Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Свой взгляд на мир: генеральный директор канала "Эксперт ТВ" Михаил Нелюбин в программе Анны Качкаевой рассказывает о том, как нишевый канал находит и удерживает своего зрителя


Анна Качкаева: Сегодня предпраздничный день, и следовало бы, может быть, говорить о мужском телевидении и о мужчинах на экране, и в каком-то смысле мы об этом и будем говорить, но в таком ракурсе умного телевидения, экспертного взгляда, своего отношения к жизни и нишевого канала. Это тема, которую я постоянно стараюсь с вами обсуждать, потому что на традиционном телевидении все меньше и меньше тем, которые стоят нашего с вами внимания. Так вот логотип канала, о котором мы будем сегодня говорить, вообще похож на «Черный квадрат» Казимира Малевича. Но это не абстракционизм. И мы, может быть, поговорим о том, что вкладывали создатели в этот логотип еще, но содержание – не абстракция у этого канала, а модный ныне экспертный взгляд на события для актуальной аудитории. Сейчас за ней все гоняются. Канал «Эксперт» появился в спутниковых кабельных сетях и интернете два года назад. Обходится он без сериалов, показывает один фестивальный хороший фильм в день – вечером, на языке оригинала, с субтитрами. А все остальное время разговаривает со своей аудиторией и с гостями, в основном про политику в контексте экономики, про экономику в контексте политики, про бизнес, про международные дела, про успешных людей, про то, как вообще делается дело. Канал – родственник одноименного журнала и журнала «Русский репортер». Все эти издания входят в холдинг «Эксперт». Есть у него лица традиционного телевидения – Петр Марченко возглавляет информационную службу, ведет аналитическую программу. Яна Чурикова разговаривает как раз в ночных интервью, но не о развлечениях, и никакого шоу не ведет, а как раз разговаривает тоже с экспертами на всякие разные темы. Журналист Александр Привалов, на мой взгляд, один из лучших объясняльщиков экономики и интервьюер именно экспертных людей, а не звезд, и еще несколько лиц, которые вроде бы никому пока неизвестны, но у некоторых из них точно есть шанс быть любопытными своему зрителю.

И, наконец, что очень забавно, на мой взгляд, только в феврале эта программа появилась, на российском телевидении заработал иностранец. Это не англичанин и не англосакс Russia today, которые работают не на внутреннем, а на внешнем рынке, работают для того, чтобы объяснять точку зрения России миру. Это иностранец, который работает для российского зрителя. Такой симпатичный элегантный итальянец, с изящной манерой общаться в кадре, зовут его Пьер Маро, ведет он первую в России программу, в которой иностранцы, работающие в России, вложившие в нее деньги, могут говорить о том, зачем они это делают, как им здесь живется, и вообще что Россия может дать миру. Правда, программа пока идет в переводе. И до конца неясно, она все-таки для кого? Причем первая шла вообще на итальянском языке. Но мне сказали, что следующие были записаны на английском. Но сам этот факт любопытен.

Вот обо всем о том, что такое канал «Эксперт», как он ищет свою нишу, как борется за аудиторию, трудно ли вообще делать разговорное телевидение, мы сегодня и будем говорить с его генеральным директором Михаилом Нелюбиным.

Михаил, вы – человек телевидения традиционного, и 15 лет в Екатеринбурге делали телевидение привычное нам. И вот чем, по-вашему, то, что вы сейчас сделали, отличается от того, к чему вы привыкли?

Михаил Нелюбин: Чем оно отличается? Да телевидение в общем-то, ничем не отличается. Отличается только аудиторией. По большому счету, телевидение это же производство прежде всего, производство контента, производство программного оформления. Это целая фабрика. Поэтому фабрика может быть больше, может быть меньше, но это все равно производство. И поэтому создавать телевидение на Урале, в Сибири или в Москве большой разницы нет. Что касается содержания…

Анна Качкаева: Но ведь вот его же нет в нашем традиционном представлении об эфирном телевидении. Оно где-то там в кабеле, в спутнике, в интернете. Как вы чувствуете аудиторию? Кому это телевидение – конкурент? Или не конкурент вовсе?

Михаил Нелюбин: На самом деле, мы не делаем разницы между эфирным и кабельным телевидением. Просто это всего лишь средство доставки, последняя миля. Кто-то получает через эфирную антенну, кто-то получает по интернету, кто-то получает по кабелю или спутниковой тарелке. Это не принципиально. Да, оно нишевое, поскольку распространяется только так. Или сейчас его называют систематическим, специализированным каналом, как угодно. А аудитория то ведь она одна, независимо от того, как она получает контент. Поэтому мы не разделяем, что если мы нишевые, мы должны быть какие-то иные. Нет, мы просто работаем, мы работали и на эфирном. Более того, мы, допустим, в Салехарде, в некоторых городах мы являемся сетевыми партнерами, выходим в эфире. То есть разницы какой-то в подходе нет. Более того, сегодня, по данным TNS Gallup media, 51% уже жителей России имеют доступ к кабельным каналам. Поэтому это же половина аудитории.

Анна Качкаева: Я посмотрела на сайте, у вас там в перечне кабельных операторов, по-моему, уже за сотню перевалило городов и мест, где вас показывают, видимо, в разных средах, действительно не имеет значения, как вас видят. Но все-таки аудитория то, наверняка, иная. Вы ее как определяете, как вы ее чувствуете? Особенно если интернет, это, наверное, вообще понятнее.

Михаил Нелюбин: Ну, изначально аудитория, конечно, была определена журналом «Эксперт». То есть по большому счету наш канал – это порождение журнала, это продолжение журнала. Журнал выходит на рынке очень давно, и, общаясь с читателями, с экспертами, они все время спрашивали, есть еженедельный формат, как бы хотелось получать информацию ежедневно, и почему бы не сделать телеканал? Эта идея родилась, наверное, в году 2005. Но приступили к реализации в 2007, и вот, наконец, родилось «Эксперт-ТВ». То есть соответственно, аудитория у нас несколько шире, чем у журнала, но она довольно понятна. То есть это бизнес, политики.

Анна Качкаева: Вы понимаете, сколько вас сейчас смотрит?

Михаил Нелюбин: Мы понимаем. Сегодня у нас заключено контрактов 3,5 миллиона абонентов, домохозяйств. Как правило, это цифровые домохозяйства, то есть люди, которые платят за контент, которые платят за смотрение.

Анна Качкаева: Ну, это где-то 5-6 миллионов.

Михаил Нелюбин: Домохозяйство – это где-то 2,7 человека. Но мы полагаем, что в семье платят за телевизор и в семье 3-4 человека, то, наверное, один человек, может быть, смотрит, поскольку и контент, хоть он и деловой и специализированный, он разнопрофильный. У нас есть и новости, это отдельная аудитория, которая смотрит новости, 9 часов новостей в день. Притом в разных форматах. Мы делаем утренний формат специально умышленно а-ля «Евроньюс», то есть без ведущего, так называемая «бескозырка». Когда мы запускали канал, мы делали исследование, изучали, что утреннее смотрение короткое, оно фоновое, поэтому в ротации полчаса мы делаем маленькие блоки новостей.

Анна Качкаева: Да, и вы даже говорили, что вы будете, возможно, конкурентом «Евроньюс». Но я так понимаю, что эта концепция уже несколько видоизменилась.

Михаил Нелюбин: Да, изменилась. Это утренний блок. Есть два больших двухчасовых блока дневных. Это аналог, может быть, сквозной сидит ведущий два часа, и к нему проходят гости.

Анна Качкаева: Аналог «Вести-24».

Михаил Нелюбин: Может, даже CNN. И приходят гости, эксперты и так далее. Двухчасовых два таких блока днем. И классический итоговый вечерний блок, это в 10 часов 45 минут. Там уже подводятся итоги, приходят эксперты. Аналитический выпуск. Кроме всего прочего, есть разговорные программы. Сейчас одна из премьер – документальное кино мы стали показывать, даже я бы сказал публицистику.

Анна Качкаева: Да, я вчера посмотрела «Историю империи» про латиноамериканские истории.

Михаил Нелюбин: Да, это эксклюзивное интервью.

Анна Качкаева: Что было в Эквадоре и в Венесуэле и вообще какие были там вот эти за последние 30 лет проблемы с самоидентификацией нации, политическими катаклизмами и возможными страстями вокруг президентов. Такое любопытное зрелище вполне.

Михаил Нелюбин: И это будет каждую неделю у нас идти, раз в неделю, мы уже купили достаточное количество фильмов. Это будет именно такая экономическая публицистика, деловая, с политикой, с историей и так далее. Не попса.

Анна Качкаева: Да, такие докудрамы. Потому что вчера то это была явно докудрама, реконструкция событий, плюс автор книги, который занимался экономическими войнами.

Мне так нравится вот этот подход фестивального фильма в такой хорошей традиции объяснялки, как в «Кинопанораме», про что кино, с критиком небольшое интервью, а потом кино на языке оригинала. Это вообще одна из самых, на мой взгляд, лучших тем, когда раздвигается взгляд на мир, когда мы слышим интершум, голоса актеров и натуральный язык, а субтитры бегут внизу. Эта идея была совершенно сознательная, как я поняла.

Михаил Нелюбин: Безусловно. Она была сознательная. Более того, это было пожелание потенциальных зрителей. То есть люди многие изучают язык, многие хотят действительно слышать настоящий голос актера, эмоции. Мы все были на фестивалях, наверное, знаем, что на фестивалях идут фильмы с титрами. Редко с суфлером в ушах. Поэтому мы взяли эту тему. Более того, здесь еще есть такая маркетинговая задача. Поскольку все каналы показывают блокбастеры либо фильмы, которые на широкую аудиторию рассчитаны, чтобы набрать большую долю смотрения. Мы понимаем, что, во-первых, это дороже, и будет то же самое, что на других каналах. А артхаус, у нас не чистый артхаус, фестивальный показ – его лучше характеризовать, он на более узкую аудиторию, но она более умная, более восприимчивая, более благодарная.

Анна Качкаева: А вот уже как-то аудитория реагирует? Все-таки два года в эфире.

Михаил Нелюбин: Год и три месяца.

Анна Качкаева: Почти два года, да. Как-то она реагирует? Потому что вы не делаете мультимедийный портал. Просто у вас такое интернет-телевидение, которое просто традиционно выставляет выпуски программ. У него нет таких пересечений с журналами «Эксперт» и «Русский репортер», нет такого обсуждения. Где вы общаетесь со своей аудиторией?

Михаил Нелюбин: Во-первых, сама наша аудитория – наши же эксперты. Они приходят к нам в гости. У нас только за прошлый год прошло около полутора тысяч гостей. Каждый общается, каждый рассказывает.

Анна Качкаева: Это правда. И почти нет лиц, к которым мы привыкли на экранах.

Михаил Нелюбин: Незамыленные лица, да. Это новые лица, поскольку вообще концепция канала – создать информационную площадку для русского бизнеса, для частного капитала, точнее сказать. Это же и бизнес, и политика, это люди, формирующие, так или иначе влияющие на бизнес или принимающие в нем непосредственное участие. Поэтому они приходят к нам каждый день по 5-6, 10 человек. И они все реагируют. Более того, каждый из них выкладывает себе на сайт эти беседы, кусочки видео и так далее. И там тоже есть отзывы. Потом есть блоги, люди отзываются в блогах. Нам много пишут. Мы даем все время на сайте адрес, обратная связь. И на многие программы очень много отзывов, многие пишут. Поэтому такая связь есть. Есть, конечно, измерения. И мы периодически проводим внутренние замеры, опрашиваем аудиторию. В принципе, отзывы положительные. Мы стараемся как раз сетку под это дело двигать, менять и выбирать новые проекты. Те премьеры, которые, итальянца вы озвучивали…

Анна Качкаева: Сейчас мы про него поговорим.

Михаил Нелюбин: Это документальное кино, это рок-концерты.

Анна Качкаева: Да, которые вдруг появились, хотя вы говорили, что никакого развлечения на канале не появится.

Михаил Нелюбин: А это же была отдельная история. На Новый год, как обычно, нечего ставить. Первый год вещания, понимаете, что у нас нет своего архива. И мы думаем, что поставить? Давайте поставим музыку. Попсу поставить – непонятно, нецелевая аудитория. Взяли исследование, там музыка стоит не на последнем месте, но или классическая, либо рок. Классика – у нас, к сожалению, дефицит, хотя, может, в ближайшее время появится с Приваловым классическая музыка.

Анна Качкаева: С Приваловым?

Михаил Нелюбин: Да, он большой знаток.

Анна Качкаева: Знаток, да. Но просто любопытно, как он это будет…

Михаил Нелюбин: Это будет новый формат. Мы сейчас просто ищем музыку. Кстати, в Италии, может, закупим, потому что в России найти не можем. И мы просто купили рок-концерты: Queen, Led Zeppelin и так далее, классику рока и на Новый год показали. И на удивление, получили огромное количество отзывов, сказали: как классно, наконец-то, вместо «Голубого огонька» можно было смотреть хорошую музыку, слушать. Это опять же довольно узкая аудитория, но это как раз наша аудитория. И мы решили эту историю возобновить. То есть были несколько попыток, в основном в праздничные дни. А теперь мы запустили раз в неделю, раз в неделю будет идти классика рока. И там совершенно шикарный набор музыки. Я пришел к стоматологу, и стоматолог слушает музыку и говорит, что вот хоть один канал показывает хорошую музыку.

Анна Качкаева: Да, и стоматологи тоже. Тещи и стоматологи. Еще есть гинекологи. Ну, хотя все люди, которые работают.

Михаил Нелюбин: На самом деле, и бизнесмены. Допустим, когда правительство презентовало проект дирижабли делать, цеппелин. Они же сделали журнал, а в журнал вложили диск, на диске был Led Zeppelin. А почему Led Zeppelin? Потому что это любимая группа господина Медведева, нашего президента.

Анна Качкаева: Да. Хорошо, все-таки вот итальянец. С чего вдруг итальянец? И почему на итальянском, а потом на английском? Он будет русский то учить? Или это так тоже задумано, с субтитрами на языке?

Михаил Нелюбин: Ну, итальянец появился абсолютно внезапно. Это был прошлый год, проходил какой-то то ли семинар, то ли конгресс, посвященный дизайну, брендовым историям. И мы то ли его поддерживали, то ли что-то там снимали, я не помню. Вдруг появились русские ребята, которые проводили этот конгресс, и сказали, что у нас есть итальянец, он хочет работать на русском телевидении. У него есть опыт работы в Италии, он сам из Милана, работал на RAI, работал на Миланском ТВ.

Анна Качкаева: Ну, не все же Савику Шустеру на Украине и Жене Киселеву там же.

Михаил Нелюбин: Мы обсудили историю. У нас есть программа «Свой взгляд на мир», где мы обсуждаем глобальные международные проблемы.

Анна Качкаева: Такая новая «Международная панорама».

Михаил Нелюбин: Да, «Международная панорама» новая в современном русле. И почему бы не сделать обратную? Что думают иностранцы о России? Итальянец принес очень внятную концепцию, буквально расписанный сценарный план посекундно, со схемами. Такой документ у нас в России редко кто умеет делать.

Анна Качкаева: Да, продюсеры работают с библиями таких документов. А он объяснил, почему он так хочет? Так же, как и герои его программ?

Михаил Нелюбин: Да, он считает, у России большое будущее, и что здесь можно заработать деньги. Он не стесняется. Он приехал зарабатывать деньги. И более того, он не скрывает, что у него… Он – дизайнер сам по профессии, он знает всех известных мировых дизайнеров.

Анна Качкаева: Но на экране он выглядит очень хорошо, работает правильно на камеру, все, конечно, понимает про то, как существовать в кадре. Вам, конечно, студию, видимо, надо сделать чуть побогаче, я бы сказала.

Михаил Нелюбин: Ну, это мы сделаем. Хотя проект студии он, между прочим, тоже нарисовал, сказал, что должен быть минимализм, главное – это гости. Мы немножко, может, их иначе рассадим. Но это дело режиссера.

Анна Качкаева: Минимализм то – хорошо.

Михаил Нелюбин: Почему по-итальянски? Первая программа была, понятно, мы писали «пилот».

Анна Качкаева: Ему удобнее было.

Михаил Нелюбин: И он пригласил итальянцев, проживающих в России. И с ними разговаривать было бы смешно на английском, переводить на итальянский. Они сделали на итальянском. Владелец ГУМа был.

Анна Качкаева: Один из рестораторов ГУМа и двое людей, которые занимаются недвижимостью и стройкой в России, в том числе в Екатеринбурге, Самаре и так далее, что меня тоже изумило, потому что вполне они уже тут по 15-20 лет себя хорошо чувствуют. И не ругаются на бюрократию, что меня тоже изумило. «Понимаете, - сказал один из итальянцев, - это правила игры. Когда-нибудь русские, наверное, попробуют их поменять. А мы сейчас должны приспосабливаться». Это, конечно, удивительно. Хотя, мне кажется, что немножко смешно в этой программе, потому что кто-то из них не знал, сколько в России часовых поясов, а Пьер очень удивился, что 11 часовых поясов, и как же нужно долго ездить по России, чтобы чего-нибудь про нее понять. Поэтому в этом есть такая странная краска. Я поэтому и хочу понять, это программа для иностранцев или для россиян?

Михаил Нелюбин: Эта программа для россиян, конечно, для нашего зрителя. Но сейчас почему титры, переводить, дублировать и так далее… Мы пока экспериментируем, поскольку записано всего 4 программы. Все последующие записаны на английском. Дело в том, что если мы начинаем дублировать, то длина фразы разная на иностранном языке и на русском.

Анна Качкаева: Естественно. Это известно, длиннее.

Михаил Нелюбин: Получается либо торможение, либо, наоборот, ускорение. И мы решили делать титры. Тогда лучше эмоции. И тот, кто понимает английский, они могут легко разговаривать. И могут смотреть иностранцы. Тот, кто не понимает, может читать титры, и тоже все понятно. Более того, он хочет, чтобы мы эту программу тиражировали, и они там в Италии тоже хотят показывать.

Анна Качкаева: Это где это? Тоже на каком-нибудь кабельном канале?

Михаил Нелюбин: В Милане, я не знаю, пока еще только разговоры идут. Программа ориентирована, конечно… Вы правильно заметили, что приехали итальянцы, чужие люди, в чужую страну, они не стонут: бюрократия, Налоговая и так далее. У нас же бизнесмен все время плачет: тут налоги высокие, тут ставки высокие, тут нам не дают…

Анна Качкаева: Дорогое государство, помоги!

Михаил Нелюбин: А они не стонут, они работают. Они принимают те условия, которые есть. Это нормально.

Анна Качкаева: И выкручиваются. Хотелось бы еще понять, чтобы он еще им задавал вопросы, как они выкручиваются. Потому что я думаю, это очень любопытно, и они, в отличие от россиян, делают это как-то либо правильнее, либо элегантнее, либо, наоборот, неэлегантнее. Вон менеджеров IKEA уволили же за взятки, потому что шведы, которые не понимают, как это можно кому-нибудь давать взятки, своим же менеджерам, вместо русских бюрократов, дали по башке. Вот это очень любопытно.

Михаил Нелюбин: Более того, они же не просто так сидят, они же не бедствуют, они зарабатывают деньги. Значит, можно работать, можно делать бизнес.

Анна Качкаева: И, как я понимаю, многие из них создают здесь семьи. Они рассказывали, что и дети, и так далее… Это любопытная тема, но мне кажется, что пока сам ведущий еще не очень проникся.

Михаил Нелюбин: Но он в России недавно. Он заведет себе русскую девушку, все будет у него хорошо. Вы знаете, я живу за городом, и у нас при въезде в поселок стоит автобус, передвижная лавка мясная, каких в Москве тысячи. Продавец – немец, немецкая лавка, он торгует немецкими колбасами, булками. Классическая баварская лавка. И вы знаете, что меня поразило? Он плохо знает русский язык. Я покупаю, и он плохо называет цифры, я немножко дал лишних денег, он мне вернул все до копейки, у него все взвешено с чеками кассовыми.

Анна Качкаева: Немец! Так значит, немец…

Михаил Нелюбин: Да, и он прекрасно работает. Я его спрашиваю: вам нравится в России? Мороз – 30 градусов. Он говорит: «Да мне очень все нравится, очень хорошо». И прибыль у него есть. У него есть все чеки, он платит все налоги. Думаю, он получил все лицензии, все, что нужно. И ему все нравится. И он в этой будке сидит обязательно вечером до 11, потому что люди возвращаются поздно с работы.

Анна Качкаева: Благодарит вас.

Михаил Нелюбин: Благодарит, улыбается. Мне даже ничего не нужно, я все равно приду, что-нибудь куплю, потому что мне приятно пообщаться с хорошим человеком. И я вспоминаю наши ужасные мясные лавки на колесах, где сидят тетки и вечно жалуются, что холодно, а тут пришли, работать невозможно…

Анна Качкаева: Кстати, тем не менее, на канале рассказов вот про таких людей не очень много. То ли у вас репортеры не выезжают, и это дороговато. Я посмотрела в «Мастер-классах», например, там такие интеллектуалы. Это программа, если говорить о программе «Мастер-класс», программа таких портретов, еженедельных интервью руководителей компаний, которые сделали карьеру и показывают, как лидировать в каких-то отраслях. Этакие интеллектуалы, коммуникационные люди, люди из банковского сектора и так далее. А вот таких немцев из будок, и не только немцев, а и наших, конечно, тоже…

Михаил Нелюбин: Наверное, они и будут в этой программе. Сейчас мы занимаемся немножко модернизацией (модное слово!), инновационной модернизацией.

Анна Качкаева: Но журнал «Эксперт» как раз…

Михаил Нелюбин: Апологет модернизации в России. Мы будем обращаться и к иностранцам, наверное. Изначально, когда программа создавалась, это была установка – интересные бизнес-решения. И было обязательно, что это должен быть частный бизнес, это должен быть человек, который от первого дня до последнего владеет этим бизнесом и прошел этот путь. Но сейчас немножко концепция меняется. Мы можем взять уже и просто развившиеся компании, может, кем-то купленные. Это должны быть бизнес-решения, которые позволяют заработать деньги.

Анна Качкаева: А вот появилась у вас программа «Магистральный тупик». К ведущему у меня есть некоторые вопросы, но дело не в этом. Она для тех, кто не любит массовое телевидение. Это сознательное, видимо, позиционирование в том смысле, что намек на обсуждение тех тем, которые не обсуждаются в традиционных новостях, в традиционной аналитике. Например, только там я увидела подробно, как господин Янукович называл Ахматову Ахметовой, Бабеля Бебелем и Чехова великим поэтом. То есть очень четко фрагментики были собраны, и про это было показано. Хотя вот этого сарказма артистического в этой программе, мне кажется, не хватает. И до конца все-таки неясно, она собственно для чего? Для того, чтобы вот такую сохранять форточку для каких-то тем, которые нельзя обсуждать на массовом телевидении? Или она ради такого прикола?

Михаил Нелюбин: Наверное, это форточка с приколом. Она немножко у нас не до конца получается еще. Но я думаю, что она немножко изменится в ближайшее время. Просто мы как раз хотели то, о чем ты сейчас говорила, что то, что не попадает в эфир, что не принято обсуждать. Тут должна быть и ирония, и сарказм. Здесь этого не хватает. Мы этого хотим добиться.

Анна Качкаева: Ну, это такой вариант «Итого» или «Плавленого сырка».

Михаил Нелюбин: Может быть, да.

Анна Качкаева: Нечто подобное, реплики…

Михаил Нелюбин: Да, должна быть реплика, подкрепленная какими-то фактами, интересными штуками. Насколько быстро нам получится сделать и нее то, что мы хотим, будем стараться. А вот поскольку «Эксперт», конечно, ассоциируется с господином Фадеевым, вполне себе человеком легитимизированным во властных кругах, таким экспертом для власти, и канал выглядит вполне вроде бы идеологическим, хотя тоже для меня непонятно, что такое либеральный консерватизм, но вот так он позиционируется как журнал. А канал тоже так позиционируется как некая идеологическая все-таки площадка? Или вы стараетесь уходить от идеологии?

Михаил Нелюбин: Она не совсем идеологическая площадка. Совсем уйти от идеологии, наверное, невозможно. Потому что так или иначе все бизнес-процессы связаны с политикой, с идеологией и так далее. Но, конечно, в первую очередь, это канал для бизнеса. И наша задача – рассказывать бизнесу, как делать бизнес.

Анна Качкаева: То есть в общем от политической тусовки традиционной, если у Шевченко или у Минаева собирать, вы не можете у себя собирать политологов, с одной стороны, условно «Единая Россия», и политологов-либералов или несогласных в вашем эфире не может быть? Вы стараетесь другого типа экспертов подбирать. Это позиция. Так я понимаю.

Михаил Нелюбин: Нет, почему?

Анна Качкаева: Или все-таки нет?

Михаил Нелюбин: У нас могут быть в гостях кто угодно. То есть это не имеет значения, оппозиция он или не оппозиция. Просто у нас нет сейчас такой программы, в которой это можно нормально обсуждать. Хотя у Привалова бывают разные гости. И у нас были задумки создания такой программы. Делать кальку с уже существующих программ бессмысленно. Зачем? И нужно ли ее делать? А создать что-то новое – пока есть только идеи. Может, в ближайшее время вы увидите тоже политическую программу, в которой будут обсуждаться политические вопросы, и там будет и оппозиция, и не оппозиция и так далее. Может быть, даже сам Фадеев ее будет вести. Пока еще не знаем.

Анна Качкаева: Да, а то как-то, ему, по-моему, еще такой демиурговской площадки не хватает экранной. Вполне бы мог.

Михаил Нелюбин: В принципе содержание если канала взять в процентном соотношении, все-таки 60% - это бизнес. Политики у нас процентов 30. Просто так получается, что как в свое время CNBC был только бизнес-канал. Когда прошли события в Персидском заливе, еще какие-то вещи…

Анна Качкаева: У французов были такие каналы.

Михаил Нелюбин: Они все равно перешли. BFMTV французский межденно, но стал дрейфовать в сторону политики. Потому что это два взаимосвязанных составляющих жизни. Бизнес и политика – неразрывно связаны.

Анна Качкаева: Сегодня, похоже, что это уже неизбежная вещь разговора о мире вообще, потому что политика становится, условно говоря, глобализируется и одомашнивается одновременно. Потому что посмотрите, даже MTV меняет свой традиционный формат. Это же не означает, что люди считают, что не нужно разговаривать с молодежной аудиторией. Просто взрослеет мир быстрее. И люди должны как-то социализироваться и вписываться в мир, видимо, интенсивнее. Похоже, поэтому и канал меняется.

Михаил Нелюбин: Ну, и аудитория MTV подросла.

Анна Качкаева: Понятно, но могли бы оставить, какая разница? В конце концов, современные подростки могли остаться там и с MTV. Зачем-то происходят перемены, и происходят перемены не только на западных каналах, но и на российской почве. Потому что вот этот поиск все время разговорной ниши, разговора и попыток ввести новых людей на экран, мы о них слышим уже второй год. И вот сейчас «Пятый канал», который будет стартовать, это ведь тоже канал, где не будет сериалов традиционных и традиционного развлечения. Тоже будут разговоры и хорошее кино.

Михаил Нелюбин: Мы на самом деле хотели сделать сериал. Это маленькая тайна.

Анна Качкаева: А, все-таки хотели?

Михаил Нелюбин: Но мы хотели не в том виде сериал, привычный для нас. А мы хотели найти сериал, может, показывать его раз в неделю, может, пять дней в неделю, именно бизнес-сериал. Помните, был там сериал – трейдеры, такие штуки. Мы хотели форматный найти, но, к сожалению, может, к счастью, мы его не нашли.

Анна Качкаева: Хорошо, что документалистику запустили, потому что это тоже очень важная тема. И похоже, модная вполне. Сейчас даже СТС будет запускать документальный сериал, очень любопытный, «История российского шоу-бизнеса». Даже я посмотрела первую серию. Опять же есть вопросы, но тем не менее… И СТС. То есть вот эта необходимость разговаривать на языке документалистики и журналистики все больше и больше, видимо, востребована.

Слушатели спрашивают: «Почему логотип так похож на «Черный квадрат» Малевича?»

Михаил Нелюбин: Так это и по сути «Черный квадрат».

Анна Качкаева: То есть вот это вы таким образом… А чего имели в виду? Чего-то имели в виду?

Михаил Нелюбин: Появление чего-то нового. В свое время, когда Малевич писал «Черный квадрат», был такой прорыв в понимании. Здесь то же самое.

Анна Качкаева: Юрий, Кузбасс, мы вас слушаем.

Слушатель: Я относительно центральных каналов. Вразумите меня, идет откровенное оболванивание населения, ложь, клевета, подлог. Противно смотреть на этих людей! Как им вообще не стыдно? Я считаю, это заказ «Единой России», чтобы сделать из людей стадо баранов. Ими легче управлять. Ответьте, пожалуйста, мне.

Анна Качкаева: Попробуйте про своих коллег с больших каналов ответить Юрию.

Михаил Нелюбин: Наверное, надо вопрос адресовать Эрнсту или Добродееву. Но вы должны понимать, что все-таки федеральные каналы – это все-таки государственные каналы. И соответственно, они работают по государственной повестке дня. Поэтому если вам это не нравится, можете смотреть не государственные каналы, допустим, «Эксперт-ТВ». Только у нас обсуждалось перед Новым годом, пойдет ли Путин на очередной срок? На других каналах это запрещено. Только мы говорили, что есть кризис, и что он будет очень глубоким и тяжелым. Это у вас только, у зрителей, есть право выбора.

Анна Качкаева: Игорь Юрьевич, Краснодар, здравствуйте.

Слушатель: Скажите, пожалуйста, есть Хабиев, такой политолог, он к вашему каналу имеет отношение?

Михаил Нелюбин: Нет, наверное, был в гостях у Привалова.

Анна Качкаева: Вообще, эксперты не имеют отношения прямого к каналу. Их приглашают продюсеры и ведущие. Я так понимаю, что специальная продюсерская группа очень нацелена на сектор экономики и на сферы, или все-таки это опять же в основном люди и авторы «Эксперта»? Потому что, например, авторы «Русского репортера» участвуют в канале?

Михаил Нелюбин: Участвуют. Может, не в той степени, что авторы «Эксперта». Экспертами могут быть кто угодно. Это могут быть журналисты, аналитики «Эксперта», это могут быть люди, о которых писал «Эксперт», люди, о которых мы говорили. Но это все зависит от повестки дня. То есть есть тема, и на нее нужен эксперт. Продюсерская группа отбирает, понимает, кто бы что мог прокомментировать, и приглашается эксперт. У Привалова отдельная группа продюсеров работает, они подбирают других экспертов. Но все равно, как правило, это на злобу дня подбираются люди. Но нет никаких ограничений, только эти. У нас они могут быть кто угодно. Если мы понимаем, что, допустим, об инновациях может лучше всего рассказать Дан Медовников, научный редактор, зам. главного редактора журнала «Эксперт», то мы приглашаем Дана.

Анна Качкаева: Ну да. А если там, например, нужно говорить о демографии, то демографы, о географии – замечательные есть географы и так далее. Только этих лиц мы действительно не видим на большом телевидении. Другое дело, вас не упрекают в том, что иногда вот эти интервью они такие радиовидео. Это такие разговоры, как мы сейчас с вами разговариваем, только еще камеру поставить, и все. Нет?

Михаил Нелюбин: Конечно, не упрекают. Но мы сами понимаем. Дело в том, что, конечно, телевизор не только для говорящей головы. Хорошо бы видеоряд и так далее. На самом деле иногда очень сложно, просто не успеваем по времени, просто физически нельзя снять. Но как можно снять эксперта? Только пригласить его в студию. Если это эксперт по производству, можно, конечно, перекрыться производством, картинками. Но если производство находится очень далеко, то слетать туда – обратно, привезти сюжет невозможно просто физически. Поэтому приходится обходиться говорящей головой в кадре.

Анна Качкаева: И, как я понимаю, у вас нет проблемы с тем, чтобы ротировать гостей. Вы одних и тех же стараетесь не звать, они очень разнообразные. А как решается вопрос, что называется, харизматичности и хорошего говорения? Продюсеры ведь не могут знать, тот или иной эксперт в этом смысле качественный персонаж или не очень.

Михаил Нелюбин: Это, конечно, методом проб и ошибок. Приходит эксперт, и мы понимаем, что человек вообще…

Анна Качкаева: Специалист хороший, но говорун – не очень.

Михаил Нелюбин: Говорит очень плохо. Поэтому, может быть, за кадром за него что-то скажем и возьмем из него реплику, две-три фразы. Если мы понимаем, что человек говорит хорошо и интересно, мы его приглашаем. Иногда повторяются. Почему нет? Бывают постоянные эксперты, которые приходят. Но ведь еще зависит от того, что придет эксперт или нет. Потому что эксперт важен когда? В момент времени, когда его нужно услышать. И вот три часа дня, нужно пригласить кого-то, и мы начинаем перебирать базу, искать, из этих десяти ни один не соглашается. Может появиться новый либо кто-то из этих десяти. Поэтому мы стараемся их менять.

Анна Качкаева: Москва, Владимир, добрый день.

Слушатель: Мне кажется, «Эксперт-ТВ» - хороший канал, но, к сожалению, там очень мало альтернативных подходов к так называемым стратегическим вопросам. Просматривается все-таки прогосударственная, продержавная такая линия. Сейчас в России от лица неправительственных организаций вытупает довольно много экспертов, которые вне системной оппозицией, то есть они не связаны ни с Госдумой, ни с Федеральным Собранием. У них есть много интересных взглядов на то, как нужно строить политику, экономику.

Анна Качкаева: То есть, Владимир, я так понимаю, что вы предлагаете Михаилу расширить состав экспертов за счет вот таких внесистемщиков?

Слушатель: Да, это первое. А второе, вообще-то, я удивляюсь, почему у нас власть ограничивается только одним вот этим каналом? Это как эффект Уолтера Липмана, где можно кричать о своих бедах через один голос. Например, в американском телевидении существуют сотни каналов местных, отдаленных мест, и там люди говорят о своих делах. А если это нужно центральным аналитикам, они просто берут по интернету видеосюжеты и показывают. Не надо никого посылать, деньги тратить на командировки.

Анна Качкаева: Вы правы, Владимир.

Слушатель: Ну, я очень рад, что я прав.

Михаил Нелюбин: Давайте по порядку. Во-первых, мы – не оппозиционный канал ни в коем случае. Мы – нормальный частный канал. И у нас не стоит задача замочить власть. У нас задача, если критика, то должна быть конструктивной. Если мы критикуем власть, то мы должны предлагать решение выхода из сложившейся ситуации. Поэтому мы ни в коем случае не оппозиционный канал. Мы – канал для бизнеса, и бизнес не может находиться в оппозиции государству. Просто тогда ему не дадут работать, он не будет работать. Что касается экспертов, почему у нас мало оппозиционных. Во-первых, они мало идут, и их мало в принципе. А во-вторых, вы поймите, что канал все-таки деловой, и решения принимает все-таки власть. Депутаты принимают законы, исполнительная власть их исполняет. Есть какие-то указы, поправки и так далее. Поэтому мы их приглашаем. И мы приглашаем бизнес, который так или иначе комментирует, насколько хорошо или плохо ему в этих условиях.

Анна Качкаева: Просто дело даже не в несистемной оппозиции, я думаю, имел наш слушатель в виду, а вот как раз в людях из общественного сектора, их довольно много, которые критичны по отношению к власти, но не оппозиционные. Это люди из организаций, связанных с благотворительностью, с музейным делом, с малым бизнесом, с потребительским сектором. Вот их у вас действительно маловато, это правда.

Михаил Нелюбин: Ну, я согласен. Их маловато. Но если они будут к нам приходить, то welcome.

Анна Качкаева: Welcome – надо звать!

Михаил Нелюбин: Что касается послать журналиста или не послать, у нас была в самом начале попытка расставить веб-камеры экспертам в разных регионах нашей страны. К сожалению, качество связи каналов не позволяет делать прямые включения.

Анна Качкаева: То есть со скайпов не получилось.

Михаил Нелюбин: Со скайпов не получилось. Во-первых, многим экспертам просто скайп не дают на работе поставить в силу службы безопасности и так далее. А во-вторых, когда начинается запись, с первой попытки не получается, и даже с двадцатой иногда.

Анна Качкаева: Хотя вот Андрей Лошак, клуб «Сноб» есть, и канал «Живи», который тоже такая интернет-кабельная история, и это закрытая вещь, Андрей Лошак ведет там ток-шоу, такой мозаичный экран, в студии он с героем, подковка такая, стоят компьютерные экраны. И эксперты действительно по скайпу разговаривают с гостем и с ведущим с этих экранов.

Михаил Нелюбин: Только в записи.

Анна Качкаева: Да, только в записи.

Михаил Нелюбин: А у нас прямой эфир. Поэтому когда в записи, это нет проблем. В записи можем местного стрингера нанять, он нам снимет, выложит на FTP, мы его здесь заберем. А когда у нас есть временные рамки, в прямом эфире это получается очень тяжело.

Анна Качкаева: Валерия, Московская область, вы в эфире.

Слушатель: Просто я домохозяйка, обыватель, но меня просто интересует такой вопрос, почему власть приватизировала информационное пространство, приватизировало победу? И теперь, получается, имея оппозиционную, иную точку зрения, нужно сворачивать бизнес?

Анна Качкаева: Ну, вообще, мы про бизнес то не говорили, что нужно его сворачивать. Проблемы есть, это сомнений даже никаких нет. И «Эксперт» тоже живет себе, хоть и не оппозиционный, но позволяет себе то, что он позволяет. Я считаю это ровно только потому, что небольшой канал. Если бы был большим, посмотрела бы я, как вы про третий срок разговаривали.

Михаил Нелюбин: Ну, это вопрос к власти, конечно.

Анна Качкаева: Московская область, Георгий.

Слушатель: Анна Григорьевна, огромное спасибо за гостя, но позвольте мне беспокойство выразить. Ведь Олег Попцов попробовал быть экспертом года четыре назад. Приехав от Лукашенко, он стал говорить человечьим языком, что происходит с миром в эпоху постмодерна, слово стало товаром, и вот вы говорили, тинейджеры у власти, подростковая власть… Я хочу наняться к вашему гостю телохранителем. Просто беспокоюсь. Народ не хочет знать доходящих до самой сути. Это программа христианского телевидения и журналистики.

Анна Качкаева: Спасибо, Георгий, тут очень много мыслей. Думаю, что бояться за Михаила не стоит, он вполне за себя может постоять. И канал тоже вполне себе пока спокойно существует в собственной нише.

Михаил Нелюбин: Наездов на нас нет.

Анна Качкаева: Спрашивает вас Саша: «Не обольщайте миллионы подписчиков. К примеру, «Акадо» включает канал в основной пакет, а вот неизвестно, каков все-таки процент смотрящих его, если его исключить из основного пакета». Ну, его и не имеет смысла, наверное, исключать.

Михаил Нелюбин: Что касается медиаметрии, можно коротко сказать. К сожалению, в Российской Федерации тематические каналы не меряются.

Анна Качкаева: То есть они все относятся к другому.

Михаил Нелюбин: К другому смотрению. Поэтому сегодня там 7% от общего смотрения и так далее. Пипл-метров, которыми меряются эфирные каналы, всего чуть более 4 тысяч штук. Этого недостаточно на такую большую страну, как у нас. Других методов нет. Все, что меряет сегодня Гэллап или иной измеритель, это анкетные опросы.

Анна Качкаева: Татьяна спрашивает: «У меня нет тарелки НТВ-плюс и других систем. Могу ли я в интернете смотреть ваш канал?»

Михаил Нелюбин: В интернете он-лайн вещания нет, но в интернете можно посмотреть все программы, зайти на сайт tv-expert.ru, или просто expert.ru, и там выложены все программы с задержкой на час, на два.

Анна Качкаева: Программы все-таки на три-четыре дня основные.

Михаил Нелюбин: Программы лежат по 2-3 месяца.

Анна Качкаева: «Известно, что эксперт Привалов курит трубку, и его часто показывают на экране телевизора с трубкой». Нет, на «Эксперте» он без трубки. «Это является рекламой курения?», - спрашивает Анатолий.

Михаил Нелюбин: Нет, Привалов не курит трубку. Вообще, он бросает курить, он курит иногда, очень редко сигареты марки «Давидофф». А трубку он не курит. Трубку он держит, как четки люди держат, он держит трубку.

Анна Качкаева: «Вы показываете фильмы Ларса фон Триера и другие фестивальные фильмы. Во сколько вам обходится показ одного такого фильма?»

Михаил Нелюбин: Он обходится, наверное, даже дешевле показа блокбастера раза в три.

Анна Качкаева: Тем более, что пакетом покупаете.

Михаил Нелюбин: Да, эти фильмы считаются малоаудиторными. Поэтому они не пользуются спросом на федеральных каналах.

Анна Качкаева: Майоровы пишут: «Тут же позвонили, пока слушали вашу программу, в «Акадо», нам сказали, что в основном пакете канала нет, и за него нужно заплатить 400 рублей, нам не по карману». Это действительно так?

Михаил Нелюбин: Нет, они обманули, мы находимся на 89-й кнопке в основном пакете «Акадо». У них сейчас нет основных и неосновных пакетов. Скорее всего, это речь идет об HD, мы вещаем в двух форматах.

Анна Качкаева: HD – это высокой четкости.

Михаил Нелюбин: Да, это формат высокой четкости. Всего в России единственный канал русского производства информационный в Европе единственный HD – это мы.

Анна Качкаева: Ну как? У нас сейчас спорт запустили для отдельных граждан, для того, чтобы посмотрели Олимпиаду.

Михаил Нелюбин: Ну, это иностранцы снимают. И в HD мы есть в «Стриме» и в «Акадо». Это скорее всего речь шла об HD.

Анна Качкаева: А, там надо платить дополнительные деньги.

Михаил Нелюбин: Хотите красивые, четкие картинки – платите деньги. А обычный – 89-я кнопка.

Анна Качкаева: И ничего специального платить, как я понимаю, не нужно.

Михаил Нелюбин: Это в Москве. А в пределах страны мы находимся в цифровых пакетах, за них надо платить.

Анна Качкаева: Итак, значит, музыка появляется у нас, и уже музыка появилась, и документалистика появляется.

Михаил Нелюбин: И Пьер.

Анна Качкаева: И Пьер. То есть вы все больше и больше превращаетесь все-таки в канал универсальный?

Михаил Нелюбин: Нет, абсолютно нет. То есть мы, скажем, стараемся максимально удовлетворить потребности аудитории на нашем канале. Но это не повлечет. Мы сами знаем, есть такая опасность, мы не будем дальше больше развивать популярный контент.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG