная база?

- Нам нужна военная база в Абхазии для того же, для чего нужна база НАТО в Косово. Мы не хотим повторения ситуации 1992-93 годов. В Абхазии находится 1800 российских военнослужащих, в Косово - семь тысяч военнослужащих НАТО. Для чего? Для чего страны Европы вступают в НАТО? Чтобы спокойно жить, чтобы себя обезопасить. Так и мы. Абхазия слишком много воевала в последние годы, и мы хотим спокойной и стабильной жизни со своими друзьями.

- Насколько Абхазия рассчитывает на то, что она сможет каким-то образом принять участие в обеспечении Олимпиады в Сочи в 2014 году?

- На многое рассчитывать не приходится, мы знаем свои силы и возможности, но кое-то сделать все же можем: поставка щебня, высококачественного песка, песчано-гравийной смеси. Но уже сейчас можно сказать: многие поступления на олимпийские объекты пойдут через наши порты. А о том, чтобы мы какое-то мощное участие принимали в олимпийских стройках, конечно, речи нет. Да это и не нужно сегодня, я думаю.

- В какой степени Абхазия экономически зависит от России? Существуют ли дотации вашей стране со стороны России или, может быть, какие-то другие схемы?

- Есть определенная помощь. Дотаций нет, поскольку и я, и руководство России придерживаемся той позиции, что прямое инвестирование всегда развращает. Деньги должны выделяться под какие-то конкретные проекты. После войны все развивалось в тяжелых условиях: кому-то Банк реконструкции и развития помогал, кому-то кто-то еще. Европейские структуры сейчас никакой финансовой помощи нам не оказывают, только Россия, а эта помощь - адресная. Нет такого, чтобы взяли деньги и проглотили. Есть конкретные вложения в развитие производства, в развитие инфраструктур.

- Какой это процент бюджета, примерные цифры можете назвать?

- Российские инвестиции - это порядка 30% бюджета.

- Грузинский план и женевские переговоры - как вы ко всему этому относитесь? И видит ли себя Абхазия в перспективе в составе Грузии?

- К тому, что происходит в Женеве, я отношусь спокойно, прекрасно понимая, что из-за позиции Грузии никаких конкретных решений там принято не будет. Что касается второго вопроса, далекие перспективы, близкие перспективы... Это исключенный вопрос раз и навсегда. Возврата к этому не будет.

- А какие могут быть выстроены отношения с Россией: соседство, союзное государство, как Россия и Белоруссия, или, может быть, вхождение в состав РФ?

- Нет, мы независимое государство и в состав других государств входить не собираемся. Но мы готовы рассмотреть вариант союзного государства, вхождения в таможенный союз.

- Среди множества вопросов, которые европейские организации задают властям Абхазии, особенно остро стоит вопрос беженцев, который можно назвать скорее гуманитарным, чем политическим. Что вы намерены делать с этой проблемой?

- Абхазия, наверное, как ни одна другая страна, где были конфликты такого рода, работает над этой проблемой. Мы вернули на свою территорию порядка 55-60 тысяч беженцев. В Косово, для сравнения, вернулось всего пять тысяч сербов. Поэтому я считаю, что мы уже провели большую работу. Что касается возвращения остальных, то это невозможно с учетом той ситуации, которая сейчас сложилась. Сегодня возвращение беженцев в Абхазию, где много людей, которые воевали, их дети воевали, их родители воевали, – это еще одна война. Я думаю, единственное, что надо сделать всем - и европейцам, и неевропейцам - это не тратить деньги на помощь Саакашвили, который покупает на них оружие. Лучше эти деньги направить в фонд помощи беженцам, потому что это несчастные люди и помочь им адаптироваться в социально-экономическую среду Грузии будет правильно.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG