Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Продолжение рассказа о театральных семьях


Ирина Лагунина: Мы продолжаем сегодня серию рассказов о театральных семьях. Например, такой волшебный мир как кукольное искусство. Что представляет собой семья актеров и режиссеров-кукольников. Наш корреспондент в Санкт-Петербурге Татьяна Вольтская беседовала с двумя петербургскими режиссерами-кукольниками, организовавшими театр «Кук-артель» Александром и Тамарой Ставискими. Что помогает создать семью, а что - мешает?

Татьяна Вольтская: Разделен дом и театр?

Александр: К сожалению, нет, не получается. Конечно, если бы кто-то в доме был, кто не имеет отношения к театру и отвечает за очаг, было бы легче. Пришел домой, расслабился и ни о чем не думаешь. А так по сути дела это ненормальная жизнь, потому что мы все время заняты профессией. Все время находиться в творчестве – это разрушительное дело. А когда еще два человека рядом находятся, тут надо все время соотносить вот эту степень разрушительной силы, которая тебя иногда охватывает, с тем, что рядом с тобой находится – человек. Поэтому очень трудно работа по самоусмирению, она не всегда получается.

Тамара: Сто процентов то же самое думаю. Потому что накапливается усталость. Способность сбрасывать, к сожалению, время не дает такой возможности. Поэтому стараемся отдыхать отдельно.

Татьяна Вольтская: Что вас сближает и что разводит в театре?

Тамара: Вы знаете, и сближает, и разводит одно и то же – это одно дело. Когда мы вместе на одном дыхании работаем, конечно, сближает, а когда хочется отдохнуть, а кто-то из нас это не понимает, тогда это разводит.

Александр: Кукольное дело – оно авральное. Оно зависит от материальной части, надо сделать куклы, декорации и, как правило, к премьере это всегда еще не собрано. Поэтому не спятся ночи, многое делается в последний момент и очень много ручного труда. В этом смысле героическая профессия. Если в драме можно не готовым выйти на сцену, такие примеры есть, тот же Михаил Чехов выходил, он до конца не знал, как что делать, переключался и публика ему давала. Здесь если что-то не готово, не сработает. Это и куклы должны работать, и декорации должны работать. И когда занимаешься таким рукоделием, то труд человека лучше делает. Вот это сближает. Разъединяет усталость, когда чувства притупляются, когда слишком много работы, то уже ничего не соображаешь, хочется спать.

Татьяна Вольтская: Наш разговор происходил прямо в зрительном зале, пока на сцене шли последние приготовления к детскому спектаклю "Терешечка" – на круглом черном столе появлялись таинственные предметы, молодые люди спешно что-то перекладывали, вынимали и прятали кукол, перешептывались. Потом начался спектакль - и молодые артисты на глазах волшебно переродились в старика и старуху, ведьму, мальчика и девочку, ведьмой украденных.
Когда спектакль окончился, и дети с родителями разошлись, в опустевшем зале появились остальные члены "Кукартели" - тоже две семейные пары, только совсем молодые. Первыми подошли Антонина и Алексей Шишигины. У них тоже совсем не театральные родители, они сами по себе, познакомились, будучи студентами, вместе 6 лет, хотя поженились совсем недавно.

Алексей: Институт свел, а дальше параллельно занимаемся профессией. Удобно даже, вместе на работу ходим.

Татьяна Вольтская: Театр помогает семье или мешает? Или вообще это не имеет большого значения?

Антонина: Это дело любимое, которым мы занимаемся. Хорошо, что мы вместе всегда, как-то это нас сближает единое занятие любимое.

Татьяна Вольтская: Не хочется, чтобы в доме не говорить о вашей работе?

Алексей: Нет, мы молодые еще. Когда говорится, тогда говорится. Мы просто иногда говорим, иногда не говорим. Но так, чтобы сесть дома вдвоем, рассуждать…

Татьяна Вольтская: Не продолжаете решать театральные проблемы?

Алексей: Если есть какая-то проблема, то, естественно, мы с ней живем и в машине, и дома, и на работе, и везде, а если все в порядке – не обсуждаем. Когда есть проблема, понятно, с ней живешь.

Татьяна Вольтская: Детей у вас еще нет?

Алексей: Нет.

Татьяна Вольтская: Будут?

Алексей: Конечно. Много будет.

Татьяна Вольтская: Они будут с вами в театре, как вы мечтаете, или будут сами по себе?

Антонина: Это уж как получится.

Алексей: Мы мечтаем, чтобы они были. А вот где они будут – это уже их мечты.

Татьяна Вольтская: Еще одна молодая пара, работающая в "Кукартели", - Юля Миронова и Константин Панченко, у них пока что гражданский брак. Они тоже очень довольны, что работают вместе, в одном театре.

Юлия: Я бы сказала, что в какой-то степени это помогает, безусловно, потому что мы друг друга понимаем больше, чем если бы это совершенно другой человек. Но это же, то, что мы друг друга понимаем, это же в какой-то степени может помешать нам. Потому что возникают какие-то переносы на личности, когда не чисто профессиональное отношение, когда мне от человека больше ничего не надо, только бы он со мной сейчас сыграл и все в порядке было. А когда мне от человека еще что-то нужно – это накладывает.

Татьяна Вольтская: Дети будут у вас?

Константин: Конечно. У всех будут.

Татьяна Вольтская: Как бы хотелось, чтобы они тоже были театральными людьми, с вами были в театре, крутились, варились, росли или отдельно?

Юлия: Мне бы не хотелось, чтобы были театральными людьми. Потому что мне кажется, что это легкий перебор, когда все в семье, театральная династия. Я так скажу: если есть способности, то да, а если нет – тянуть ребенка к этому… Я буду больше рада, если проявятся какие-то другие способности, не театральные, может быть какие-то творческие.

Татьяна Вольтская: Театр не помогает и не мешает семейным делам?

Константин: Когда дети появляются, тогда уже все понятно. Если ребенок брошен, а папа и мама в театре занимаются с утра до ночи, конечно, это будет плохо.

Юлия: Пока молодые, все-таки на первом месте стоит профессия, то это скорее помогает. Костя понимает, что я не буду с утра до ночи сидеть готовить ему. И он не обидится на это. И я знаю, что он тоже не будет с утра до ночи полочки прибивать, я тоже не обижусь. И мне интереснее с человеком, который творческий, который меня понимает и поддерживает.

Татьяна Вольтская: А когда вам все-таки есть хочется, кто готовит?

Юлия: Я готовлю.

Константин: Пока это не мешает, а помогает. А что будет через пять лет – это посмотрим.

Татьяна Вольтская: Слушая этих молодых людей, я только удивлялась, как это их голоса только что в спектакле так непостижимо перевоплощались в старушечьи.
Ваш театр "Кукартель" - можно его считать в каком-то смысле вашей большой семьей? И Тамара и Александр буквально в один голос ответили: "Я надеюсь, что нет".

Тамара: Я хотела бы, чтобы это не была семья. Все-таки работа. Я думаю, что границу между семьей и работой надо как-то сохранять. Может быть и семья, но в какой-то степени, потому что это опасные вещи, может разрушиться очень легко.

Александр:
Вот это представление старшего поколения нашего театрального, что театр – это дом, я много раз видел как это заводит не в те дебри, когда начинают строить театр-дом, возникает коллектив-семья, потом возникает подмена, когда профессиональные вещи подменяются семейным корпоративным отношением. Поэтому лучше на это не настраиваться. Возникает – хорошо, не возникает – тоже нормально. Оно все равно не будет семья, все равно рабочие отношения должны сохраняться, нормальные практические рабочие отношения. Если там есть взаимовыручка, если там есть надежность и какая-то ответственность – это не значит, что это семья. Потому что семья – это не только не это. Мы отвечаем не только за достоинства людей, а за недостатки, мы обязаны прощать и так далее. А в театре есть неповторимые, но нет незаменимых. Поэтому лучше, чтобы театр оставался театром, а семья семьей.

Татьяна Вольтская: Говорили режиссеры кукольного театра Тамара и Александр Ставиские.
XS
SM
MD
LG