Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Экологические проблемы строительства государственной резиденции в Приморском крае


Ирина Лагунина: Управление делами Президента России планирует строительство очередной государственной резиденции в Приморском крае на полуострове Гамова в охранной зоне Дальневосточного морского биосферного заповедника. В Приморье к проекту относятся положительно – ждут развития инфраструктуры и появления новых рабочих мест. Российские экологи заявляют, что строительство на территории морского заповедника нарушает российское законодательство и ведет к нарушению морской экосистемы. Рассказывает Любовь Чижова.

Любовь Чижова: Резиденцию для первых лиц России планируют построить на полуострове Гамова в Хасанском районе Приморского края. Об этом изданию «Ведомости» сообщили в Дальневосточной дирекции Росстроя. Строительство резиденции упомянуто в Федеральной целевой программе об экономическом и социальном развитии Дальнего Востока до 2013 года. Стоимость проекта - более 7 миллиардов рублей. По данным Росстроя, деньги на строительство будут выделены из внебюджетных средств. Резиденцию предполагается построить в рамках подготовки к саммиту АТЭС 2012 года, который пройдет во Владивостоке. О том, как относятся к строительству резиденции в Приморье, рассказывает корреспондент Радио Свобода Андрей Волков….

Андрей Волков: На юге Приморья построят резиденцию для первых лиц страны. Эта новость прогремела в крае на фоне не утихающих еще скандалов с вынужденными переселенцами, попавших в зону строительства объектов саммита АТЭС. Несомненно, что наличие резиденции главы государства придает региону некий особый статус, если бы не одно "но": новая президентская дача должна вырасти в области биосферного морского заповедника, единственного своего рода в России, потому что в его водах не то, что ловить ничего нельзя, но даже и купаться. Стройка обойдется предположительно в 7 миллиардов 700 миллионов рублей. Для нее изымается более тысячи ста гектаров земель на побережье. Однако, как выяснилось, особой тревоги новая стройка у специалистов не вызывает. Директор заповедника Андрей Малютин нашел в предполагаемой стройке свои плюсы.

Андрей Малютин: Что дает резиденция, если она там будет построена все-таки? То, что материковая часть восточного участка – это основной участок заповедника, будет закрыта от несанкционированного доступа, как вы понимаете, совершенно. Откровенно вам признаюсь, мы не справляемся с тем наплывом желающих посетить заповедник легально и нелегально. В одной только бухте Астафьево порядка 150 человек ежедневно находятся на берегу. Хочу вам подчеркнуть, что находясь на берегу, люди вправе находиться на берегу, но как только они входят в воду, они немедленно нарушают закон об особо охраняемых природных территориях. Поэтому строительство резиденции, как вы понимаете, будет на берегу, берег – это не заповедник. Заповедник – это море. В этом смысле плюс, закрывается территория, прибрежная часть в значительной степени от наплыва несанкционированных посетителей.

Андрей Волков: Но при этом Андрей Малютин говорит о минусах, их не избежать при размещении хоть охраняемого, но все же посещаемого места. Главное опасение, что может быть загрязнена уникальная акватория. Правда, по словам Малютина, даже Путину выписывали специальный пропуск.

Андрей Малютин: Минусы то, что количество судозаходов на акваторию заповедника вероятно увеличится. Но подчеркиваю, любое посещение заповедника возможно только при наличии письменного разрешения администрации заповедника. Я могу сказать, что когда Путин посещал заповедник, ему было выписано разрешение – это было непременным условием. Когда губернатор заходит или проходит через заповедник, либо представители думы, все всегда получают разрешение. Или не получают. Все зависит от того, какое количество судов в этот момент находится на акватории, какие интересы посетители преследуют. Если ему надо пройти – один разговор, если ему надо зайти, покупаться, погонять на водном мотоцикле – это другой разговор.
Какие еще минусы? Прибрежная часть – это довольно красивые места и любое строительство там, если оно ведется неконтрольно, не контролируется общественными организациями экологическими, либо администрацией заповедника, оно наносит определенный ущерб окружающей среде. А места там действительно великолепные. Не зря же хотят там построить резиденцию.

Андрей Волков: Приморские экологи так и вовсе разделились во мнениях по поводу стройки. Например, в местном филиале Всемирного фонда дикой природы Радио Свобода рассказали, что заботы у них другие – в тайге. А директор экологического фонда "Феникс" Сергей Березнюк разделяет мнение ученых-биологов, что вреда будущая дача заповеднику и природе юга Приморья не нанесет.

Сергей Березнюк: Будет, возможно, лучше охрана. Потому что сегодня очень часто происходит несанкционированный заход на акваторию морского заповедника именно со стороны суши, со стороны диких туристов. Соседство с резиденцией государственного уровня поможет защитить заповедник от такого проникновения. Конечно, были опасения по поводу самой фазы строительства. Вполне возможно в данный период будут пересекать территорию морского заповедника различные суда. Надежда в том, что после завершения фазы строительства охранный режим акватории морского заповедника будет улучшен.

Андрей Волков: В институте Гипрогор, который стал победителем конкурса на разработку концепции комплексного развития управления прибрежной зоной юга Приморья и Владивостока считают, что наличие резиденции президента не только разовьет инфраструктуру приграничного с КНДР и Китаем Хасанского района, создаст здесь новые рабочие места, но и прежде всего повысит статус Владивостока в глазах соседей по АТР.

Любовь Чижова: Директор Дальневосточного морского биосферного заповедника, на территории которого собираются построить государственную резиденцию, относится к этой идее положительно. Не видят в этом ничего страшного и местные экологи. Почему же встревожены российские защитники природы из «Гринпис»? Отвечает Михаил Крейндлин…

Михаил Крейндлин: Во-первых, потому что это незаконно. Соблюдение закона даже для администрации президента – это обязанность. Пирсы строятся непосредственно в акватории заповедника, причем в зоне абсолютной заповедности. Понятно, если будет пирс, значит туда будут ходить суда, причем явно это будут не маленькие суда, судя по размерам этой резиденции. Поэтому, мне кажется, во-первых, это незаконно, потому что такая деятельность в акватории заповедника абсолютно недопустима. Во-вторых, это приведет к значительному ущербу комплексов, эта территория не так просто была выделена в зону абсолютной заповедности. Что же касается позиции местных организаций, я не знаю. Сказать с позиции директора заповедника, видимо, он человек государственный и не может прямо сказать, что управление делами президента что-то не так делает. А то, что он говорит, что от этого улучшится охрана, во-первых, он сознается в собственном несоответствии занимаемой должности, если он не может обеспечить должную охрану подведомственной территории хотя бы от туристов. Я понимаю, что это сложно, учитывая статус заповедника, специфику Приморского края, тем не менее, я не понимаю, чем люди, которые будут приезжать на госрезиденцию управления делами, принципиально лучше диких туристов. Ущерб они будут наносить явно не меньше.

Любовь Чижова: Насколько эта история со строительством государственных резиденций на территории российских заповедников часто встречается?

Михаил Крейндлин: Это я почти готов сказать, что управление делами стало, если не основным, то очень серьезным врагом заповедной системы. Понятно, у всех на слуху, я надеюсь, с Утришом, который, правда, еще не заповедник, неизвестно, будет ли, с одной стороны. С другой стороны, там та же ситуация была с объектом Лунная поляна, который сначала был выведен из состава Кавказского заповедника, действительно спорный вопрос о границах. Но по крайней мере, когда к нему начали строить дорогу через объект Всемирного наследия два года назад, это уже было точно абсолютно со всеми нарушениями. Остановлено оно было только благодаря тому, что туда приехали эксперты ЮНЕСКО и прямо сказали, что этого делать нельзя. Причем сейчас ходят упорные слухи, что эта дорога опять будет строиться, потому что без нее Лунную поляну эксплуатировать так, как хочет управление делами, невозможно. Проблема в том всех этих резиденций, я так понимаю, что это не просто государственная резиденция, куда раз в несколько лет приезжают руководители государств, скорее всего они будут использоваться как элитные коммерческие объекты, будут приносить кому-то большие деньги.

Любовь Чижова: Тем временем жители 44 российских городов, которые присоединились к движению «Спасем Утриш», пытаются предотвратить строительство президентской резиденции в заказнике Утриш возле Анапы. В январе и феврале в заказнике были пожары – как предполагают защитники заказника, их организовали строители – для того, чтобы обосновать необходимость прокладки через заказник противопожарной дороги. Из-за дороги уже были выкорчеваны редкие деревья. Чем закончится эта история – пока непонятно, вскоре в Анапе должен состояться суд по иску экологов к местным властям. Вот что думает по поводу строительства президентской резиденции в Приморье руководитель движения «Спасем Утриш» Мария Рузина…

Мария Рузина: Меня что поразило, что это будет 12 или 13 резиденция президента России по счету. Явно больше десятка. Как у самого обычного человека у меня возникла мысль: а зачем так много? Я знаю, что у нас существует два-три, а может быть даже больше, заповедника, которые существуют именно на условиях наличия внутри заповедных территорий каких-то резиденций или правительственных дач. Что получается, что, конечно, в этом случае достаточно финансирование и достаточно серьезные кадры для помощи и для обслуживания оставшейся части заповедной территории. Вопрос, наверное, о том, насколько значима эта оставшаяся часть, та часть, которая отдается под застройку и существование этой богатейшей резиденции. В целом как система мне это, конечно, чрезвычайно не нравится.

Любовь Чижова: Мария, что сейчас на Утрише происходит, на какой стадии строительства находится резиденция?

Мария Рузина: Там сейчас ни на какой стадии строительство не находится. Потому что как было приостановлено, так сейчас все и существует. То есть существует экологический пост, существует техника, лукаво выведенная со стройплощадки, собственно с территории леса, дабы не мозолила глаза, но эта техника до сих пор находится в боевой готовности в соседнем с Утришом селе. Достаточно 30 минут, чтобы вернуть ее на место. Существуют лесные посадки на незаконной дороге, существуют волонтеры, которые приезжают, чтобы ухаживать за ними, чтобы восстанавливать частично уничтоженный почвенный слой. Существовали до буквально последней недели достаточно частые наезды как журналистов, так и чиновников разного ранга. Буквально в последнюю неделю, это связано с погодой, сейчас похолодало, возможно с чем-то другим, это полный вакуум, не было приезда каких-то контрольных комиссий. Единственное, неоднократно приезжают машины с затемненными стеклами, останавливаются напротив экопоста, судя по всему, фотографируют и тут же отправляются восвояси.

Любовь Чижова: Почему вы выступаете против строительства на Утрише этой резиденции?

Мария Рузина: Потому что это единственный реально сохранившийся относительно нетронутый кусок лесного побережья. Все остальное уже в той или иной мере изрезано, застроено. Осталась одна жемчужина, уже слегка попорченная, конечно, потому что организованный туризм, неорганизованный внес свою лепту. Все восстановимо, абсолютно все восстановимо до той поры, пока этот замечательный лес не прорезан дорогой, до той поры, пока не появилась первая стройка внутри, первая резиденция. Здесь уже не поможет ничего. Если говорить о том, что неправомерна вообще резиденция внутри парка, когда были обнародованы планы этого строительства, стало понятно, что это не крошечный, как лукаво пытаются сказать в администрации Краснодарского края, точечное строительство, не крошечное здание построено там, не узенькая береговая полоска выведенная, а это действительно огромная стройка, по краешку окаймленная остатками реликтового леса. Люди в городах, в самых разных городах России имеют контакт с Экологическим постом, созваниваются, и мы знаем, что он поднимается не только в России, но и на Украине, в Белоруссии. Я очень надеюсь, я верю, что эта волна одновременная, которая сейчас проходит, силы людей, которые поднимаются в разных городах, наши силы и юристов, в конце концов, они приведут к победе, и Утриш должен быть спасен.

Любовь Чижова: Говорила руководитель движения «Спасем Утриш» Мария Рузина. Экологи, обеспокоенные строительством президентской резиденции в Приморье, направили обращение в Генпрокуратуру России.
XS
SM
MD
LG