Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Государственная помощь в укреплении семьи – почему в России эффект обратный


Ирина Лагунина: Разнообразные трудности семейной жизни - от психологических проблем до финансовых, от отношений между поколениями до жилищной проблемы не могут не касаться государства, всегда заинтересованного в укреплении семьи. Поэтому оно и помогает семье - в разных странах по-разному, но
в России далеко не всегда эта помощь оказывается эффективной. У микрофона Татьяна Вольтская.

Татьяна Вольтская: О помощи семье в России говорится много, немало вроде бы и делается: за последние два десятилетия возникло некоторое количество кризисных центров для детей, для пожилых людей, для помощи женщинам в кризисных ситуациях, а теперь уже стали возникать и просто центры помощи семье - не обязательно кризисной, но испытывающей те или иные трудности. А в самом деле, в какой помощи нуждаются современные семьи?
И только ли бедным семьям надо помогать? В недавнем прошлом Наталия Евдокимова много занималась этими проблемами как депутат петербургского Законодательного собрания в 4 созывах, занимается и теперь - как правозащитник. И она вовсе не считает, что помогать надо исключительно бедным или асоциальным семьям.

Наталия Евдокимова: В семье, в которой что-то не ладится, там может быть просто нужна психологическая помощь. Кстати, наша элита богатая, ведь на самом деле, если посмотреть, там очень много неладов в самой семье. Ребенок без тепла домашнего. Маманька бегает по косметичкам, салонам красоты и тусовкам с собачками, папаню не видно дома, он весь в деньгах и зарабатывает все больше и больше. Я не понимаю, когда твой ребенок собственный не чувствует внимания и растет волчонком в этом мире. А вот когда у тебя на пороге нищеты, когда ты не знаешь, рубль вложить в то, чтобы купить хлеба или все-таки ребенку духовно развиваться, сводить его в музей. Я рассуждала так: прожиточный минимум есть критерий, его семье дать, а дальше пусть сама разбирается. Это такой очень примитивный подход, потому что наш прожиточный минимум самый прожиточный в мире, как вы понимаете, и прожить на него невозможно в принципе. Лет 10 тому назад социологический факультет нашего большого университета, там есть такая доцент, которая занимается именно проблемами семьи, и был проведен социологический опрос: вообще семья – это что? Что ей требуется, для того, чтобы… И вообще, давайте подумаем, как ей помочь. Вы знаете, для меня тогда это тоже был шок, потому что она провела исследование и выяснилось, что семья у нас детоцентральная, то есть ребенок в центре этой семьи, все вокруг крутится. Меня это порадовало. И в основном о чем говорят семьи: да, прокормить мы можем, а вот развивать ребенка… Прокормить – это значит много работать, значит времени на ребенка не хватает – раз. Денег не хватает на его духовное, душевное, интеллектуальное развитие – два. Школы часто очень серенькие – три. То есть семья требует помощи вот такой.
На чем сейчас зациклилось наше любимое государство. Оно, получив однажды по мордам в 2005 году после этого закона так называемого о монетизации льгот, когда старики перекрыли Невский, перекрыли магистрали в других больших городах, они наступили на те грабли, на которые они уже наступали. И им об этом говорили: ребята, замена льгот должна быть, если вы хотите, денежная, но она должна компенсировать полностью эту льготу. В этом году с 1 января у нас монетизирована последняя льгота по оплате жилья и коммунальных услуг. Теперь граждане платят 100% за жилье и коммунальные услуги, а им в качестве ежемесячной выплаты идет определенная сумма, вовсе не такая, которая равняется 50% оплаты жилья и коммунальных услуг. Кто выиграл? У кого как селедки в бочке людей в семье, у которых маленький метраж на нос, действительно они выиграли, потому что они получили больше половины. Кто проиграл? Те самые одинокие люди, у которых достаточно большая площадь, то есть это еще один шаг к вытеснению их из их квартир. То есть это сейчас почему не замечено так здорово и почему нет возмущения, потому что пенсии действительно очень серьезно были прибавлены с 1 января. А что семьи с детьми, кто-нибудь о них подумал? Они все не льготные.

Татьяна Вольтская: Наталия Евдокимова считает, что это мина - и не такого уж замедленного действия. Потому что долги по квартплате могут очень скоро и очень существенно ударить по бедным, но пока еще нормальным, не опустившимся семьям - и способствовать их деградации. В этом случае – как и во многих других - очень важна профилактика, - считает директор Международного центра исследований социальной сферы факультета социологии Петербургского университета Ольга Бородкина.

Ольга Бородкина: В центре сегодня должна стоять семья. То реформирование социальной сферы, социальной работы, которое сегодня во всех европейских странах происходит, приводит к тому, что все больше фокус на работу с семьей. То есть не та ситуация, которую мы пока, к сожалению, имеем в России, проблема есть, потом социальная служба начинает работать, то социальные службы должны как можно раньше включаться в эту деятельность и семья должна стать одним из основных ресурсов для предотвращения разного рода социальных проблем.

Татьяна Вольтская: С таким подходом полностью согласна и Наталия Евдокимова.

Наталия Евдокимова: С моей точки зрения, самое сейчас важное – это работать с теми семьями, которые еще не в зоне риска и которые хорошие семьи, им надо помогать. Да, где-то надо пособия увеличивать, я согласна, пособия у нас еще ничтожно малы. Где-то все-таки отменять все платы на те зоны, которые развивают ребенка – спортивные секции, кружки, музеи обязательно.

Татьяна Вольтская: Собственно говоря, музей бесплатно до 7 лет. Все-таки музей начинается в школе, именно тогда, когда за него надо платить.

Наталия Евдокимова:
Совершенно верно. С моей точки зрения, сюда государство должно вкладывать. Этого, к сожалению, как не было, так и нет. И получается, что разделение идет общества не только по уровню доходов, но и по возможности получать не только материальные, но и духовные блага. Моя идея какая: не допусти ты семью до состояния асоциальной, еще хуже маргинальной. Помоги ты ей устоять на самодостаточности вот таким образом.

Татьяна Вольтская: Ну, а если все-таки беда уже случилась, семья покатилась по наклонной плоскости? Часто это происходит именно из-за того, что родителям приходится перенапрягаться в поисках заработков, - говорит Юлия Ивашкина, представляющая благотворительный фонд "Корчаковский центр".

Юлия Ивашкина: Дети находятся отдельно от родителей. Родители думают, что у них очень много работы, они разделяют семью, теряют семейные ценности. Ребенок прежде всего воспитывается внутри семьи и зависит от родительских отношений. Именно то, что он там получает, самое важное для него. Сейчас очень много исследований, ученые говорят о том, что для успешного развития ребенка очень важно особенно в раннем возрасте наличие двух родителей, семейные отношения конструктивные и позитивные.

Татьяна Вольтская: А есть ли возможности вернуть в нормальное русло семью, которая, можно сказать, уже находится на дне?

Юлия Ивашкина:
Сейчас есть проект, который направлен на оказание помощи детям, рожденных от ВИЧ-инфицированных матерей, с тем, чтобы они могли социально адаптироваться, жить в обществе и дети эти, и сами женщины. И второй проект очень интересный, это российско-финский проект, он направлен на возможность оказания помощи матерям с маленькими детьми, страдающих алкоголизмом и наркоманией. Потому что в Финляндии есть очень хорошие модели, это помощь не медикаментозная, а как раз на момент беременной женщины и женщины с младенцами, на момент рождения ребенка возможен отказ от употребления алкоголя и наркотиков и тем самым восстановление этой женщины и полноценность для ребенка. Мы планируем в Петербурге организовывать тоже такую форму помощи.

Татьяна Вольтская: Каждая проблемная семья требует неформального, творческого индивидуального подхода, но в России часто получается, что помощь таким семьям, к сожалению, превращается в формальность, - замечает Наталия Евдокимова.

Наталия Евдокимова:
Общество, которое теряет свои моральные и нравственные устои, оно теряет их во всем. И даже эти инстинкты женские, человеческие, они уходят. Надо знать все семьи, которые в такой ситуации. В школе это все можно отследить, в поликлиниках это отследить можно, то есть можно посмотреть, в какие семьи надо идти, просто надо туда идти, с ними надо общаться, разговаривать. С моей точки зрения, системы и политики в городе как не было, так и нет. Мы пытались написать программу, концепцию семейной политики. Она сейчас даже принята на уровне города. Но с моей точки зрения, сейчас город в основном, правительство принимает некие концепции, получает некие премии за программу "Толерантность", как толерантно все стало в городе и все. Опять они поставили "птичку" – насоздавали много учреждений. Я об этом говорила еще на правительстве. Не в этом дело, давайте посмотрим, что у нас есть и неправительственное в том числе. Тот же "Родительский мост", задействуйте вы его, там высокопрофессиональные работают люди, которые в этой области работают не первое десятилетие и не второе. Здесь нужно вести разработки, социологические обследования, выслушивать таких профессионалов, которые не являются чиновниками, а от души работают с полным погружением в этой области и менять что-то в действующих концепциях, правилах, законах и прочее. Нет, мы приняли, "птичку" поставили, а дальше чиновник – шаг влево, шаг вправо, попытка к бегству – расстрел, идет по этой дорожке и никуда дальше. Вот в чем проблема, у нас нет живой мысли в этой сфере. А там, где дети, там, где развивается общество, только так можно решать эту проблему.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG