Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Каким останется в памяти политик Владислав Ардзинба



Ирина Лагунина: В пятницу Москве, в культурном центре Вооруженных сил России состоялась гражданская панихида по первому президенту самопровозглашённой республики Абхазия Владиславу Ардзинбе. Похоронен он будет на родине, в Абхазии, в селении Нижние Эшеры.
Ардзинба скончался рано утром 4 марта в одной из московских клиник. Ему было 64 года. Рассказ об абхазском политике ведут мои коллеги из редакции Эхо Кавказа.

Александр Касаткин: Наш корреспондент в Сухуми Виталий Шария составил портрет абхазского лидера.

Виталий Шария: Как и многих других на постсоветском пространстве, в политику Владислава Ардзинба привел ветер перемен в СССР конца 80-х годов. Многие годы проработавший научным сотрудником Института востоковедения в Москве, затем возглавивший Институт абхазского языка, литературы и истории в Сухуми, он был избран народным депутатом СССР, и в 1989 выступил на знаменитом Первом съезде народных депутатов. 44-летний доктор исторических наук, горячо говоривший о правах репрессированного в сталинское время абхазского народа, он смотрелся на телеэкране почти как юноша, и уже тогда, без сомнения, влюбил в себя множество людей, а у множества, естественно, вызвал ненависть. Вскоре Владислав Ардзинба возглавил Верховный Совет Абхазии, сменил ушедшего на пенсию Валериана Кобахия. И в общей сложности руководил Абхазией более 13 лет. Особый период, конечно, грузино-абхазская война. В дни самых напряженных сражений летом 93-го он выезжал в военной форме на передовую, призывал абхазских бойцов к мужеству и бесстрашию. А до этого, в начале 93-го, был эпизод, когда на грузинской стороне распространился невесть откуда взявшийся слух о его смерти. И даже когда он появился на одном из московских каналов с классическим «слухи о моей смерти несколько преувеличены», его бывший заместитель в Верховном Совете Абхазии Тамаз Надареишвили упорно заявлял грузинской прессе, что это был двойник Ардзинба. В те годы, работая в газетах «Советская Абхазия», «Республика Абхазия», я довольно часто общался с Владиславом Ардзинба. Порою он просил меня подготовить ту или иную публикацию, нужную Абхазии, для российской или абхазской прессы. И я воочию мог наблюдать несгибаемую волю, неиссякаемую энергию этого человека. Помню, в 94-ом я прочитал книгу о мемуарах Ельцина, написанную Юмашевым. Я предложил Владиславу Григорьевичу написать книгу его воспоминаний. Ардзинба задумался, но ответил, что это еще рано. Слишком много продолжает в политике действовать людей, которым его суждения и оценки пришлись бы не по вкусу. Позднее как-то он вспоминал в одном из своих телеинтервью об этом нашем разговоре. Но еще одно тяжелое испытание, сравнимое разве что с войной, ему пришлось пережить в конце своей политической карьеры, когда президентские выборы 2004 года раскололи абхазское общество и поставили страну на грань гражданской войны. Раулю Хаджимба, которому Ардзинба хотел передать управление государством, пришлось уступить. И вот очень любопытный штрих: 14 мая 2005 Владиславу Ардзинба исполнилось 60 лет. Новый президент Сергей Багапш приехал к нему домой, чтобы поздравить. Известный наш фотомастер Владимир Попов сделал снимок, на котором Ардзинба и Багапш сидят на диване и весело смеются. Спустя время я напечатал этот снимок в газете, и он обрел большую популярность. Многие руководители организаций и учреждений стали покупать этот коллективный портрет и вешать его в своих кабинетах, дабы не вызывать неприятия ни у «багапшистов», ни у «ардзинбистов». Кстати, многие уже обратили внимание на это совпадение: первый президент Абхазии умер утром в день рождения второго президента.

Александр Касаткин: В интервью радио Эхо Кавказа Владислава Ардзинбу вспоминает экс-президент республики Северная Осетия-Алания Асхарбек Галазов.

Ахсарбек Галазов: Мы работали в одно и тоже время. Он был президентом республики Абхазия; я был президентом республики Северная Осетия-Алания. Мы вместе с ним работали и над союзным федеративным договором, были вместе на съездах верховного совета СССР, союзном совете федераций. Я его считаю выдающимся политическим и государственным деятелем XX-го века. Это был очень талантливый человек, великолепный оратор, человек, который свой талант, свой организаторский дар посвятил людям. И, наверно, то, что сегодня Абхазия признана независимой республикой, в этом огромная заслуга и Владислава Ардзинба. То было другое время. Тогда были востребованы люди, которые интересы народа, интересы республики, государства, общества ставили превыше своих личных интересов. Я считаю, 90-е годы- это трагические годы для всех людей, которые проживали в Советском союзе. Если сохранились народы, республики, культура, традиции народов, то в этом заслуга таких людей, как Владислав Ардзинба. Я думаю, он свой талант ученого и свои обширные познания в области истории и других наук всего себя посвятил народу, Кавказу, служению людям.

Александр Касаткин: Абхазского лидера вспоминали и в Тбилиси. Здесь очень распространено мнение, что роль Ардзинбы в военном конфликте с Грузией была роковой. Многие из грузин были лично знакомы с Владиславом Ардзинбой. Среди них председатель Верховного Совета Абхазской Автономной республики Гия Гвазава и бывший министр госбезопасности Абхазской автономной республики, генерал Леван Кикнадзе. С ними побеседовала тбилисский корреспондент радио Эхо Кавказа Нонна Суварян.

Нонна Суварян: Председатель Верховного Совета Абхазской автономной республики Гия Гвазава в течение года проработал вместе с Владиславом Ардзинба. В то время, когда Ардзинба занимал пост председателя Верховного Совета Абхазии, Гвазава был депутатом этого совета, членом президиума, а также председателем одной из комиссий. Гвазава рассказывает о роли Владислава Ардзинба на Кавказе.

Гия Гвазава: В любом случае, смерть это плохо. Я соболезную семье. Хотя этот человек сыграл отрицательную, разрушительную роль в истории своего этноса, Грузии и всего Кавказа, поставил под вопрос бытие или небытие самого абхазского этноса. Мы когда собрались, он сразу представил герб и флаг Абхазии. Мы сказали, можно было это вместе сделать, и грузинам и абхазам и всем тем этносам, которые проживали. Объявить конкурс, на что он ответил: зачем, я вас не перетрудил. Все готово, все у меня есть. То есть он был специально воспитан в Кремле для разрушения единства Грузии, нашего братства, что он отлично сделал. Он был талантливым учеником своих учителей.

Нонна Суварян: С Владиславом Ардзинба был знаком и бывший министр госбезопасности Абхазской автономной республики генерал Леван Кикнадзе. По словам Кикнадзе, все действия Ардзинба были направлены против грузин:

Леван Кикнадзе: Все, что делалось в Абхазии тогда против грузин, Ардзинба был вдохновителем всего этого. Он не шел не на какие компромиссы, срывал все договоренности и все обращал в пользу сепаратистов. Естественно, он использовал противостояние между грузинами, что имело место в Тбилиси. Мы, грузинская сторона, которая была там, не могли ему противостоять, потому что рядом с ним стояли российские спецслужбы, а Тбилиси тогда было некогда для нас. После свержения Гамсахурдиа, когда беспорядки начались и в Абхазии, я должен отметить, что, несмотря на то, что мы правоохранительные органы старались навести хоть какой-нибудь общественный порядок, со стороны Ардзинба не было никакой поддержки. У него не было никакого желания, чтобы в Абхазии был порядок.

Нонна Суварян: Несмотря на то, что в течение последних лет Ардзинба и Гвазава стояли по разные стороны баррикад, Гвазава считает, что Ардзинба - одна из трагичных фигур последних лет, так как он понял, что Абхазия вряд ли получит ту независимость, к которой стремилась. Вот как он вспоминает личность Ардзинба:

Гия Гвазава: Как личность, он был очень образованный человек, подготовленный. Его специально готовили для этой миссии. Очень энергичный, с определенным, уже установившимся взглядом на события, которые должны были развиваться в Абхазии.

Нонна Суварян: Гвазава также вспоминает одну из бесед с бывшим председателем Верховного Совета Абхазии:

Гия Гвазава: Я зашел к нему в кабинет, у него на столе лежали какие-то бумажки. Он сказал: Гия, посмотри, это алфавит мегрельский и сванский. Я говорю: а зачем, у нас есть грузинский общий алфавит. Он ответил: ну как так, вы - Колхида. Тогда он уже показал, что он будет разрушать единство Грузии. Потом он мне сказал лично, Гия, я вас уважаю, вы человек неглупый, оставайтесь с нами. Помню его слова, нам, говорит, Тбилиси все даст. Я говорю, как даст? И так нас объединяет. Что он имел в виду, это трудно было тогда понять, но когда смотришь на эти события, понимаешь, прошлое правительство наше, по моему, с ним вместе решали тот вопрос, который был поставлен перед Ардзинба.

Александр Касаткин: Это был председатель Верховного Совета Абхазской Автономной республики Гия Гвазава в материале тбилисского корреспондента радио Эхо Кавказа Ноны Суварян.
Разумеется, разброс мнений о роли Владислава Ардзинбы в истории очень велик. В таких случаях принято говорить о неоднозначности исторической фигуры.
Впрочем, наш постоянный комментатор из Сухуми Инал Хашиг считает, что в самой Абхазии отношение к фигуре Ардзинбы абсолютно однозначное.

Инал Хашиг: В Абхазии на сегодняшний день действительно однозначное, и несмотря на то противостояние, которое было во время выборов 2004 года, когда человек, которого он наметил в качестве своего преемника, Рауль Хаджимба проиграл нынешнему действующему президенту Сергею Багапшу, и на полгода те выборы затянулись из-за того, что проигравшая сторона не захотела признать итоги этих выборов, все-таки страна в тот период, наверное, устала. Хотелось каких-то изменений, и не всегда преемник человека, который его назначает, отвечает тем стандартам, которые были востребованы в обществе. Ведь тот же Сергей Багапш тоже был представителем этой власти. Он тоже работал при Ардзинбе, был премьер-министром, и министр иностранных дел Сергей Шамба, выдвигавшийся в президенты в 2004 году, тоже был представителем этой власти. Конечно, это была борьба внутри самой власти. За будущее руководство этой страной. Надо еще учитывать, что в тот период Владислав Ардзинба уже был тяжело больной. Болезнь у него проявилась уже в 2001 году, и фактически он уже отходил от этой власти. И от его имени многие уже пытались управлять этой страной. И естественно, это формировало определенный осадок по отношению к его фигуре в 2004 году и к его выбору в лице Рауля Хаджимба. Тем не менее, уже годы спустя, точнее, после того как уже через год, через два Владислав Ардзинба полностью фактически отошел от политики и никак не вмешивался во внутриполитическую жизнь, постепенно стало обретаться в абхазском обществе осознание места Владислава Ардзинба в абхазской истории. И сейчас, независимо от каких-то политических пристрастий, все сходятся в одном: и руководство страны, и народ, что Владислав Ардзинба – это та величина, тот политик, который, собственно говоря, и принес Абхазии эту реальную независимость, которая была дана не в 2008 году, как многие в России сейчас пытаются представить, потому что Абхазия получила независимость. А именно в 1993 году, когда Абхазия, вопреки всему, сложившейся мировой конъюнктуре, сложившейся геополитической ситуации, выиграла эту войну, неравную войну с Грузией.
XS
SM
MD
LG