Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Между мужчиной и женщиной: драма трансгендерной жизни. Гость “Американского часа” - юрист Ной Льюис




Александр Генис: Я не читал исторических книг интереснее трехтомной “Pax Britaniсa”. Это – грандиозное полотно, описывающее во всех живописных подробностях рождение, расцвет и кончину Британской Империи. Поразительно, что до такой обворожительной книги еще не добрались российские издатели, которые, казалось бы, уже открыли жилу нон-фикшн. Но увлекательнее книги - судьба ее автора. Замечательный писатель, вошедший в 15 лучших ныне живущих авторов Англии, человек огромного мужества (он был военным корреспондентом и участником первой успешной экспедиции на Эверест), отец пятерых детей, Моррис подписал первый том своей прославленной трилогии именем Джеймс, а последний – Джейн. В промежутке он, в возрасте 56 лет, сделал операцию по перемене пола и стал женщиной. Из-за этого он вынужден был развестись с горячо любимой женой, но он вновь на ней женился, когда такие браки разрешили в Англии. Случай Джеймса - или Джейн - Морриса вызывает такой интерес к трансгендерным проблемам, что я попросил нашего корреспондента Ирину Савинову расспросить о них сегодняшнего гостя “Американского часа” Ноя Льюса, представителя Фонда юридической защиты гендерной идентичности.

Ирина Савинова: Что такое трансгендерность? По составу слова можно догадаться, что “транс” значит “переходный”. “Гендер” же - не совсем пол, потому что пол определяется биологически или физиологически. “Гендер” – это, скорее, принятая на себя социальная роль, не соответствующая биологическим свойствам. Трансгендеры – люди, чья гендерная идентичность отличается от той, с какой общество определяет их. Наверное, политически-корректным должно быть название для таких людей “не подчиняющиеся условностям принадлежности к определенному полу”?

Ной Льюис: Трансгендеры – это общий термин, которым определяют широкий круг людей. Кроме трансгендеров как таковых сюда включены транссексуалы, то есть, люди, отнесенные к определенному полу при рождении, но проводящие всю жизнь в другом поле.

Ирина Савинова: Что играет более важную роль: природа или выбор, физиология или психология?

Ной Льюис: У транссексуалов наблюдается симптом, при котором мозг сигнализирует телу, что оно живет несвойственной для его пола жизнью. Эта особенность не обусловлена социальным влиянием. Гендерная и сексуальная ориентация – разные понятия. Вообще-то не следует называть это симптомом – создается впечатление, что речь идет о заболевании. Транссексуалами рождаются, и они знают с ранних лет, что они такие.

Ирина Савинова: Как рано начинают определяться, к какому полу принадлежать?

Ной Льюис: Некоторые транссексуалы с трех-четырех лет, - как только начинают говорить, - заявляют “я не мальчик”, “я не девочка”. То есть, они хотят, чтобы общество воспринимало их в соответствии с их собственной гендерной идентичностью. В большинстве случаев определение с сексуальной принадлежностью приходит гораздо позднее. Заметьте, не с гендерной идентичностью, а сексуальной ориентацией. Предрассудки общества играют здесь большую роль. И многие живут до средних лет или всю жизнь как мужчина или женщина, соответствуя тому определению, какое им дало общество, но это не их реальная жизнь. И у них есть сильная потребность изменить свое тело, чтобы оно соответствовало тому, что подсказывает мозг. Процесс перехода из одного пола в другой может происходить в самые разные периоды жизни.

Ирина Савинова: Насколько успешно взрослые люди скрывают свою парадоксальную сущность?

Ной Льюис: Некоторые люди могут скрывать, что они транссексуалы очень долгое время. Существует стереотип: мужчины, ассоциирующие себя с женским полом, ведут нарочито “мужскую” жизнь: вступают в армию и в целом занимаются “мужской” деятельностью, связанной с использованием мускульной силы. Женщины, ассоциирующие свою социальную роль с мужской, становятся королевами красоты. Они стараются соответствовать роли, отводимой им обществом, не хотят огорчать или смущать своих родственников и друзей и подавляют в себе свою настоящую сущность даже от самих себя, опасаясь остракизма окружающих. Перейдя в другой пол, транссексуалы становятся теми, кем они были всегда, но скрывали это.

Ирина Савинова: Существует какая-либо статистика, отражающая число трансгендерных индивидуумов в Америке?

Ной Льюис: По некоторым подсчетам трансгендерных людей самого широкого спектра приходится один на две тысячи. Это частота, с какой встречаются однояйцовые близнецы. Также в трансгендерности большую роль имеет хирургическая операция, но немногие могут оплатить ее из собственного кармана, а медицинская страховка не оплачивает такие операции в большинстве штатов. Точных данных нет, но в целом трангендерность встречается гораздо чаще, чем об этом знают окружающие.

Ирина Савинова: Не могли бы Вы привести примеры знаменитых трансгендерных индивидуумов?

Ной Льюис: Первой известной фигурой в американской трансгендерности стала Кристин Йоргенсен. Родившийся мужчиной и воевавший во Второй мировой войне, Йоргенсен одним из первых подвергся операции по смене пола. Пресса выделила этому событию важное место в новостях. Газеты писали: “Солдат американской армии возвращается из Европы красавицей-блондинкой”. Многие транссексуалы увидели на его примере, что смена пола хирургическим способом возможна и пошли по этому пути, обращаясь к своим докторам с просьбами изменить их пол. Кристин Йоргенсен действительно активизировала движение трансгендеров.
В правительстве президента Обамы занимают посты два таких индивидуума. Активных людей в истории транссексуальности есть много, но мы не можем с уверенностью отнести их к трансгендерам.

Ирина Савинова: Как медицинская наука помогает таким индивидуумам?

Ной Льюис: Во всех культурах вопросом изменения пола занимались многие ученые, но только в 30-е годы нашего столетия в Германии Магнус Хиршфельд, врач еврейско-немецкого происхождения и гомосексуалист, основал клинику, чья деятельность была направлена исключительно на изучение вопросов секса, и где производились операции по изменению пола. Но, к сожалению, клиника была сожжена нацистами, и развитие исследований трансгендерности приостановилось на десятилетия.
В Соединенных Штатах расходы по медицинским услугам можно списывать с налогов, но расходы, связанные с изменением пола, не пользовались такой привилегией. Недавно, однако, американский налоговый суд вынес решение, гласящее, что если люди хотят пройти процедуры, связанные с трансгендерностью, то расходы по таким процедурам нужно считать легитимными и их можно списывать с налогов. В основе решения лежало намерение принести облегчение людям, испытывающим страдания от жизни в теле, не отвечающем их гендерной ориентации.

Ирина Савинова: Что легче: жить, скрывая свою настоящую сексуальную принадлежность, или проходя болезненные операции перехода в другой пол?

Ной Льюис: Разумеется, труднее жить в не соответствующем твоему полу теле, чем перенести операции по изменению его. Решение произвести операцию приходит непросто. Мы получаем звонки каждый день с жалобами на увольнения. Придя к решению изменить пол, – медицинская часть только одна грань - люди сталкиваются с такими практическими трудностями, как изменение своего пола на библиотечной карточке или на водительских правах. Но люди мирятся со всеми этими неудобствами во имя достижения своей главной цели – жить в теле, которое соответствует их ощущению принадлежности к тому или иному полу.
На ум приходит печальный случай со спортивным комментатором калифорнийской газеты, заявившей открыто о своей транссексуальности. Ей дали какое-то время писать статьи, но она встретила столько сопротивления, что вынуждена была вернуться в свое мужское “я” и вскоре после этого покончила с собой. И перед такой альтернативой оказываются многие люди.

Ирина Савинова: Когда лучше всего перейти из одного пола в другой, когда слишком поздно?

Ной Льюис: Никогда не поздно. Есть 70-летние люди, которые подвергаются хирургическим операциям. А почему бы и нет: общество долгие годы заставляло их ждать. Многие, еще в детском возрасте, называют себя выбранными ими самими именами и счастливы, делая это. Я скажу: никогда не поздно и никогда не рано, - и больше ничего добавить не могу.

Ирина Савинова: Проблемы, с которыми сталкиваются транссексуалы и трансгендеры, в основном юридического характера?

Ной Льюис: Я бы сказал, что трансгендеры сталкиваются в основном с дискриминацией. И тогда они прибегают к помощи адвокатов. Скажем, когда им не хотят сдавать жилье из-за их неортодоксальной внешности. Или хуже – их выбрасывают из квартиры под каким-либо предлогом, узнав, что они хотят изменить сексуальную ориентацию. Или, поступая на работу и заполняя анкету, они указывают имя, которое не соответствует их внешности. И пользование общественным туалетом тоже проблема – из-за нее бросают обучение в школе или колледже. Или переодевание перед выходом в плавательный бассейн. И если вы не можете снять квартиру, получить образование и так далее, наступает период тяжелой борьбы за простое выживание, и жизнь начинает идти по спирали вниз. И все из-за предрассудков общества.

Ирина Савинова: Трансгендерность, гетеросексуальность, гомосексуализм, в чем различие?

Ной Льюис: Трансгендерность имеет дело с вашим внутренним состоянием и социальной идентификацией, а не с вашим предпочтением партнеров по сексу того или иного, или обоих, полов. Интересно, что в Америке именно трансгендеры положили начало движению за права гомосексуалистов. Первые протесты были организованы ими в кафетерии “Комптон” в Сан-Франциско в 1966 году и через несколько лет – в нью-йоркском баре “Стоунуолл”. В обоих случаях предводителями выступили не подчиняющиеся условностям принадлежности к определенному полу трансгендеры. Это они проложили дорогу гомосексуалистам. Однако трансгендеры в свою очередь подверглись дискриминации гомосексуалистами, и только сегодня группы объединили усилия в борьбе за свои права.

Ирина Савинова: Транссексуалы и трангендеры обладают уникальным культурным опытом. Переход из одного пола в другой открывает глаза на неравенство полов.

Ной Льюис: Общество может многому научиться у трансгендеров. Переходя из одного пола в другой, они замечают, что отношение меняется в лучшую или худшую сторону, в зависимости от того, кто переходит: женщина или мужчина. Трансгендеры знают, что их квалификации остаются прежними – это смена пола изменяет к ним отношение. Что же до зарплаты, то повышения ждать не приходится, разве что трансгендер найдет себе оплачиваемую выше работу.

Ирина Савинова: Делаются ли транссексуалы лучше или хуже после перехода в другой пол? Я вспоминаю профессионального теннисиста Рене Ричардса, который выглядел привлекательным мужчиной, и, став женщиной, тоже выглядел неплохо. Это правило или исключение?

Ной Льюис: Как правило, осуществившие переход чувствуют себя более счастливыми и это заметно на их внешности. Становясь теми, кем они долго хотели стать, люди действительно расцветают. Общаясь с ними до перемены, вы общались не с ними, а со скорлупой, которой они себя окружали для защиты от общества. Без этой преграды вы говорите напрямую с самой личностью.


XS
SM
MD
LG